"Обычная" девочка

            Я спокойно заснула, в тот вечер, надеясь проснуться в своей комнате, или на крайняк, в больнице. Но этого не произошло. Ни через день, ни через два, и даже не через неделю. Изо дня в день, я просыпалась с надеждой и засыпала в отчаянье. По началу, я весь день проводила абсолютно однообразно: проснулась, поела, убралась, полежала, подышала. Всё.       Было ужасно скучно, но даже выходить из дома, было страшно. Конечно, было не абсолютно безрадостно; например ежедневные вопли и ругань соседки забавляли; за окном, тоже постоянно что-то происходило. И то, что Наруто живёт на последнем этаже, никак не влияло на это. <      Для меня, как для человека, гордо жившего всю жизнь на втором этаже, поначалу, этот дом казался небоскрёбом. Я уже представила себе замок Хаула, или ходячий трактир Мелиодаса, но реальность оказалось куда более обычной. Дом имел всего восемь этажей, включая тот на котором я сейчас живу. К слову, я подозреваю, что первоначально, это вовсе и не было жилым этажом. Вероятно, чердаком, которым не пользовались.       Об этом говорило то, что этот «этаж» был куда меньше основного дома. Если присмотреться, здесь явно был ремонт, пару лет назад. С балкона отлично видно примерно половину дома, и по его виду сразу ясно, что стоит он не первый год. Краска со стен изрядно потрепалась; водосточные трубы имели ржавый оттенок; многие доски, с помощью которых был сделан переход с чердака в основной дом, прогнили; с нижних этажей постоянно слышался какой-то скрип, вероятно, пола.       Но в этой квартире, дощатый пол, лишь немного поскрипывал, да и мало кто обратит на это внимание. Бетонные светло-зелёные стены, явно не выглядят старыми, даже трещин почти нет. Да и мебель хорошая, хоть и не многочисленная.       К слову, я постоянно слышала чьи-то разговоры и звуки шагов. Сначала, я думала, что это соседи и звукоизоляция здесь нулевая. Но потом стало ясно, что звуки идут откуда-то с выхода. Выйдя из квартиры, тихо ступая и постоянно осматриваясь — кто этих ниндзей знает — я дошла до перил. Внизу, буквально на низлежащем этаже, был мостик по которому шагала какая-то парочка.       По всей Конохе были эти странные «мостики». Они проходили через дома, порой даже сквозь, служа переходом. Например, ни смотря на далёкое расстояние, я заметила три моста ведущих в резиденцию. Один, уходил куда-то в лес, второй, в какое-то дополнительное здание. Третий мост вёл куда-то влево, от резиденции, было не видно из-за домов и гигантских деревьев. Куда, я не особо задумывалась. Скорее всего, в госпиталь.       Кстати, Третий действительно отправил ко мне человека. Парнишка лет двенадцати – явно недавно стал генином — отнесся ко мне на удивление хорошо, даже мусор мой вынес. Назвался Хиро, — у меня пошли флэшбеки по «Городу героев» — был очень вежлив, достаточно доброжелательным, терпеливо ждал пока я накалякую список — а я, блять, писать не умею, на местной абракадабре — в итоге написал сам под мою диктовку. И чего греха таить, он был очень симпатичным. Прям пипец каким красивым!       Достаточно высокого роста, для местного населения и своего возраста, сантиметров на тридцать-тридцать пять выше меня. С правильными чертами лица, большими зелёными глазами-хамелеонами и чуть вьющимися, светлыми волосами. Он бы легко стал моделью, если бы захотел. Но увидев, как он поскакал куда-то по крышам, я подумала, что таких целей он не преследует. А жаль, такой талант убегает.       Повздыхав у балкона, словно те самые три девицы у окна, я принялась его ждать. Вернулся он быстро, с пакетом еды, и ещё одним, лекарств. Ускакал, он к слову, тоже быстро. Пожав плечами, я сразу принялась перебирать еду, всё-таки два дня на рисе как-то скучно.       Ну, ещё один плюсик ему перепал за гематоген, от которого я с детства улетала в восторг. Словно знал, зараза. Такие как он, знают: сердце девушки лежит через наполненный желудок. Желательно, сладостями.       Более за неделю ничего не происходило, а большая часть запасов исчезла в недрах воистину бездонного желудка. Стало конкретно так скучно, и я решила почитать местное чтиво. Первая книга, которая мне попалась, была учебником, как и большая часть книг (свитков?)найденных тут. В ней лежала тетрадь, посмотрев которую, я кое-что вспомнила. Теория о том, что Наруто был грамотным и весьма эрудированным, но в нём абсолютно отсутствовали манеры, за неимением воспитания. Грубо говоря, мозги у него были, правда, характер буйный и нетерпеливый, что явно не помогало в обучении.       Сейчас я могла бы гордо подтвердить эту теорию.       Почерк в тетради был словно печатным, похожие иероглифы, буквально совпадали с учебником. На некоторых страницах были маленькие рисунки, весьма интересные и понятные. Где-то миска рамена, в каком-то углу ананас (?) и другие мелочи. Посмотрев на одну из строчек, я снова убедилась в том, что читать я могу. А писать нет. Если иероглифы я вроде понимала, то написать я их не могла. И решить эту проблему к слову тоже. Я вообще не помню, как надо учиться писать. Типа, читать и запоминать? Ладно, как говорится попытка не пытка. Начнём с местного алфавита.

***

      На протяжении, наверное, дней трёх, всё было спокойно. В мою ежедневную рутину, добавилось чтение и сбитый режим. А поскольку заняться мне было особо нечем, я читала постоянно. Я полностью осознаю, что мне это понадобится, хотя в свои школьные годы считала многие предметы бесполезными. Например, химию и физику. В моей голове, раскалённым ножом, было высечено, что мне как будущему офисному работнику — а в том, что я им буду, я не сомневалась — они нахрен не нужны. Они действительно мне не особо понадобились, точнее именно химия. Физику я со временем начала считать очень важным предметом. И даже немного углублённо её изучала, но быстро бросила.       Поэтому я старалась как можно больше запомнить, ни смотря на то, что некоторые предметы были для меня совершенно непривычными. Нет, были и обычные предметы. Например, география, математика, биология, японский (почему он так называется?) и так далее. Но пугало наличие физики, в младшей — если исчислять по нашему — школе. Про предметы вроде, тактика ведения боя, основы ближнего боя, теория чакры, я вообще молчу. К ним я еще не притрагивалась, оставив на потом. Сначала, нужно узнать основные понятия этого места, ведь возможно, я не вернусь назад.       — Фууу, — вдыхаю и выдыхаю, стараясь об этом не думать.       К слову, большинство предметов, сильно упрощены, ну или мне так кажется. Пролистав учебник географии, я не обнаружила достаточно многое, что сама знаю. Не было комплексных карт, население там, этносы — никогда не любила географию, поэтому плохо помню — не нашла всяких этих ветров, пассатных, северных. Зато там пару-тройку десятков страниц, было уделено изучению, составлению и чтению карт. Ну, как знать, может шиноби не нужно знать таких подробностей. А может через пару лет появится.       Единственный обычный предмет, которым я не занималась, была математика. В своё время это был мой любимый предмет, поэтому я не переживала что чего-либо там не пойму. Но всё-таки на всякий случай я его пролистала, и была немножко в шоке. Как я поняла, Наруто училась третий год, и первый год второго курса. Не знаю, сколько их всего, но увидев в учебнике третьеклассника обычные дроби, задумалась, что возможно к выпуску, они будут изучать материалы как минимум девятого класса. Задумалась с таким лицом, будто монашка, которая через силу улыбается.       Остальные предметы тоже были явно не уровнем младшеклассника. Скорее, начало средней школы. В биологию прибавилось чакра, и тоже особо углублённо не изучается. Убрали что-то вроде внутреннего строения и растения. Им место в травологии или травоведении… Короче, урок «из чего можно сделать лекарство, но при другом количестве яд». К слову, в биологии ещё нашлось местное ОБЖ.       Эх, Игорь Иванович, до сих пор помню, как он нас руки заламывать учил…       Особо чего-то нового я не узнала, за исключением, конечно, как и из чего правильнее сделать яд. Реально стрёмный предмет.       Наверное, самым важным была хирогана — местный алфавит. Конечно, если я буду учиться, я спокойно могу писать конспекты на русском, но что делать с тестами и домашкой? Поэтому руки в ноги, и запоминай какая это завитушка и что она значит. А там ещё кандзи, где один иероглиф может значить «лавка бабули Оли и её внучки Иры»…       Но на четвёртый день моего обучения, что-то произошло. Точнее не что-то, а какая-то ярмарка, которая стелилась от центра и до конца деревни.       С утра по раньше, в пятом часу, когда я только ложилась спать, словно фашисты, торговцы начали работу. Рядом с домом не было лавок, но было много свободного между домами пространства, где нелегалы видимо решили устроить себе «золотую жилу». Только вот, это спальный, достаточно бедный район, и никакой жилы здесь быть не может. С такими мыслями я захлопнула окно, решив что сон с закрытыми окнами, не так уж и плох.       Но когда я проснулась, на улице было как минимум человек сорок, хотя обычно — когда оно у меня появилось? — гуляет пару-тройку людей. Я будучи в неплохом таком шоке, открыла окно. На улице все галдели, отовсюду был слышен смех, музыка и голоса торговцев, зазывающих купить что-то.       — Сегодня что, праздник? — спросила я сама у себя, на что неожиданно получила ответ.       — Ну да, — слева от моей головы, на этой наружной штуке от кондиционера, сидел парень лет пятнадцати и со смесью радости и огорчения — что, блять? — смотрел вниз. — День основания нашей деревни.       — О как, — всегда считала подобные праздники чем-то не особо важным. Вроде, основали-то Россию не мы, так на кой хер нам это праздновать. Основатели пусть и празднуют.       — Почему? — несколько огорчённо спросил парень, а я на него уставилась. Я что-то сказала?       — Что, почему? — я как проснусь, хоть и соображаю, но при этом я не горю желанием разговаривать с кем-то. Просто меня все бесят.       — Основатели празднуют, — сказал парень, посмотрев на меня. А, я это вслух значит.       — Ну, не моё же день рождение, чтобы я его праздновала, — я залезла обратно, закрывая окно. Из всех праздников, для меня существовало только несколько: Новый год, день рождения и день выпуска из школы. Все они просто подкреплялись пивком или чем покрепче, поэтому и праздновались.       — А?! — сползаю с кровати, и падаю, умудрившись запутаться в одеяле. — Черт, — сзади слышится приглушённый смех. Тот пацан совсем охренел. Ржет надо мной и в душу лезет, не люблю таких. Особенно с утра. Поднимаюсь и снова открываю окно, и смотрю, тем своим взглядом, из-за которого меня в армии шугались, после особенно хреновой ночи. — Чубрик, или сам вали, или я тебя скину.       Видимо дети на него ещё так не смотрели, учитывая с какой скоростью он исчез.       — Хм, а без всяких подозрительных, этот шум приятен, — окно я решила оставить открытым.       На душе стало удивительно спокойно, учитывая последние напряженные дни. Прошло, выходит десять… нет, одиннадцать дней с моего попадания сюда. Уже привычно чищу зубы, и умываюсь холодной водой. Смотрю в отражение уже на порядок спокойнее, чем было сначала. Можно и стирку поставить.       — Бли-и-ин, — протягиваю, смотря на вещи в стиралке. — Забыла развешать, — ставлю на полоскание, чтобы не сильно пахло.       В самых огорченных эмоциях ставлю чайник, и открываю холодильник. Что ни день, то дрянь, как говорится. В холодильнике только не любимая мной, морская капуста, какие-то непонятные консервы, свекла и лук. И что вы мне прикажете делать? Я итак еду как сумасшедшая экономила, так она ещё и меньше чем за две недели закончилась.       — Блять, а там ещё это ебучая ярмарка, — чуть ли не рычу и достаю пакетик черного чая. Зелёный чай я не особо люблю, а вот черный, с всякими добавками — это просто рай. Может настроение, перед первым выходом поднимется. А в том что придётся выйти я не сомневалась, на диете я никогда не сидела, и не собираюсь.       Сажусь на какой-то притащенный со свалки пластиковый стул, ещё хозяйкой квартиры, видимо ей здесь тоже нравилось. Отпиваю, чуть разбавленный холодной водой чай, и вдыхаю свежий воздух. Свежий. Даже у тёти Маши на даче воздух был не таким, и далеко в тундре тоже. Вообще, нигде такого не было. Наверное, из-за этого так хорошо спится с открытым окном. Хотя, я и раньше любила спать с открытым окном, растений в комнате много было.       Допиваю чай, и вхожу в кухню, заодно прихватив с балкона некоторые вещи. Нужно закрыто одеться, но не подозрительно, ещё желательно прикрыть лицо и волосы. Вздыхаю и бросаю сухие вещи на кровать, собираюсь снять пижаму, но вспоминаю про шиноби-обезьянок и задергиваю ткань. Ну, шторой это назвать сложно.       Я точно помню, что где-то тут были краски…

***

      Из зеркала на меня взирал мальчишка в синей бандане, с пластырями на обеих щеках и переносице, в серой кофте поверх красной футболки и в довершение, в серых шортах. Идеально! Кофта, к сожалению, была единственной вещью без герба Узумаки и пришлось разрезать старую водолазку для того чтобы скрыть волосы. Ну, главное что я не похожа на Узумаки Наруто.       Накидываю на плечи небольшой, плетёный рюкзак и кладу деньги в карман. Перед дверью, становится страшно. А что если меня узнают? Точнее не меня, а Наруто?

Что они сделают?

      — К черту! — резко открываю дверь и сразу закрываю на ключ. Когда я успела стать такой боязливой?       Быстро спускаюсь и неожиданно оказываюсь в длинном коридоре. По левую сторону квартиры, по правую окна, за которыми тот самый мостик. Сглатываю, и уверенно иду дальше, вниз. Удивительно, но к концу этого не маленького пути, я ничуть не устала. Шиноби просто монстры, учитывая с какой легкостью мне далась эта лестница. Открываю дверь из дома, продолжая поглядывать на лестницу и нервно держу одну лямку рюкзака.       Шум, удивительно громко обдал меня со всех сторон. Ни хрена себя звукоизоляция! У меня такого нет, завидно.       Все что-то говорят, у лавок толпятся люди, родители катают детей, везде веселье и музыка. На пару секунд меня захватил восторг, но я увидела что-то похожее супермаркет. Сжимая лямки уже двумя руками, иду в его сторону, стараясь никого не задеть. Сердце бьётся об рёбра, словно в детстве тащишь из магазина сворованные леденцы; дышу через раз и наконец дохожу до заветного магазина. Стоит войти в прохладное помещение, как я выдыхаю.       По виду, обычный магазин: сначала идет отдел еды, подальше алкогольный, где-то слева всякая химия. Уверенно иду в сторону еды. Никогда особо списков не делала, опираясь на то, что дома есть, а чего нет. Медленно иду, рассматривая стенды, иногда что-то беру, рассматривая. Дохожу до мясного отдела и беру куриных ножек и свинины, ветчину. Руки забиты едой, поэтому иду в сторону кассы. Молодая продавщица, добро на меня взглянула. Меня чуть не передёрнуло.       — Можно пока оставить, пока я еще не наберу? — прозвучало жалко, от до сих пор не привычного детского голоса, я чуть не выронила горку еды, которая лежала у меня в руках.       — Да, конечно.       Киваю, то ли ей, то ли себе. Быстро оставляю всё, и бегу к прилавку с овощами. Было страшно. Немного нервно беру пакет с помидорами, затем огурцами и картошкой. Беру еще немного фруктов и иду на кассу. Продавщица посчитала всё что у меня было, и дала два пакета.       — С вас две тысячи, сто двадцать рё, — женщина сказало мне сумму, ободряюще улыбаясь. Подсчитывать в уме сумму стало неизменной привычкой, поэтому я была уверенна что меня не надувают.       — Хорошо, — более-менее успокоившись, достаю конверт и расплачиваюсь. Пакеты достаточно тяжёлые, но я по тому же пути возвращаюсь домой.       В этот раз на лестнице, я более чем устала. Груз мешал, но есть хотелось больше чем полежать, поэтому в один заход. Пытаюсь отдышаться, поворачивая ключ в двери, и медленно вхожу. Ноги в неприятных сандалях, болели, но пакеты с едой были моей заслугой. Улыбнувшись, я стянула уже ненавистную обувь. Раскладывая еду, невольно замечаю что на часах уже три дня, а я ни странички не прочитала.       — Похрен, — машу рукой, оставляю на столе одну куриную ножку для супа.