Я начинаю

19–20 сентября 99       Сквозь пелену бессознательного, я внезапно ощутила металлический привкус крови во рту. Потом нахлынули и другие чувства. Боль в левой ноге, сильное жжение в предплечьях. Открыла глаза и увидела над собой максимально серьезное лицо моего профессора. Оно чуть просветлело, когда он заметил, что я пришла в себя. — Шшш, все хорошо, ты в безопасности. — Северус…       Объятия, так необходимые, наконец, последовали. Снейп осторожно, словно хрупкую вазу прижал меня к себе и зарылся носом в каштановое гнездо волос. Сквозь толщу одежды было слышно как сильно громыхало его сердце. Или это мое? До жути хотелось разреветься от облегчения, что все миновало. — Я здесь, — пальцы нежно коснулись щеки. — Тот мерзавец давал тебе какие-то зелья, Гермиона? — Нет. Хочется думать, что кровью этого слизняка нельзя отравиться. — Он воздействовал на тебя какими-либо заклинаниями? — Петрификусом… чтобы похитить.       Какая уже разница. Хочу забыть все это как страшный сон. Сходить в душ, выпить обезболивающее и восстанавливающее, устроиться в обнимку с профессором и отрубиться без сновидений. Хотя бы здесь. Это что, больничное крыло Хогвартса? Но одно звено из моих лечебных мероприятий не хотело останавливаться. — Где болит? — Везде… Он издал странный полузадушенный звук, и я поняла, что немного перестаралась. — В основном нога. А остальное ерунда. Да. При всей любви к кошкам, их способности группироваться при падении у меня не было. — Я принес тебя к Поппи. Она поможет, — черные омуты с затаенным страданием посмотрели на меня. — Прости, что не уберег. — Тут нет твоей вины. Он искал меня. А ты меня спас. Ты снова мой герой. Я говорила быстро и путано, испугавшись, что впечатлительный профессор опять взвалит на свои плечи большой тюк вины. Но зельевар, будто бы не слыша моих слов, продолжал находиться в состоянии сильнейшего самобичевания. — Он сделал с тобой что-то… плохое?       Плохое? Он утащил меня, напугал, привязал… Мне пришлось прыгать из окна второго этажа. Или он подумал о другом?       Какая же ты дура, Грейнджер! Окровавленная, в рваном платье… Мерлин, оставалось надеяться, что он не убил психа! — Объект двенадцать свой статус не потерял, — сказала я, как и десятки раз до этого, профессионально и немного с гордостью. А потом ободряюще улыбнулась.       Уголок тонкого рта слабо дернулся. Но лавина уже начала свое движение. Он вновь уткнулся, но уже в область шеи и совершенно по-снейповски хмыкнул. — Спасибо, что пришел и спас. Снова. — Спасибо, что не опустила руки и сражалась до конца. — У меня еще куча планов в жизни. И многие из них связаны с тобой. Что я несу… Это все стресс! — Вот как, — вероятно, одна бровь недоверчиво приподнялась, но я этого не увидела. Мы все еще обнимались. — Тогда выздоравливай поскорее… Тебе придется быстро бегать, чтобы захомутать меня в свои сети. — А я уже. Или ты не заметил?       Он не успел ничего сказать (и не знаю, собирался ли), но тут, громыхая тележкой с зельями, в комнату вошла мадам Помфри. Мой профессор заметно напрягся и слегка отстранился. — Хорошо, что вы очнулись, мисс Грейджер, — обратилась она ко мне.– Отлепись от нее хоть на пару минут, Северус. Мне нужно еще раз все проверить.       Напоследок ласково поправив мои волосы и уложив меня на спину на больничную койку, Северус встал и отошел к окну. Я удивилась. С его обширными знаниями и опытом ничего не стоило самому залечить пару порезов и перелом. Зачем было тащить меня сюда?       Мадам Помфри не теряя времени начала произносить диагностические заклинания. Непонятные мне цифры всех цветов загорались и гасли. Снейп застыл неподалеку. Я просто не понимала, что происходит. В конце, засветив меня как рождественское дерево, целительница удовлетворенно кивнула. — Все в порядке. Видимо произошел магический выброс и немного истощил вас. — Какого черта ты тогда напугала меня! Я чуть с ума не сошел. — Для профилактики. Нечего девушку одну оставлять. Тем более такую, которая терпит твой характер. — Поппи… — предупреждающе зашипел зельевар. — Все. Посещение больной закончено. Ей нужен покой. Замечательное завершение чудесного дня. Одиночество.       Профессор уходить не торопился. Присел на белоснежную простынь рядом, взял руки в свои. — Может не будешь так пялиться на нас? Отвернешься? — не оборачиваясь, обратился он к женщине. — И не подумаю. Поцелуй на прощание, несмотря на присутствие мадам Помфри вышел настоящий, но короткий. — Меня не будет пару дней, — прошептал он прямо в мои губы. — Поппи можно доверять, тем более, что она сразу все поняла. С учениками будь осторожнее, особенно со слизеринцами. — Обязательно уезжать сейчас? — обиженная девочка-подросток во мне капризно надула губы. — Вот так и смотри на меня в следующий раз. Очень достоверно, — прокомментировал преображение зельевар и взмахнув мантией исчез в дверях. — Что одна ребенок, что второй, — покачала головой целительница. — Ладно, приступим к лечению. Ты пила когда-нибудь костерост? ***       Половину ночь я провела без сна. И вовсе не из-за боли. Как и всегда, успокоившись и оставшись наедине с мыслями, в голове все встало на свои места.       Скоропалительный отъезд вовсе не был отступлением забеспокоившегося о свободе холостяка, как можно было подумать.       «Что он сделал с напавшим на меня магом», — вот вопрос, на который я хотела получить ответ. И боялась этого. Как известно, «Круцио» по-настоящему эффективно, когда насылающей его действительно ненавидит и хочет причинить вред своей жертве. У такого сильного волшебника как Северус Снейп по разрушительной мощи оно могло само по себе повлечь смерть. Я ни капли не жалела этого мерзавца, но вот новое убийство в биографии моего избранника беспокоило.       А вдруг его посадят в Азкабан? Или снова начнут разбирательства?       Мерлин!       Мадам Помфри поймала меня около больничного камина, когда я искала урну с порохом. В три часа ночи. Ругаясь, довела до палаты и насильно влила еще полпузырька успокоительного. После этого, впервые за очень долгое время мое тело погрузилось в сон. ***       На завтраке в Большом зале меня представили изумленным ученикам. Гриффиндор взорвался громогласными аплодисментами, со стороны змеиного факультета была тишина. Оставшиеся представители других домов похлопали из вежливости. У всех в голове крутился один вопрос: зачем все это нужно? Еще один педагог, да еще и воспитатель. Чему вообще может научить девчонка сама пропустившая седьмой год?       Я тоже не знала. А от подозрения, что моего дорого профессора как раз сейчас физически отрабатывают мракоборцы, стало совсем плохо. — Не думай, что сможешь выжить меня с места, соплячка, — тихо кинула мимоходом недавняя собеседница Снейпа. Та самая преподавательница Маггловедения. Что ж, друзей заводить я умею.       В соседях по столу у меня были Флитвик и Невилл. Последний ходил в ассистентах у профессора Спраут, поэтому ничего необычного в этом не было. Меня такое соседство устраивало полностью, и если бы не подавленное состояние, обязательно завела с ними беседу. А так, приходилось сидеть из приличия, ковыряясь в каше и молчать. И обдумывать новый план.