Внезапный собутыльник

      Юноша шел по пустой дороге, тянущейся через лес. В воздухе стояла приятная свежесть только что прошедшего дождя, что пусть и ненадолго, но убрал непривычную для него летнюю итальянскую жару.       Ветер трепал и без того нечёсаные угольно-черные волосы. Да и общий вид парня показывал, что под этот самый дождь он всё-таки попал.       Между деревьев проскочила тропа. Если присмотреться, то можно было заметить, что ведет она к обрыву с невероятно красивым видом на небо. Заметив это, парень от нечего делать направился туда.       Вид открывался и правда невероятный. Долина, заполненная деревьями, простирались где-то далеко внизу, в окружении таких же зеленых гор, голубая-голубая река пересекала лесной массив, огромное жёлтое солнце украшало небеса, а где-то на горизонте можно было заметить зловещего вида замок.       «Интересно как далеко это место от ближайшего города?»       Он смотрел в даль на все это великолепие, а на лице был лишь идеальный покерфейс.       Глаза, что когда-то радовали весенней зеленью, сейчас больше напоминали болотную трясину, такие же глубокие и мертвые.       Парень смотрел на этот без прикрас великолепный и фантастический вид и… ничего не чувствовал.       Внутри него будто бы расцвела махровым цветом пустота. И кажется, где-то здесь, должно быть, то или тот, кто смог бы избавить его от этого гнетущего чувства, казалось, что оно даже где-то рядом.       Гарри потряс головой, выкидывая эти мысли куда подальше. В конце концов, он один и никто не придёт к нему на помощь, нет в этом мире того, кому он был бы нужен. Ни как сильное оружие, ни как мешок с наследством, ни как удобная марионетка.       Даже смешно. Тот, кто по мнению окружающих имеет всё, по сути не имел ничего.       Гарри Поттер, а это был именно он, избранный, дитя пророчества, мальчик который выжил, самый молодой победитель турнира трех волшебников, он имел всё и ничего одновременно.       У него были сотни друзей, поклонников и последователей, но не было семьи, тех, кому он смог бы не задумываясь доверить спину.       У него были деньги, на которые можно купить небольшую страну, но не было места, в которое он мог бы вернуться, назвать домом.       У него не было территории, которую он мог бы защищать.       Хотя нет, так он думал раньше, ведь тогда у него было место, ради которого он был готов биться до последней капли крови, друзья, за которых он был готов умереть. Но…       Это все было лишь иллюзией, не более чем позолоченной клеткой.       Гарри всегда ненавидел быть запертым, ограниченным. Он ненавидел большие скопления людей, известность и навязчивость. Он предпочитал тихие места, где было мало людей и никто не лез в его личное пространство.       В этом плане Хогвартс был адом, но он терпел всё это ради места, которое давало ему свободу, которое он мог бы назвать домом.       А теперь выясняется, что все это было не более, чем иллюзия. Школа - клетка. Друзья - обманки и подставные лица.       Единственным человеком, который действительно желал Гарри счастья, был Сириус, но он мертв. Упал в арку буквально несколько дней назад.       А сейчас Поттер сидел на краю одного невероятно красивого обрыва в Италии и думал…       «Чисто теоретически, если я сейчас спрыгну и внизу, чисто случайно, окажутся люди, которые позовут подмогу, то хватит ли высоты, чтобы меня не довезли до больницы и не откачали?»       Как же избранный герой оказался в подобной ситуации?       Все началось с того, как погиб Сириус. В тот день у Гарри состоялся «серьёзный разговор» с директором, который, по сути, никакой смысловой нагрузки и не нёс, как обычно, туманные намёки и ничего действительно полезного.       А вот более поздний, подслушанный через пару часов после «важной» беседы со светлейшим, прояснил многое, даже слишком.       Поттер горько усмехнулся. Он был марионеткой, жертвенным агнцем, а Блек им просто мешал выращивать податливую куклу.       Но Гарри был невероятно терпелив, жить захочешь и не такому научишься, а потому решил не рубить с плеча, а немного успокоиться. Он и так на взводе после смерти крёстного.       Вот только чем внимательней он смотрел, тем больше находил подтверждений, что его выводы не вымысел и не подростковый максимализм.       Но учебный год кончился и на Кингс Кросс его как обычно забрали родственники и… поехали в сторону аэропорта?       Как оказалось, Вернон получил очень выгодную сделку и решил перевести бизнес в Италию, но так как Поттер числится их воспитанником, то уехать без него они не могут.       И так, спустя несколько часов по прилету в страну пиццы, родственники погрузились в машину и на полпути к новому дому… Высадили его посреди леса…       Честно, Гарри даже не был удивлен.       Хотя сейчас ему вообще на все плевать. И на родственников, и на вещи, которые они ему так и не отдали.       Самое важное у него было с собой в мешочке на шее. Мантия невидимка, немного галеонов и фунтов, ключ от хранилища в Гринготсе, семейный альбом, молния и волшебная палочка. Все самые ценные для него вещи.       Хотя какое это имело значение, если он собирается сейчас окончить свою жизнь по причине того, что жить ему не за чем?       Но он лишь сидел на краю обрыва, а чувство, что в этом мире еще остался кто-то кому он сможет по-настоящему открыть душу где-то рядом, всё росло и росло.       Внезапно сзади раздалось. — Ehi, spazzatura suicidaria, staraili ' ancora a lungo o lofarai?       Поттер оглянулся, сзади стоял подросток примерно его возраста, смуглая кожа, красные глаза, черные волосы в которые вплетены перья и… это хвост енота? На юноше был деловой костюм, с парой пистолетов на поясе и весь образ так и внушал какой-то первобытный страх и уважение, даже не смотря на бутылку виски в руке.       Заметив на себе недовольный взгляд, не то что бы его можно было напугать подобным, Гарри всё же решил ответить, изобразив у себя на лице некое подобие доброжелательной улыбки. — Извините я не говорю по-итальянски.       Подросток то ли раздражённо, то ли понимающе хмыкает и садится рядом с Поттером. — Я так и подумал, что ты не местный, — а затем добавил на непонимающий взгляд с самодовольным выражением лица, — Местные меня боятся. И перестань тянуть эту ломанную лыбу, от тебя так и тянет фальшью, суицидальный мусор. Так что будь добр либо прыгай уже, либо дай напиться спокойно. — Не самая безопасная идея бухать на краю обрыва. Хотя не мне судить… В честь чего пьёшь хоть? — В честь того что жизнь гавно. — И не поспоришь.       Помолчали… Тишина с этим без сомнений опасным парнем почему-то была уютной… Странно… Чем Гарри тут же поспешил поделиться. А что ему нечего терять. Если его застрелят, то лишь облегчат решение вопроса как самоубиться. — Ты странный. Сидеть и пить в компании незнакомого человека. — Я не настолько слабак, чтобы даже в таком состоянии не набить такому мусору как ты морду. — Я не такой уж и слабый… — Может проверим, суицидальный мусор? Давно мне не было так хреново, так и чешутся кулаки кому-нибудь набить морду. — Знаешь, а давай. *Три часа, кучу раскуроченных деревьев, синяков и пару сломанных ребер спустя*       Два подростка валялись на голой земле неплохо так избитые, смотрели на постепенно снижающееся солнце и уже на двоих распивали остатки виски. — А ты не плох, суицидальный мусор, ещё не дотягиваешь до качества Варии, но если потренировать, то может выйти толк. — Круто… наверное. Гарри Поттер, кстати. — Занзас Скайрини. — И всё же в честь чего напиваешься? — Не отстанешь? — Неа. — Ну слушай тогда.       Если сильно сократить последующий рассказ, то выходило, что Занзас был приемным сыном одного очень богатого и влиятельного человека, который обещал, что оставит всё парню. Но вот незадача, наследником может стать только кровный наследник, а Занзас как он сегодня выяснил приёмный. — Ну ничего! Я устрою переворот и заберу всё силой! — А если проиграешь или цена окажется слишком высокой? --??? — Ну вот предположим, ты выиграешь, но эти твои дождь и гроза, кем бы они ни были погибнут, что ты будешь делать с такой победой? А что будет если проиграешь, их накажут, будут шантажировать, да и просто судя по всему между вами сильная связь, какого вам будет если её разорвать? Молодой алкоголик, не делай того, о чем потом пожалеешь. Да, тот кого ты звал отцом на самом деле им не был, ну и что? У тебя до сих пор есть семья и есть кого терять, так не будь идиотом, не потеряй их. — Не тебе мне это говорить, суицидальный мусор! Сам-то почему убиться хочешь? — А мне как раз таки нечего терять, не к кому идти, некуда возвращаться…       Занзас застыл. И когда они успели вновь сесть на край обрыва? Этот му… парень, еще во время сражения небо поняло, почувствовало, причину почему пришёл сюда. Облако, его облако. Ослабленное, почти затухшее, лишённое воли к жизни, но его, в этом нет сомнения. Занзасу внезапно стало до ужаса интересно, а что будет если дать его облаку цель? — Ничего и никого нет, говоришь, — Небо встало и протянуло руку собеседнику, — тогда пойдем со мной. Стань моим, защищай мою семью, иди куда хочешь, я не буду сдерживать, но всегда возвращайся в мой дом! Ну так что свободолюбивый, суицидальный, облачный мусор?!       Когда последние лучи заката упали на землю облако схватило небо за руку поднимаясь. Предложение — принято, пути назад — нет, да и не нужен он никому…

Спустя неделю в Хогвартс придёт письмо от имени Гарри Поттера об отказе на дальнейшее обучение. Тёмного лорда спустя два года уничтожит неизвестный. От пули в голову, тем более пропитанной пламенем, еще ни что не спасало.

В Варии тем временем впервые за множество поколений будет полный набор хранителей. А об облаке, что прозовут Ведьмаком за невероятные зеленые глаза, вскоре начнут чуть ли не легенды слагать. Силён и поистине неуловим, он проходил через любую защиту, находил такую информацию, что даже Маммон слюни пускал, по слухам мог на равных драться с некоторыми Аркобалено. И что самое страшное по мнению многих, мог беззастенчиво назвать босса Варии алкоголиком или высказать недовольство планом, являясь негласной правой рукой Неба Ярости.

      Поттер довольно улыбается слушая шепотки у себя за спиной. Быть плохим парнем ему определенно нравится больше, чем символом света. А прозвище босса… Ну Занзас же зовет его суицидальным мусором, даже спустя пять лет, почему ему нельзя.

Этот мир так и не узнал ни колыбельного дела, ни бунта Варии. Облако, что всегда далеко от семьи, но ближе всего к небу, незримо для всех следовало за босом, не давая оступиться и совершить непоправимое…