Шах сделан, жду мат

Он ничего о ней не знал. Просто имя. И все. Ни возраст, ни есть ли у нее семья или молодой человек? Не знал даже, что она любит и что ненавидит. Она ела все, что готовил Ричард, ни от чего не отказывалась. Не критиковала его работу по дому, просто наблюдала и все. Словно и не ее это был дом, и не ее телохранитель убирается в нем, передвигая вещи, меняя их местами. Девушка не любила перестановки, особенно на ее территории, но сейчас просто смирилась и молча сидела в кресле. В самом любимом месте в доме. Со дня происшествия с постельным рабом Алексисом прошла ровно неделя, а юная госпожа до сих пор вздрагивали от чужих прикосновений. Всю неделю она не выходила из дома, хотя ее ждала работа, куча непроверенных бумаг и счетов, неподписанных контрактов. Но переступить через себя она снова не смогла. Работать на износ могла, но не через силу. Сейчас заниматься делами транспортной компании Миррор было, откровенно говоря, лень. На следующий день после насильственных действий со стороны раба к госпоже, тот был мохоопно выгнан из дома, став свободным человеком. На руках у него были его документы, с заверенным у нотариуса в срочном виде рекомендательным письмом и бумагой о том, что Мирель, как его госпожа, освобождает его от его статуса и драует новый – гражданин. Хотя вряд ли такого как он где-то примут, кроме публичного дома. Распрощавшись с прошлым, она сидела у себя пару дней, изредка впуская к себе Ричарда, что приносил ей обед. Читала книги, лежала в постели и просто смотрела в окно. Ей нужно было свыкнуться с той мыслью, что она слаба и дать отпор мужчине не может. Без посторонней помощи она просто разрушит саму себя. Поэтому она и должна была вспомнить, что слаба, настолько, что иногда встать с постели – это великий подвиг для ее тела. А душа жаждала свободы, но, закованная цепями в этом теле, просто томилась от того, что больше не сможет почувствовать себя полноценной. В один из таких дней, когда надоело девушке сидеть в своей комнате, она переоделась в короткое платье с большим бантом на спине, сделала прическу, надела туфли на невысоком каблуке и отправилась пряоь из дома, но у выхода ее поджидал слуга-телохранитель. – Госпожа, – тот учтиво поклонился, закрывая собой входную дверь. – Я имею право знать, как ваш телохранитель, куда вы отправляетесь в таком виде? Он взглянул на нее с неприкрытым интересом, но не из-за наряда, а из-за того, что она резко вышла спустя неделю из апатичного состояния и своей комнаты. Стоит ли говорить, что он после того случая, стал более внимательным к ней, ее интересам и ее общему состоянию? Он старался подмечать каждую деталь, стараясь сделать ее пребывание в доме комфортным, чтобы не чувствовать себя словно в клетке чьих-то противных рук. – Я отправляюсь в бар, – коротко и ясно, без приглашений и просьб. Молчание. Ричард хотел ей сказать, что она сейчас не в том состоянии, чтобы находиться в окружении пьяных людей. Если считать, что уже вечер и она будет в окружении пьяных мужчин, то ей следовало остаться дома и пригубить пару алкогольных напитков в полной безопасности и покое, но... Он просто слуга-телохранитель, а потому только лишь может следовать за ней и обере... – Ты останешься тут. Парень был ошарашен этой новостью. Взглянул на госпожу с непониманием. – Почему вы оставляете меня здесь, госпожа, если я должен быть рядом с вами всегда? – Я просто иду выпить. Ничего такого – Я буду дерзок, если вам это скажу, но молчать не стану. Неужели вы уже забыли о том, что прои... – Хватит! Я прекрасно помню, что произошло. Именно поэтому и отправляюсь в бар. Если тебе так хочется за мной следовать всегда и везде, то оставайся тут и жди моего звонка. Заберёшь меня из бара. Он был нагл, и наглость переходила все границы, но... Эта наглость была сравне заботе или же и была ею, просто об этом умалчивалось. Его беспокойство было ей приятно, но на данный момент ей просто хотелось напиться и забыться. Нырнуть в водоворот алкоголя, спуститься до уровня животного, забыть обо всем и только потом начать эволюционировать обратно. Ричард отошёл от дверей. Даже их приоткрыл, накрывая голые плечи госпожи ее плащом. – Я буду ждать вашего звонка, – сказал тот и поклонился ей в пояс, убирая руки за спину. – Я знаю. Жди. Но я буду долго Как оказалось для того, чтобы ей сильно опьянеть – времени много не надо