Тридцать три

Однажды попав в комнату Лэнса, Кит оху... был впечатлён. Огромный, во всю стену, книжный шкаф вместо книг был завален мусором. Какие-то цветные камешки, крышки от бутылок, битое стекло, бумажки с надписями, чьи-то визитки, смазанные полароидные снимки, подписанные гелиевой ручкой... И это - лишь малая часть, содержимое лишь одной полки, которую Кит успел окинуть взглядом, прежде чем Лэнс позвал его к столу. Пришлось подчиниться, потом они отвлеклись, потом стало не до того... Но уже дома, оказавшись в своей комнате с пустыми серыми стенами, идеальным порядком на столе, в ящиках и под кроватью, Кит вспомнил весь этот бардак. Вспомнил - и поставил рядом с настольной лампой фотографию отца и мамы на фоне серо-стального неба и каких-то красных скал. Широ посмотрел, потрепал Кита по голове огромной ладонью и промолчал. Комната младшего Когане обрастала "памятками" куда медленнее, чем у Лэнса. Тот тащил к себе любую мелочь, даже самую незначительную. Кит был избирательнее, но и в его коллекции появлялись вещи на первый взгляд совершенно ненужные. Выуженное из волос Пидж пёрышко от подушки. Пакетик сахара, который Ханк в шутку разрисовал оранжевым маркером. Шишка, которую притащил в зубах Космо во время прогулки. Кусочек салфетки, об которую Аллура промакнула свою нежно-сиреневую помаду, а потом разлила на нее колу, причудливым узором расплывшуюся по белой бумаге. Липкий стикер с запиской "будем поздно" от Адама и кривым сердечком от Широ. Дурацкое пластиковое колечко с зеленым лицом пришельца в коробке от настоящего кольца. Настоящее Кит носит на цепочке, чтобы поближе к сердцу, да и удобнее так, точно не потеряешь. А Лэнсову гору хлама они перебирают вместе, при переезде, и, на удивление, кубинец рассказывает целую историю про каждый засушенный цветок и про каждую бутылочную пробку. Кит записывает все это на видео, поэтому, когда большая часть отправляется в мусорку, Лэнс не очень грустит. Тем более, что теперь у них будет место, чтобы собирать уже общие "памятки".