Тяжести жизни

      Проснулся я уже на кровати. Обтягивающая водолазка и черные джинсы прятали синяки и прочие следы последнего дня. Все болело, но таблетка обезболивающего, лежащая на принесенном стуле помогла мне чувствовать себя хотя бы полумертвым. На том же стуле висела кожаная куртка, к груди которой была пришита нашивка с моим номером. Всех наверное повергло в шок то, что я совершенно не пытался сбежать. Дело в том, что мой отец много чего мне рассказывал, поэтому я прекрасно знал, что бежать бесполезно. Если эти люди захотят, эти люди найдут и под землей…да и на Марсе они найдут. Желудок мерзко свело, он что-то пробурчал про то, что его не кормят, заставляя есть себя самого. Я полностью оделся, натянул на ноги черные носки и ботинки. Сразу видно, какой цвет у владельца любимый. Через несколько минут ко мне зашел какой-то мужчина, постоял у двери минуту. Молча подошел и ударил меня в живот. — Тебе не рассказали как встречать хозяев? — его скулы были сильно напряжены, темно-зеленые глаза взглядом резали и рвали на куски. — Простите…здравствуйте, Хозяин, — хоть мужчина и не обладал фигуристым телом, скорее просто был слишком тощ, его удар был явно наработанным не на одном человеке. Меня подняли за шкирку и посадили на кровать, через несколько секунд на шее оказался ошейник, на котором болтался брелок с номером 19. — Пошли со мной, покажу тебе наше здание, заодно провожу в столовую.       Просторный коридор в черных тонах с редкими тонкими бордовыми полосками, проходящими по абсолютно любой траектории, вел в большое помещение, дверь которого была сделана из прочного темного дерева. Пока мы шли по коридору я обратил внимание, что кроме моей двери, здесь находятся еще около девяти таких же. На каждой был свой номер, причем идущий совсем не по последовательности. Проходя рядом с одной из дверей, я заметил, что номера на ней нет. Вопрос сам возник по себе, но мой спут…хозяин сам ответил на него. — Тут жил номер 10. Его убили позавчера, пока никого не заселяют, нужно выкинуть его вещи и поменять белье на кровати, а здесь всем лень, — мужчина о чем-то задумался, его глаза на секунду заблестели, но сразу потухли. Зайдя в помещение я обратил внимание на четкую симметрию. Все стулья и столы стояли, создавая форму полукруга. Всего их было около пятидесяти. Напротив них стоял огромный стол, к которому был пододвинут такой же огромный стул. За столом стоял шкаф, дверцы которого были сделаны из какого-то металла и заперты на ключ. Из изучения каждой детали помещения меня вывел голос мужчины. — Здесь распределяются задания, каждое утро ровно в 5, ты должен быть тут. Он подошел к одному столу и приклеил к нему бумажку с моим номером, затем это же проделалось и со стулом. — Тут много мест, комнат же я видел в несколько раз меньше. — Мы прошли только по одному коридору. В этом доме таких четыре, еще один в подвале. Там живут либо очень везучие, либо те, кто скоро умрет. Также там находятся комнаты хозяев. В любом случае советую не привлекать к себе внимание, девятнадцатый. На тебя будет большой спрос, тебе стоит не бояться убивать людей и отодвинуть свое мнение на задний план. Болтливых здесь не любят.       Мужчина распахнул двери, и мы оказались в зале. Пять столов, за каждым из которых сидели парни одетые как я. На каждом был ошейник с брелоком и куртка с номером. — Садись за второй стол. Здесь все по коридорам. Первый стол — подвал, Второй — первый коридор, дальше по нарастающей. Хозяева едят в соседнем зале. Заходить туда запрещено, если ты будешь нужен тебя позовут. Контактировать ты можешь только с остальными парнями, но не злоупотребляй этим. Люди здесь привыкли убивать, дружба с ними никогда не будет надежной. За некоторые задания тут глотки режут, — хозяин посмеялся, показал мне на мое место и молча ушел в другой зал, через щель от закрывающейся двери я увидел куда более изящно обставленное помещение и черный стол за которым сидело несколько человек. В голове непроизвольно вспомнилась дверь десятого. Глотки значит режут… Сев за стол, я осмотрел остальных парней. Были те, кто выглядел на пятнадцать, как и те, кто выглядел на тридцать с небольшим. — Он тоже тебе сказал, что мы тут друг друга убить готовы? — я повернул голову на звук, справа от меня сидел худощавый парень. Острый нос и внимательный взгляд сразу привлекали внимание. Я бы сказал, что он был похож на сокола или ястреба, — Номер тридцать восемь. — Что? — я слишком увлекся изучением лица молодого человека, поэтому его голос резко вырвал меня из размышлений, но тем не менее не донес сути его слов. — Мой номер. 38. Так-то Павел зовут, но если кто-то услышит, что мы произносим свои имена, будет туго. Повторяю вопрос, девятнадцатый. Он тоже тебе сказал, что мы тут друг друга убить готовы? — Перерезать глотки. Антон, — я протянул руку, он быстро пожал ее и усмехнулся. — Руки у тебя часто будут болеть. Никто из своих тебя тут не тронет. Мы убийцы, но не подставляем своих, — Павел прошелся взглядом по моим рукам и снова стал смотреть в глаза. — Руки? — непроизвольно я размял запястья и взял ложку, начиная есть суп, который на удивление был вполне вкусным, думаю, что моя мама сказала бы, что не хватает специй и добавила бы щепотку перца, который никак бы не повлиял на вкус. — У тебя тонкие запястья и длинные пальцы. Многие любят смотреть на то, как такие руки становятся беспомощными в наручниках. А наручники — боль в запястьях и постоянные синяки.       В соседнем зале кто-то громко кашлянул. Все сразу уткнулись в тарелки и продолжили прием пищи.       После мы вернулись по комнатам. Шли ровным рядом, после каждого пятого парня стоял хозяин. А теперь угадайте каким шел я? Пятым! Мое везение явно так и осталось в моем доме. Всю дорогу я чувствовал взгляд, прикованный к моим, обтянутыми джинсами, ягодицам. Если уже знакомые мне хозяева и доктор, были красивыми и сексуальными, то этот был ниже меня (хотя с моим ростом это особо не удивляло), полненький и пахнущий дешевым одеколоном.       Остальное время до пяти утра прошло спокойно. Ровно без пяти пять мне постучали в дверь и, не заходя, крикнули, что через пять минут сборы в зале. Что ж…вот и близится начало моего первого задания.