Six shadows

-Хей ты! Что ты забыл в резиденции хокаге? Девушка поправила темные волосы, внимательно следя за пацаном, лет 13, застывшем на месте. В его голове сейчас крутились две мысли: позорно сбежать и провалить задание, данное ему братством или же выполнить миссию. Конечно же был и третий вариант — вступить в бой с женщиной и либо умереть героем, либо победить. Времени на раздумье не было, решать нужно было здесь и сейчас. Парнишка рванул вперед, попутно довольно быстро складывая руки в печати. Змея. Овца. Обезьяна. Еще три знака и на члена анбу летит огненный шар, сметая всё на своем пути, у женщины просто нет шанса увернуться. Еще детские зеленые глаза раскрываются в удивление -противник повержен одной атакой. В анбу совсем что ли лохов брать стали? Проходя сквозь развалины коридора, он минует лежащие на полу тело и, с гордо поднятой головой, распахивает дверь в кабинет хокаге. В комнате к его взору предстал стол, панорамное окно к которому был развернут стул. Пацан подходит ближе к столу, попутно думая закрыть дверь, чтоб не засекли, и подмога не пришла, и осматриваясь, где могут лежать эти бумаги? По дуновению, непонятно откуда взявшегося, ветерка стул поворачивается. Комната пуста, тут никого нет, но такое ощущение, что за ним наблюдают, какое-то эфемерное присутствие. Парнишка начинает рыскать по ящикам в поисках того, за чем пришел. Не то. Опять не то. Мимо. Опа! Как-то всё легко. Достаёт лист из папки нужные документы, быстро подскакивает и бежит к двери, открывает и. Она не открывается. Пытается снова и снова, но дверь оказывается заперта, как в дешёвом хорроре. В комнате опять подул ветер или это галлюцинации. Да, точно, это все всего лишь его воображение: дверь захлопнулась, когда он её закрыл. Он её не закрывал, только подумал, что надо бы. Чертовщина какая-то. Остается только один выход — окно. Да, это шумно, да, привлечёт лишнее внимание, но не сидеть же ему в кабинете хокаге с украденными бумагами в руках и трупом охранника за дверью и ждать хозяйку. Пацан разворачивается и идет к своей цели, как его внимание привлекает стул, который со скрипом, которого раньше не издавал, разворачивается и представляет к его вниманию ту самую женщину из анбу. Она улыбается, парень уверен, хоть её лицо и скрыто за маской с кошачьими ушами, если бы на ее месте был бы он сам, то комната бы давно была заполнена его хохотом. Попался, как какой-то простак. -И зачем тебе эти бумаги? Что же в них такого интересного? Её голос такой глубокий, как будто тебе поют колыбельную, заволакивает тебя в дрему. Нет, не время. Парнишка пятится к двери, пытается открыть, снова и снова, а она подходит всё ближе за его спину. Замок поддаётся и он вываливается в коридор. Труп на месте, а за спиной никого, кабинет пуст. Это все его воображение. Идет к лестнице, спускается вниз, пытаясь отдышаться, открывает дверь наружу и видит кабинет хокаге, где за стулом снова сидит та самая женщина. Собирается развернуться и бежать, но за той стороной проема тоже кабинет и тоже она, оседает на пол. Закрывает лицо руками, вслушивается в её мелодичный голос, который твердит: «зачем они тебе?», её нежные руки, которые обнимают его со спины. -Я не хотел её убивать! Я всего лишь выполнял задание братства. — ревет-. Прости меня, я принесу тебе цветы на могилу. -Вряд ли ты увидишь мою могилу, я не собираюсь отправляться на тот свет, мне и на этом хорошо. Пацан открывает глаза и видит камеру, мужчину со шрамами и её. Она стоит оперевшись о стол в пыточной, понять это можно по количеству непонятных предметов, запаху крови и… О боже там крыса пробежала? -Кто ты такая? Что ты такое? Девушка лишь усмехается. -Теперь он весь твой Ибики, выуди из него всё, что сможешь, хотя ты и сам это прекрасно знаешь. -Сама придешь за отчетом? -Отправишь кого-нибудь к хокаге с весточкой. -Кто ты?! Скажи имя! Парень орал как не в себе, пытался вырваться, привлекая к себе лишнее внимание. Командующий подразделением пыток и надзора сухо сказал: -Терпеть не могу, когда ты используешь на них свои штучки. -Я могла бы его скрутить, но он сразу посмотрел ни туда. — она развела руками, развернулась и пошла. -Имя! Я хочу знать имя! Секунда. У его шеи кунай, маска анбу лежит на полу, открывая миру юное лицо с ужасающими красными глазами. Пленник глотает воздух, пытается забыться, отбросить всё произошедшее на задний план. -Если ты узнаешь мое имя, то сразу же умрешь. -Мне всё равно долго не жить. -И то верно, но нам ты пока нужен живым. Его глаза закатываются, ко рту подступает пена. Через секунду он уже снова в том проклятом коридоре, лежит без сил. Чувствует, как его тушу кто-то подхватывает, как ноги волочатся по полу и этот взгляд. *** Парень аккуратно выстругивает детальку к будущей кукле. Его работы свежи и прекрасны, как распустившиеся в первый раз цветы, в них нет изъянов, кои свойственны людям. Человек стареет, становится уродливым одиноким старцем, вынужденным проживать свои последние дни в омерзение от собственной беспомощности. Это будущее ждет всех, кто не позаботился о том, чтобы умереть молодым. Хотя и такой вариант ему чужд. Мертвое тело начинает разлагаться, будь оно хоть молодым, хоть старым, от него останутся лишь кости на земле, никакой былой эстетики. Искусство — это вечно прекрасно юное существо, чья оболочка не изменится, даже если душа покинет его тело. В комнату, хорошо освещенную солнечным светом, зашла девушка в пижаме, потянулась и села на кресло, внимательно всматриваясь в уже готовые детали. Она хмурит брови, подмечая что-то понятное только ей, наклоняет голову вбок, чтобы процесс изготовления стал виднее. -Опять парень? — кивок. — Опять тощий, бледный блондин? — кивок. — Ты можешь хоть раз девушку сделать? -Если вас убьют на миссии, то я сделаю из вашего тела самую красивую марионетку. Парень улыбнулся, продолжая работать, а девушка потрогала свои складки на животе, кинула быстрый взгляд на полные бедра. Самую красивую говорит? Да он слепой что ли, как из этой груды сала можно сделать что-то прекрасное? Отгоняя ее мысли на задний план, парень сказал: -Кин сенсей, вы же сейчас опять о всякой фигне подумали? -Ни о чем я таком не подумала, Кира-кун. — Врете. -вздохнул. — Вы тоже прекрасны, просто по-своему. И откуда в голове одного из сильнейших мастеров-кукольников взялись такие глупые мысли? Как будто вы влюбленная девчонка, которая боится осуждения со стороны предмета своего воздыхания за лишний вес. Парень потянул за резинку, распуская высокий хвост. Черные волосы упали ему на плечи. На сегодня работа закончена, он хорошо потрудился, завтра нужно будет доделать лицо и приняться за сборку. Глубоко вздохнув, Кира встал и потянулся, доставая кончиками пальцев до потолка. Толи потолок слишком низкий, толи он через чур высокий. -Может по кружке чая с печеньем? А то ты в последнее время совсем ничего не ешь. -Я впервые делаю оружие на заказ, понятное дело мне будет не до еды. Женщина вздохнула и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Ей не понять склонностей своего ученика, к идеализированным пропорциям и чертам лица. Куклы в первую очередь — отражение человека, а во-вторых — души мастера. В мире не бывает идеальных душ и тел одновременно. Женщина не может сказать, что работы ее подмастерья пустышки, но и шедеврами их не назвать: все они однообразны в своем совершенстве, как будто списаны с одного лекала, как клоны. Чайник противно свистит и скоро оказывается выключен. Кипяток разливается в две кружки, затем заварка, сахар. Последний закончился, следовательно, придется давиться горечью крепкого напитка, не выливать же? Во входную дверь стучат, долго и с силой, так нагло, без предупреждения, в довольно позднее время может прийти только один человек. Кин открывает входную дверь, яркое закатное солнце слепит, а в лицо ударил зной уходящего дня в пустыне. Канкуро, оперевшись о косяк кивает головой и проходит внутрь помещения, когда хозяйка чуть отступает назад. Судя по его хмурому лицу ничего хорошего не произошло. Девушка указывает рукой на стул, а сама садится напротив, беря кружку горячего напитка в руки. По лестнице вниз сбегает Кира. Он совершенно не удивлён гостю, на его лице нет раздражения, лишь усталость выраженная огромными синяками под глазами. -Эти уроды в плащах подбираются всё ближе и ближе. -Это должно меня как-то огорчить? Озадачить? — женщина приподняла бровь. -Как минимум, ты же знаешь, что они охотятся за джинчурики. -Ты клонишь к тому, что каге в опасности? -Кин бросила взгляд на распахнувшуюся дверь и вбежавших шиноби. -Господин Канкуро, докладываем, отряд разведки пропал, казекаге распорядился выслать отряд поиска с вами во главе. -протараторил ниндзя. -Черт. Кира, ты со мной. Кин, позаботься о безопасности Гаары. — перевел взгляд на парня. -Жду через пол часа у выхода из деревни. Канкуро ушел, оставив после себя какое-то подобие несформировавшегося шока, спешки. На кухонном столе всё так же стоят две кружки с чаем, вот только они уже остыли. Кира не любит собираться в режиме «раз, два, готово». Взяв кисточку и обмакнув ее в бирюзовую краску, он проводит две линии, начинающиеся на щеках и заканчивающиеся на линии подбородка. Собирает волосы в хвост на макушке, переодевается в рабочую одежду, завязывая повязку с символом деревни на шее, раскладывает кунаи, яды, сюрикены по карманам, берет огромный свиток, лежавший в шкафу, вешает его себе за спину и спускается вниз, перед этим закрыв дверь своей комнаты на ключ. Кин уже сидит на кухне в полной боевой готовности, допивает чай и печенье. Её золотые волосы собраны в пучок и убраны под ткань, на столе лежит маска анбу. Давно она ее не доставала, наверное, уже как год. Девушка осмотрела своего ученика с ног до головы, заострив внимание на волосах. -Ты виски сбрил. -Мне идет? Вопрос остался без ответа, да он был и не нужен. Ему идет всё, чтобы он с собой не делал, такой типаж лица и фигуры. Парень выпивает свою кружку остывшего чая залпом, смешно морщит нос и идет на выход. -Удачи. -тихо сказала Кин. -И вам, сенсей. *** Саске медленно проследил за тем как девушка, стоявшая минуту назад на ногах, лежит и не может двинуть даже пальцем. Слабая. Ужасно слабая и глупая. В ней нет и части того потенциала и силы, что заложено в Учихе, а значит в ее жизни нет смысла. Зачем только Орочимару держит ее при себе? Из-за проклятой метки? Печать не имеет значение, ведь она всё еще не может использовать ее на все 100%, хоть и носит на себе большую половину жизни. К обессиленном телу девушки подбегает Ай — местный ниндзя-медик, если ее можно так назвать. Девочка залечивает чужие раны чисто инстинктивно, как по инерции, как будто она робот и у нее этот процесс заложен в голове. Саске работал с ней, когда только пришел к сенсею и учился пользоваться проклятой печатью. Она ничуть не изменилась за три с половиной года, всё так же ей не дашь больше 12. Сколько же ей на самом деле? -Юрико-сан, Юрико-сан! Вы как? Учиха наблюдает за происходящей перед ним картиной с какой-то свойственной только ему апатией и безразличием. Его мысли полностью заполнены понятной только ему вендеттой. Его противница, шипя от боли, приподнимается на локтях и тут же медленно опускается на пол под внимательным взглядом медика. -Что вы оба здесь устроили?! — писклявым голосом прокричала Ай. — Дружеский спарринг. — Саске качнул головой, как бы подтверждая толи какую-то свою мысль, толи слова, сказанные секундой ранее. -Дружеские спарринги не калечат! Девочка крикнула это вслед удаляющемуся Учихе, на что в ответ парень лишь развел руками. Ай пискнула. Ее ладони, излучавшие до этого зеленый свет, отстранились от тела девушки. -Готова, жить будешь. -Ага. Юрико резко поднялась на ноги. Девушка покачнулась и чуть было не упала. В глазах плыло, а голова раскалывалась так, как будто куноичи хорошо приложили ей об пол. Каждый раз, когда они с Саске тренируются, она проигрывает. Изначально, это было просто: девушка шла напролом, но когда у твоего противника есть шаринган и все твои движения считываются быстрее, чем совершаются, то это тактика, если её можно так назвать, попросту бессмысленна. Во время последующих попыток, Юрико пыталась взять Учиху хитростью, но и эти попытки успехом не отличались. Практически отчаявшись, девушка принялась за усиленный курс тренировок, по итогу которого одолела Суйгецу и Джуго, но не Саске. -Что блядь с ним не так?! — прокричала она. Её голос отразился эхом от каменных стен и погряз в собственной голове, больно отдавая пульсацией. Не надо было кричать. В горле пересохло, а звук, который она издала несколько секунд назад был больше похож на какой-то хрип. Ай покачала головой. -Что с тобой не так? Что ты орешь, как резаная, и прикопалась к ребенку? -Я то прикопалась?! Да я его ненавижу! Это он ко мне прикопался! Медик дала девушке подзатыльник. И медленно пошла к выходу. Ей было явно не до всех этих разборок. Она слишком долго живет в этой глуши и слишком хорошо знает этих детей, которые выросли у нее на глазах. Не уж то, она сама когда-то была такая же? Была. Все были. И от осознание своей неосознанности ранее становится как-то чересчур грустно. -Хватит вести себя, как влюбленная дура. Вы с Карин одного поля ягоды, вот только с разными степенями шизофрении. -Я не веду себя, как Карин! -То есть ты не отрицаешь, что влюблена? Ай обернулась и окинула презрительным взглядом девушку. Юрико опустила голову вниз и резко подняла ее. Ниндзя смотрит прямо в глаза медика, пытаясь прочитать всё, что написано в них, что она пытается сказать своим безмолвием. -Разберись в своей голове, а потом дай мне ответ. Медик ушла из помещения, оставляя за собой тишину. *** -Я не стану с ним возиться! -прорычал мальчик, лет девяти. -Сестрица оставила его на нас, а значит будешь. — крикнула в ответ семилетняя девочка. Предметом для раздора, таким себе неизвестночтовыкинет «ящиком Пандоры» стал их младший брат, который в данный момент разнес уже половину квартиры. С детства обладающий склонностью к тайдзюцу и ниндзюцу ребенок был прозван будущим райкаге и великим гением деревни облаков, правда мало кто знает, что он «а» — не может контролировать свои силы, «б» — слегка отстаёт в развитии (не слегка), такая себе стратегическая тайна. Семья Сато была одним из старейших кланов Кумогакуре, который со временем изжил себя до двух семей, а позже и до одной. Родителей их старшей сестры убили на третьей войне шиноби вместе с третьим райкаге, так Изао осталась одна или не совсем. Младший брат её отца приютил девочку к себе, так и жили, пока пять лет назад на миссии главу и его жену не похитили. Иззи старалась как могла, хотела отомстить за своих приемных и родных родителей, но какой от этого прок, если ты ничем особо не одарен. Месть движет людьми, делая из них глупцов. С кухни раздался шум. Что-то разбилось, младшая дочь Чиэ вбежала в комнату и схватилась за голову: все кастрюли валялись на полу вперемешку с разбитой посудой, из раковины текла вода, благодаря которой под ногами у девочки образовалась лужа, посреди этого хаоса сидел пятилетний Юто и кидал осколки в стену. Сколько они ругались? Тем временем за деревней велась тренировка Изао, которая должна была подготовить девушку к роли следующего джинчурики восьмихвостого. Куноичи убрала мешающие волосы с глаз, глубоко вздохнула. Она тренируется уже битый час, а прогресса так и нет, задание остаётся проваленным. Смысла продолжать ниндзя попросту не видит, опускаясь на колени и пытаясь отдышаться перед огромным быком-осьминогом. Киллер Би, поняв, что его оппонент сдался, принимает обычную форму и подходит ближе. -Кто на биджу идет лоб в лоб, тот дурак-простак, йоу! Мужчина присел рядом и положив руку ей на плечо, стал рассматривать разруху, которую они оставили после тренировки. Ему явно попадает от брата. Экономика в деревне не очень, да и ресурсов ни так много, чтобы расходовать их так. В этот раз его ученица продержалась аж целых три часа, абсолютный рекорд. -Я такая ничтожная! За три года, так с места вас не сдвинула. Просто трачу свое время, как и вы свое. -Не тот хорош кто гору сдвинет, хорош тот чудак, что обойдет. -Какой бред вы несете, сенсей! Девушка встала и отряхнула одежду, опять стирать, столько пыли за три часа подняла, а ради чего? Мужчина покосился на сломанное дерево. Вечереет, воздух становится холоднее, а солнце клонится к закату. Еще один день насмарку. Чиэ бегает по всему дому, пытаясь поймать младшего, пока старший с деловитым видом точит кунай отца. Чтобы он себе палец отрезал! Девочка проиграла в «камень, ножницы, бумага» и теперь отдувается за двоих. За что ей это. Юто, снося всё на своем пути видит блестящую штучку в руках брата, глаза ребенка загораются не добрым огнем. Мальчик с протяжным «даааай», несётся прямо на заточенный кунай. Сестра, застывшая на выходе из спальни тихо вскрикнула, как дверь в дом отвалилась. -Вы чего не открываете! На пороге стояла Изао с полными пакетами продуктов в руках. Валявшаяся под ее ногами дверь куда больше вписывалась в антураж, чем целая: Шуичи, кажется, испустил дух и лежал придавленный диваном с отломленной ножкой, Чиэ была вся растрепана и судя по выражению лица полностью забившая на происходящее, а Юто самозабвенно тыкал кунаем в стену. Ничего нового в общем-то. Куноичи отнесла продукты на кухню, где было на удивление чисто и спокойно в сравнение с остальными комнатами квартиры. Продукты оказались на столе, а девушка пошла осматривать принесённые её мелкими ущерб. Воспитывать троих детей куда сложнее, чем нести ответственность за пост ниндзя или тренироваться с Киллером Би каждый день. Уборка была лишь половиной беды, второй ее частью оказалось отбирание куная у младшего. Физически это сделать не получилось, мальчик остался со своей игрушкой и практически с дырой в стене. Он камень проковырял, Вот же! Теперь не практически, а дырой. Ночь долгая, она справится и с уборкой и поспит часа два. -Иззи, тебе письмо прислали. — младшая сестра протянула бумажку. Открыв конверт и прочитав то, что было написано в его содержимом, Изао осела на пол. Девочка побежала в кухню за водой, а Шуичи, практически вырвав бумагу из рук громко прочитал: -"Твои родители живы. На закате, через три дня, в порту страны Огня». Что за бред. -задумался. — Только не говори, что собираешься?! Листок загорелся прямо в руках парнишки из-за чего тот испуганно вскрикнул. Может ли Изао просто взять и упустить свой шанс. Она не видела их тела, никто их не видел, хотя тело третьего райкаге захоронено здесь. Надежда внутри её души забилась птицей в клетки, которая вот-вот вырвется. На ней сейчас лежит ответственность за жизни её братьев и сестёр, но при этом она и сама ребенок, пусть ей и больше двадцати, девушка так и не выросла внутри.