Поколение отцов

Сложно быть влюблённой в парня, который даже не замечает твоего существования. Пожалуй, у Саске и Орочимару действительно много общего: общий характер, общий потенциал, общее отношение к любви. Как бы ты не выкаблучивалась, для змея ты всё равно остаёшься пустым местом, это ужасно обидно. Твоя особа не состояла в команде Орочимару, но часто находила способы с ней пересекаться, то на тренировках, то на турнирах, даже выпрашивала совместные задания. Кажется, уже вся деревня понимала, ради кого все эти старания, вся, кроме него. Хотя… Ты часто задумывалась над тем, что всё он знает и видит, просто не хочет связываться с такой, как ты. Эти мысли вгоняли в дикую апатию, поэтому ты скорее гнала их прочь и возобновляла попытки подружиться с белокожим ниндзя. Так продолжалось многие дни, недели, месяцы, годы… — «Твоё имя», не думаешь, что твои чувства просто тешат его самолюбие? Попробуй хоть раз не обратить на него внимания, уверена, его это заденет! — распиналась рыжеволосая импульсивная девица по имени Аска, активно жестикулируя руками. — Хех, — послышался невесёлый смешок, — Не знаю. Не вижу в этом смысла. Я люблю его и не смогу сделать вид, что это не так, — грустно проговорила ты, на что подруга недовольно фыркнула, крепко обняла тебя, попрощалась и направилась в сторону своего дома. Ты же пошла в сторону дома Орочимару с единственной целью — попрощаться. До тебя дошли слухи о том, что он вскоре отправиться на очень сложное задание, а также, что возвращаться после него он не собирается. Было грустно, что за всё это время ты так и не смогла доказать ему, что по-настоящему его любишь, не смогла даже отвлечься от этих чувств. Убеждение в том, что шиноби так и остался холодной глыбой бесчувственного льда, крепло с каждым шагом, а надежда на счастливое будущее с ним быстро таяла, обжигая всё внутри острой горечью. — Орочимару! — окликнула ты юношу, который неспешно удалялся от своего жилья в сторону тренировочной базы. Парень остановился, но не повернулся. — Орочимару, я хотела сказать… — натянутая радостная улыбка почти не отображала стараний справиться с тяжёлой отдышкой от внезапных догонялок. — Что ты любишь меня по-настоящему… Это я уже слышал… Ни один раз, — равнодушно проговорил молодой человек, всё же развернувшись в пол-оборота. — Нет, — отрезала ты, что Денсетсу впервые за долгое время удивило. «А может Аска и была права», — пронеслись недовольные мысли в сознании, но решение о том, что уже поздно, и ничего изменить нельзя, вернуло обратно на землю. — Я знаю, что ты уйдёшь… Поэтому хочу отдать это, как бы на память о Конохе… Обо мне, — неуверенно добавила твоя особа и, встав на носочки, осторожно повесила юноше на шею маленький змеиный зуб на чёрной верёвочке. Это украшение Орочимару когда-то очень давно потерял в битве на вашем совместном задании, ты нашла его тогда, но не смогла отдать, ведь ниндзя попал в больницу, а потом это забылось и ушло на задний план. Орочимару действительно был удивлён. Он внимательно рассмотрел подарок, после чего перевёл серьёзный, но уже не безразличный взгляд на тебя. Ты тут же отпрянула, ведь давно решила, что давать себе надежду — глупо и больно. — Прощай, — тихо, с небольшой дрожью в голосе послышались девичьи слова, а тело резко подалось вперёд. Твои руки обвили бледную шею юноши, пальцы и щека коснулись холодной кожи, ты на секунду задержалась в таком положении, после чего тут же отстранилась, молча развернулась и быстрым шагом направилась домой, не стирая неприятных слёз с щёк. Твоя персона подавлено рассматривала себя в зеркало на следующее утро. — Синяки под глазами, отёки от слёз, покусанные губы… Хорошо, что он запомнил меня не такой, — недовольно фыркнула ты и стала собираться на вызов к хокаге. Ты часто любила срезать через лес, так как жила на самой окраине, а таким образом в резиденцию добираться гораздо быстрее. Вот и сейчас твои ноги спешно перебирали мощные ветки деревьев, как вдруг сильный толчок в спину сорвал тело вниз. Глухо стукнувшись головой о землю, ты успела заметить, что враги — приглашённые гости из деревни дождя. «Вот чёрт… Это предатели», — успела подумать ты, но перед тем, как отключиться, ты также заметила внезапно появившиеся знакомые сандалии и штаны, этот человек был настроен рьяно против нападавших, но, что было дальше, осталось неизвестным. Проснулась ты у кого-то на руках, но перед глазами всё ещё стояли поднимающиеся высоко в небо деревья. Твоя особа слабо повернула голову и застыла от увиденного. Пронзающий внимательный взгляд змеиных глаз. — Орочи… — не успела сказать, как тебя перебили. — Да. Это я. А ты безответственная и невнимательная репейка, — без агрессии, как это обычно бывало, и даже как-то мягко проговорил Орочимару. Он с детства называл тебя «репейкой», как бы намекая на большую схожесть с колючкой репейника, потому что не отлипаешь от него. И хотя многим казалось это обидным, сам парень в душе считал подобную кличку милой. — Ты всё испортила, «Твоё имя», — спокойно констатировал Денсетсу, не выражая особых сожалений, но таков был его характер, он много чего не выражал, — Ты никогда не входила в мои планы. Ты их только рушишь. Ты не должна была появиться в моей жизни… Потому что рядом я остаться не смогу. Но появилась. И хотя, если бы вчера ты не пришла, всё было бы гораздо легче, я рад, что всё-таки смогу сделать это, — закончил парень, положив девичью голову на колени и собирая свои волосы в тугой хвост. Ты же совершенно уже ничего не понимала, но боялась пошевелиться, боялась, что одним своим движением сломаешь реальность происходящего. Орочимару наклонился и, такими же, как его кожа, холодными губами коснулся твоих губ. Ему хватило нескольких секунд, чтобы навсегда насладиться его слабостью к тебе, тебе же было мало, поэтому, когда юноша хотел отстраниться, женская рука аккуратно придержала его за щёку, ведь что-то внутри кричало, что больше такого ты никогда не ощутишь, Орочимару не стал сопротивляться. Он понимал, что тебе это важно, а сам ниндзя полностью осознавал, что этот поцелуй первый, единственный и последний признак любви в его жизни. И когда он закончится — не повторится больше никогда. Через некоторое время шиноби всё же отстранился. Ты смотрела на него глазами полными слёз, а он лишь нежно, как никогда раньше и никогда позже, улыбался. — Прости меня, — тихо сказал брюнет. — Я люблю тебя, — выдавила ты из себя, с пустой надеждой касаясь его длинных пальцев. — Я тоже, — лишь произнёс Денсетсу, провёл рукой по девичьей ладони, осторожно встал и буквально растворился в воздухе. Ты не стала просить его остаться, знала, что в этом нет никакого смысла. Ты просто положила голову на траву, подняла глаза на небо и разрыдалась в голос. Он был прав. Лучше никогда не чувствовать его любовь, чем почувствовать один раз и навсегда потерять.