Находка

Осаму больно.Осаму любит.Любит, до потери пульса и звезд перед глазами.Любит больше Виски и желания себя убить.Любит эту рыжую, хвостатую и безумно хитрую девицу, которая ушла когда то и не вернулась. А Дазай до сих пор любит.Несмотря на предательство, хотя она предупреждала.А Осаму не слышал, не слушал и лишь улыбался, принимая это все в шутку и смотря на нее. Кто знал, что так произойдет? Кто догадывался? Кто предчувствовал? Никто.И Осаму снова скидывает вызов от Куникиды, который уже извелся весь, трезвоня по 2 раза в день уже вторую неделю.Сначала шатен брал трубку и наигранно шутил и обижался, слушая вопли с того конца провода, а потом перестал.Просто устал и все.На столе, внизу, на тумбе не сделанные отчеты, принесенные Ацуши и залитые Виски.Сдавать он их, разумеется, не планирует.Среди них, фотографии с его Малышкой, лезвия, сигареты, оставленные Чуей, какие то упаковки из-под таблеток, видимо, чтобы отравиться. Никогда Дазай себя не чувствовал так погано, что умереть хочется по настоящему, но он лишь каждый раз замирает и прислушивается при малейшем шорохе из недр квартиры и при очередном хлопке двери, который неприятной болью отдается в висках.И снова валится головой на подушки, слыша над ухом привычный отборный мат, а затем шаги, удаляющиеся по направлению к кухне и возвращающиеся обратно в комнату. — Ты долго ждать собрался? Я, за тебя, что ли, искать ее должен, а ты тут будешь из себя подыхающего корчить и квартиру захламлять?!..Вставай, скумбрия полудохлая… Осаму не открывает глаз и не поворачивается, хоть громкий голос его, некогда напарника, бьет кувалдой по головеи отдается в висках.У него не осталось сил даже встать не то что съязвить.А Чуя, стоя рядом с кроватью, фыркает и отпивает из бокала вино, затем снова выходит из комнаты, оставляя Дазая страдать в одиночку.Новскоре возвращается, но что бы насильно и за руку стащить с кровати тело»умирающего» и оттащить его в ванную, попутно чертыхаясь и проклиная все и вся. Он запихивает совсем не сопротивляющегося Осаму в ванную комнату и пихает его в душ прямо так, в одежде, включает кран и на сидящего в душевой шатена льется холодная вода, но он ее не чувствует и продолжает сидеть в прострации, смотря куда то в одну точку. -Трезвей тут и что бы через 20 минут я тебя увидел бодрым в зале… Чуя уходит, Дазаю приходится встать, ибо он все-таки замерз под холодными струями и открутить кран с теплой водой.Еще через 20 минут он кутается в махровый халат, снимая с себя промокшую одежду и отправляя ее в корзину для грязного белья и выходит в зал, где ждет его Накахара. -И о чем мы будем с тобой разговаривать? Чуя выдыхает, глядя на Осаму, в его безжизненные, словно у трупа, глаза.Неужели ему стало все равно, что будет с ЕГО сокровищем? А почему, собственно, его? Она и чуино, как оказалось, сокровище тоже.Хоть тот всячески это отрицал. -То есть тебе все равно на Чу и искать ты ее не собираешься, да? -Почему это? -Глядя на тебя, я замечаю, что ты только спиваешься, а не ищешь.Тебе все равно, что с ней будет, зачем она вообще Акутагаве понадобилась.И почему он ушел вместе с ней, а не убил и вернулся обратно в Мафию. Осаму не верил своим ушам, Чуя, которому было плевать на лису вдруг очнулся и теперь говорит это.И кому? Тому кто проводил с Чу больше всего времени.Дазай не помнит как сказал сакраментальную фразу после чего Чуя бросил в него вазу (благо, шатен успел увернуться). -Не тебе ли на нее было плевать? -. . . -А кроме матов ты выражаться как-нибудь умеешь? Акутагаве она нужна, потому что они были некогда связаны.Прошлое Чу связано тесно с прошлым Рюноске.Акутагава вряд ли её убьёт.Ацуши то он до сих пор не убил, хотя они злейшие враги. -И что ты предлагаешь делать? Сидеть и ждать, пока она не появится? Дазай на этот вопрос лишь пожал плечами. -У тебя все? Я могу идти? -Да пиз*й куда хочешь… * * * Моя милая лиса Месяц безуспешных попыток найти Чу или связаться с Акутагавой, потерянные нервы, сон и куча выпитых таблеток ни то для того, что бы успокоиться, ни то что бы покончить, наконец, жизнь самоубийством. Ругань с Чуей и снова таблетки или угрозы порезать вены или повеситься в прихожей на галстуке, а затем, после выпитой бутылки Виски беспокойный сон и голос Малышки: «Зачем ты калечишь себя?» В тот день они гуляли по парку, было солнечно, Осаму выпросил выходной, в хлам разругавшись с Куникидой и давая обещание принести отчеты вовремя (чего он делать, разумеется.не собирался).Он замер на полпути и обернулся, глядя в изумрудные глаза лисицы. Тогда он лишь усмехнулся и отвлек Чу видом на озеро, сияющее своей спокойной гладью в лучах солнца.Но позже, он понял, что все не так просто и ему не удалось уйти от ответа, когда уже дома Малышка снова наведалась к нему в комнату и, вытащив книгу, которую он читал, из рук, уставилась на него.снова спрашивая: «Осаму-сан, зачем ты убиваешь себя?» «Потому что так легче…» Изумрудные глаза девочки были полны удивления и непонимания. «Легче…от чего?» «От жизни, детка» Дазай горько усмехнулся, потрепав лису по рыжим волосам и долго думал над своими и над словами лисы. «А правда, от чего ему тяжело?»