Издержки профессии супергероя

Адриан не знает, что с ним происходит. Никогда он ещё не ощущал этой болезненной нехватки в общении с Маринетт. С того момента, как он-Адриан официально стал посвящён в тайну отношений героини и его одноклассницы, прошло уже несколько дней. И все эти дни что-то явно идёт под откос. Когда очнувшись, Маринетт в панике закрылась в ванной и не выходила от туда ни под какие уговоры — он мог поклясться, что слышал от туда приглушённые водой всхлипы. По мнению парня, она имела абсолютное право на такую реакцию. Как бы не было обидно от этого, но даже как друг, он не был ей настолько близок, чтобы доверить ему такое. Девушки неизвестно сколько времени держали свои отношения в тайне, и если даже Алье, своей лучшей подруге Мари ничего не говорила, то с чего бы ей доверять ему? И как бы долго и уверенно Адриан не клялся, что никому не расскажет и заберёт этот секрет с собой в могилу, ему ничего не оставалось кроме как уйти и оставить её. И сейчас, наблюдая за отстраненной одноклассницей во время обеденного перерыва, он в который раз замечает это подавленное и апатичное настроение, и него сжимается сердце. Весь её уставший вид кричит о том, что у неё что-то происходит, но узнать, что именно, не выходит ни вчера, ни сегодня, и наверняка не выйдет и завтра — ведь все эти дни Дюпен-Чен избегает его с завидным успехом. «Убегает словно мышка от кота» — аналогия весьма удачная, думает Агрест младший, с хмурым выражением лица провожая взглядом, зеленных с прищуром глаз, темноволосую подругу, которую он прям как раньше, подловил возле её шкафчика. Для большего успеха он расставил обе руки напротив её головы, своеобразно заключив девушку в ловушку, но красная как варенный рак, она умудрилась проскочить между его широко разведенных ног и вылететь из раздевалки со скоростью мячика вылетающего из тренажера для бейсбола. Ответы не получала и Алья. Все допросы о том, что произошло между ними двумя в основном сыпались на её лучшую подругу, но молчаливая как никогда Дюпен-Чен лишь отводила взгляд, пытаясь не смотреть в глаза ни мулатке, ни блондину, и выдавливала из себя скудное «Плохо себя чувствую». Адриан же на все вопросы ограничивался одним пожатием плеч и задумчивым «Понятия не имею». От Леди ничего узнать тоже не удалось. Та в последнее время ведёт себя не так странно, как её девушка, но на любые вопросы о Маринетт стала отвечать как-то дергано и более нервно. Можно даже сказать болезненно. Как будто любое напоминание о их отношениях доставляло ей неудобство. Вопросов много, ответов ноль. Он не знал, произошло ли что-то у них с Миледи, или её расстроила конкретно эта ситуация? Неужели он настолько не достоин её доверия, что мысль о том, что он знает её секрет — доводила девушку до такого? От этих мыслей что-то скулит внутри и царапает рёбра. Он никогда ничего не делал плохого для Маринетт, с чего бы ей его так ненавидеть? Прошло уже несколько дней, и она должна была понять, что он никому ничего не скажет, что ему можно верить. *** Адриан ловит её пораженный взгляд на крыльце школы после занятий, он ждал её здесь не меньше, чем полчаса (наверняка ждала до последнего, лишь бы не пересекаться с ним). Но удивление в её глазах быстро сменяется раскаянием, время застыло для них двоих и лазурные очи наполняются вселенской тоской. Маринетт, его милая подруга, уже собиралась что-то говорить, но резко помотала головой закусывая дрожащие губы и убежала, прижимая ладони к груди. Адриану тоже хочется прижать ладони к груди, так больно там было в тот момент. И листва глаз его несомненно тоже потемнела от грусти, как небо над его головой. Адриану тошно от всего этого. Быть героем — значит хранить тайны. Это издержки его профессии. Фраза Леди Баг «Никто не должен знать кто ты на самом деле» — набатом звучит в голове как «Держи всё в себе и знай, что никому нельзя верить». Очень обнадеживающе. Очень неправильно продолжать твердить это, и снимать маску перед своей девушкой. Сейчас, он не понимал свою напарницу и завидовал именно ей. Она была героем и так же, как и он, должна была придерживаться этой проклятой установки. Но она сдалась первой и Адриан знает, что если он тоже кому-то раскроется, то она не станет его осуждать. Не будет иметь права. И даже решись Нуар на это, он бы не смог. Потому что… Маринетт. У него не было Маринетт. Маринетт была у Леди Баг и теперь он завидовал именно героине в красном. Адриану тоже хотелось иметь человека настолько верного как она, кому можно безоговорочно доверять и на кого он мог бы рассчитывать, кто мог бы даже не понимать, но хотя бы выслушать, поддержать. С кем можно было проводить одинокие вечера и знать, что твои тайны обязательно сохранятся, как ценное сокровище. Он хотел Маринетт. Эта настолько эгоистичная мысль — неправильная до полного абсурда, но он не мог представить кого-то другого. В мечтах его, именно Маринетт ждёт его после патруля, гладит по волосам или рисует у него на коленях. Они могли бы забираться на крыши, он бы отнёс её на Эйфелеву Башню и устроил бы ей лучшее свидание, дарил бы цветы, конфеты, ткани или коробку скетчбуков, да что угодно… Они бы играли в любимые видеоигры, засиживались бы допоздна на её балконе, или пробирались бы тайком в его комнату чтобы целоваться до утра. Он может сделать её самой счастливой девушкой… Ему бы просто быть рядом. И если вначале его интерес к однокласснице был вызван её связью с Миледи, то сейчас он просто хотел добиться доверия в их отношениях. Захотелось стать для неё кем-то более близким. Потому что Маринетт невозможно не любить, и будь он трижды проклят — она очень сильно нравилась ему. Пусть он не имеет права думать об этом, она не принадлежит ему, но Адриан впервые готов по-настоящему бороться. Даже если придётся идти на крайние меры. С такими мыслями, преисполненным уверенностью, юноша перевоплощается в костюм супергероя, как только дверь за ним в комнату закрылась после, казалось, очередного вечного дня без неё. *** Маринетт тошно от самой себя. Она герой и быть героем, это ложь во благо. Маринетт тошно от всего этого и она за все время работы героем, впервые хочет открыть правду. Поделиться истинной или «оправдать» своё имя. Хочет избавиться от издержек своей профессии и быть честной хоть с кем-то. Говоря о честности, она смотрит на свою квами, но та лишь стыдливо опускает огромные виноватые глаза в пол и продолжает извиняться. Та ситуация с фото приобрела новые краски с появлением квами Кота Нуара у неё под кушеткой, и девушка никак не поймёт врёт ли её маленькая подруга. В историю о том, что Плагг просто прилетел на чай к давней подруге и узнав у той, что Леди Баг хочет признаться в любви своему однокласснику — решил, во имя своего любимейшего хозяина, который до сих пор питает чувства к своей напарнице, помешать бедной Маринетт во что бы то ни стало, верится с трудом. Девушка отчаялась, и чтобы не грызть себя подозрениями, спросила у квами напрямую, является ли Адриан — Котом Нуаром. Но получив в ответ облако мыльных пузырей, решила не мучить маленькое существо. Догадки кружились у неё в голове, но она не могла ухватится ни за одну из них. Видно, так работает магия защищающая личности супергероев. Девушка считает, что её вранье слишком далеко зашло и этот цирк пора прекращать, но перед кем — она не имеет понятия. Она хочет признаться Адриану, но впервые в жизни, смотря на предмет своего воздыхания она думает о Нуаре, ведь тот — (при всей её огромной любви к Агресту) заслуживает её доверия больше. Героиня думает долго и напряженно, избегая всех, кого можно и в особенности двух блондинистых парней, взвешивает все за и против, не решаясь признаться сразу обоим, ведь это кажется слишком рискованным и ещё больше удручающим. Выхода казалось нет, и она уже готова смириться с тем, что быть ей девой до конца своих дней, ведь она не сможет выйти с этой ситуации — не разбив ни одно сердце. Уж лучше положить на алтарь своё и дальше играть роль счастливой девушки Леди Баг. Спасаясь от духоты в спальне и чересчур горячей головы, девушка открывает окна во всей комнате и выходит на балкон, желая проветрить свои мысли. Недавно прошедший дождь принёс на крышу мансарды свежий воздух и запах мокрого асфальта, подгоняемый влажным ветром. Ночь заступает в свои права, и разноцветные фонарики развешанные над тканевым шезлонгом, добавляют особой романтической атмосферы в этот момент. Так сильно напоминая ей тот вечер, когда к ней пожаловал подавленный герой Парижа, больше похожий на брошенного котенка чем на бесстрашного воина, последующее недо-свидание на крыше и бой против Мороженщика. Воспоминания показались ей такими реалистичными, что голубоглазая не сразу поняла, что вышеупомянутый герой прямо сейчас сидел на противоположной крыше от неё, и озираясь по сторонам в поисках опасности, опрометью сиганул в её сторону, одним прыжком сократив разделяющее их расстояние.  — Кот Нуар? Что такое, акума? Злодей? — не на шутку встревоженная Дюпен-Чен, тоже стала озираться вокруг себя, пытаясь найти то, что так переполошило её напарника. Но юноша, не теряя времени, схватил застывшую в изумлении девушку на руки, и за пару секунд запрыгнул с ней в комнату. Поставив драгоценную ношу на пол возле кровати, он напоследок выглянул в люк, не переставая подозрительно щурить свои ярко-зеленные глаза, перед тем как плотно закрыть его. С грацией рода кошачьих и совершенно бесшумно спрыгнув на первый этаж комнаты, парень стал закрывать окна одно за другим, не забывая выглядывать в каждое, как будто пытаясь удостовериться, что за ними никто не следит. Так же не проронив не слова, он нашел взглядом выключатель и приблизившись, уверенно потушил свет во всей спальне.  — Родители в пекарне? — оставаясь крайне напряженным и создав явную интригу к происходящему, герой в черном испытующе смотрел на Маринетт, и лишь его светящиеся кошачьи глаза, с кажущимся устрашающим прищуром в кромешной темноте, давали ей понять где именно он стоит, и вся эта ситуация казалась ей жутко щепетильной, нечестной и что уж говорить будоражащей до мурашек по коже. Сама она похвастаться ночным зрением не могла, а под испытывающим хищным взглядом, её ноги как будто приросли к полу.  — Да, они внизу, — выдавив из себя более-менее уверенный ответ, девушка стала шарить рукой по полке над её кроватью, не сводя глаз с её ночного гостя, в поисках выключателя от ночника. Она осталась стоять на втором этаже, в то время как Нуар стоял, предположительно в середине комнаты на первом. И наконец найдя нужную кнопку, поспешила добавить хоть какое-то освещение в это напряженную обстановку, — не объяснишь мне, что происходит? И от кого мы прячемся? Наблюдая, как мягкий свет светильника в миг осветил напряженное лицо героя Парижа, немного смягчая его выражение, Маринетт начала спускаться по ступенькам вниз. Разговор явно предстоит конфиденциальный, и если действительно есть чего (или кого?) опасаться, то лучше сократить расстояние между ними, чтобы не пришлось громко разговаривать. Хоть как казалось самой голубоглазой, в такой обстановке они услышат даже мысли друг друга, что уж говорить о словах.  — От Леди Баг. Застыв на последней ступеньке, девушка кинула подозрительный взгляд на юношу, ещё больше напрягаясь, что кажется её ноги больше никогда не согнуться, а напряженная ровная осанка наверняка выдавала все волнения героини с головой. Но рассмотрев своего напарника внимательнее она обнаружила, что тот волнуется даже больше самой хозяйки комнаты.  — Я хотел поговорить с тобой лично, Маринетт. Я знаю мы не настолько близки, точнее ты и Нуар не близки, но… Ух-х, здесь так душно, — он тяжело сглатывал слюну и кадык его от этого нервно двигался, плечи Нуара были сильно напряженны и сжимая и разжимая кулаки, он заставлял мышцы на его бицепсах перекатываться под черным спандексом. Золотые волосы парня были растрёпаны после бега по крышам, а по его юному, но мужественному лицу, то и дело стекали редкие капли пота, прочерчивая путь от высокого лба, по точенным скулам… очерчивая подбородок и теряясь в плотно облегающем воротнике. Маринетт заворожено проследила за этой каплей, мысленно полностью согласившись о внезапно ставшем чересчур душным помещением. Стараясь улавливать суть его монолога, она попыталась сконцентрироваться на словах юноши, а не на том, чем он их произносит. И услышанное действительно шокировало её с каждым новым предложением.  — Я хотел поговорить с тобой в школе, но ты избегаешь меня. Ха-х-ха, я действительно собираюсь это сказать?.. Мари, я … Точнее ты, ты — очень дорога мне! И я знаю, что ты — самая светлая и прекрасная девушка, которую мне посчастливилось встретить в своей жизни! Я знаю, что не должен этого говорить, ты встречаешься с Леди Баг и… Ха-х, я и думать об этом не должен но, — на этих словах парень поднял уверенный взгляд на темноволосую, что шокированным изваянием застыла в паре шагах от него и кажется не дышала. Глаза его смягчились и губы позволили себе легкую улыбку. В полумраке комнаты девушка казалась настолько милой и незащищённой — пухлые девичьи губы поблескивали в свете ночника, а пораженно-распахнутые глаза — казались ещё больше, и мягкий оранжевый свет оттенял их голубизну, кажется в уголках этих прекрасных очей стали скапливаться первые бусинки слёз… — Я не скажу, что внезапно воспылал к тебе огромной любовью, но я готов за неё бороться! Маринетт, я всегда чувствовал к тебе нечто большее и меня влекло к тебе, как кота на молоко. Ты правда много значишь для меня! С тобой мне хорошо, спокойно и очень тепло. Ты добрая, открытая, отзывчивая и очень милая, даже со своей неуклюжестью… То есть, не то, чтобы ты сильно неуклюжая! Это очень даже неплохо! У меня будет больше поводов прикасаться к тебе!.. Чёрт, ты не думай, я не какой-то там извращенец… Ар-г-х… Ты просто очень красивая! Но если ты не захочешь я и пальцем не прикоснусь к тебе, я… Я просто хочу сблизиться с тобой как можно больше, узнать тебя как можно лучше… Я хочу, чтобы ты доверилась мне, чтобы мы доверились друг другу! И может со временем мы станем чем-то большим вместе! Пусть, ты и любишь Леди Баг, я буду стараться добиться твоего признания во чтобы то не стало… Мари, ты примешь этого бродячего глупого кота по имени Адриан Агрест? Адриан говорил и говорил, перескакивая с одного на другое, то понижая голос, то повышая. Наконец имея возможность скинуть камень с души. И закончив, он глубоко вздохнул полной грудью, полностью расслабляясь. То, что мучило его долгое время обрело смысл в словах и эти слова, как размышлял парень по яркому румянцу на щеках Дюпен-Чен, нашли отклик в её сердце. Изумление в глазах девушки с небывалой скоростью сменилось непоколебимой уверенностью. Как-то слишком быстро придя в себя от шока, Маринетт растянула свои губы в коварно-соблазнительной усмешке, и грациозной походкой, «слишком-в-стиле-Леди-Баг» — кричало подсознание юноши, но было полностью проигнорировано, уверенно ступала в сторону Черного Кота. Агрест отступал к стенке, чисто своим шестым чувством ощущая опасность, чем если бы он действительно боялся Дюпен-Чен. Он был взбудоражен атмосферой не меньше этой слишком-милой-соблазнительницы, которая за пару шагов приперев парня к стене, зарылась пальцами в его слегка влажные на затылке пряди волос и томно прикрыв свои потрясающие глаза — мучительно медленно тянулась к его дрожащим губам, своими пухлыми губками, которые ему уже так не терпелось почувствовать на своих. Больше не чувствуя опасности, а только нарастающее сладостное напряжение, Кот Нуар по-хозяйски сжал её тонкую талию руками в черных перчатках, оставив одну ладонь на пояснице девушки, второй он повел вверх по спине, и остановив её на шее возлюбленной, более уверенно стал наклоняться к ней за долгожданным поцелуем. Три сантиметра. Два слова. Одна секунда.  — Тикки, трансформация! Со всей силы прижав вырывающегося парня к стене, Леди Баг уверенным движением заткнула рот напарника, опережая все громкие возгласы. Расширенные до невозможности, неоново-зеленные глаза Нуара с огромной паникой, поражением и неверием смотрели, как ярко-розовое свечение распространяется по лицу Маринетт, единственное что он мог видеть с такой позиции, оставляя после себя черно-красную маску. Казалось, все мысли Адриана улетучились секунду назад, когда шустрый язычок этой коварной девушки углубил поцелуй на столько, на сколько позволил его открытый в шоке рот. Огнём горели, кажется, даже уши и плечи. Кот Нуар не чувствовал ни рук, ни ног, когда героиня, с весьма громким шлепком разорвала поцелуй, и не давая тому оправиться и прийти в себя, с размаху влепила опешившему напарнику пощечину.  — Это за то, что решил отбить у меня девушку! Это было очень подло с твоей стороны! За пару секунд Кот успел побледнеть, покраснеть и чуть не упасть в обморок от переполняющих его эмоций. Пот катился ручьём по его позвоночнику. Открывая и закрывая рот, он попытался было упасть к её ногам и молить о прощении за всё на свете (в том числе и за то, чего он никогда не делал, но это не важно), но внезапно осознал, что связан крепкой нитью йо-йо по рукам и ногам. Получив пощечину и по второй щеке, он с мольбой уставился на Леди Баг, но наткнулся не на злобно-обиженное или яростное выражение, а на хитрую ухмылку и явно светящиеся искрами глаза, в которых кажется черти устроили бал.  — Это за то, что пытался свести меня с Нино год назад!  — Принцесса! Молю о прощении! Пожалуйста, я был дураком! — внезапно, всё-таки осознав всю плачевность этой ситуации, он даже не представлял, как вымаливать прощение у любви всей своей жизни, которая сама тоже знатно потрепала ему нервы. Но сейчас, связанному йо-йо, ему оставалось только сгруппироваться, чтобы не отбить себе ничего, пока героиня в красном выпрыгивала из окна на соседнюю крышу. Свежий воздух освежил мысли и тело, и приземлившись в позу лотоса на прохладный бетон, он с вселенским раскаяньем смотрел на Леди Баг, ожидая её вердикта. Устрашающая фигура Божьей Коровки, не казалась ему менее волнующей даже зная, что под маской скрывается милая и такая робкая с ним Маринетт. Наоборот, многогранность её характера поражала до глубины души потому, что в каждом её поступке она была искренна. Будь-то сражение против злодея не на жизнь, а на смерть, или неловкое оправдание из-за опоздания на урок. Спасать Париж или помогать однокласснику признаться в любви девушке, для неё не было разницы. Она была их героиней. Она была его личной героиней. Маринетт была всем, о чём он когда-либо мечтал. И он обязательно пригласит её на свидание, завтра же! Или нет. Он обязательно пригласит её на свидание, как только они перестанут так самозабвенно целоваться. А хотя… Он сделает это прямо сейчас… Между поцелуями. А после… Покидая крышу с ошарашено счастливым Котом Нуаром где-то перед рассветом, она надеется, что у того хватит мозгов спуститься оттуда до того, как спадёт трансформация.