Дышать друг-другом

Лёжа на своей новой кровати в комнате команды Марии Третьяковой, Бэлла поглядывала в потолок и никого не слушала, хотя гул в комнате был довольно громкий. Девочки играли в Alias, а там невозможно было тихо и спокойно играть. Ей тоже предлагали, но она отказалась, сказав, что у неё немного болит голова, но на самом деле, она почему-то была так рада лежать именно на этой кровати, именно в этой светлой комнате, именно с этими людьми. Она ощущала счастье, ведь вновь не будет видеть сонное и злое лицо Насти Петровой, или слушать нелепые и дурацкие шутки Ксюши Прокофьевой. Если быть честным, она рада только из-за того, что вновь будет видеться с Костьей чаще, чем всегда, и, возможно, они наконец-то начнут тепло общаться, как было ранее. Бэлле нравилась девушка с короткой стрижкой и татуировками по всему телу. Нравились её маленькие зелёно-карие глаза, в которых была только доброта и невинность. Она знала, что Костья всего лишь притворяется такой крутой или слишком опасной, ведь она всегда проявляла свою заботу и ласку на испытаниях, либо же в обычных бытовых моментах проекта. Она называла её «Кас», сокращённо от «Каспер». Так она поддерживала её стиль «Крутой девчонки». Но… Почему произошла ссора между ними? Нет. Это не из-за очередной пьянки Бэллы на испытании, просто… На первой неделе они хорошо общались, крепко дружили и могли постоять друг за друга.

***

В ту самую ночь, когда участниц увезли в больницу, которая была похожа на психушку, произошёл маленький диалог, о котором никто не знал. Агрессия и злость нахлынула на Костью, и она была не в силах остановить себя. Она била всё и всех, и никто не мог остановить её, даже какие-то успокоительные препараты. Как только у неё оказывались подручные предметы, они в ту же секунду улетали в стену, и она кричала, плакала, ходила из стороны в сторону, пытаясь успокоить себя, но… Что было бы, если бы в ту ночь, когда камеры были выключены, а съёмочная группа спала, не пришла бы та самая девушка со светлыми волосами, растрепанной гулькой, побитыми костяшками и светлыми, серыми глазами? — Ты тут что, чёкнутая? — этот вопрос задала Бэлла, опираясь на раму дверей и поглядывая на спину Костьи, которая смотрела в окно. Костья даже не обернулась. Сразу поняла, что это Кузнецова. Она молчала и поглядывала на единственный свет фонаря, который утопал в ночной летней сказке. — Чего тебе? Я же не псих вроде…, — повторяла себе девушка раз за разом. На часах приблизительно 2 часа ночи. В одинокой холодной палате были только они двое, а также четыре старых пружинных кровати, которые казались довольно мрачными на первый взгляд. На комоде рядом с койкой Костьи лежали пару пластин успокоительных, но видимо они ей вовсе не помогали. — Каждый из нас псих, когда выпьет. Вот например я: дала тебе пиздюлей буквально ни за что, — Бэлла сделала пару шагов к ней, — разве это поступок адекватного человека? Её голос звучал более уверенно, что вовсе не было похоже на обычную Бэллку. Она, конечно, тоже может строить из себя «гору», но на самом деле — очень нежная и милая девчонка. Её легко засмущать и увидеть тёплый, слегка красноватый румянец на юных щеках. Костья засмеялась и повернулась к ней: — Знаешь, а к чёрту это всё. Видимо только ты и я психи,  — её улыбка выглядела довольно дружелюбно, но ещё тогда Бэлла восприняла это совсем не по-дружески. Она также улыбнулась и кивнула, подходя к девушке. Костья продолжила смотреть на ночной пейзаж больничного сада, а Бэлла в это время уселась на подоконник и начала рассматривать черты лица одноклассницы — та была не против. — Зачем ты пришла сюда? — вдруг Кас серьёзно посмотрела на девушку с серыми глазами. — Я не люблю жалость, поэтому уходи, — в её голосе вновь появилась какая-то злоба. Но это наоборот улыбнуло Беллу: — Я пришла посмотреть как ты, и мне, честно, похуй, что ты меня сейчас прогоняешь, — она также начала смотреть в окно, словно пытаясь найти настоящий ответ: почему она тут? — Хах, — прозвучал смешок Костьи, — мне приятно, конечно, но, типо, лучше бы ты поспала. Сама знаешь, завтра утром будет пиздец, тебе оно нахуй не нужно. — Да ладно, похуй. Я что, никогда не посплю больше? Каспер посмотрела вниз, не скрывая своей улыбки: — Да, мы реально с тобой ебанутые психи… Бэлла кивала головой: — Да… Да… И вдруг Костье пришла идея: просто объединиться в одно целое. Дальше их ждал сложный путь, без поддержки которого будет очень непросто. Вдвоём перебороть можно многое, и вот, девушка с татуировками действительно увидела в этой девчонке поддержку. Когда она пришла, ей вдруг стало легче. Странно, но это так. — Слушай, Бэлл. У меня есть идея. — Каспер вдруг резко посмотрела на свою одноклассницу. Бэлла не думала, что та скажет что-то действительно серьёзное, поэтому она просто смотрела в окно и расслаблялась: — А? — Ну если мы с тобой два психа,  — приостановилась она, — тогда почему бы нам не быть вместе? Ну, типо, это круто, дружба там, и всё такое. Будем рвать всех и метать! — с энтузиазмом сказала Купер, и тогда девушка наконец-то оторвала свой взгляд от окна. В зелёно-карих глазах горел огонь. Она действительно была готова стать одним целым. — Эм… Ну окей, давай, — легко ответила Бэлла. — Только учти, теперь мы братья, и нас ничто не разлучит! — девушка потянула к Купер свой маленький побитый кулачок, и через секунду прозвучал сильный удар двух костяшек. Немного постояв возле окна и поговорив о сегодняшнем дне, Бэлла очень тихо вышла из палаты Костьи Купер. Нельзя было, чтобы их кто-то увидел…

***

Эта была краткая история про договор дружбы девушек. Никто не спорит: в любых отношениях есть споры, обиды, разные точки зрения и так далее… Но самым обидным для Бэллы было то, что она всегда тянулась к Костье. Всегда. Она не могла терпеть, когда та проводит время с Петрухой, когда она уходит куда-то без неё, когда она просто готовит ужин, не позвав её. Но первый пункт раздражал её больше всего. На второй неделе их дружба начала познавать крах, и началось всё с банальной ревности подруги Бэллы к Насте. Костья действительно стала чаще проводить время с Петрухой, а Бэлла в это время просто сидела у себя на кровати и ждала, когда те двое вернутся в комнату команды Марии Буше и позовут её просто поговорить. Но этого не происходило, и каждый день превращался в сплошную грусть, когда вместо: "  Эй, погнали чё-нить похаваем?» — от Костьи, она получала просто «Привет.» И это ей просто надоело. Она дала обещание и сама же его утопила в другом человеке. Помимо этой ревности, Бэлла начала понимать, что Костья ей уже не как подруга, а как нечто другое — таинственное, волшебное, вызывающее зависимое чувство. Юная девушка никогда не знала, что такое влюблённость, но она понимала, что именно Костья подходит под описание человека, который ей нравится. Ей не хватало её улыбки, смеха, объятий, матерных шуток… В целом — её полностью. И однажды, когда Костья одна зашла в уборную, Бэлла проскочила к ней. Тет-а-тет. Никто их не видел. Костья подошла к роскошной раковине и открыла кран. Изначально она не предала значения присутствию Бэллы, но потом почувствовала её взгляд на себе: — Кас, нам нужно поговорить, — серьёзным голосом сказала Бэлла, а затем повернула замок двери в другую сторону. Щелчок. Костья выпрямилась и встряхнула свои мокрые руки, поглядывая прямо ей в глаза. — Ну? Девушка на секунду растерялась, ведь давно не разговаривала с одноклассницей, а точнее подругой. — Ты ничего не замечаешь? — голос стал более томным. Купер подняла свои соколиные брови: — А что-то должна? — удивилась девушка. Бэлла, не замечая для себя, прикусила нижнюю губу, а затем спросила: — Кто мы? — этот вопрос заставил Костью немного занервничать, и она опустила свой взгляд. - —Друзья. — Друзья? — Бэлла удивилась и улыбнулась, явно не ожидая услышать это. — А ничего, что ты хуй забила на меня, и сейчас тупо 24/7 проводишь время с этой Настюхой–Петрухой, конченной шлюхой? — и на этих словах Бэлла просто сорвалась, как вдруг Костья сразу же прервала её. — Какого хуя ты начинаешь гнать на Настю? — в голосе было явно слышно некую злобу. — Да потому что ты, Кас, пиздаболка! — дерзко и безчувтвенно сказала Бэлла девушке в глаза. — Разве не так? — Нет. Не так, — спокойно ответила та. — Ты однажды сказала мне, что мы два психа, и только мы будем до конца вместе… — она не отрывала свой взгляд от коротковолосой девушки, которая оперлась руками об раковину и смотрела на неё столь внимательно. — Когда-нибудь, Бэллка, ты поймёшь, что дружбы не существует, — с ехидной улыбкой сказала Купер. Бэлла кивнула, стараясь не заплакать: — Потому что ты её разрушила, — отрезала девушка с растрепанной гулькой. Костья сделала шаг к ней. Их лица находились довольно близко друг к другу. Было слышно каждый вдох и выдох девушек. — Нет, потому что мы выбираем тех, кто нам нужен и интересен. А мы — разные, Бэлл, — Костья практически касаясь её плеча, повернула замок в другую сторону и через секунду она вышла из уборной. Бэлла смотрела сначала вниз, а потом в зеркало. Ей было очень больно, словно в неё только что кто-то выстрелил из пистолета, причём тот человек, который ей дорог. Она вновь повернула замок в другую сторону, и поддаваясь своим настоящим эмоциям, просто начала плакать, истерить, ходить из одной стороны в другую… Дело даже не в том, что только что они вновь поссорились, а в том, что она чувствовала к ней не дружескую ревность. Она стала зависима от неё, а любовная зависимость хуже алкогольной, никотиновой или наркотической. Иногда она смотрела на неё издалека, лежащую на кровати и читающую книгу, и думала о том, как её золотистые волосы прикасаются к её плечу, как они укрываются одним лёгким фиолетовым одеялом, как они вместе встречают закат, сидя на кровати (а кровать стояла в углу, где каждая из соседних стен были широкими, панорамными окнами, на которых красовались белые граффити Костьи). Бэлла краснела, когда видела, как её подруга ходит в топе, хотя Костья и топ — несовместимые вещи. И в ту секунду, когда девушка сидела одна, опираясь спиной о дверь, она осознала, что каждый изъян Кас стал для неё притяжением, но видимо Бэлла ей не нужна была. Девушка знала, что героизм её одноклассницы был всего лишь иллюзией и абсурдом. Нет. Они вовсе не разные, и она это знала. Просто Купер осознала, что с ней ей скучно, вот и всё.