Чувствительные струны

      Pov Джек       Операция почти окончена. Вся наша группа и девушка Чарли в это время ждали её окончания. Его привезли в палату, мы сидели около его постели. — Как он? — спросил я у врача. — У него множественные ушибы, перелом некоторых рёбер, правой руки, трещины в костях ног, но… не переживайте. Отлежится в больнице полгодика и будет, как новенький, — улыбнулся врач. — Сколько?! — хором спросили мы. — Он сбежит отсюда, помяните мои слова, — усмехнулся Ноа. — Не поспоришь, — подметил Эрик. — Эй, — я заметил, какая Сара бледная, — Все же хорошо, чего ты? — положил ей руку на плечо, — На нем заживает, как на собаке, поверь, — усмехнулся я.       Кажется, Сара улыбнулась. Рад, что смог подбодрить девушку. Слышишь, Чарли? Ты мне должен (пошутил)! — Значит, в общем все хорошо? — переспросил Эрик. — Да, скоро очнется, как начнёт отходить от наркоза, — ответил врач. — Хорошо.       Мы так и сидели в палате всю ночь. Спали там, где только можно было. Похоже, Эрик не успел ничего сказать Ноа. Они ведут себя обычно. Я и Ноа устроились на диване кое-как, а Эрик на стуле спал, Сара отказалась отходить от Чарли.

***

— Джек, Чарли пришел в себя, — разбудил меня Эрик.       Я тут же открыл глаза и подошел к другу. — Выглядишь не очень, — усмехнулся я. — Посмотри на себя, — усмехнулся Чарли. — Как ты? — Нормально, не видно? — все шутил он. — Чувство юмора есть, значит, действительно все хорошо. — Да, но, парни. Вам стоит задуматься над тем, чтобы заменить меня. Я не смогу играть, вы же понимаете. — Брось, чувак, кто сможет тебя заменить? Мы ведь семья, — сказал я. — Джек, ты должен понимать. Нам выступать через месяц, нужно готовиться. — Нет, Чарли, я не могу так. Мы поговорим с продюсером… — Джек. Прекрати.       Я в тупике. Мне не хочется разъединять нашу семью. Принимать кого-то нового? Да кем можно заменить Чарли? Это просто невозможно! Какой-то абсурд! Я не могу согласиться с этим. Я вышел из палаты, спустился на улицу, присел на лавочку. Нужно успокоить свои нервы.       Когда в моей голове начало все немного проясняться, я понял, что мыслю не очень разумно, ведь мы долгое время развивались, добивались этого, и, наконец, это случилось — нам предложили дать концерт, у нас появился продюсер. Мы долго к этому шли, но… заменять Чарли… смогу ли я? Ко мне вышли Эрик и Ноа. — Джек, мы понимаем твои чувства, но… у нас нет другого выбора. Если мы не заменим Чарли, то у нас может больше не быть такого шанса, — сказал Эрик, присев рядом со мной. — Знаю… — Джек, — Ноа сел с другой стороны, положил мне руку на плечо, облокотил голову на меня, — Только один концерт.       Я заметил на себе презрительный взгляд Эрика. — Эм… — я убрал руку Ноа с себя, — Да, ты прав. Всего один. Я постараюсь смириться, Ноа, — неловко улыбнулся я, — Но на кого заменять-то будем? — У меня есть один друг, он, правда, лишь начал, толком не умеет играть, но аккорды зажимать не очень сложно. За месяц можно поднатаскать парня, — подумал Ноа. — Ты издеваешься, да? — Нет, я серьезно. Завтра приведу его на репетицию. Мы ведь будем репетировать? — Да, раз такое дело. Ладно, приводи… — Все будет нормально, — подмигнул Ноа. — Так, парни, я поеду, наверное, раз с Чарли все нормально. — Не попрощаешься с ним? — спросил Эрик. — Попрощаюсь, конечно, — улыбнулся я.       И мы вернулись в палату. Я попрощался с Чарли и Сарой, после чего сел в машину и поехал к себе домой. Остальные участники группы тоже разъехались. Нужно попробовать сочинить мелодию. Они действительно так рассчитывают на меня, я знаю это. Просто не говорят, чтобы не наседать на меня. И все же за месяц я должен справиться.       Приехав домой, я, для начала, сходил в душ. Ночью так и не удалось нормально поспать. Все тело ломит после дивана. Поэтому, когда я помылся, то решил лечь спать.

***

      Я проснулся, первым делом посмотрел на время. Уже вечер. Нужно поесть… я умылся и поел еще то, что приготовили мы с Эриком. А теперь… стоит начать подбирать мелодию. Я засел на всю ночь в комнате для репетиций. В голове так ничего и не прояснилось. Долго мучился, но… ничего не вышло. Что мне делать? Нам так нужна новая песня. Почему ничего не получается? Да, вроде бы и складывается что-то, но не то, что хочется. Нужно больше эмоций, чувств… песня без чувств для меня — это не песня.       И вот просидев так до утра, я ничего не добился. Мне уже порой стыдно смотреть в глаза ребятам. Я просто обязан написать что-то новое… Мне позвонил Ноа. — Да? — Доброе утро, Джек. — Ага, доброе… — вспомнил я, что не спал всю ночь. — Я тут подумал, давайте соберёмся раньше? Нужно будет еще научить моего друга игре на гитаре. — Во сколько? — Сразу после обеда? В час-два? — Жду к двум. — Отлично, до встречи. — До встречи.       Значит, сегодня… Я вздохнул. Решил пока съездить в магазин. Нужно купить некоторые продукты. Я собрался, уложил волосы и поехал. Стоило лишь зайти в продуктовый, как две девушки сразу «набросились» на меня. — Извините, вы, случайно, не Джек Аллен? — спросила темненькая. — Случайно он, — ухмыльнулся я. — Можно ваш автограф, пожалуйста? — обрадовались они. — Да, конечно.       Девушки предоставили мне блокнот и ручку. Я расписался на нем несколько раз. — Большое спасибо! — поблагодарили они. — Да, ладно, — улыбался я.       Я всегда веду себя вежливо с людьми, по крайней мере стараюсь, если они не переходят границы сами. И так, я взял чипсы, пива, макароны, мясо и ещё некоторые продукты. На кассе была большая очередь. Пришлось ждать какое-то время.       Когда я, наконец, оплатил свои покупки, то поехал домой. Чем бы еще заняться? Снова пробовать сочинять песню бессмысленно. Это приходит ко мне обычно, словно озарение. Думаю, стоит позаниматься гитарами. Я стал слишком мало времени уделять им.       Добравшись до дома, я, как и запланировал, занялся любимым хобби.       Когда стрелка часов почти прибыла к двум часам, я решил заказать пиццу на всех. Позвонил в одну знакомую пиццерию. Как раз сейчас ребята прибудут, мы познакомимся, потом поедим. В дверь позвонили. Я пошел открывать. Открыв дверь, я… обалдел. — Чего?! — Что такое, Джек? — недоумевал Ноа. — Ты?! — смотрел я на парня, что Ноа привёл с собой.       Это же тот самый самоубийца, которого я чуть не сбил на машине! — Привет… — ему стало немного неловко. — Вы знакомы? — недоумевал Ноа. — Нет… проходите.       Как раз подъехал и Эрик. Я встретил его, когда он увидел парня, то пришел в такой же шок, что и я. Все присели на диван. — Ладно, давай знакомиться. Я — Джек, солист, это Эрик, — я указал на него, присел на спинку дивана, — Он наш гитарист. — Да, я слышал… — не пойму, то ли он стеснительный такой, то ли ему слишком неловко в данный момент, — Я — Оливер, мне двадцать. И… на гитаре я лишь начинаю играть. — Да, не волнуйся, мы тебя научим, — улыбнулся Ноа, — Да, Джек? — Чего? — от удивления мои брови поднялись выше, чем обычно. — Ты играешь лучше нас всех, научи его. — Почему я? — Потому что Эрик не умеет учить, а ты много раз подробно показывал ему сложные переходы. — И с чего ты взял, что я отличный учитель? — Но ты ведь смог объяснить мне, как лучше играть, — вступил в диалог Эрик. — Вы прикалываетесь, да?       Кажется, Оливеру стало еще больше не по себе. — Черт, — хмыкнул я. — Ну, Джек, пожалуйста, — уговаривал Ноа.       Я посмотрел на новичка. Он тоже смотрел на меня, прямо в глаза. У него такой наивный взгляд, к тому же, кажется, еще и растерянный. Так мы и смотрели друг на друга какое-то время, рассматривали. У него красивый цвет глаз. Яркий зеленый. Повисло минутное молчание. — Ладно, я попробую, — отозвался я. — Спасибо, — вздохнул Ноа.       Я не отводил взгляд от парня. — Спасибо, — слегка улыбнулся Оливер уголками губ. — Пока не за что.       Кажется, он обрадовался. Интересный парень. — Пошли за мной, — сказал я ему и отправился в комнату для репетиций.       Он сразу вскочил и ринулся за мной, как я и велел. Пройдя в комнату, его глаза забегали. Оливер рассматривал все, а я подключал оборудование. Остальные тоже подошли. — Давай гитару, — сказал я и протянул руку.       Оливер сразу достал её из чехла, дал мне. Весьма не плохая гитара красного цвета. Я взял у него музыкальный инструмент, подключил. Оказывается, она была не настроенной, пришлось настроить. — Как ты играл на расстроенной гитаре? — решил спросить я. — Ну… я и не играл почти. Она у меня стояла долгое время без дела. — Ты серьезно? — недоумевал я.       И как понять «почти не играл»? Ему удалось меня удивить. — Да… — Тебе придётся мучиться и терпеть боль. Зажимать аккорды не так просто. — Я слышал, знаю. Ничего, научусь. — Ладно, посмотрим. Если будешь отлынивать или ныть, я прекращу с тобой заниматься. — Понял.       А он решительно настроен. Так хочет выручить друга? Или у него еще какой-то мотив? Если Оливер действительно настроен решительно, то я готов всерьез взяться за него. — Готов начать уже сегодня, Оливер? — Да, — ответил он. — А не слишком ли ты с ним суров? — спросил Эрик. — Нет.       Присев на стул, я настроил гитару. Стоит научить его базовым аккордам, и только потом приступать к конкретным, из песен. Я позвал Оливера к себе, отдал ему гитару, усадил на свой стул, сам встал рядом с ним и показал один аккорд, расставил его пальцы, что неуклюже искали нужные струны. Гитара создала непонятный звук. — Зажимай сильнее, — сказал я.       Парень сделал, как я сказал. По его лицу было понятно, какую боль он испытывает, но так нужно. Если через это не пройти — так никогда и не сможешь сыграть. — Пытайся зажимать его так, пока не получится идеально чистый звук. Я отойду, — сказал я и пошел на выход. — Хорошо, — ответил он.       Я схватил Ноа и Эрика за футболки и потянул их за собой. Мы вышли в зал, где и были. — Ты чего? — недоумевали они. — Не мешайте, — ухмыльнулся я. — Ах, вот, значит, как! Мешаем, да? — пытался драматизировать Эрик. — Да. Пусть пока один пытается. Сейчас пиццу привезут, поедим все вчетвером и валите. — Ты серьезно? — удивился Эрик. — Я ведь должен научить его играть. — А ты серьезно взялся за Оливера, — тоже удивился Ноа. — Это ради концерта, да и я бы не согласился, если этот парень не был так решительно настроен на обучение. — Да ну? — всматривался в мои глаза Эрик. — Я сейчас прогоню вас, а пиццу мы вдвоем съедим. — Все-все, молчу, — спохватился Эрик.       Ноа посмеялся. — Ты вообще должен еще кое-что сделать, не забыл? — я косился на Эрика, напоминая ему про признание Ноа. — Ну… да… точно, — замялся он. — Что? У тебя какие-то дела? — опомнился Ноа. — Нет-нет, — неловко улыбнулся Эрик.       У меня зазвонил телефон. Вот и пицца приехала. Я открыл входную дверь, курьер вышел из своей машины, отдал мне пиццу, я расплатился, и на этом мы попрощались. — Ура, пицца! — воскликнул Ноа. — Можете начать есть, я позову Оливера, — сказал я и вернулся в комнату для репетиций.       Но заходить сразу не стал. Немного постояв у двери, я наблюдал за парнем в маленькую щель между слегка при открытой дверью и стеной. Он очень старался зажать аккорд, но когда стало очень больно, то встряхнул рукой. Я вошел в комнату. — Идем, отдохнешь немного. — Нет, я позанимаюсь, — отвел взгляд он. — Пошли, пиццу поедим. — Но… — Идем, — я взял у него гитару, поставил на специальную подставку, и потянул Оливера за собой, схватив за руку.       Все же не пойму, он стеснительный такой или что? Я привёл его к ребятам, мы начали есть пиццу, сидя за столом. Было вкусно, я разлил всем сок. И все же этот парень действительно очень старается научиться. Мне нравится такое упорство. — Сейчас Ноа и Эрик уйдут. Останешься, чтобы продолжать обучаться? — спросил я Оливера. — Да, я для этого сюда и пришел, — улыбнулся он краем губ. — Отлично, — ухмыльнулся я.       Когда пицца была «ликвидирована», эти двое собрались уходить. Мы с Оливером проводили их, попрощались и вернулись в комнату для репетиций. Назовём её домашней студией. — Послушай, — сказал Оливер, уже сидя на стуле с гитарой в руке.       Он зажал тот самый аккорд и провел по струнам. Чистый звук ля-минор. Хоть и было видно, что ему трудно. — Молодец, — улыбнулся я, — Теперь попробуй еще ми-минор, — я поставил его пальцы на нужные струны, — Пытайся переходить с «ля» на «ми», не делая паузы. Сразу не получится, но время у тебя есть. — Хорошо.       Я присел на диван, что стоял недалеко от Оливера, и наблюдал за его действиями. Он быстро учится. Это приятно. — Почему ты так хочешь помочь нам? — решил спросить я. — Я… просто хочу помочь, и все, — соврал он.       Видно, что лжёт, но я лишь ухмыльнулся. Может, позже разговорю его. Упорный, трудолюбивый, быстро обучаемый — идеальный ученик. Уже спустя пятнадцать минут, я принял лежачее положение. Надоело сидеть. Оливер иногда «фальшивил», но сразу исправлялся. На своих ошибках учатся лучше. Немного погодя, я показал ему еще один не очень сложный аккорд. Пусть учится быстро переходить, да лучше нажимать на струны. Все это время я лежал на диване, и, кажется, начал дремать… как, вдруг, услышал шипение Оливера. — Отдохни, — произнес я, открыв глаза. — Но… — Нельзя без остановки играть, нужно отдыхать иногда. Твои пальцы уже никакие.       Он отвел взгляд. Я поднялся с дивана. — Сейчас приду, — сказал я и ушел в ванную.       Я взял оттуда упаковку с пластырями из аптечки, и вернулся к Оливеру. — Отложи гитару, иди сюда, — велел я ему и присел на диван.       Парень сделал, как я сказал, и присел ко мне. Очень послушный, ни разу не возмутился. Я достал пластыри, развернул один, взял левую руку Оливера, положил к себе на ногу для удобства и начал залеплять его пальцы, на которых в скором времени появятся мозоли. Он лишь изучающим взглядом следил за моими действиями. Такой забавный, что я сдерживал улыбку. Похож на потерянного котёнка. — Все, — сказал я, когда замотал его пальцы. — Спасибо, — слегка улыбнулся он. — Да не за что, — сказал я и сложил оставшиеся пластыри в коробочку, после чего поднялся с дивана, дабы отнести её назад. — Ты же хороший, зачем притворяешься плохим? — ухмыльнулся Оливер. — Испытываешь меня? — хищно посмотрел я на него.       Он ничего не ответил. Тогда я продолжил свой путь, и отнёс в ванну пластыри. Потом вернулся к Оливеру. — Ты с родителями живёшь? — спросил я. — Нет, один, — ответил он.       Я поставил стул рядом с диваном, спинкой к парню, сел на него лицом к Оливеру, поставил подбородок на спинку. — А как вы с Ноа познакомились? — решил я побольше узнать о нем. — Работаем вместе. — Значит, ты тоже официант? — Да.       Ноа иногда подрабатывает официантом в ночную смену, ему чем-то нравится эта работа. Может, коллектив хороший, не знаю. Но больше никто из нас не работает так. Наша основная работа — это музыка, так как мы действительно часто выступаем и нам не плохо за это платят. Даже очень хорошо. — Понятно. Нравится такая работа? — Платят мало, поэтому не очень… я еще учусь, поэтому за обучение тоже плачу. — А родных у тебя нет? — Нет. — Совсем? — удивился я. — Совсем. Еще в детстве меня отдали в приёмную семью. Теперь живу один. — Прости, я не знал, — отвел взгляд я. — Да ничего, я ведь уже не маленький ребенок, — он улыбнулся, — А у тебя есть родные? — Да, но мы редко видимся. Они далеко живут отсюда. Так, созваниваемся иногда. — Понятно, — задумчиво произнес Оливер. — Так не скажешь, почему ты горишь желанием помочь нам? — Ну… я хотел давно научиться играть на этой гитаре. Она досталась мне от приёмной сестры. Она… завещала её мне. — Завещала? — недоумевал я. — Да, мы с ней хорошо сдружились, много общались, играли, но Виолетта сильно заболела. Эта болезнь забрала её навсегда. — Кошмар. — Да. Это было пять лет назад. — Сочувствую… — я почувствовал себя неловко от того, что заставил его рассказать мне всё это. — Да ладно, — он вновь улыбнулся.       Это такая защитная реакция? — Ты сегодня не работаешь? — Нет, а что? — Хочешь выпить? — ухмыльнулся я. — Ты серьезно? — удивился слегка Оливер. — Конечно. — Хочу, — ухмыльнулся он. — Отлично. Можешь у меня, хоть до утра на гитаре потом играть, как раз отдохнешь к тому времени. — Точно, — усмехнулся он, — Расскажи и ты о себе теперь. — Ну, что тебе рассказать, — задумался я, — Спрашивай, что интересно. — Ты живёшь тут один? — Да. — У тебя нет девушки? — Нет. — А сколько тебе лет? — Двадцать два. — М-м… — думал он, что еще спросить у меня, — И вы давно все дружите? — Да, еще со школы. — Понятно, — задумчиво произнес он. — А у тебя линзы? — решил спросить я. — Нет, а почему ты спросил? — Глаза необычного цвета, — слегка улыбнулся я. — А у тебя… — он пододвинулся ближе ко мне, прямо к лицу, от чего я почувствовал себя как-то очень странно… неловко? — Голубые. Красивые, — ухмыльнулся он.       Чего? Красивые? Он что, всегда говорит то, что только придет в голову? Точно, как ребенок. — Ты… эм… ешь суши? — я решил перевести тему. — Суши? — переспросил он, — Наверное, — задумался. — Ты никогда не пробовал суши? — Кажется, нет.       Ну, да, если он прожил всю жизнь в приемной семье, а потом один, то какие ему суши? Деньги Оливера полностью уходили лишь на действительно важные нужды. — Я закажу суши, ты не против? — Но… — Я закажу на нас обоих, не парься. Просто скажи «да» или «нет», — улыбнулся я. — Ну… я не против. — Отлично, — усмехнулся.       И я набрал номер ресторана, заказал там суши, так как время уже вечернее, и хочется поужинать. Живот Оливера заурчал, от чего я не смог сдержать смех. — Да, я тоже хочу есть, — произнес я, усмехаясь.       Он тоже посмеялся. — Кстати, запомни — играть на гитаре только с медиатором. — Ага, а то пальцы изрежу о струны, да? — Да. — И как мне тебя называть? Учитель? — усмехнулся он. — Снова испытываешь меня? — я посмотрел на него так же, как и тогда, — У меня есть имя. — Ладно, я понял, — он улыбнулся. — А что на счет тебя? У тебя нет девушки? — М-м… — задумался он, — Нет. — Долго отвечал, — посмеялся я. — Просто мне… ну… не нравятся девушки… — неловко произнес он, запинаясь. — Ты нетрадиционной ориентации? — слегка удивился я. — Ну, да. — А-а, понятно. — И все? — А что ещё? — Осуждать? — Нет, ты что, — усмехнулся я, — Один мой друг тоже любит парня, ну и что? — Правда? Из группы? — Я тебе не скажу, — улыбнулся. — Почему? — Потому что.       Он только хмыкнул и отвел взгляд. Значит, парни, да? Интересно. — Уже можно поиграть на гитаре? — Нет, — усмехнулся я, — Отдыхай, нетерпеливый. — Ну и ладно. — Расскажу тебе немного теории.       Я взял гитару, развернул стул обычным образом, сел на него. — Знаешь, как это называется? — я указал на корпус. — Ну… — Корпус. Запомни. — Хорошо, — он кивнул, — Но… если забуду? — То всегда можешь спросить меня, — улыбнулся я, — Но старайся запомнить. — Понял. — Это гриф, — я указал на него, — На нем лады, вот первый, — провел пальцами, — Второй, третий и так далее. — Угу.       Так я объяснял ему устройство электрогитары. Он внимательно слушал и пытался запомнить. Такая «лекция» проходила до того момента, пока не прибыли суши. — Идем, — улыбнулся я, поставил гитару на подставку и пошел забирать суши вместе с Оливером.       Он помог мне донести их до стола. Я достал пару стеклянных бутылок с пивом, поставил их на стол. — Суши с пивом? Это вкусно? — спрашивал Оливер. — Наверное, — усмехнулся я.       Мы открыли суши, пиво. — За знакомство, ученик, — ухмыльнулся я и протянул бутылку. — Учитель, — улыбнулся он и чокнулся со мной.       Мы сделали несколько глотков и принялись кушать. — Как тебе суши? — Очень вкусно, — радовался Оливер. — Я рад, — улыбнулся я.       Он по-настоящему радовался таким, казалось бы, мелочам. Так искренне. Интересный парень. Я больше наблюдал за ним, чем ел сам. Не знаю, почему, но он заинтересовал меня еще тогда, на пешеходном переходе. Так вывел меня… — Слушай. — М-м? — А куда ты тогда торопился? Когда мы в первый раз встретились. — А-а, да, — вспомнил он, — На учебу. — Серьезно? — удивился я. — Да. Я опаздывал. — Понятно. Никогда не прогуливал занятия? — Прогуливал и прогуливаю, но только которые ненужные, и где не отмечают. — Классика, — усмехнулся я, — На кого учишься? — Архитектор. — Да ну? — Да. А ты кто по профессии? — Программист. — Прикольно, — задумался Оливер. — Не очень, — ухмыльнулся я, — Я понял, что это не мое и вряд ли вернусь к этой профессии. — Никто не знает, что будет дальше, — пожал плечами парень. — Да, это точно.       Мы сделали еще пару глотков. Вообще, пиво быстро уходило, учитывая то, что мы запивали им суши. Я много заказал, целый сет, так как подумал о том, чтобы Оливер попробовал побольше их разновидностей. Просто представил, как это, когда никогда не пробовал суши, не развлекался, как все, не испытывал все эти небольшие радости жизни. Я просто не представляю свою жизнь без таких вещей. Думаю, он никогда не был в зоопарке, возможно, даже в кино не ходил, в парк аттракционов. Наверняка он уже привык к такому образу жизни, но всем нам хочется поразвлекаться. Думаю, Оливер тоже много раз задумывался о том, что никогда не делал тех вещей, которые делали многие люди; никогда не ел той пищи, которую ели многие; никогда не был там, где были многие. Это грустно. Еще и случай с той девочкой… жалко её, но каково же было Оливеру? Интересно, он сильно страдал? Долго не мог оправиться? И почему этот парень так заинтересовал меня?.. — Джек, — позвал он меня. — Ты в первый раз назвал меня по имени? — ухмыльнулся я. — Издеваешься? — улыбнулся Оливер. — Может, немного. — Ты сыграешь мне на гитаре? — Можно, почему бы и нет? — пожал плечами я и отправился за гитарой.       Я взял акустическую, и вернулся. Я устроился по удобнее на диване, и начал играть и петь, парень сел напротив меня. Все это время Оливер будто завороженно смотрел на меня, вслушивался, не отрывал взгляда. Когда я закончил играть, он мне немного похлопал. Я улыбнулся. — Мне нравится твой голос. Очень красивый. — Ну… спасибо, — поблагодарил я за комплимент. — А песня… она твоя? — Да. — Красивая. — Я старался, — все улыбался я и вспомнил, что в последнее время ничего стоящего больше написать не могу. — Что-то случилось? — заметил смену моего выражения лица Оливер. — Да, нет…       И в этот момент в моей голове что-то щёлкнуло. Пальцы сами потянулись к струнам. Я зажал аккорд, второй, третий… кажется, наклевывается песня.