Деньги не пахнут

Торфинн шел по улице с лицом умным, с лицом везунчика и победителя – не даром, ему и вправду сегодня везло: с подработки отпустили пораньше на полчаса, в лотерее он выбил проездной на месяц, а еще на презервативы с запахом вишни была скидка. Погода была для прогулок подходящая: ветер дул теплый и изредка, температура колебалась между нулем и плюс-единицей, снег лежал островками, только на промерзшей земле. Неплохо для середины ноября. Вот он и прогуливался – по набережной, взад-вперед, наискосок по помертвевшему газону от ларька к ларьку без всякого желания прикупить хоть что-то. Часы с Шанхайки время не показывали, да и расписания, в общем-то, не было. Опаздывать – он не опаздывал, спешить – не спешил, просто топтал газон. Просто мозолил пляшущим неподалеку кришнаитам глаза. Намечалась встреча. Бизнес-рандеву. Денежный крестовый поход. Блядская ходка к money-гнезду с сосредоточением в ней большинства городских ресурсов. Свидание с Аскеладдом, то есть. Да. Четкие договоренности всегда отсутствовали: «приходи, малыш, как освободишься», – обговаривалась дата, обговаривалось, что Торфинн купит презервативы, обговаривалось, что Аскеладд приготовит ужин. Если соизволит. Если проголодается. Ничего не обговаривалось, кроме даты – на самом деле, все подразумевалось, но система была, своя, временем выработанная, проверенная, иногда рабочая, по большей части – на ходу корректируемая. Презервативы Торфинн купил. И освободился. Идти не спешил. Наконец, он вздохнул и понял: ему же хуже – топтаться на месте, ему же хуже – ломаться и пиздострадать, ему же хуже – не успеть зайти по пути назад за пивом, ему же хуже – вспоминать о гордости сейчас. И, в общем-то, пошел на остановку, дождался четыреста девяносто третьего, и доехал до нужной станции, дошел не до квартиры, а до ебучего особняка, набрал на воротах код допуска (4206969) и подошел к широким дверям. Набрал домофон. – Привет, это я. – А это я, – по-тупому протянул в трубку Аскеладд, и двери открылись. Картина предстала как всегда роскошная, картина маслом, поганое рококо-полотно нищего итальянца века, эдак, пятнадцатого, воплощенное в реальность. Аскеладд, спускавшийся с лестницы в шелковом халате и странноватых турецких туфлях с закругленными носами, картину только дополнял. – Привет, Торфинн, ты сегодня рано. – Раньше отпустили с работы, – пожал парень плечами. – Хочешь поужинать? – Не особо, но выпить могу, – Торфинн усмехнулся заботливости. Картину, конечно, сохранять было нужно, приличия соблюдались, но даже ужин и «карманные» того факта, что Аскеладд трахал по субботам, а иногда – понедельникам и средам, подростка, не меняли. Они посидели, пообщались, выпили, Торфинн быстренько сходил в душ и вышел к Аскеладду в шелковом халатике, который висел для него в ванной постоянно, как и щетка, как и прочие пожитки, немного пьяный. Немного навеселе, немного на взводе, немного возбужденный – как полагается. – Аскеладд, – кокетливо улыбнулся он, – гондоны в сумке. Аскеладд гмыкнул, когда соблазнительным тоном Торфинн прошептал «гондоны», и принялся копаться в сумке. – С вишней? – достал он пачку. – Ты же у нас большой любитель витаминных добавок, – гаденько хихикнул Торфинн, мужчина пожал плечами в ответ. – Не буду шутить, в рот их все равно брать только тебе, – Торфинн подошел ближе и сел рядом с Аскеладдом на кровать. – Не, нихуя, сосу я без резинки, – и посмотрел так, будто из спора он вышел победителем. Аскеладд наклонился к Торфинну и обхватив его щеки пальцами, влажно поцеловал парня, попутно развязывая ему пояс халата и отбрасывая его на пол. – Так начинай, – потрепал он Торфинна по волосам, отстранившись. *** Говорят, деньги не пахнут, но это не так. От Аскеладда пахнет деньгами: дорогой парфюм, ванны с солями и лепестками, хорошие ткани для хороших костюмов… от Торфинна таким не пахнет. Именно сейчас от него несет дешевым дезодорантом из ларька за углом, немного потом и сигаретами и… чуть-чувствуется запах Аскеладда. Именно сейчас, когда он сидит голый на его подоконнике и смотрит без интереса на оживленное шоссе. Вид у Торфинна был дурацкий. Не точно, только на его взгляд. Аскеладд прибирал комнату, он уже был в одежде. – Эй. Когда в следующий раз встретимся? – Торфинн спросил показательно безэмоционально. – Не знаю. У меня завал на работе. – И что? – Ну, – издевательски улыбнулся Аскеладд, – на той, из-за которой ты со мной спишь, – он усмехнулся. У него много дел. А у Торфинна – ни грамма стыда и обреченная влюбленность в директора филиала тойота.