Остаться

Гет
PG-13
Закончен
66
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Драббл, 5 страниц, 1 часть
Описание:
Говорят, у всего есть память.
Венок хранит прикосновения тонких пальцев сплетшей его девушки, сталь клинка впитывает кровь поверженных врагов, в складках белоснежной простыни оседает жар влюблённых, зеркала таят в себе тени давно ушедших людей. Каждая мелочь вокруг живёт своей жизнью, и, соприкоснувшись с ней, мы неизбежно оставляем на ней свой след.
Тогда что страшнее: кануть в небытие или остаться жить со следами других людей в своём сердце?
Примечания автора:
Группа автора — https://vk.com/lumodeluna
Канал в Telegram — https://t.me/lumodelunafanfiction
Подборка прекрасных фанфиков здесь — https://t.me/RCFicbook
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
66 Нравится 2 Отзывы 11 В сборник Скачать

...

Настройки текста
Примечания:
♫ Lawless feat. Sydney Wayser — Dear God
Эстетика для драббла: https://i.pinimg.com/originals/f7/46/fc/f746fc492c6b40e10b9387aa237b03b8.png
      Вздохнув, Вики переворачивает страницу учебника, но, пробежавшись глазами по первой строчке, снова безнадёжно теряет суть написанного. Тёплый ветер ласково гладит девушку по волосам, бережно касается прикрытых ситцевым платьем плеч и ободряюще перебирает пёрышки на подрагивающих бежевых крыльях. Заправив за ухо непослушную светлую прядь, Уокер поднимает взгляд на скрывающую её в своей тени статую Равновесия. Та отвечает ей лишь немым взором мраморных глаз.       Дино рассказывал, что раньше часто бывал здесь. Взывал к Шепфа, но так ни разу и не услышал его голоса. Вики горько усмехается. Забавно, ведь ей всё-таки удалось с ним поговорить, но ответов на вопросы, мучающие её так долго, она не получила. Неужели всё же придётся искать их в себе?       Девушка недолго всматривается в проглядывающий сквозь ветвистые кусты горизонт, а затем окидывает взглядом пейзаж вокруг. Удивительно, что страшное действо двухдневной давности совершенно не коснулось этого клочка земли, обнесённого высокой живой изгородью. Здесь, возле статуи Равновесия, царит абсолютное спокойствие, словно всё произошедшее случилось в десятках миль отсюда.       Вики откладывает учебник и обнимает себя руками. Ей пора бы уже возвращаться в свою комнату, но мысль о том, чтобы снова ступать во двор школы, заставляет спину покрыться неприятными мурашками.       Говорят, у всего есть память.       Венок хранит прикосновения тонких пальцев сплетшей его девушки, сталь клинка впитывает кровь поверженных врагов, в складках белоснежной простыни оседает жар влюблённых, зеркала таят в себе тени давно ушедших людей. Каждая мелочь вокруг живёт своей жизнью, и, соприкоснувшись с ней, мы неизбежно оставляем на ней свой след.       Школа Ангелов и Демонов навсегда запомнит кровавую бойню, развернувшуюся под её окнами. Каменные стены сохранят отголоски слепой ярости, земля останется пропитана кровью, а в воздухе будут витать нотки смерти. Вики становится не по себе от этой мысли.       — Читаешь, Непризнанная?       Чуть повернув голову, девушка переводит взгляд на нежданного гостя. Люцифер делает несколько шагов и останавливается возле возвышающейся поодаль колонны. Чуть расправляет широкие крылья, чтобы сложить их удобнее, прислоняется плечом к прохладному мрамору и скрещивает руки на груди, не сводя с Вики нарочито безразличного взгляда, в ответ на который девушка лишь приподнимает уголки губ в приветственной улыбке.       Люцифер не отличается особой доброжелательностью, но Уокер к этому давно привыкла.       — Я вижу, что ты пришёл не просто так, — она поднимается со скамьи, осторожно приглаживает непослушные полы лёгкого платья и делает шаг по направлению к демону. — И что ты очень недоволен.       Люцифер усмехается.       Чёртова Непризнанная с её чёртовой проницательностью.       Сначала его это жутко раздражало. Как, в общем-то, и всё в ней, начиная тонкими, вечно растянутыми в милой улыбке губами и заканчивая мерзкими, типично ангельскими принципами. Он разглядел эту присущую белокрылым стать ещё в момент, когда впервые увидел Уокер на другой стороне школьного двора; даже до того, как она открыла рот, чтобы ответить на грубость Ости, Люцифер уже знал, что она скажет.       «Если ты думаешь, что я поведусь на твои провокации, ты ошибаешься».       Тогда он подумал: ещё одна Непризнанная, решившая выпятить свою блистающую «идеальность». Очередная высокомерная человечишка, которая совсем скоро будет стирать руки в кровь, отчаянно карабкаясь по прогнившей карьерной лестнице.       С каждым днём Люцифер убеждал себя в этом больше и больше, и так же с каждым днём его предположения всё безжалостнее разбивались о реальность.       Вики не менялась. Не становилась алчнее, хитрее, не стремилась к высотам только ради славы и чужого признания.       Люцифер уже почти забыл, как выглядят настоящие ангелы. Но разглядел их образ в лице Непризнанной.       Вики подходит ближе, однако останавливается в нескольких шагах от него, пытливо всматриваясь в рубиновые глаза. Лучи заходящего солнца касаются её лица, но не освещают его, а словно бросают ещё большую тень, подчёркивая следы боли и усталости после страшных событий, к которым она совсем не привыкла, и лишний раз напоминая мужчине о том, зачем он пришёл.       — Ты провалила урок Геральда сегодня.       Он не хочет обсуждать эту тему, но уже не может молчать.       Ему не нравится признавать, что ему не всё равно. Люцифер бесится, отшвыривает от себя эти мысли и назойливое беспокойство, мерзко буравящее дыру глубоко под рёбрами, но всё, на что он в итоге способен — сжимать кулаки в безмолвной ярости на самого себя.       Привязанность делает его слабым, а Люцифер ненавидит слабость. Она заставляет терять концентрацию на поле боя, озираться по сторонам, болезненно выискивая глазами знакомые бежевые крылья, подставляться, бросаясь в сторону незакалённой сражениями Непризнанной. Но по-другому он уже не может.       Вики смотрит, практически не моргая, и демон морщится. Она снова видит его насквозь, ощущает беспокойство и запертую на дне тёмной души муку от предательства. Люцифер ненавидит слабость. Но ценит то, что рядом с Уокер может себе её позволить.       Наконец, она расправляет плечи, её лицо расслабляется, и на нём снова застывает тёплая полуулыбка.       — Я не жалею.       Демон кривится в гримасе злости, отталкивается от колонны и подходит вплотную. Вики поднимает голову, снова внимательно глядя на него. Её тёплое дыхание разбивается о покрытый щетиной подбородок, а в воздухе вокруг неё подобно ауре кружит лёгкий аромат её любимых фиалок.       Это действует почти как успокоительное, как чёртова панацея, и Люцифер прикрывает глаза, властно притягивая Непризнанную к себе и заключая в плотное кольцо рук. Её крохотные ладошки ложатся ему на спину, и девушка покорно утыкается носом в широкую грудь, прижимаясь к демону всем телом.       — Не делай так больше, — ему и самому не по себе от этих слов. Они кажутся инородными и чужими, не принадлежащими ему. Такими, будто он отобрал их у кого-то другого, у какого-нибудь сладкоречивого ангела типа Дино или этой выскочки Лилу.       Но фраза практически против его желания срывается с языка, словно обретя собственную волю и самолично решая, как будет лучше.       И почему-то Люциферу становится легче.       — Не могу обещать.       Он отстраняется и тяжело выдыхает сквозь вновь стиснутые зубы, с раздражением глядя на принципиальную Уокер.       — Глупая Непризнанная, — говорит демон глухо. — Ты же видишь, что происходит, — он раскидывает руки в стороны, усмехаясь. — Война, Вики. На ней будут умирать. И ты не сможешь спасти всех. Так займись хотя бы тем, чтобы спасти себя.       Несколько мгновений девушка просто неподвижно стоит перед ним, а затем возвращается к скамейке и бережно берёт с неё книгу. Непризнанная переводит взгляд на статую Равновесия, и голубые глаза Вики темнеют, заливаясь задумчивостью.       — Что страшнее, — вдруг спрашивает она, — умереть или остаться жить, когда умер близкий человек?       Люцифер хмурится, небрежно пожимает плечами и кивает в сторону мраморного изваяния.       — Лучше узнай у вашего любимого Шепфа.       Девушка улыбается в ответ.       — Он не ответит. Придётся решить для себя самому.

***

      Каменные коридоры школы кажутся бесконечными. Они петляют, как поросшие сорняками тропинки, путаются и выстраиваются в лабиринт, подталкивая двигаться в неправильную сторону. Быстрые тяжёлые шаги демона эхом разносятся по опустевшему зданию, огромные бордовые крылья подрагивают от раздражения и напряжения, а набат сердца в ушах становится всё громче.       Люцифер злится.       Нет.       Он в бешенстве.       Из-за Азазеля, выставившего Цитадели ультиматум о том, что Легион Ада пойдет войной против Мальбонте только под командованием наследника Короля Ада, из-за Цитадели, которой пришлось принять эти условия, и из-за самого себя от невозможности нарушить долг перед своим домом.       Всё тело ныло, а изнурённый разум отказывался мыслить здраво. Люцифер тренировался всю жизнь, сколько себя помнил, но война — это совершенно другое.       Это мясорубка, готовая перемолоть твои кости и потроха, стоит совершить лишь малейший прокол. И ты вынужден позволить этой мысли поселиться в своей голове, потому что, если забудешь хоть на секунду — будешь валяться среди сотен других, кто забыл.       Мальбонте пал.       Цитадель считает трупы и поднимает кубки во имя Шепфа.       Легион ада наконец-то вернулся домой.       И только Люцифер не может найти покой, пока не доберётся до чёртова лазарета этой всеми забытой школы.       Он входит в переполненное помещение, где туда-сюда снуёт немногочисленный персонал, и нетерпеливо оглядывается. Он ищет взглядом знакомые бежевые крылья, проталкивается сквозь учеников — раненых или помогающих катастрофически не справляющимся целителям. Кто-то из демонов окликивает его, цепляется за рукава рубашки, но Люцифер со злостью откидывает чужие ладони, продолжая осматривать кажущийся бесконечным лазарет, пока не замечает стоящего возле одной из кушеток Дино.       Ангел смотрит прямо на него. Он не шевелится и не моргает, просто буравя взглядом новоиспечённого Короля Ада. И Люцифер всё понимает, когда светло-голубые глаза обретают оттенок штормового океана.       Воздух, которого и без того мало в забитом лазарете, резко заканчивается. На лице демона не отражается ни одна эмоция, хотя ураган в груди уже к чертям раздробил все рёбра. Люцифер кивает и отступает назад.       Свежесть улицы не приносит облегчения. Трава под ботинками, засохшая от крови, с мерзким потрескиванием ломается от давления подошвы, напоминая хруст костей, а обломки башен, хаотично разбросанные по земле, теперь выглядят, как надгробия, но мужчина не обращает внимания на эти изменения.       Он шагает вперёд, пока путь ему не преграждает высокое мраморное изваяние, одна половина которого выглядит как ангел, а другая — как демон. Люцифер смотрит на неё, и ему хочется смеяться. Вот, значит, какая цена у приносящего мир равновесия?       Демон опускается на скамейку, стараясь не смотреть по сторонам. Кажется, здесь всё напоминает о глупом непризнанном ангеле: потемневшие полуразрушенные колонны, запятнанные кровью кусты и выжженные низкие цветы.       Мужчина закрывает глаза.       — Шепфа, — из-за пересохшего горла голос хриплый и низкий, — скажи, что страшнее: умереть или остаться жить, когда умер близкий человек?       Взгляд рубиновых глаз упирается в бездушный мрамор статуи. На самом деле, Люциферу не нужен ответ. Теперь он знает его сам.       Остаться.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты