Ai

Меч скользнул в ножны, крылья будто растворились в воздухе, каблуки мужских туфель красиво цокнули по асфальту. Высокий мужчина с длинными серебристыми волосами, даже не остановившись после приземления, без оглядки рванул в сторону леса. На цепочке у него из стороны в сторону болтался прозрачный кулон. От кого он бежал? Зачем? И куда? На эти вопросы со временем найдутся свои ответы. Плащ и волосы цеплялись за ветки, замедляя движение. И зачем только надо было запрещать ангелам стричься? Глупое какое правило! Парень цыкнул языком, чуть не провалился в канаву, пробежал ещë пару километров и, оказавшись на солнечной поляне, присел, переводя дух. Солнце в зените. Зачем ему вообще понадобилось бежать? Ну заметили люди летающего человека, ну побежали за ним, ну закидали камнями, ну кричали, ну и что с того? Ангел... Хотя уже падший... его уровня вообще не должен беспокоиться о подобном и смело давать отпор, а не отбивать мечом из райской платины пыльные камни! Но что уж поделаешь... Не задалась первая встреча с людьми, сам виноват, летать не надо было! Ох, увидел бы это Цкасий, и всë — самооценки Васаби и след бы простыл. Но, слава богу, никого знакомого Вас не встретил ни в том посëлке, ни по дороге сюда. Кстати, а куда это —сюда? По небу бежали белые облака. Парень поднялся на ноги и огляделся. Трава, трава, кусты, деревья, ещë трава... Какое же тут всë зелëное, матерь божья! Погодите-ка. — А это что? — пробубнил Васаби, вглядываясь вдаль. Там, в нескольких километрах отсюда, виднелась какая-то ферма. Парень понадеялся было, что в ней есть люди, но, вспомнив недавний опыт, решил пока что ни с кем не контактировать. Кто знает, как они в этот раз отреагируют? Даже без крыльев Васаби выглядел... как сынок богатенького графа из девятнадцатого века: ухоженные длинные волосы, белый костюм и меч на поясе. Вас тяжко вздохнул. Ночевать придëтся здесь. До вечера оставалось относительно недолго. Парень присел на траву, облакотился спиной на дерево и прикрыл глаза. Лучше подремать днëм, чем ночью, когда везде то и дело бродят нечисть и разного рода духи. Меч лежал рядом, но Васаби всë равно был настороже. Довольно неплохая привычка ангелов-бойцов, спасибо вечному параноику Цкасию. Однако это сильно давит на психику. Чëрный. Нет, скорее тëмно-коричневый. С малыми проблесками приглушëнно-оранжевого. Никаких снов падшему не снилось. Он открыл глаза. Солнце постепенно клонилось к закату, а с запада приближались тучи. Скоро дождь. Получается, Васаби спал несколько часов. И за это время на него никто не напал. Может, белая полоса? Наконец-то? С самого утра ведь всë идëт наперекосяк... Ссора с начальством, неожиданно-запланированный побег, неудачное появление на Земле... Может, это было плохой затеей? "Нет, — покачал головой падший. — Я должен был уйти. Сегодня или никогда". Прохладный ветер ласково коснулся лица и продолжил свой путь меж деревьев, а после - многоэтажек. Васаби нравилась погода на Земле. Это вам не вечно холодный и "никакой" воздух в Раю. И уж точно не душные комнаты с запахом гари в Аду, куда заходишь, как в комнату для пыток. ...Тучи пролетели стороной. Солнце уже полностью опустилось за горизонт, оставляя где-то тонкую полосу розово-оранжевого света. Скоро станет совсем темно. До этого времени падший решил изучить лес. Он поднялся и сделал шаг навстречу своему... будущему? А может, и чему-то другому. *** А теперь, хоть ваше знакомство продолжалось совсем недолго, я вынужден вас разлучить с этим парнем и познакомить, наконец, с главным героем. Окунëмся в достаточно современную Россию, год эдак... две тысячи восемнадцатый, когда леса Австралии не горели, в Беларуси не происходили масштабные митинги, Фургал был на свободе, а о короновирусе не подозревал даже сам Владимир Владимирович. В общем, до двадцать-двадцать. Итак, ткнëм пальцем в любую точку на карте. Ладно, не совсем любую: не уходите далеко на восток, палец держите где-то в районе Центральной России и Поволжья. Тук. Вы попали в один из провинциальных городков: есть несколько памятников, несколько знаменитых людей, чьей родиной этот город является, несколько парков и ни одного чистого душой человека. Таких людей нет нигде, если и дальше рассуждать на эту тему. Приблизим немного выбранный вами город. Пятиэтажка. Типичное строение типичной России. Одним не нравится, а у других вызывает любовь и чувство уюта. Аня не относилась ни к первым, ни ко вторым - она была из тех, кому нет дела до таких "мелочей", как внешний вид еë дома. Ей, в принципе, не было дела ни до чего, как считала еë семья. Но это ошибочное мнение, ведь иногда она, как и любой другой человек, плакала ночами в подушку от бессилия. Утром же, просыпаясь, Аня ничего не делала и продолжала жить так, как жила все эти 14 лет. Ночные истерики стали для неë своего рода ритуалом. Крайне бесполезным, к слову. Что ж, Аня однажды проснулась утром, откинула одеяло, поднялась с кровати, надела брюки и рубашку вместе с недовольным лицом. Так частенько делают ученики средней школы, а люди постарше - почти всегда. Сегодня предстоял... не то чтобы трудный, но довольно утомительный день: три самостоятельных и две контрольных работы. Естественно, Аня не хотела идти, но прогулять не вариант: у девочки строгие родители, для которых успеваемость дочери в школе была важнее еë морального состояния. Что касается учëбы - Анна еë ненавидела. Презирала так, как вы не презирали никого. В основном такие чувства объяснялись порядками в семье, но всë же не без завышенных требований учителей, которые то и дело говорили одно слово: "гимназия". Сегодня очень хотелось прогулять. Аня вышла из квартиры, а через несколько секунд - из подъезда, и застыла. Обычный двор: качели, горка, карусель и лавочки, чуть поодаль - турники. Раз, два, три человека тоже проснулись и куда-то спешат. Решено. Сегодня она никуда не пойдëт! Девочка вышла на остановку ждать маршрутку. Но села в итоге не на ту, которую видит каждое буднее утро, а на первую попавшуюся - даже номер не разглядела. Отдав водителю деньги за проезд, Аня прошла в самый конец и плюхнулась на сиденье, разглядывая пыль на окне. Куда едет маршрутка - неизвестно, и эта неизвестность ей нравилась. Главное: чтобы потом родители не узнали о прогуле. А то, чего доброго, отец может даже руку поднять. Аня написала классной руководительнице с маминой страницы (не спрашивайте, как), что еë дочь (то есть она сама) болеет, и убрала телефон подальше в рюкзак. Она не любила телефоны, телевизоры, компьютеры и всякие прочие технологии, отрицательно влияющие на умственное развитие. Может быть, именно поэтому у неë было мало друзей: ведь почти все подростки в это время предпочитают интернет-общение реальному. Аня не из них. В пыльном окне мелькали серые дома, иногда цветными пятнами проплывали магазинчики и маленькими кляксами - люди. Скучно. Даже если светит солнце, Аня редко замечает краски жизни: для девочки мир уже давно стал серым. Интересно, куда же едет эта маршрутка? Вокруг Ани сидели в основном люди преклонного возраста и пару мужчин, которые по виду ехали работать на какой-нибудь завод. Ещë где-то спереди полная девушка помогала сморкаться мальчику лет пяти и одновременно ругалась с мужчиной рядом (предположительно, еë мужем). Но девочка этого не слышала: наушники плотно сидели на своих законных местах. Аня, как достаточно асоциальный человек, часто ходила с музыкой, однако названия групп или хотя бы песен она не запоминала, даже любимого жанра не имела, называя себя меломаном. Сейчас в наушниках играла какая-то иностранная песня со спокойным мотивом. Тум-тум-тум-тудум. Анна тихонько напевала мелодию. Ей было всë равно, слышат ли еë люди и что они о ней подумают. ...Проиграли уже несколько песен (Аня следила за временем именно по длительности мелодий в наушниках), некоторые пассажиры выходили, другие - заходили, сменяясь, как носки чистоплотного человека. По ощущениям, машина заехала уже достаточно далеко. Повернув в неизвестную сторону, водитель проехал ещë пару километров, и серые многоэтажки постепенно сменились уютными дачными домиками. Эти домики так и манили погулять рядом, прочувствовать деревенскую атмосферу и... воровать яблоки у соседей. Довольно странное желание. Аня вдруг вспомнила, как в детстве читала какой-то рассказ. Название, сюжет и имена героев выпали из головы, словно ненужная пыль. Осталась лишь та непередаваемая атмосфера уютной деревенской глубинки. Пыль на тропинке, кусты и деревья с ягодами и фруктами, добрые бабушки на скамейках и шумные дети, играющие на поле в футбол. Где-то в лесу, как она помнит, был зарыт ящик с детскими воспоминаниями тех, кто уже вырос и переехал в город. Аня почувствовала, что сейчас сможет вспомнить сюжет, но мысли летели дальше: через лес, горы, реку, другие страны... Мир за пределами этого душного серого города такой интересный... Вдруг Аня почувствовала: что-то не так. Она сняла наушники и поняла, что водитель уже не тихо едет по деревенской дороге, а адски гонит по загородной трассе. Вот угораздило же еë сесть именно в машину, маршрут которой пролегает именно так! Надо выходить, наверное. Аня нажала кнопку остановки, но водитель проехал, будто даже не слышал сигнала. Другие люди в салоне тоже заволновались, стали кричать на водителя, но он игнорировал. Через пару секунд Аня услышала звук торможения, резкий и сильный толчок (она больно стукнулась о заднюю дверь), и маршрутка, похоже, свернула с трассы, проехала несколько метров и пару раз перевернулась. Людей, будто селëдок в банке, кидало из стороны в сторону и друг на друга. Было больно и неприятно, но гораздо больше - страшно. Маршрутка вскоре закончила свои адские перевороты и остановилась. Что было дальше - Аня не помнит. *** Тьма. Страх, холод, пустота - вот что люди ощущают во тьме. Там ничего не видно, ничего не слышно. Там просто... Ничего. Особенно пугающее Ничего. Поэтому ночью, когда природа приближается к состоянию Тьмы, мы все предпочитаем спать. Это как будто бег от такого Ничего. Но, даже предпринимая жалкие попытки убежать, мы всë равно остаëмся наедине с самим собой, со своими страшными мыслями и желаниями. Вместе со своим Ничего мы становимся Никем. Но, что смешно, с заглавной буквы. ...Резкая головная боль разбудила Аню, и она резко вскочила, тут же упав обратно на подушку, держась руками за виски. Невыносимо. Почему утро должно так начинаться? А ведь ещë в школу идти... Ужасно. Девочка, преодолевая себя, села и спустила ноги с кровати, приоткрыла глаза и... не узнала свою комнату. Сквозь головную боль она даже испугаться не смогла, а только беспорядочно оглядывалась вокруг. "Что это... — крутилось у Ани в мыслях. — Это не мой дом..." Она, что, умерла во сне и попала в Ад? Хах, конечно, его же не существует. Но где она сейчас? Думать очень трудно. Кожаный угловой диван посреди комнаты, деревянный стол со стулом в одном углу, а в другом - шкаф. На стене перед Аней находилось большое пластиковое окно без штор. Создавалось впечатление, что владельца не заботит своë жилище, и он появляется здесь крайне редко, только переночевать, а то и вовсе неделями пропадает. Может, действительно Ад? Стены в однотонной светло-голубой краске. Аня встала, постояла несколько минут, пока боли в голове окончательно не прекратились, и обошла комнату. Ничего подозрительного она не заметила. Из зала - выход на маленькую кухню, откуда ведут две двери - в ванную и на улицу. Логичнее было бы сейчас убежать, но... ей не хотелось. Почему? Аня до сих пор без понятия. Просто. Не хотелось. Без особых на то причин. Она желала узнать, почему попала сюда. На кухне стоял полупустой холодильник, плита, навесной шкафчик и столик с двумя стульями. Весь гарнитур времëн СССР, с трещинами, а кое-где поклеены пластыри с картинками. Странно и небогато. Ванная всë же обустроена лучше: мягкие коврики, душевая кабина, зубная паста, одна щëтка и много различных гелей для волос. Замечательно. Эта информация никак не помогла девочке определиться с местонахождением. Вдруг она услышала, как кто-то вставляет ключ в замочную скважину, и бросилась обратно на диван в комнате, притворяясь спящей. Скрип двери, непонятное шуршание, шаги остановились в метре от неë. — Я знаю, ты не спишь, — мягко произнëс голос сверху. — Не притворяйся. Аня открыла глаза и села. Перед ней стоял высокий мужчина с длинными зелëными волосами. Что? Очень необычно. С полминуты молчания. — Где я? Вы кто?! — недружелюбно спросила Аня, чуть не падая на пол. — У меня дома, — ответил мужчина и положил белый шуршащий пакет на подоконник. В нëм, кажется, была какая-то ткань и мелкие непонятные предметы — Почему... Незнакомец, не дослушав вопрос девочки, вздохнул, медленно сел на край дивана и прикрыл глаза. Собравшись, по-видимому, с мыслями, он взглянул на Аню и произнëс: — Ты умерла. Девочка непонимающе уставилась на собеседника. Умерла? Что за бред! Умер здравый рассудок этого мужика, а еë просто похитили! Надо быстрее звонить в полицию. Аня закопошилась в поисках мобильника. — Подожди, — сказал мужчина и легко коснулся руки Ани. — Я говорю правду. Вот, прочти. Он протянул девочке довольно новую по виду газету. Она недружелюбно выхватила еë и шагнула к окну. Контактировать с этим странным человеком ей совсем не хотелось. Аня опустила глаза и сразу увидела статью об аварии. Как только еë взгляд упал на фотографию места происшествия, девочка всë вспомнила. Вчера (или уже не вчера) она решила прогулять школу и села в неизвестную маршрутку. Потом водитель, видимо, уснул, машина запетляла и разбилась. Но как она попала сюда? Анна начала читать саму статью. В ней главным образом сообщалось о смерти всех пассажиров. „Тела оказались настолько изуродованы, что обознать личности не удалось. Всем, кто 17.05.2018 не обнаружил своих родных дома, просьба явиться в морг на опознание”. ... Что? ... Она действительно умерла? ... Невозможно. — Но если я правда умерла в той аварии... — Аня промолчала, потом резко вскрикнула. — Почему я сейчас жива?! Мужчина улыбнулся. — Давай я тебе расскажу всë по порядку. Если желаешь, можешь уйти прямо сейчас, но не думаю, что ты не захочешь услышать то, что я сейчас скажу. Как ни грустно это признавать, он был прав. Ано скрестила руки на груди и приготовилась слушать. Мужчина поправил волосы и вальяжно откинулся на спинку дивана. Та скрипнула. — Итак, начнëм с меня. Я — падший ангел, и меня зовут Васаби! Удивлена? А? — он улыбался как маленький ребëнок, вся таинственность разом исчезла, растворилась в блестящих от самовосхищения глазах. Аня молчала. Признаться, такие изречения еë ни капли не удивили: она уже считала этого мужчину, Васаби, психически неуравновешенным шизофреником. Всем своим видом девочка намекала на продолжение истории. Падший вздохнул. — Дело в том, что существуют ангелы и демоны. Об этом люди догадываются, но точно никто не может утверждать. Мы не выдаëм секрет своего существования кому попало. Это такое негласное правило. Так вот, живя в Раю, мне стало скучно, я решил пасть ради одной цели; про неë расскажу потом. По поводу твоего внезапного воскрешения — оно не совсем воскрешение... Скорее, превращение. В общем, ты переродилась демоном. И зовут теперь не Аня, а Авирано. Это такая своего рода замена. И да, в этом виноват я. Аня, что уже стала для нас всех Авирано, вздрогнула и ошеломлëнно уставилась на собеседника: — Ты меня убил?! Васаби округлил глаза и даже выпрямил спину от подобных заявлений. Упрекать его в убийстве, да ещë и невинного человека?! Господи помилуй! Он поспешил заверить Ано, что всë не так, что он виновен лишь в еë превращении, что он сделал это только с чистыми намерениями. Проговаривая последнюю часть, Вас скрестил пальцы на спиной. Наступило молчание. По виду, Авирано до сих пор сомневалась в услышанном. — Посмотри на волосы, пожалуйста, — внезапно произнëс мужчина. Ано, кося на него подозрительный взгляд, с недоверием поднесла прядь волос к глазам. Фиолетовые. Что?! Кто этот мужчина? Он покрасил еë, пока она спала? Или... Васаби кашлянул и продолжил: — Я могу это скрыть, но такие манипуляции требуют значительной нагрузки, так что... — он щëлкнул пальцами, — тебе придëтся ходить так. По коже девочки пробежали мурашки, она вздрогнула и схватилась за голову, обнаружив там... пару небольших рожек. Прямо как у демона. На ощупь они были будто из кости, размером в указательный палец. Мужчина не врëт? Не может быть... — Моë тело будут искать! — вдруг сказала Аня. — Похороны уже состоялись. — Что? — она застыла. — Когда?... — Почти две недели назад. Я создал подставное тело, поэтому искать тебя не будут. А благодаря воли Господа, так ещë и на улицах не узнают. Очень удобно, не находишь? На пару минут его собеседница замолчала, не издавая ни звука. Слышалось только тяжëлое дыхание. — Где тут... зеркало? — почти шëпотом наконец произнесла она. — На кухне, дверь направо. Ано, держась за холодную стену, на ватных ногах прошла к месту назначения, открыла дверь и бросилась к зеркалу. Уперевшись руками о раковину, она вскинула голову... "Словно другой человек", — пронеслось у неë в мыслях, однако черты лица всë-таки оставались прежними. Рожки, цвет волос... Ещë и глаза теперь не зелëные, а бордовые какие-то... Васаби... действительно спас еë? Хоть и превратил в демона, этот мужчина еë воскресил... — Падший ангел... — пробормотала девочка и неспеша вернулась обратно в комнату. Она села на диван, опустив взгляд в пол. Сказала только одно слово: — Верю.