Fate/Avenger's Order

      Саске сидел до позднего вечера, занимаясь изучением обширной библиотеки Халдеи. Чтение не было одним из его любимых занятий, но, будучи учеником Орочимару, он привык к изучению различных материалов по чакре, техникам и отдельным шиноби. Поэтому как только он освободился из медицинского крыла, он решил хотя бы в таком порядке ознакомиться с этим миром. Учитывая, что ситуация за пределами Халдеи, не позволяла ему сделать это в живую, единственным вариантом оставались книги и компьютеры. С удивлением, Саске обнаружил при прочтении книг, что он без каких-либо трудностей распознает даже чужой язык, не похожий ни на один диалект из тех, что были распространены в его мире. Отличия в географии были существенными, чего и следовало ожидать, Саске не узнавал очертания континентов, расположение и названия горных массивов, морей, озёр. Шиноби потратил какое-то время на изучение информации о местных странах, чтобы иметь хоть какие-то догадки о происходящем. Но несмотря на все отличия этот мир также населяли «люди», по крайней мере внешних и серьёзных физиологических отличий Учиха не подметил. Зато имелась крупная разница в том, что было принято здесь за «магию». Конечно, в его мире некоторые шарлатаны тоже любили выдавать свои техники за проявление чего-то потустороннего, существовали даже культы вокруг особо сильных шиноби. Но, судя по тому, что он видел, и сведениям, обнаруженным в книгах, в этом мире и правда когда-то обитали боги, духи и другие создания, а магия здесь была достаточно широко распространена, хоть и держалась в секрете от обывателей. У Саске не было много времени на ознакомление со всей необходимой информацией, поэтому приходилось в срочном порядке узнавать самое основное о мире и «магии». После призыва двух слуг дело только осложнилось. В первую очередь он попробовал найти информацию о настоящих личностях призванных. Всё же исходя из слов Романа, что Медуза, что Окита были одними из героев прошлого, и какие-либо сведения о них не должны быть секретными. Легенду о первой было несложно найти даже во всей обширной библиотеке Халдеи. Машу, вызвавшаяся помочь ему, любезно указала на стойку с книгами о мифах и легендах различных народов. Медуза, как выяснилось, даже не являлась строго говоря «героем». Мифы представляли её как монстра, убить которого требовалось герою для исполнения его миссии. Машу не могла ответить, почему «слугой» может стать существо, являющееся по легендам монстром, и Саске пришлось отступить. Он помнил и странную реакцию её теневой версии на собственную смерть, в которой сплеталась горечь и ироническая насмешка над самой собой. Но подчерпнутые сведения дали намёк на причину, по которой слуга скрывала свои глаза. Додзюцу, или как местные их называли, мистические глаза. Любой, на кого она взглянет, станет камнем. Интересная и полезная способность, если она соответствует мифическому представлению. Окита же с другой стороны была почти неизвестным героем, лишь в одной книге по истории Японии, в которую он забрался, чтобы понять о чём говорила Машу, Саске сумел найти упоминание о ней в рассказе об эпохе Бакумацу. Она являлась знаменитым мечником и являлась капитаном отряда элитной полиции. Чувство ностальгии по Конохе и всплывшие воспоминания о своём детстве Саске тут же подавил. Хоть она и являлась офицером, её поведение за пределами боя больше походило на весёлую девушку-подростка, чем на служащего человека. Саске было с кем сравнивать, и Окита ни разу не походила ни на его отца, ни на тех Учих, что служили под его началом. Но зато в прошедшем бою Саске сумел узнать и другую сторону этой девушки. Хладнокровная убийца. У него не было сомнений, что она оставила за собой куда больше трупов чем он сам. Вполне возможно, что по своей эффективности в истреблении людей она приближалась к Итачи. Несмотря на невинную внешнюю оболочку и милое поведение в повседневной обстановке, в бою она больше походила на машину, чем на человека. Баланс в их отряде складывался скверный. По сравнению с его прошлой командой, которую он лично подбирал, в этот раз у него не было особого выбора. Роман лишь покачал головой на его вопросы по поводу точечного призыва каких-либо слуг, которые могли бы помочь. Он не сомневался в силе Окиты или Медузы. И та, и другая обладали феноменальными способностями по меркам шиноби. Первая могла померяться силами с Суйгецу, а по мастерству она опережала всех мечников, с кем приходилось сражаться Саске. Медуза также обладала своими талантами, Саске помнил столкновение с её теневой версией. Хитрость, немалая скорость и экзотическое оружие. К этому всему следовало добавить её благородный фантазм, каким бы он ни был. Не следовало списывать со счетов и Машу, её способность выдержать чудовищные удары от многих противников, была безусловно полезной, а создаваемый ею барьер мог служить защитой даже от смертельных атак. И всё же отсутствие сенсора, который мог бы обнаруживать угрозы заранее, и медика, который мог бы подлатать команду по необходимости, беспокоило Саске. В Хеби эти функции выполняла Карин, её польза для команды была неоспоримой. Однако в текущей ситуации им неоткуда было взять ещё одного бойца. Их единственный выход для набора — призыв новых слуг был заблокирован. Командная работа также оставалась под вопросом. Саске на собственном опыте знал, как важно, чтобы в группе сохранялось единство хотя бы в боевых ситуациях, если его нельзя поддержать в повседневной обстановке. Машу не походила на человека, ищущего конфликтов, а Медуза вела себя достаточно отчуждённо. Окита, хоть и пышила энергией, также не напрашивалась на конфликт ни с кем... кроме Романа, но Саске был готов смотреть на это сквозь пальцы. Но вопрос был в том, как все они будут взаимодействовать вместе в боевой обстановке. Времени на отработку этих моментов не было, так что выяснять всё Саске думал на ходу. Очевидным преимуществом их группы была немыслимая скорость большинства её членов. За исключением Машу и Окита, и Медуза, и сам Саске значительно превосходили по скорости обычных людей и даже среди слуг было немного тех, кто мог сравниться с ними. Раздумывая о возможных стратегиях, которые были бы применимы к его текущей команде, Саске не прекращал тренировки, восстанавливая физическую форму после лечения. Учиха и не думал отдыхать. Его небольшой спарринг с Окитой только подтвердил тот факт, что ему ещё есть куда расти. И хоть он лишился проклятой печати вместе с душой Орочимару и всеми силами и техниками, которые основывались на этих двух элементах, Саске обрёл мангекё шаринган, который мог стать более весомым козырем в схватке. Всё же Итачи с силой этих глаз смог сокрушить весь клан Учиха и даже Орочимару не был для него стоящим противником. А Саске уже сумел раскрыть одну из способностей этой формы додзюцу — негаснущее пламя Аматерасу. Но как раскрыл Итачи, эта способность была только началом. К этому добавлялась большая зоркость, Саске легко наблюдал за движением Берсеркера несмотря на его скорость. Конечно, пока что этого было недостаточно чтобы скомпенсировать потерю проклятой печати и души Орочимару со всеми его знаниями и техниками, но как только Саске пробудит силу второго глаза, он откроет себе путь к победе даже над этим столпом плоти. Однако пока что это оставалось всего лишь планами. Частью его задумки по воссозданию клана Учиха в новом мире. Саске не собирался и стоять на месте, он продолжал тренироваться, сразу же, как только получил возможность и доступ в тренировочный зал. Тренировки же представляли из себя стандартную отработку кат, он помнил бой с Окитой и раз за разом пробовал повторять её движения. По скорости она намного превосходила его, но эту разницу можно было сократить или преодолеть. Саске уже сталкивался с людьми, которые были намного быстрее него, но как и в прошлые разы, он не намеревался стоять на месте. Он собирался нагнать и Окиту, даже если она является героическим духом.

***

      Молодая девушка, которой на вид нельзя было дать и двадцать лет, стояла посреди просторной церкви. Взгляд её золотых глаз был направлен на богато украшенный алтарь и четырёхгранный престол, накрытый парчой. На лице этой девушки застыла злая улыбка. Её чёрные доспехи громыхнули, когда она одним ударом снесла каменный монолит и освободила пространство от обломков. Чудовищная сила, с которой она это проделала, была за пределами человеческих возможностей. Но эти способности были лишь отдельным проявлением отчуждения её от обычных людей. Несмотря на её потустороннюю красоту вряд ли кто-либо осмелился к ней приблизиться. Витавший вокруг неё холод и постоянно давящая на окружение жажда крови были настолько неестественно сильны, что, казалось, будто одним своим присутствием она искажает сам мир. — Жиль! — Раздражённый голос разнёсся по церкви, сама девушка щёлкнула языком, даже такая мелочь как медлительность в исполнении её приказаний выводила её из себя. — Жиль, веди его сюда! — Слушаюсь, Жанна. — С подобострастной улыбкой из внутренних помещений храма выплыл высокий мужчина в мешковатой синей робе. Чёрные глаза Жиля были прикрыты, но, как только он заметил Жанну, они озарились потусторонним сиянием. Он подталкивал вперёд одетого в роскошную белую сутану священника, который не выпускал из рук крест, и поминутно шептал неслышные молитвы. Этот отец церкви в ширину был в два, а то и в три раза больше сопровождаемого его мужчины, а три его заплывших жиром подбородка, свисающих вниз, только дополняли картину. — Ты же не ранил его, я надеюсь? — Пронзительный взгляд золотых глаз вперился в мужчину, который всё также улыбаясь качнул головой. — Замечательно. Жанна кивнула, а на её лице вновь появилась зловещая улыбка, когда её глаза опустились на священника. Заметив это, тот задрожал всем телом и сжал покрепче крест. Повторяемые молитвы прервались. Его узенькие глаза широко распахнулись. — Не может быть, не может быть, не может быть, не может быть. — Он бормотал еле слышно, вновь и вновь отрицая реальность происходящего. — Пьер…Кошон. — Медленно, со злым наслаждением растягивая слова, произнесла имя священника Жанна. — Разве ты не рад меня видеть? — Не может быть, не может быть, тебя казнили! Я сжёг тебя на костре! Пламя спалило тебя дотла! — Он резко вскрикнул, пытаясь вырваться из крепкой хватки Жиля, но руки у того были сложены словно из железа, у священника не было никаких шансов выбраться. — Ты не можешь быть здесь! Не можешь! — Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Схватившись за волосы одной рукой засмеялась Жанна. Пьер вздрогнул и хотел попятиться назад, эта девушка, в её зловещей чёрной броне, будто вернувшаяся из самых глубин ада, внушала ему непомерный ужас. — Это верно! Кто как не ты может знать об этом! Кому как не моему убийце судить о том, могу ли я находиться среди живых. — Жанна. — Мягким нежным голосом напомнил ей Жиль. — Ты прав, ты прав, я слишком увлекаюсь. — Но на её лице не мелькнуло и доли сожаления, наоборот, оно ещё сильнее исказилось от злобы. — Ну что, ваше преосвященство, где же теперь ваши бургундские покровители? Где проклятые англичане, за спинами которых вы прятались? — Хи-и…— Священник сжался и попытался избежать её пылающего ненавистью взгляда, но Жиль встряхнул его и сжал жирную шею, не давая отвернуться от Жанны. — На тебя обратила свой взгляд сама Дева, будь благодарен Господу за свою судьбу. — С искажённой, но при этом блаженной улыбкой прошептал Жиль. — Ну что вы, ваше преосвященство, молчите будто чужой человек. — Саркастичный тон её слов мог не заметить разве что глухой. — Мы ведь с вами давно знакомы, я всё ещё помню, как забавно вы улепётывали от нас из Бове, поджав свою беленькую сутану, чтобы не запачкать её в грязи. — Д-дьявольское о-отродье…— Дрожа всем телом пробормотал священник, ожидая гневной реакции на это высказывание. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Но девушка взорвалась смехом. Священник вздрогнул, но рука Жиля всё ещё сжимала его шею в железной хватке. — Может ты и прав. — Легко признала она. — Но если я и правда посланник самого Дьявола, то Бог уже оставил всех вас. И как один из тех, кто был оставлен Господом, ваше преосвященство, вы и сами находитесь теперь в руках дьявола. — Жестокая улыбка исказила её лицо. — Так не лучше ли чем тратить время на оскорбления, попытаться вымолить у меня пощаду? Может я буду достаточно милосердна. — Пощады! — Тут же взмолился священник, упав на пол, Жиль намеренно выпустил его из своей хватки. Отец церкви видел в этом выход для себя, шанс остаться в живых и избежать кары. — Пощады! Пощады! Пощады! На каждый выкрик священник бился головой о пол. Жалкое зрелище униженного епископа лишь повеселило Жанну и Жиля. Ни один из них и не планировал отпускать этого свидетеля. Не просто из соображений тактики и стратегии, каждый из них в глубине души таил пылающую ненависть к этому человеку. И этот жестокий спектакль был разыгран лишь для удовлетворения их собственной жажды мести. — Пощады! Пощады! — Из глаз священник полились обильные слёзы, которые капали на деревянный пол. — О-о, бедный, бедный Пьер. — Девушка наклонилась и с ласковым выражением подняла его лицо так, что они смотрели друг другу в глаза. — Ты же проливал слёзы по мне во время казни, жалел бедную пастушку, оказавшуюся в дьявольских тисках. — Да! Да! — Горячо подтвердил её слова священник, ни на секунду не сомневавшийся в искренности её сочувствия. — И я всё же не могу тебя простить. Ведь я так страдала! — С патетикой высказалась Жанна. Она схватила его руки в свои, в жесте, который должен был выразить доверие. — Но я знаю, как ты можешь отплатить мне, прислужнице дьявола. — Я всё сделаю! Всё, что угодно! — Страх окончательно затмил ему рассудок, поэтому жестокий звук хруста и прошедшая электрическим разрядом по всему телу резкая боль вызвали в нём запоздалый отклик. — А-А-А-А-А-А-А! — Да не вопи ты так, эта боль ничто перед ощущением собственного горящего тела. — С отвращением высказалась Жанна. В своей руке она держала оторванный указательный палец священника, кровь стекала с него обильным потоком. Смочив собственный палец кровью, Жанна стала чертить под нескончаемые крики священника ровный круг. Казалось, что это звуковое сопровождение лишь помогает ей сосредоточиться на её деле. Когда она закончила, на месте бывшего алтаря находился узор ровного круга. Кровь с пальца священника всё ещё капала, хоть он и пытался зажать его в другой руке. Но Жанна каждый раз цедила с него всё больше и больше крови, чтобы закончить свой узор. — Хм-м, и всё же этого не хватает. Задумчиво пробормотала она, её взгляд вновь упал на епископа, дрожащего то ли от боли, то ли от страха. Услышав её слова, он резко вскочил и, зажав руку без пальца в другой руке, попытался бежать, но в один миг лишился ноги, и в падении ударился головой о пол. Но к его сожалению он всё ещё остался в сознании. — Неужели вы не сожалеете о своём поступке, дорогой Пьер? — Со зловещей улыбкой спросила Жанна, приблизившись к нему. — Вы отреклись от Господа и согласились помочь прислужнице Дьявола, поэтому вы полностью заслужили своё наказание. Но Дьявол заботится о своих последователях! Вас не будет ждать жестокий конец на костре. Возрадуйтесь! Никаких пыток, никаких допросов, никаких обманов. Вас ждёт лишь вечное спасение! Вы будете жить счастливо и без каких-либо забот, только наполняя свой желудок! Жиль, он весь твой. — Как прикажешь, святая Дева. — Радостно оскалившись произнёс Жиль и тут же поклонился, вытащив откуда-то из робы загадочный том, обтянутый человеческой кожей. Под её возглас деревянную дверь церкви разрушили монстры с многочисленными щупальцами, они быстро обратили внимание на раненого епископа. Тот попытался отползти, оставляя за собой кровавый след, но чудовища в мгновение ока преодолели расстояние, отделяющее их от священника. Его новые душераздирающие крики не тронули ничьё сердце, ни от кого из присутствующих он не дождался бы сочувствия. Жиль радостно улыбался увиденному, тогда как в глазах Жанны разгоралось всё сильнее пламя ненависти. Узор, который она рисовала, был наконец закончен. И она, протянув руку, начала читать заклинание, с которым она положит конец предавшей её Франции. — Внемли моим словам…

***

Тяжёлое пробуждение для Саске сопровождалось головной болью. На этот раз никто не стал будить его раньше времени, и он уже надеялся на нормальный сон, но те картины, что проскочили перед ним. Храм, девушка в чёрных доспехах и до боли знакомый круг призыва. Схватившись рукой за голову, он пытался вспомнить все детали этого сна, но они словно песок сквозь пальцы ускользали от него. Однако долго он так не просидел, тишину нарушил звук открывшейся двери. — Доброе утро, семпай. — И в комнату вошла Машу, одетая в свою повседневную одежду. — Семпай, с тобой всё в порядке? — Да, не беспокойся. — Спокойно произнёс Учиха, вспомнивший основные моменты сна, но многие детали всё же ускользнули. Одно было ясно как день, это не был один из тех кошмаров, которые он часто видел, но и обычным сном это было не назвать. — Мастер! О, ты уже проснулся! — Следом в проходе показалась Окита, которая уже с самого утра излучала энергию. — Хн. — Раздражённо хмыкнул Учиха. — Окита-сан…— Распахнув глаза, обернулась Машу. — Доброе утро. — Доброго утра, Машу. — Улыбнувшись ответила Окита. — Выходит, она всегда такая энергичная. — Вздохнул про себя Саске, и Окита обратила на него свой озадаченный взгляд. — Семпай, доктор Роман планировал устроить перед рейшифтом небольшой брифинг, он собрал краткую информацию о том, куда мы отправимся, что нам известно об этом историческом промежутке и с кем мы можем встретиться в сингулярности. — Кратко рассказала Машу. — Фоу-фоу! — Подтвердил слова девушки Фоу, появившийся на её плече. — Неужели этот тип и правда может приносить пользу? — Всё ещё сомневаясь пробормотала Окита. — В любом случае, мастер! — Хн? —Саске вопросительно взглянул на Окиту. — Давайте устроим ещё один спарринг! — Энергично объявила мечница. — Окита-сан…— Машу понимающе вздохнула. — А? Нет-нет, я не имею ввиду прямо сейчас, но мне хочется вновь сразиться с мастером! — Её глаза горели энтузиазмом. — Если я права, то с твоими глазами ты способен на многое, мастер. — Глаза семпая? — Машу с любопытством взглянула на Учиху, но тот только хмыкнул и, накинув на себя футболку, ожидающе уставился на девушек. Машу быстро сообразила в чём дело и, приложив немалые усилия, вывела упиравшуюся Окиту из комнаты Саске. — Окита-сан, вы поняли секрет, кроющийся в глазах семпая? — М-м? Можно и так сказать. Я не маг и не сталкивалась с теми, кто владел чем-то подобным, но он сам продемонстрировал свои возможности в бою. Разве ты не видела это? Он смог повторить Хирадзуки, одновременно с тем, как я применяла технику. — Довольная улыбка на лице Окиты выражала весь её невероятный энтузиазм. Она на самом деле жаждала сразиться с таким противником вновь. Даже если это будет дружеский спарринг, кто-то, так быстро адаптирующийся к любому стилю боя, мог быть опасным. Вдобавок, сражаясь с мастером, она ощущала ностальгию по тем временам, когда ей приходилось обучать новичков в Шинсенгуми основам кендзюцу. Конечно, её мастер не был новичком, во всём его рисунке боя просматривалась опытная рука мечника. Кем бы ни был Учиха Саске, он не раз и не два участвовал в смертельных сражениях на мечах. Он знал, как и куда бить, уверенно двигался и владел неплохой техникой. Окита знала это, она видела, как он сдерживался в битве с ней. Даже с использованием тех глаз он всё равно не сражался в полную силу, он не излучал и доли той жажды убийства, которую продемонстрировал ранее. — Вы имеете ввиду, что он может скопировать любой увиденный приём? — Озадаченно спросила Машу. — Нет-нет, ему совсем необязательно полностью увидеть приём. Как мне кажется, эти глаза действуют схоже с моим навыком «Око Разума», они помогают мастеру предугадывать движения противника. Но это только часть их способностей. Вместе с тем они, как ты и сказала, помогают мастеру точно повторить любое движение, любой приём. — Окита говорила почти восторженно. Встреться она с мастером на поле боя как противники, и она бы не замедлила убить его, он был невероятно опасен, но в нынешней ситуации, когда она видела такой потенциал в своём союзнике, своём сюзерене, она искренне радовалась. Она нашла подтверждение словам мастера о том, что он не будет беззащитен на поле боя. — Теперь я понимаю. Доктор говорил, что «шаринган» переводится как «вращающийся копирующий глаз». И с этими способностями название кажется логичным. Но…— Машу погрузилась в задумчивость. То чёрное пламя, которое семпай применил на профессора Лева, оно было чем-то совершенно отличным от этих заявленных способностей. И та смена узора, вместо трёх крутящихся томоэ там был красный шестилистник. — Мне кажется, что это ещё не всё. — Да? Так мастер скрывает ещё больше способностей? Ну, чего-то подобного стоило ожидать от мага. — Окита беззаботно пожала плечами. — Вы…довольно спокойно воспринимаете информацию, что Саске от вас может что-то скрывать. Разве вас не беспокоит, что семпай столько скрывает от нас? — Вопрос Машу был откровенным, но он вызвал у Окиты только искреннее удивление. — Почему меня должно это беспокоить? Мастер — это мастер, какой бы он приказ не отдал, я сумею исполнить его. — Убеждённо ответила Окита. — Понятно, значит вот какой вы человек, Окита-сан. — Тепло улыбаясь проговорила Машу. Эти искренние слова от слуги подняли настроение Машу. — Тогда почему вы хотите сразиться с ним снова? — Чтобы по-настоящему понять мастера. — Внезапно серьёзно произнесла слуга. — В битве…слова уступают место действиям, скрестив мечи и сразившись с ним лицом к лицу, я думаю, что раскрыла для себя часть его характера. Его способности несомненно важны, но, что ещё важнее, это то, что им движет, его боевой дух. — Вы слишком громкие. — Неожиданный голос из раскрывшейся двери прервал их разговор и из комнаты вышел Саске, одетый в боевую форму Халдеи. — Если хотели переговариваться о чём-то секретном, то отошли бы на пару коридоров. — Но ведь в этом нет ничего секретного, мастер? — С улыбкой спросила Окита. — Иначе вы бы не стали применять подобные способности в открытую. — Хн. Можете прекращать, Роман дожидается нас в командном центре, пока вы здесь обсуждаете мои глаза. — С иронией сказал Саске и кивнул в направлении нужного коридора. Троица зашагала к командному центру, никто не завязывал разговора. Саске и Машу были погружены в свои мысли и не обращали внимания на окружение, тогда как Окита наоборот внимательно приглядывалась к окружению, внешне сохраняя беззаботное выражение, будто она находилась на обычной прогулке. Слуга меча ни на минуту не ослабляла свою бдительность с момента призыва. Конечно, её мастер доверял до определённого предела персоналу Халдеи, но её обязанностью как слуги было обеспечение его безопасности, и если из-за этого ей придётся проявить чуть больше паранойи чем необходимо, она это сделает. Саске же размышлял о том, чем могли грозить новые сингулярности. Он немного знал об истории этого мира и ещё меньше о скрытой её части, касающейся магов, но даже с такими небольшими объёмами информации у Учихи были подозрения, что простыми поиски причин для появления этих искажений не будут. На это указывала сила того существа, что оставило их умирать в Фуюки. Оно вполне могло сравняться с биджу. Но в отличии от полуразумных хвостатых зверей оно было куда хитрее и умнее. Проблема заключалась в том, что за этими существами стоит кто-то ещё, потенциально обладающий ещё большей силой. И Учиха задавался вопросом, как быстро они, проникая в сингулярности, привлекут внимание этой сущности, которая решилась уничтожить всю историю человечества. Если это и правда некий король Соломон, отношение к которому, судя по реакции Романа, было сродни оному к Рикудо Сеннину, то положение было отчаянным. Их счастьем было то, что этот король всё ещё не обратил на них своё полное внимание. Но долго такое положение продлиться не могло. Мысли Машу также были обращены к их нынешней ситуации. Она лучше всех из отряда знала, насколько отчаянным было положение Халдеи. Слова директора, которые та сказала в Фуюки, вновь мелькнули в её голове. Дом. Она и правда считала Халдею домом и видеть её в таком состоянии, видеть персонал с поникшими лицами, почти механически выполняющим свои задачи, было болезненно для неё. Даже доктор Роман, к которому она раньше могла обратиться в любое время, сейчас не имел возможности помочь ей. Нет, скорее она сама не желала взваливать на него ещё одну ношу. И всё же посреди этого отчаяния Машу видела и небольшой проблеск надежды. Всё же её семпай очнулся и несмотря на небольшой конфликт с Да Винчи был готов к действиям. Даже его нелюдимость и желание держать дистанцию от персонала не смущали Машу. Она верила в то, что несмотря на все эти внешние проявления отчуждённости семпай поможет Халдее. Эта иррациональная мысль поддерживала её, пока Учиха приходил в себя, и сейчас, когда Саске прямо заявил о своём желании помочь вернуть человеческую историю, мысль только глубже укоренилась в ней. Машу не знала, в какой момент эта вера возникла, тогда ли, когда он вызволил её из-под обломков, держал её за руку или помог в сингулярности, но зато она точно осознавала, что впервые с того момента, как доктор Роман решил сблизиться и помочь ей, она завязала с кем-то крепкие узы. Когда они подошли к командному центру, их уже ждали здесь Роман и Да Винчи. Вместе с ними находились члены инженерного департамента, готовившие аппаратуру к рейшифту. — Вы опаздываете, мастер. — За спиной Саске появилась Медуза. В её тоне не было ни упрёка, ни насмешки, только констатация факта. Учиха кивнул ей в знак приветствия, и она слегка наклонила голову в ответ. И, когда группа двинулась дальше, она словно телохранитель последовала тенью вслед за Учихой. — Хн. Роман слишком рано назначил брифинг. — Пожал плечами Учиха, и не собираясь оправдываться. — Э? Но я считал, что чем раньше мы начнём подготовку к миссии, тем лучше! — Возмутился появившийся Роман, сам он не спал с раннего утра, помогая инженерам и Да Винчи с псевдоспиритронной пушкой и подготовкой «Гробов» для Машу и Саске. — В любом случае, это не особо важно. — Что важно, это информация о миссии. Куда ты нас отправишь, в какое время и чего нам ожидать в сингулярности. — Саске взглядом потребовал от Романа доклада, который тот подготовил. — Да…Вас будет ждать Франция в конце Средневековья. 1431 год, разгар последнего этапа в Столетней войне. Вы окажетесь там в начале лета, погода должна быть тёплой…— Начал рассказ доктор, но его тут же прервали. — Подождите-ка, доктор, но причём тут погода? 1431 год! Мы же окажемся посреди боевых действий между Францией и Англией. Я сомневаюсь, что погода так важна по сравнению с тем, что нас ожидает. Сосредоточьтесь, пожалуйста, на действительно стоящей информации. — Упрекнула его Машу. — Хорошо-хорошо. — Поспешил упокоить негодующую девушку Роман. Он выставил небольшую доску, на которую спроецировал карту Франции. — Судя по правильной истории человечества, на этот момент времени приходятся последние активные действия Столетней войны. Англия всё ещё владеет Парижем, на её стороне также выступает Филипп Добрый, бургундский герцог. Однако французы за год до этого провели несколько энергичных атак по позициям этих союзников и выбили их из-под Орлеана, отбили Реймс, Бове и ещё несколько городов. Правит Францией коронованный самой Жанной д’Арк Карл VII. Севером страны, Нормандией и Бретанью, владеет Англия. Вместе с тем в её владениях находится также часть аквитанских земель и Гасконь. Роман сопровождал рассказ указанием на места для лучшего понимания. — Мы не знаем точно, что спровоцировало появление этой сингулярности, поэтому вашей задачей будет искать любые аномалии, которые могли породить её. Магические артефакты, фантазмовые звери, что угодно, чего не должно было существовать в эту эпоху. — Закончил Роман. — Ты предлагаешь нам прочёсывать всю страну без разбора? Ты хоть представляешь, сколько времени это займёт? — Холодно спросил Саске. Даже с его скоростью и зоркостью поиски чего-то, что им даже неизвестно, могли занять немеряное количество времени. — С таким же успехом мы можем прямо сейчас сдаться на милость этому Флауросу. — Н-нет, конечно! — Неуверенно возразил Роман. — Если что-то является причиной сингулярности, то это должно быть что-то заметное! — Ясно. — Саске тяжело вздохнул. — Впрочем, зная личность короля, несложно будет заставить его подданных разыскать аномалию. — Семпай, за кого ты вообще принимаешь королей? — Прошептала про себя Машу. — Доктор, а что насчёт языка? Мы сможем общаться с французами, англичанами? — А, с этим проблем не должно быть. Это схоже с призывом слуг, попадая в сингулярность, вы получите базовые знания о языке местного населения. — Воспрял доктор. — На случай неожиданностей, Машу, Учиха-кун, вы будете иметь при себе коммуникаторы. Саске с Машу понятливо кивнули и взяли из рук Романа протянутые устройства, чтобы затем закрепить их на руке. — Принятие оперативных решений я оставляю на тебя, Учиха-кун, я взял на себя смелость назначить тебя лидером только сформированной команды S. Ты показал, на что способен во время первой миссии, поэтому я рассчитываю на тебя. Успех этого задания, нет, всей нашей миссии теперь возложен только на твои плечи. — Роман пристально взглянул в глаза Саске, донося все свои скрытые мысли и надежды. Машу уже проследовала вниз к "Гробам", а Саске остановился лишь в шаге от лестнице, прежде чем внезапно остановиться. — Можешь не беспокоиться, всё будет в порядке. — Саске развернулся в сторону Романа и произнёс спокойным словно море в штиль голосом, а в следующий миг усмешка скользнула по его лицу и тихим, почти неслышным шёпотом дополнил. — И Машу вернётся с миссии в целости и сохранности. —…спасибо. — Тихо произнёс Роман так, что его услышали только слуги и Саске.