Аббатство Изабеллы

В потайном ходе замка де Лонгвиль было очень темно. Вообще из замка выходило несколько ходов и все они шли на улицу. И лишь только один из комнаты Мишель де Лонгвиль шёл в монастырь при замке. Это было на руку герцогине. Темно в туннеле было всегда, но в этот раз его озарил яркий свет факела. Его несла сестра сестра герцогини, леди Джейн. За ней следовала сама Мишель с ребёнком на руках, а дальше была служанка с ещё одним факелом. Так они шли около двух четвертей часа. –Долго ли нам ещё идти?– спросила никогда не продвигавшеяся по туннелю герцогиня. –Буквально пять минут, госпожа, – ответила служанка. Миновав очень узкий проход, женщины приблизились к деревянной двери. Джейн хотела в неё постучать, но де Лонгвиль не дала ей этого сделать и резко открыла дверь. –Ты не забыла кто здесь хозяйка?– спросила она с усмешкой. Пройдя по большой комнате для богослужений, девушки вошли в узкий коридор. Пройдя по нему, процессия остановилась у ещё одной двери, уже железной. На этот раз Мишель не решилась её открыть и постучалась. –Войдите!– послышалось из-за двери. Сестра, толкнула дверь и девушки вошли в комнату. Арамис сидел за столом и что-то писал. Приподняв голову и увидев герцогиню он встал. Мужчина был почему-то в мушкетёрской форме, а не в сутане. –Госпожа, я могу чем-то помочь?– спросил Арамис дрожащим голосом. Мишель сделала знак рукой и Джейн со служанкой вышли из комнаты. В этот же момент девочка в руках у герцогини громко заплакала. Де Лонгвиль покачала её на руках и успокоила. Арамис всё ещё стоял и с непонимающим взглядом и смотрел на девушку. –Страшно осознавать, что я принесла вам ваше дитя, Д’Эрбле?– спросила герцогиня, резко глянув Арамиса. –Чьё дитя?!–крикнул аббат, так громко, что ребёнок проснулся. –Ваше, ваше Арамис,– сказала Мишель успокаивая девочку,–Та ночь была не обычной. Мужчина сел, как бы пытаясь осознать, всю ситуацию. –Как, как вы скрыли?– спросил он чуть ли не заикаясь. –Мой муж уехал, как только я об этом узнала. И до сих пор не возвращался. Но приедет, уже через пару дней. Наружу я почти не выходила, а к себе пускала только верных мне слуг,– ответила девушка качая своё дитя на руках. Арамис, всё ещё с ужасом смотрел на ребёнка и Мишель. Но тут его глаза прояснились. –Но почему вы так уверенны, что это мой ребёнок?–спросил мушкетёр с надеждой. Герцогиня посмотрела на него с упрёком. –Вы думаете, что я куртизанка иметь сто любовников на дню? Кроме вас я ни с кем постель не делила, а с мужем последний раз занималась этим в первую ночь. Тем более, она так похожа на вас. Арамис подошёл к девушке и посмотрел на дитя. Девочка действительно была похожа на него, как две капли воды. Те же шелковистые волосики, форма лица и голубые глаза. –Я не понимаю, зачем вы принесли его мне?–спросил он уже как-бы приняв, то что неизбежно. –Не его, а её,– ответила Мишель.–Мой муж, убил бы нас обеих, оставь я её у себя. Мужчина посмотрел на неё с удивлением. –А у меня она будет бастардом и изгоем. Вы этого хотите? По щеке у герцогини потекла слеза, но она тут же её вытерла и произнесла: –Лучше жить у отца и быть бастардом, чем остаться у матери и умереть! Арамис посмотрел на неё с неким удивлением. –Я не могу вырастить это дитя! Я священник. Мне запрещено иметь детей. –Верно. Но я уже обо всём позаботилась,–ответила де Лонгвиль.–Вы уедете отсюда в замок неподалёку. И будете называться, графом Клайвом. У малышки будет всё, деньги, слуги, игрушки, платья. У вас будут земли и два замка. Прошу вас времени мало в доме могут заметить моё отсутствие. Мужчина несколько разозлился. –Вот значит, как у вас всё просто! Я не могу всё бросить и просто так уехать, вы не понимаете! –Объясните свой отъезд, состоянием здоровья. О вас забудут через некоторое время. Или мы скажем, что вы мертвы. Арамис,–сказала Мишель, положив руку ему на плечо.–Мы оба виноваты перед этим ребёнком и мы оба должны помочь ему выжить. Вы её отец д’Эрбле, вы её воспитаете, а я буду вас навещать. Прошу. Аббат посмотрел на девочки невольно улыбнулся. Дитя уже проснулось и тянулось ручками вверх. Мать тоже рассмеялась и схватила малышку за одну из ручек. –Я оставляю, её вам потому что доверяю. Я могла бы оставить её другой любящей семье, но оставляю её вам, потому что знаю, что ей нужен родитель. Вы её отец, Арамис. При этих словах, девушка поцеловала ребёнка в лоб и уложила, на кровать мушкетёра. Затем подошла к двери и повернувшись к мужчине, сказала: –Любите её Арамис и напоминайте ей, как любила её мать. У де Лонгвиль потекла слеза, она снова её смахнула, ещё раз глянула на девочку и вышла из комнаты.