Зеленоглазое сокровище Асгарда

И в пролет не брошусь, и не выпью яда, И курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, Не властно лезвие ни одного ножа (с)

Весть о том, что Локи ждет ребенка, облетела весь Асгард. И в королевстве воцарилось особое праздничное настроение. Будто сам Асгард изменился, гордо возвышаясь над другими мирами. Особенно счастливы были Один и Фригга. И по такому случаю царица решила организовать пышный пир. Пусть асгардцы празднуют, веселятся, пусть вино льется рекой. Пусть пьют за здоровье Бога обмана, да и Локи нужен праздник в это непростое для него время. Локи беременность пошла на пользу. Он вдруг ощутил себя по-особенному счастливым. Чуть ли не каждый асгардец посчитал своим долгом сказать черноволосому юноше, что беременность ему к лицу, что он стал еще прекраснее. А Бог обмана и сам это видел: он стал спокойнее, степеннее, будто коварные помыслы и злые мысли навсегда покинули его сознание. На щеках появился очаровательный румянец, и природная бледность уже не так бросалась в глаза. Однако, Бог обмана все еще был смущен своим непростым положением, потому часто выходить их покоев не хотел, только при необходимости. Он читал книги, опустив руку на живот. Громовержец же светился небывалым счастьем и редко оставлял любимого одного. Вот и сейчас молодые боги нежились в объятиях друг друга. Тор любовался красивым лицом Локи и внимательно заглядывал в прекрасные зеленые глаза. - Что такое? - Локи смущали столь внимательные и откровенные взгляды. - Ты — мой ангел, упавший с далеких небес. И с каждым днем я люблю тебя все сильней. Знаешь ли ты, что свет твоих глаз сводит с ума мое влюбленное сердце? - Тор, - Локи смеется и в смущении опускает глаза. Но Бог грома тут же касается пальцами его подбородка и чуть приподнимает голову вверх, заглядывая в любимые глаза. - Ты такой очаровательный, когда краснеешь, Локи. И я не думал, что способен на столь сильную любовь. У нас будет ребенок, и все это кажется мне сном. И я убью любого, кто посмеет меня разбудить. Богу обмана нечего возразить. Он тянется к Тору, и прикрыв глаза, нежно целует его. Так нежно, что от этого трепетного чувства плавятся сердца, ускоряется дыхание, трепещет душа. Стук сердца звучит все громче, и тихий шепот: - Я люблю тебя. Локи сходит с ума от невероятных нежных чувств, когда руки мужа касаются его горячего тела. И все кажется таким не важным. Когда отец объявил ему своем твердом непоколебимом решении отправить его в Асгард как обещенный трофей, гарант мира, он ужасно испугался. Другой мир, другие законы, другое общество. Локи боялся стать ненужным, непонятым, отвергнутым. Боялся, что над ним будут смеяться и издеваться, потому что он не такой, как асгардцы. Но судьба странная штука, а мы часто противимся ей. Он отправился в Асгард не зная, что обретет там любовь всей его жизни. И величественное золотое королевство станет его настоящим домом, где любят не за что-то, а вопреки. А руки мужа казалось были везде: пальца невесомо касались лица Бога обмана, лаская нежную кожу. Теплая ладонь легка на шею, и пальцы зарылись в черные мягкие волосы. Локи довольно заурчал, наслаждаясь лаской. Его дыхание взволнованно участилось. Он хотел мужа, а в своем нынешнем положении он желал секса еще больше, чем раньше. Локи сладко простонал, раздвигая ноги. - Я хочу тебя, Тор, - прошептал юноша, обвивая шею Громовержца тонкими руками. Тора не пришлось просить дважды. Он навалился на любимого всем телом, и со всей страстью завладел горячими губами. Бог обмана громко вскрикнул, когда муж нетерпеливо вошел в него, чувствуя себя единым целым с любимым мужчиной. Тор накрыл ладонью пальцы Локи и начал двигаться, сначала медленно, а после все быстрее. И ни на миг не отпустил его губы. Слушать стук его беспокойного сердца, с неконтролируемой страстью вбиваться в это нежное желанное тело. Слушать эти великолепные, как бальзам на душу, чудесные стоны наслаждения. Целовать эти мягкие манящие губы. И не отпускать... Ни за что не отпускать эти тонкие пальцы. Эти нежные длинные пальчики в его широкой ладони. Ведь если двое любят друг друга так сильно, то какая разница что там творится за пределами их немыслимой любви?

***

- Локи, сегодня вечером пройдет пир в твою честь. Родители невероятно рады нашему счастью. - Думаю, я воздержусь. Мне нужно отдохнуть, - сказал Бог обмана, немного смутившись. Он все еще стеснялся своего положения, показываться на пирах и быть на виду у общественности совсем не хотелось. - Я буду тебя ждать, - подмигнул Тор, и нежно поцеловал Локи в приоткрытые губы. После он поднялся, и принялся одеваться. - Мне нужно заглянуть к Всеотцу, он хотел меня видеть. До вечера, любимый. Тор ушел, а Локи остался лежать в постели в крайней задумчивости. Его не покидало ощущение, что сегодня должно что-то случиться. Но почтить своим присутствием пир все же придется. Не хорошо обижать родителей Тора своим отказом, ведь они относятся к нему со всем уважением и нежностью, особенно Фригга. Да и Тор будет его ждать. Локи вздохнул и принялся приводить себя в порядок. Раздумывая, какой наряд выбрать к предстоящему празднику.

***

На этот раз Локи решил отказаться от своего привычного черно-зеленого наряда. Он выбрал наиболее подходящую к празднику одежду: зеленый плащ с серебристой вышивкой. Он удачно скрывал чуть выступавший животик. Бог обмана так же надел на руку причудливый браслет с маленькими изумрудными камнями, который не так давно подарил ему Тор. И выдвинулся из покоев с гордо поднятой головой и с легкой улыбкой на губах. Когда Локи вошел в зал, он ахнул от изумления. Все было так богато и со вкусом украшено, было видно что Фригга постаралась на славу, привнеся в дело свою душу. Казалось пир был еще более пышным и грандиозным, чем тот, который прошел в день их свадьбы. Асгардцы со всем уважением отнеслись к событию, понимая как важно это для Тора и Локи, а так же для правителей Асгарда. Только завидев мужа, Тор встал и протянул ему руку. - Выглядишь великолепно. Я счастлив, что ты пришел, - Тор нежно поцеловал любимого. А после Бог обмана грациозно присел рядом с мужем. Но не успел Локи опомниться, как увидел отца — царя Йотунхейма. Лафей ухмыльнулся и кивнул сыну. А Бог обмана взволнованно задышал, сжав пальцы в кулаки и от волнения его кожа приобрела слабый синеватый оттенок. Лафей с укором посмотрел на сына, явно показывая неодобрение такому поведению. Тор непонимающе переводил взгляд то на правителя Йотунхейма, то на Локи. Лишь поняв, что любимый чем-то напуган и тот час же поспешил обнять его. - Что с тобой, Локи? Все хорошо, тебе нельзя так волноваться. - Лафейсону стало чуть лучше в объятиях мужа, и чувствуя его тепло, он немного успокоился, пытаясь дышать спокойно и ровно. Одно понял Тор: Локи отчаянно боится отца. Других причин для волнений он не видел. Единственное, что напрягло Громовержца: Лафей смотрел на сына как на свою собственность, как на игрушку. А Локи не видел в нем своего родителя, он смотрел на него как на врага, готовясь к неожиданному удару. Вдруг все голоса стихли и Один поднялся с кубком вина. - Я думаю, все уже знают по какому поводу мы все здесь собрались. Локи, - царь Асгарда обратился персонально к Лафейсону. - Ты вдохнул новую жизнь в Асгард и мы безумно рады поздравить тебя. Береги себя, ни о чем не волнуйся. Роди нам здоровых наследников, этот кубок я поднимаю за тебя, - улыбнулся Всеотец. Бог обмана улыбнулся в ответ, чуть краснея. А после поднялась Фригга и подошла к Локи. Женщина трепетно обняла его. - Ты принес роскошный праздник в наш мир, дорогой. Помни, что мы все тебя любим и позаботимся о тебе. А это мой скромный подарок. Знаю, что бирюзовое с серебром тебе к лицу, и надеюсь тебе понравится, - Фригга протянула короб в изящной упаковке и Локи с благодарностью принял его. - Спасибо, - прошептал юноша, и его глаза причудливо заблестели. Тор за всем наблюдал с довольной улыбкой, и вдруг заметил взгляд Лафея, и он не был дружелюбным, это был взгляд полный злости и нескрываемого негодования. Однако, Локи перестал обращать внимания на отца, разглядывая свой подарок и отвлекаясь на Тора, который смотрел на него с небывалой любовью. Лафейсон обнял мужа, игриво куснув того за ухо. Но вдруг Локи кинул взгляд в сторону отца, и заметил, как он о чем-то с жаром спорит с Одином. И принц Йотунхейма поспешил к ним, проигнорировав отклик мужа. - Один, - Локи поклонился Всеотцу. - Отец, я заметил, вы горячо спорите о чем-то. Могу ли я как-то помочь? - Локи чувствовал угрозу каждой клеточкой своего тела и поспешил сгладить конфликт. Лафей сурово и пренебрежительно посмотрел на сына, и открыл было рот. Но Один его опередил: - Локи, мы с твоим отцом спорим, какому из наших миров достанется твой ребенок. Я считаю, что он принадлежит Асгарду. Твой отец считает иначе, высказывая желание забрать ребенка при рождении. Бог обмана внутренне похолодел. Ребенок еще не родился, а они уже делят его. - Мой ребенок останется со мной, в Асгарде, - сурово произнес Локи, чувствуя как от напряжения заболел живот. И он неосознанно коснулся его ладонью. - Лафей, Локи нельзя волноваться. Он сказал свое слово и мы не вправе решать за него. Дорогой, пожалуйста, вернись к Тору и успокойся, - тихо приказал Один, видя волнение черноволосого юноши. Бог обмана уже собирался вернуться, как Лафей крикнул так, чтобы все слышали. - Хорошо. Когда ребенок родится, мы вернемся к нашему разговору, Локи, принц Йотунхейма!

***

Локи сильно переживал, а Тор прикладывал все силы, чтобы успокоить его. - Пожалуйста, Локи, ради меня, ради нашего ребенка перестань так нервничать. Твой отец не заберет наше дитя. Ни я, ни Один не позволим. Тебе ничто не угрожает. Доверься мне, любимый. - Прости, - прошептал Локи и опустил голову. - Я стал слишком нервным и чувствительным. Я верю тебе. Тор обнял Локи и нежно поцеловал его, успокаивающе гладя по черным волосам. - Милый, Один хотел поговорить с тобой. Если хочешь, я могу тебя проводить. - Спасибо, - улыбнулся Локи, опираясь на руку мужа. Тор проводил любимого до царских покоев, и Лафейсон, улыбнувшись, скрылся за большими массивными дверями. - О, Локи, проходи, - улыбнулся Один. - Я хотел поговорить с тобой об одном важном деле. - Я слушаю, - Бог обмана положил руку на живот, чувствуя как шевелится его дитя. - Твой отец требует, чтобы при рождении, мы отдали ребенка ему, как наследника Йотунхейма. Я же считаю, что он принадлежит Асгарду. Но это не нам решать. А только тебе и Тору. Это ваш ребенок и только вы в ответе за его судьбу. - Я своего решения не изменил, - спокойно ответил Локи, готовый к подобному разговору. - Я принадлежу Асгарду, ребенок останется со мной и моим мужем. Всеотец улыбнулся. - Я рад твоим словам, Локи. Пусть Лафей думает себе, что пожелает. Ты под нашей защитой, так что ни о чем не беспокойся. Ты мне как сын, а счастье моих сыновей мне дороже политики. Локи кивнул и уже направился к двери, как вдруг резко обернулся и тихо сказал: - Вы лучший царь, чем тот, что правит Йотунхеймом. Всеотец кивнул, принимая комплимент и Локи скрылся за дверью. Лишь когда он вышел, Один прошептал в пустоту: "а ты сын, которого Лафей недостоин". Один задумался, как вообще царь Йотунхейма смог породить столь очаровательное красивое создание... Локи — зеленоглазое сокровище Асгарда, этот мальчик подарит королевству золотое время.