Ничто не вечно, прям как наша с тобой любовь

Начало декабря, на улице прохладно и падает снег. Ловлю большие снежинки языком и улыбаюсь глядя в небо. Я наконец  то счастлив. Да счастлив так, что одной мысли о нём хватает, что бы бабочки в моём животе устроили победный танец. А так как сегодня пятница и меня пораньше отпустили с работы, спешу домой, улыбаясь в тридцать два зуба, где меня наверняка ждёт уютный хён с горячей кружкой какао. От предвкушения мои шаги ускоряться и буквально через пару минут я уже стою перед дверью своего подъезда, нашего подъезда. Мы с Чонгуком съехались совсем недавно, несколько месяцев назад, но чувство такое будто бы всю жизнь провели вместе. Снова улыбаюсь воспоминаниям о любимом человеке. Но долго мечтать мне не позволяет погода, своим холодом пробираясь до самих костей и заставляя мои руки непроизвольно краснеть, будто бы говоря — пора домой. Поднимаясь по лестнице меня охватывает странное, можно даже сказать чуждое для меня предчувствие, как будто вот вот должно произойти что-то нехорошее. Наблюдаю за собой такое впервые. Поэтому как можно скорее встряхиваю голову, пытаясь хотя бы так избавиться от чувства нарастающей тревоги внутри себя и почти безшумно открываю дверь ведущую в нашу с Гуком квартиру. Немного  непривычно что меня никто не встречает как это бывает абсолютно всегда, но я ссылаю это на то что Гуки пока что просто не знает что меня пораньше отпустили. Ладно, ничего  страшного. Проходя на цыпочках через гостиную, не обнаруживаю там Чонгука, но зато до меня начинают доходит какие то странные, пока не особо разборчивые звуки из нашей с ним спальни. Но чем ближе я подхожу, тем быстрее смысл происходящего просачивается мне в голову. Только не это, шепчу еле слышно и пытаюсь проглотить вставший в горле ком, который так безбожно перекрывает мне доступ к кислароду. Собирая по кусочкам всю свою смелость и храбрость, медленно нажимаю на ручку двери позволяя ей аккуратно открыться. Передо мной открывается картина которую не узреть даже в самом страшном моём кошмаре. Чонгук трахает какого то парня, да трахает с таким удовольствием с каким меня наверное никогда и не трахал. Первое что приходит на ум, это обида. Жгучее чувство охватывает меня с ног до головы, не позволяя нормально воспринимать информацию только что увиденного зрелища. Он просто вколачивает незнакомого мне парня в кровать, у которого от удовольствия просто закатываются глаза. Больно, неописуемо больно. Боль растекается по телу будто раскалённая лава, заставляя мою кровь просто — напросто бурлить от чувства морального палома. Он делает это в нашей квартире, на нашей с ним кровати и наконец то на нашем с ним одеяле с оленями, которое я когда-то дарил ему на Рождество. Не проходит много времени как они замечают меня, такого жалкого, со слезами на глазах, поникшего от своей же никчёмности. Их глаза расширяются от неожиданности и они просто не знают куда их деть. Оба резко отскакивают друг от друга и прикрываются одеялом, тем самым, с оленями. Горько усмехаюсь. Только вот зачем они это делают я пока понять не могу, я и так увидел больше чем было надо. — Чимин.. — Чонгук еле слышно шевелит своими, на данный момент явно зацелованными губами, пытаясь наверное хоть как-то исправить ситуацию. Только вот слова сейчас ни к чему, я всё видел и такое уже не оправдать, потому что больно настолько что я даже не сразу замечаю как слёзы застилают глаза, а позже ручьём скатываются по моим щекам. Наверное выглядит убого, но на данный момент как то все равно, будто бы мир на время остановился, все проблемы исчезли, не позволяя при этом разуму взять верх над эмоциями и начать здраво мыслить. Хотя к чёрту всё, как я уже сказал плевать. — Чимин, это не то... — Чонгук снова пытается что то сказать, но я не даю ему договорить, и просто выбегаю из комнаты под громкий хлопок двери. Не хочу сейчас ничего, особенно слышать его голос. Голос который называет меня по имени становится таким противным и до жути грязным, что просто хочется закрыть уши руками и никогда его больше не слышать, что я собственно и делаю. Ощущаю себя так, будто бы моё сердце без какой либо анестезии вырвали из грудной  клетки, покромсали и выкинули на помойку, на обед бездомным псам. Выбегаю из квартиры и бегу, бегу не останавливаясь, даже не зная куда, просто так сильно хочется оказаться как можно дальше от места где разтоптали моё счастье и оставили осколки моего сердца валяться на полу когда то такой родной и любимой квартиры. И наверное в будущем всё наладиться, я снова начну радоваться первым лучам солнца и горячему кофе по утрам, может даже смогу заново кого-то полюбить также сильно, как него, но пока что я сижу на старой, потрёпанной скамейке с облезлой краской, вытираю слёзы рукавом подаренного им свитера и прокручиваю в голове одни единственные слова, строчки какого то стиха, когда то вычитанного в старом журнале по психологии — " Не обещай если решил солгать и не дари планируя отнять.. " Криво улыбаюсь, всё будет хорошо.