Магия против Науки

« Иди! Иди! Иди к нам! Сюда-сюда! Иди!» – голоса в голове разрывают мозг на части.       Гул в голове усиливался по мере приближения к старому лагерю, да и голоса в голове совсем не думали затихать.       На горизонте показался старый административный корпус. Обшарпанный, заброшенный, а в темноте он ещё и выглядит угрожающе. Всё вокруг него выглядит так, что аж кожа покрывается гусиной коркой, а ещё это чувство странное, будто кто-то наблюдает за тобой из тени. Ты не видишь его, но это что-то (или кто-то) видит тебя насквозь.       Прошибает через призму рентгеновских лучей и лезет в самый мозг! Даже можно почувствовать, как чьи-то мертвенно-холодные пальцы аккуратно вскрывают твою черепную коробку и достают оттуда мозг. Нейроны, протоны, фотоны, атомы, нервы, клетки, плоть – они всё это разбирают и видят даже то, что ты от всех скрываешь. Так они изучают тех, кто вторгся к ним без приглашения.       Бред! Тут, как минимум, пятнадцать лет не ступала нога человека! После того случая в 72-ом, о котором взрослые молчат, а пионеры – небрежно распускают самые безумные слухи, тут не было никого. Никого, кроме него – Шурика. Этот гений постоянно сюда бегает за запчастями, разворовывает потихоньку бункер, находящийся в катакомбах под административным корпусом.       А в этот раз он побежал сюда совсем по иным причинам. Что-то в его мозгу щёлкнуло, когда Семён полез на чердак клуба, что бы выключить пугалку от грызунов. Она, по определению, не должна была работать так, что бы человек чувствовал её волны… или в человеке тоже есть что-то от грызуна? Может тот самый рудимент, копчик? Нет, слишком глупая теория. Человек вроде как от обезьяны произошёл… или инопланетяне постарались… или Бог… кто знает?       Шурик залетел в здание старого лагеря. В этот раз что-то тут было явно не так. Слишком шумно, слишком пусто, слишком тяжело. Будто какая-то неведомая сила старается остановить забредшего сюда пионера, а он изо всех сил сопротивляется и спускается в катакомбы, а оттуда уже ныряет в бункер. «Стой… Не иди… Не надо…» – НАДО!!! – прокричал Шурик. Мальчик совсем с головой не дружит.       Он открыл первую гермодверь, пробежал до второй, схватился обеими руками за колесо и дёрнул его со всей силы. Раздался скрежет, но колесо не сдвинулось. Ещё раз – аналогично. Ещё раз – в двери что-то треснуло и хрустнуло, а саму дверь перекосило. Парень опёрся плечом и попробовал толкнуть. Стоит, даже не шевелиться. Видать в детстве каши мало ел.       В это же время за его спиной первая дверь начала медленно закрываться с жутким скрипом – это место давало Шурику последний шанс уйти, но он был слишком увлечён попытками открыть вторую дверь, что на первую обратил внимание только тогда, когда она захлопнулось, а колесо начало само поворачиваться. Он кинулся к первой двери, но и она на его потуги не ответила.       Гермодвери заперли глупого пионера в бункере.

***

– Дурак ты, пионер, – за спиной раздался чей-то голос.       Шурик медленно обернулся и тут же вжался в первую гермодверь. Из щели перекошенной второй гермодвери на него смотрит что-то жёлтое, похожее на глаза. Это явно не человек, ибо кроме этого пятнышка там нет ничего. Ни кожи, ни ресниц, ни бровей, даже век нет. Тьма с жёлтыми глазами. – Кто ты? – еле выдавил из себя перепуганный пионер. Он с силой зажмурил глаза, а спустя пять секунд открыл. Силуэт исчез, как и глаза. Может показалось? Чего только мозг не начнёт придумывать, находясь в критической ситуации.       Шурик плюхнулся на пол и устало выдохнул. Голова болит… сильно, но хоть голоса прекратились. Тьма: Ты так уверен в этом? Проверь ещё раз, – в голове снова зазвучал голос. Какой-то бестелесный, отстранённый, холодный. Мёртвый.       И без того перепуганный Шурик испугался ещё больше, когда перед его глазами начал появляться силуэт. Чёрный, едва различимый, но блеск его жёлтых глаз… он пугает не на шутку. – Кто ты?!       Силуэт исчез так же быстро, как и появился. Шурик вжался в угол и задрожал как осиновый лист, повторяя как мантру: – Наука всё может объяснить. Наука всё может объяснить, – и так ещё сто раз по кругу, пока крепежи мозгового вещества пионера не приварились обратно к его черепной коробке. – Бред какой-то! У-а-а-а!       Из шкафа упало на пол и покатилось оцинкованное ведро. По спине пробежалась стая крупных мурашек. Шурик ещё сильнее вжался в угол, хотя вжиматься уже было, откровенно говоря, некуда.       Вокруг повисла тишина. Она, как плотная завеса, поглощала все звуки, даже бешеное биение сердце пионера тонуло в тишине.

***

      Шурик взглянул на наручные часы. 20:12: вещают они своими стрелками. Дата всё та же, 20 июля.       Нервы качаются подобно маятнику, не желающему останавливаться ни на секунду. В бункере всё ещё царит тишина, а эта непонятная тень не появляется.       Может действительно показалось? Может мозг так шутил? Мда, в критической ситуации человеческая нервная система способна творить чудеса самого разного характера.       Пионер открыл глаза и несколько раз быстро моргнул. Никого нет. Он встал и огляделся.       Всё как и прежде, как и много раз до этого: толстые слоя пыли, двухъярусная кровать, шкафы, работающая система вентиляции, радио. Единственным исключение было только лежащее на боку посреди комнаты оцинкованное ведро.       Бр-р, стоит только вспомнить и снова становится не по себе.       Страх не сковывает тело. Отлично! Шурик попробовал снова открыть первую гермодверь, зажав кнопку на стене. Не поддаётся. Попробовал толкнуть вторую дверь – та же история.       Мозг принял воображаемую форму, став двигателем внутреннего сгорания. Поворачивается ключ, свечи дают искру и воспламеняется бензин. Думай голова, думай. Как же выбраться отсюда… как… как? Радио!       Шурик быстро сел за стул, надел наушники и начал крутить микшер на радиоприёмнике. В эфире одни помехи, волна абсолютно одинаковых помех на любой частоте, хотя на вид приёмник в полном порядке, но это лишь на вид. Шурик здесь уже был не раз и знает где что лежит, так что найти набор инструментов не составило огромного труда.       Отвёрткой он выкрутил заднюю крышку радиоприёмника и облегчённо вздохнул. На первый взгляд тут всё в порядке, только пылью покрылось. Побольше воздуха набираем в лёгкие и дуем. – Кхе-кхе… фу… – Шурик принялся махать рукой, отгоняя от своего лица поднявшиеся в воздух клубы пыли. Глупая была идея. Он снова сел за стул и покрутил микшер приёмник. Всё те же помехи на всех частотах. – Да что же это такое?! Шурик с силой врезал кулаком по столу. Он чувствует, как его тело снова начинает охватывать приступ неконтролируемой паники. А кому понравится оказаться в старом советском бункере, откуда нет выхода?       Шурик ещё раз проверил радиоприёмник. На вид всё цело, антенна… антенна! Шурик стукнул себя ладонью по лбу. Он забыл выдвинуть антенну! Исправив свой недогляд, несчастный пионер снова принялся крутить микшер. – Шшшш, – чуть влево, – ф-ш-ш-ш, – ещё влево.       Тишина. Сколько бы раз Шурик микшер не крутил, все волны молчали. Абсолютно все. Может что-то в приёмнике всё же сломано? Минут пять возни и причина найдена, но и что с того? Шурик горько пожалел о том, что играл в «мародёра» и таскал из бункера радиодетали – не занимайся он этим, то починил бы приёмник в два счёта и связался бы с лагерем или с кем-то ещё, а так… бесполезно. Радиоприёмник бесполезен. На вид он хоть и рабочий, но функционала у него не больше, чем у коробки с барахлом.       На плечо пионера легла чья-то холодная рука. По телу прошёлся рой мурашек, а мозг стал отчаянно трубить тревогу. – Как успехи? – снова этот голос. Шурикот страха упал со стула. Снова этот тёмный силуэт и эти жёлтые глаза. – Всё плохо? Не работает? – силуэт направил руку с выставленным вперёд указательным пальцем. – Чувствуешь свою вину, мародёр?       Пионер с трудом сглотнул застрявший в горле айсберг. Шурик: Да что же это здесь происходит?! Сколько раз ходил сюда, а такого никогда не было! Т: Было. Я здесь всегда был, - Шурик всем своим телом чувствует, как что-то лезет ему под кожу. Ему стоило больших усилий, что бы сбить с себя невидимые руки. – Ты пришёл сюда без приглашения.       Силуэт растворился в воздухе, снова оставив пионера один на один с самим собой в запертом бункере.

***

      Шурик лежит на кровати и часто дышит. В его голове будто все шестерни переломались и работают криво. Паника не отпускает. Мысли не отпускают. Голос этот не отпускает, повторяя раз за разом одно и то же: мародёр.       Или это сам Шурик повторяет у себя в голове?       Выхода нет!       Это нечто сломало двери, сделало бесполезным радио, лишая всякой возможности выбраться отсюда.       Взгляд невольно падает на решётку системы вентиляции. Может стоит попробовать? Нереально. Шурик уже открутил решётку и понял, что ему точно там не пролезть – слишком маленькое отверстие. Туда и ребёнок с трудом пролезет, что говорить о подростке?       Шурик решил встать и проверить шкафчики. Неизвестно сколько здесь он ещё пробудет, и надо проверить есть ли тут еда и чудо советского ума – консервированная вода. Пошарив по шкафчикам, он нашёл абсолютное ничто. Ничего нет, ничего не осталось, всё забрали… или тоже украли? Так же, как Шурик тащил радиодетали отсюда? Может кто-то ещё сюда приходил? Т: Никто. Ты один такой, вор. Ш: Я ничего не крал. Т: Все воры так говорят. Ш: Правда, ничего! – попытался оправдываться пионер.       В этот же самый момент вторая гермодверь с грохотом рухнула на пол. Пионер прыгнул на кровать и спрятался под одеяло. Хочешь или не хочешь, но во всякую чушь так легко и поверить можно. Т: Мне напомнить, сколько раз ты сюда приходил и сколько ты отсюда вещей унёс? – голос в голове не скрывал призрения к пионеру. Чувство вины стало ещё сильнее.       Шурик впал в беспамятство. Ему казалось, что весь мир разом пошёл против него, что всё происходящее здесь с ним и сейчас – чья-то злая шутка. Кто-то в мозг вживил ему чип и разговаривает с ним через него.       Дверь упала? Ведро покатилось? Это ветер, просто ветер! Ветер же бывает в бункерах? Бывает-бывает! Точно-точно! Науке всё подвластно! Наука всё может объяснить!

***

      Одеяло… нет ничего на свете лучше, чем одеяло. Под ним никакие монстры тебя не достанут, главное – это не высовывать из-под него конечности. Хе-хе-хех… сказать легко, а вот сделать куда сложнее.       Шурик решил выглянуть из своего импровизированного укрытия и осмотреться. Ничего нового. Радиоприёмник тихо гудит, извещая о готовности к работе. Вентиляция работает исправно. Двери… одна валяется на полу, а вторая – стоит, как ни в чём не бывало. Мозг взведён как пистолет – одно нажатие курка и снова выстрелит панической атакой и страхом.       Раздался писк и Шурик заметил, что колесо уцелевшей гермодвери начало поворачиваться. Выстрел в мозгу, но на этот раз он пробудил не страх, а смелость. Шурик вспомнил, что в шкафу видел обрезок железной трубы.       Долой одеяло! Шурик схватил обрезок трубы и встал напротив открывающейся двери. Ему надоело бояться и он решил взглянуть в лицо страху, решил забить его пока не поймёт, что победил. Т: Нельзя убить то, чего ты не понимаешь.       Шурика подкосило от голоса. Он снова вывернул всё наизнанку, снова поднял наружу страх и ужас. Нет! Нельзя поддаваться страху! Нельзя!       Дверь открылась и перед Шуриком предстал тёмный силуэт с жёлтыми глазами. Страх окончательно сразил пионера, и он упал на пол, выпустив из рук обрезок трубы. – Уходи! Отстань! Прекрати! – Шурик. Это я, Семён. Всё в порядке. Т: Что же ты не сопротивляешься мне? – Уходи! Замолчи! – Совсем умом тронулся. – Хватит лезть мне в голову! Т: Кричи-кричи. Тебя никто не услышит.       Шурик нащупал руками обрезок трубы, встал и замахнулся им для удара. Что-то хрустнуло. – Победил я тебя! Победил! – Очнись, идиот! – в щёку Шурика прилетела хлёсткая пощёчина. За ней и вторая. Следом третья. Потом пионера взяли за грудки и начали с силой трясти. – Убить меня вздумал?!       Шурик несколько раз моргнул. Какая-то шестерёнка в мозгу встала на место и перед его глазами предстала не чёрная тень, а Семён. – Сем-м-мё? – дрожащим голосом спросил Шурик. Он посмотрел на пол. Там лежит вдребезги разбитый фонарь. Хорошо, что удар пришёлся именно на него. – Да, я. А ты видишь тут кого-то ещё? – Тут был… было… тут кто-то был. Он запер меня здесь!       Семён мысленно покрутил пальцем у виска. – А через вторую дверь выйти не пробовал? – Это оно её сломало! Клянусь! – Оно? Шурик, тебе надо на свежий воздух.       Семён быстро нашёл в шкафу ещё один фонарь, привёл его в более-менее рабочее состояние и потащил обезумевшего пионера на улицу. Он всё кричал, что там кто-то был и пытался его свести с ума, что кто-то лез ему в мозги, ковырялся там, выворачивал всё.       Удивительно как у Семёна не сдали нервы за все те полтора часа, которые он тащил Шурика в лагерь. – Вот ваш потеряшка. Забирайте, пока я его не придушил. – Погоди минутку, Семён. Подержи его ещё чуть-чуть.       А что ещё оставалось делать? Семён подержал Шурика, пока Виола набирала в шприц успокоительное. Один укольчик и самый шумный в округе пионер сладко засопел. – Всё, свободен. Дальше я сама.       Семён отправился к себе в домик, не раздеваясь лёг в кроватку и моментально отключился. Слишком много нервов с этими пионерами уходит.

***

На следующий день после обеда.       Славя позвала Шурика, что бы поговорить с ним о произошедшем вчера. Она помнит, что Шурик был в бреду и нёс какую-то околесицу про то, что он был в бункере не один и что кто-то над ним издевался. Она догадывалась, в чём была причина – ей лишь нужно было получить этому подтверждение. – Это бред! – Вот зря ты так говоришь, – Славя сидела за своим столом на складах. Шурик отвлёк её от бесполезной работы - перекладывания бумажек с места на место. – Сам же видел, слышал, чувствовал. Неужели ты до сих пор не веришь в существование сверхъестественных сил? – Я не верю в это. Это антинаучно! – Шурик всё не унимался, хотя то, что произошло с ним прошлой ночью, явно можно было назвать иррациональным. Даже слишком иррациональным, мистическим, но ему было всё равно.       Ох уж эта глупая вера в то, что наука способна объяснить всё, хотя в мире полно вещей, которые наука не в силах понять, а вот эзотерика – вполне может ответить на ваш вопрос. Не сказать, что подробно и развёрнуто, ведь многие знания о магии были утеряны, спрятаны или же уничтожены. – Саша, я прошу тебя. Больше туда не ходи. – Почему? – пионер удивлённо хлопнул веками. В том месте ещё полно всякого добра, да и этот случай будто разжёг в душе огонь любопытства. Очень хочется доказать Славе, что в произошедшем нет ничего мистического и всё объяснимо наукой.       Славя встала из-за стола и подошла к Шурику. Она размяла пальцы, закрыла глаза и провела ладонью в десяти сантиметрах от спины пионера. Давненько она уже этим не занималась – чтением энергетики человека. – Что ты делаешь? – Замолчи! – рявкнула Славя. Шурик тут же замолчал. – Мешаешь.       Шурик почувствовал, как чьи-то нематериальные руки касаются его, но на этот раз от них веяло не загробным холодом, а теплом, материнским теплом. – Как всё плохо… повернись, – Шурик повернулся к Славе лицом. Она продолжила водить ладонями по воздуху вдоль тела. – Дух очень зол на тебя… хм... не ходи туда. Он выписал тебе последнее предупреждение. – Предупреждение?       Славя открыла глаза. На её чистые голубые глаза набежали тучи, предавая им серый отлив. Её начал бить лёгкий озноб. – Если бы Семён тебя вовремя не нашёл, то этот дух тебя бы не отпустил. Ты бы там и остался. – Славя, не говори ерунду. Призраков, духов и всей этой белиберды не существует. Всё можно объяснить наукой. – Не всё. Далеко не всё. – ВСЁ!!! – выпалил Шурик в ярости. Он тут же ушёл, оглушительно хлопнув дверью. – Я докажу! – Дурак, – с сожалением сказала Славя и не решилась пойти за ним. Т: Правильно, Шурик, правильно, – подбадривал внутренний голос Шурика, подливая ещё больше масла в огонь. – Славя говорит всякие глупости. Пойдём ещё раз туда и всё проверим.

***

      Шурик пропал. Снова. Весь лагерь бросился на его поиски, но безуспешно.       Семён и Славя шли по заброшенной тропинке в лесу. Они оба догадывались, куда чёрт потащил этого долбанутого пионера – в старый лагерь. Славя хотела пойти одна, но Семён её не пустил, аргументируя тем, что Шурик может быть не в себе, а он себя не простит, если со Славей что-то случится. – Не нравится мне это, – возмущался Семён, открывая люк в подвал в бывшем кабинете начальника лагеря. – Чувство такое… мерзкое. – Я тоже это чувствую, – попыталась подбодрить его Славя, взяв за руку. Пионер почувствовал, как мерзкое чувство потихоньку отступает, а на его месте появляется чувство безграничного спокойствия.       Дверь с грохотом упала на пол. На ступеньках следы. Много следов. Шурик точно пошёл туда. – Ну что, пошли? – Ага.       Пионеры спустились в туннель. Девушку поразил факт того, что в этих старых коммуникациях есть ещё электричество, хотя чего удивительного? В Союзе вещи строили на века. – Нам долго идти до… – Славя сглотнула подступивший к горлу ком. В груди начинает нарастать тревога. Магическое чутьё неустанно сигнализирует о том, что в этом месте лучше не задерживаться. Слишком не спокойно здесь. Здесь будто гнездо осиное разворошили. – До бункера? – Не очень. Ты только руку мою не отпускай. У нас хоть и два фонаря, но мало ли что.       Славя крепче вцепилась в руку Семёна. Спустя десять минут аккуратной ходьбы в обход трещин в полу и висящих проводов, пионеры добрались до бункера. Гермодверь открыта, вторая – валяется на полу. Картинка осталась такой же, какая была и вчера: обрезок трубы, разбитый фонарь... осколки будто расплющены. Шурик точно был здесь. – Стой! – Славя дёрнула Семёна за руку. В её взгляде читается сильное беспокойство. – Что? – Здесь, – она показала пальцем в распахнутый бункер, приглашающий случайных путников войти. – Он был здесь. – Ну да. Я его вчера здесь нашёл, – Семён сделал шаг и что-то зацепил ногой. В темноте сначала показалось, что это какая-то коробочка. Под светом фонаря оказалось, что это был старый проигрыватель с вставленной в него кассетой.       Славя подняла находку и нажала кнопку включения. Заиграла запись, на которой чётко был слышен голос Шурика: – Славя была права. Не все вещи в мире можно объяснить наукой… я… я чувствую себя странно… голова болит… тело плохо меня слушается… голос в голове снова меня нашёл. Оно снова нашло меня и… и… простите. Я был дураком. Я хотел всё проверить лично… хотел… уже не важно, чего я хотел…       Голос Шурика на плёнке стал грубее. Славя предположила самое худшее. – Если вы встретите меня, то знайте… я… я – уже не я.       Кнопка проигрывателя отщёлкнулась. Запись кончилась. – Шурик что, умом тронулся?       Славя крепко схватила Семёна за руку и вместе с ним побежала в обратную сторону. Прочь из бункера. Прочь из старого лагеря. Прочь из леса. Пришла она в себя только тогда, когда заперлась вместе с пионером на складе. Он даже и слова не сказал, пока они бежали. – Почему… фух-фух… почему мы бежали? – Шурика больше нет. Нужно прекратить поиски. – Ты что такое говоришь? Это на тебя так запись повлияла? – Скажи, а ты веришь в мистику? – Не сказать, что совсем, но есть немного. …: Если тебе кажется, что она тронулась умом, то поздравляю – она не тронулась умом. С: Ты что-то знаешь? …: Мир не так прост, как кажется. – Тогда слушай, – Славя села рядом с Семёном. Пионер тут же переложил свою голову к ней на коленки. Она и не стала сопротивляться. – Мир состоит из многих частей, но я упрощу его до двух: материальный и духовный. Человек прибывает одновременно в двух состояниях. Тело – это материя, а душа – это духовная составляющая, то, что делает человека человеком. Разум, мысли, воля. …: Слушай-слушай. Не вздумай ничего прослушать. – В бункере Саша столкнулся с духовной частью мира. Духом, злым духом.       Семён тут же вспомнил о некогда просмотренных им фильмах ужасов, где духи контактируют с людьми. Чаще всего ничего хорошего из этого не получалось. – Этот дух занял место Саши в его теле. – А нельзя ли обряд провести… какой-нибудь? Изгнать духа? – Нет, – категорически отрезала Славя. – Поздно. Пойми бы я всё несколькими часами ранее, то ещё можно было бы что-то сделать, а сейчас уже вряд ли. – И ты предлагаешь пустить всё на самотёк?! – возмущённо сказал Семён. Телу всё ещё тяжело, как после марафонского забега, который кончился всего несколько минут назад. Воды бы и немного поспать. – А вдруг он что-то сделает? Боль кому-то причинит? Убьёт кого-то? Ты об этом не думаешь?! – Думаю. И я знаю, где он. – Он там остался? – Пока да, – отрешённо кивнула Славя. В ней множится чувство вины. Она не досмотрела, не углядела, не придала значения той тьме, которая засела в Шурике, спутав её с предупреждением. – Пока там. Я знаю, что надо делать.       Славя встала из-за стола и пропала в глуби склада. Через пять минут она вернулась с сумкой от противогаза, но самого противогаза в сумке нет: там самый настоящий набор юной ведьмы. – Я иду туда. – Ты сумасшедшая?! Я с тобой! – Нет, - она смерила Семёна тяжелым взглядом. В тело будто быстротвердеющий цемент залили. – Это слишком опасно.       Пионерка покинула склад и растворилась в ночной темноте.

***

Бункер       Ходить одной по катакомбам, где может шататься Шурик, но не Шурик – идея глупая, безрассудная, а она пошла туда, желая исправить свою ошибку. Если бы она только раньше поняла, что в Шурике засела тёмная сущность, то она бы вытащила её оттуда без особого труда, а сейчас? Сейчас у неё остался призрачный шанс: Шурика может уже и не быть, да и не факт, что этот самый злой дух так просто его отпустит.       Приступим.       В 72-ом году здесь произошла трагедия. Пионер прокрался ночью в кабинет директора и спустился в катакомбы. Он прошёл бункер, спустился в шахту и пропал. Той же ночью проснулась вожатая и принялась искать пионера. Она знала, что этот мальчик интересовался бункером, о котором в лагере давно ходили слухи. Она пошла за ним, проделала тот же путь, что и он… и исчезла.       Славя знает, что с ними произошло. Успела с ними поговорить, пока шла к бункеру: вожатая нашла пионера, и они пошли обратно, но в этот самый момент треснула опорная балка и в часть шахты хлынула вода. Они не смогли выбраться и утонули, а их души до сих пор, даже спустя семнадцать лет, остаются здесь неупокоенными. Их тела потом нашли и достали, похоронили как полагается, но что-то всё равно держит их души здесь… или кто-то. – Я помогу вам, – начала шепотом говорить Славя, позволяя энергии выйти из кончиков пальцем и напитать воздух. – Придите и помогите мне, а взамен я дам вам желанный покой. – Покой? Ты освободишь нас?       Перед пионеркой появились два силуэта. Сначала они были мутными, без чётких очертаний, но чем больше Славя отдавала энергии, тем чётче становились призраки. Вожатая и пионер. Они держат друг друга за руки. – Освобожу. Только помогите мне спасти моего друга. – Их освободить? – в проёме с повалившейся на пол гермодверью показался Шурик. Тоже почувствовал магию. От него веет злой аурой. – От чего?       Теперь понятно, почему призраки не могут обрести покой и почему семнадцать лет назад они погибли – этот дух во всём виноват. – Отпусти Шурика, – зло процедила пионерка. Она чувствует сильный негатив от призрака, но крепко стоит на ногах благодаря защитным амулетам, которые предусмотрительно надела на шею по пути сюда. – Его? – одержимый пионер ткнул себя в грудь. – Не отпущу. Он приходил сюда, хозяйничал, брал то, что ему не принадлежит. Теперь он принадлежит мне. – Он – глупый пионер. Пожалей его, отпусти. Он больше никогда сюда не вернётся. – Нет. Не отпущу.       Бесполезно разговаривать с ним. Дух слишком зол и не отпустит Шурика, если вообще от Шурика что-то осталось.       Славя осторожно достала из кармана амулет и зажала его в кулаке. Подарок бабушки. Он помогает, когда дело касается работы с духами.       Шурик попытался сдвинуться с места, но не смог – призраки вожатой и пионера не дали ему это сделать.. Кажется этот дух понял, что перед ним самая настоящая ведьма, а его сейчас будут изгонять из захваченного тела. – Держите его крепче, – Славя начала делать шаги вперёд, сокращая дистанцию. Кулак стал ладонью и на пересечении линий показался амулет. – Последний шанс. – Он мой! – Шурик крикнул и вырвался. Призраки отступили, а Шурик быстро сократил дистанцию между собой и ведьмой. Славя сжалась и уже было приготовилась к худшему, но ей повезло. Она открыла глаза и увидела перед собой Семёна. Он крепко схватил Шурика, не давая ему и шанса вырваться. – Делай, что должна. Я его долго держат не смогу.       Славя молча кивнула и коснулась головы одержимого пионера.

***

      Прошлое. 30-е годы. Расцвет Стахановского движения.       Разыграев Сергей Анатольевич. Шахтёр.       В голове вырисовываются картинки мужчины. Ему лет под сорок, он уже не первый год работает в шахтах. Здесь была угольная разработка. Так… сопротивление. – Покажи мне всё, что тебя тревожит.       Снова картинки. Один из узлов шахты обвалился. Сергей остался на той стороне завала. Ему повезло, камни не упали ему на голову.       Надежда. Вера. Он верил, что его обязательно вытащат отсюда. Он хотел вернуться к жене и детям, хотел снова их увидеть, обнять, прикоснуться. – Больно, знаю. Потерпи.       Картинки жены и детей. Счастливые моменты. Слёзы. Отчаяние.       Счёт времени сбился. Вокруг темнота, погасла лампочка на каске. В груди колет, становится труднее дышать.       Шахтёр припал к земле. Злость… злость начинает его переполнят. Его все бросили, забыли о нем. Чувство всепоглощающего одиночества и ненависти ко всем тем, кто остался по ту сторону завала.       Смерть. Медленная, мучительная. Задохнулся.

***

      Славя, тяжело дыша, оттянула руку от головы пионера так, будто дотронулась до раскалённой плиты. Шурик прекратил сопротивляться и временно отключился. – Положи его на кровать, – Семён беспрекословно подчинился и положил Шурика на первый ярус кровати. – Ой…       Быстрым рывком Семён оказался возле Слави, и успел её поймать. Ноги сами подкосились, на тело налетела жуткая усталость. Оно и не удивительно, такие вещи требуют очень много сил. – Ты как? – Как выжатый лимон.       Шурик открыл глаза, зашевелился и сел на край кровати. Семён напрягся, ожидая, что сейчас ему придётся стать живым щитом. – Он не виноват в твоей смерти, – устало проговорила пионерка. – Ты тоже хочешь покоя, хочешь уйти отсюда, я знаю. – Я здесь уже очень давно, – начал говорить одержимый Шурик, хотя сейчас он больше походил уже не на одержимого, а на вполне нормального человека. – Я даже и не понял, что умер. Я многие годы ждал, пока меня кто-то найдёт, но никого не было. После того, как шахта обвалилась, я больше не слышал живых голосов… – Продолжай. – Эти двое меня нашли, – призраки вожатой и пионерки сделали удивлённые лица. Они ничего такого и не помнят. – Вы случайно нашли завал, где я умер. Я услышал ваши голоса, стал кричать, но вы меня не слышали. Я разозлился... – Дальше говори, дальше. – Мне так не хотелось быть одному. Я знал, что если они уйдут, то я снова останусь один. Со злости я прошёл сквозь завал и сломал подгнившую балку. Вода хлынула в шахту. – Убийца, – вырвалось у Семёна из губ. – Я знаю. Убил. Я сожалею об этом. Раскаиваюсь, – Шурик упал на кровать, а из его тела вышел вполне чёткий силуэт призрака-шахтёра. – Ты уверена, что стоит ему помогать? – Да, Сёмушка, стоит, – ласково ответила пионерка. – Он был хорошим человеком при жизни. Нет, я не оправдываю того, что он сделал после смерти, но я хочу ему помочь. Он слишком долго страдал.       Немного сил вернулось к Славе, и она смогла стоять на своих ногах. – Пойдём со мной, – пионерка вытянула руки. – Я выведу вас отсюда. Хватит с вас мучений.       Одну руку взял Шурик, призрак снова вселился в него. Вторую руку взяла вожатая, а вожатую за руку держал пионер. – Я пойду впереди, – Семён взял в руки фонарик и пошёл вперёд, в сторону старого лагеря. У него к Славе есть много вопросов, но они все подождут. Сейчас надо выбраться отсюда и наконец-то поставить точку в этой истории с Шуриком. Через двадцать минут все выбрались на улицу. – Спасибо, – призраки вожатой и пионера, поблагодарив за долгожданную свободу, растворились в воздухе и исчезли.       Шурик опустил руку Слави. – Простите меня за всё, что я сделал. Я очень хотел выбраться оттуда. – Слишком жестокий способ, – подметил Семён. – Знаю, – кивнул одержимый пионер. – Спасибо, что наконец-то дали мне покой. Ваш пионер не будет помнить, что с ним произошло. Держите его, – Семён взял Шурика за талию. – Спасибо.       Шурик обмяк, призрак покинул его тело и упокоился с миром.       Славя и Семён переглянулись друг с другом и улыбнулись. Наконец-то эта история закончилась. – Вот вы где!       Из кустов показался свет фонаря. Его луч устремился Семёну в лицо. – Ольга Дмитриевна? – Нет, бабай лесной, - пошутила вожатая. – Ольга Дмитриевна, – Семён прикрыл рукой лицо. Старый советский фонарь бьёт по глазам не хуже, чем настольные лампы КГБ-шников. - Хватит мне в лицо светить! – О, нашли Шурика? Молодцы! – вожатая отвела фонарь в сторону и похлопала Шурика по макушке. – Признавайся, Славя, опять твои штучки?       Славя захихикала и отрицательно покачала головой. Семён увидел, что она рукой начертила в воздухе круг и толкнула его ладонью. Снова магические штучки? – Нет. Мы с Семёном просто подумали, что Саша мог сюда вернуться и не ошиблись. – Вот как? Ладно, поверю, – вожатая махнула рукой и откуда-то появились два пионера. Она взяли Шурика и потащили его в сторону лагеря. – А теперь марш в лагерь! Отбой скоро. – Сделайте нам исключение. Небольшое, – Славя мило улыбнулась. В её глазах явно читается что-то хитрое. Что же она задумала? – Пожалуйста. – Ладно. Так и быть. Дорогу сами найдёте.       Вожатая скрылась в кустах и отправилась в лагерь. – Твои «магические» штучки? – Мои, – Славя подмигнула и поцеловала в щеку Семёна. – Спасибо, мой храбрый рыцарь. Если бы не ты, то я даже не знаю, справилась ли бы. – Могла бы сразу сказать, а не прибивать меня взглядом к скамейке, – Семён сложил руки на груди и наигранно отвернулся. – Я бы понял. – Это вряд ли. Не все понимают. Большинство пальцем у виска крутит, когда узнаёт. - Хочешь покручу? – Не хочу, – Славя в шутку толкнула Семёна, а он схватил её за руку, притянул к себе и прильнул к её губам. Пионерка не в силах была с ним спорить, да и не хотела.       Если Семён после этого не сбежал и не отвернулся от неё, то она решила, что именно с ним и хочет провести всю свою оставшуюся жизнь, да и он совсем не против разделить с ней эту участь, наполненную тайнами и магией. Интересно, а каково это, любить ведьму из рода Феоктистовых?       Мистика – странная штука, но мы с ней живём каждый день и не замечаем этого. Магия беспристрастна, но разнообразна и имеет в своём арсенале как плохое, так и хорошее, но все решает именно тот, кто пользуется магией – человек.       Не стоит в жизни слепо полагаться на науку: в мире есть ещё много того, чего она не в состоянии объяснить…