Ромашки в волосах о многом скажут

      Макс Фолл был хищником, охотником и самым настоящим Альфой. В его венах текла кровь благородных и верных традициям волков. Макс знал, что рано или поздно он займет место своего брата, станет Вожаком стаи. Прежде чем взять бразды правления, он успел отрицать этот факт, возненавидеть и, в последствии, принять. В их семье было всего два Альфы — Ральф и он. К сожалению, Шон, хоть и ненавидел этот факт, бета. Максу было жаль, что его любимый племянник, не сможет осуществить свою детскую мечту и повторить судьбу отца. Однако, в глубине души он был счастлив… Шон был любимцем своего дяди и, хоть в их семье, не смотря на очень крепкие семейные узы, не принято показывать свои чувства, Макс хотел для него лучшей жизни. Вожак стаи возлагал на себя непомерную ношу, тяжелое бремя, которое обязан нести до последнего вздоха.       Оставив большой букет ромашек на холодной могильной плите, Макс закрыл глаза, сдерживая напрашивающиеся слёзы. Альфы не плакали, твердили все вокруг.       — Прости, мам, — сев на траву, заговорил он, — не мог приехать раньше.       Макс никогда не забудет последний день, когда видел улыбающуюся мать. Он тогда был настоящим мудаком, гормоны били через край, его Волк был необузданным. Они спорили насчёт университета, Макс так хотел поступить в Чикаго, пожить немного без стаи. Насладиться молодостью, как он считал. Сперва мама улыбалась, слушая сына, а потом долгие часы истерики. Обезображенное тело подкинули под дверь, как мешок с мусором. Она не позволяла никому подойти к своему Мужу, склонившись над ним, плакала, кричала, умоляла открыть глаза. Мёртв. Его отца убили — несколько часов терзали тело, гнусные шавки, с вражеской стаи. И, возможно, Максу было бы легче, если бы это были дохлые кровопийцы, а не существа подобные ему.       Несколько часов спустя, она убила себя. Последовала за своим Мужем, как хорошая жена и ужасная мать. Макс уже давно простил её. Именно, поэтому Фолл надеялся никогда не найти свою истинную пару. Будучи Альфой, он всегда будет находится в опасности, даже в мирное время, он не хотел, чтобы его пара поступила так же, оставив своих детей.       — Шон уже совсем взрослый, — улыбнулся Макс, вспоминая племянника, — ваш внук уже с девочками гуляет. Одри начала встречаться с оборотнем из дружественной стаи Обье, а их волчица не дает мне прохода. Ральф настаивает, чтобы я обратил на неё внимание…       Макс усмехнулся, вспоминая все уловки Саманты, которые он старательно игнорировал. Глупая девчонка, вроде Альфа, а никакой гордости. С каждым днём влюбленную волчицу становилось лишь жаль, но Макс надеялся, что рано или поздно, она сама от него отстанет. По словам Мии, он просто влип, потому что Сэм не сбавляла оборотов.       От долгого рассказа Макса оторвало тихое шуршание травы. Никто не мог знать, что он находился здесь. Даже стая не знала, что Макс приезжал на могилу к родителям раз в год, а уж тем более их канадские родственники. Втянув носом запах, он почувствовал как всё сдавило в груди, её запах наполнил легкие и его Волк тут же проснулся. Резко подняв голову, он увидел стоящую в нескольких от него шагах девушку. Волчица.       Незнакомка внимательно наблюдала за ним, в её глазах было беспокойство, но на лице была мягкая улыбка. Как же долго она ждала этой встречи. Её Волчица сходила с ума от радости. Он здесь, твердила она. И по озадаченному взгляду серо-голубых глаз, она понимала, что Макс ещё не осознал, что они — пара. Она столько лет ждала его, грезила им, увидев лишь единожды. Всё о чём она могла мечтать, чтобы он не возненавидел её, когда узнает кто она.       — Что ты здесь делаешь? — холодный, нет, ледяной тон неприятно царапнул по сердцу, но она просто не обращала на это внимания. Пусть отрицает, рано или поздно поймёт, решила она. Поправив копну каштановых кучерявых волос, она вовремя подхватила вплетенный цветок, который чуть не выпал.       — Я прихожу сюда часто, — честно призналась, надеясь, что это не вызовет злость у волка. Вздернув бровь, Макс плотно сжал губы. Кто она такая, что приходит на могилу к его родителям? Хотя это объясняло почему место их захоронения выглядит таким ухоженным.       Окинув её изучающим взглядом, Макс удивился, для волчицы она была хрупкой — тоненькие ручки, впавшие щеки, к его сожалению, длинное платье, скрывало от него остальные её формы. Его Волк был в нетерпении рассмотреть её всю.       — Зачем? — не унимался Фолл. Он имени её не знал, но устраивал ей допрос. Возможно, имени её он и не знал, но ему казалось, что он точно знал её. Макс старался не сильно вдыхать её запах, потому что с каждой секундой, ему было сложнее усмирять своего волка.       — Я… — на несколько секунд потерялась она, не зная, что ответить. Как сказать, что именно из-за злобы её отца тирана здесь лежат его родители? Как попросить прощения за человека, который не испытывал жалости ни к кому? Даже собственных детей, он с легкостью мог погубить, если они решат пойти ему наперекор.       — Как тебя зовут?       — Лиана, — тут же ответила она. Макс поднялся на ноги, оказываясь рядом с ней. Она едва доходила ему до груди. Неужели, природа в качестве пары выбрала ему слабую омегу? Как же вкусно она пахла. Чувствовала ли она тоже что и он? Понимала, как действует на него эта маленькая омежка?       Дотронувшись до цветов в кудрявых волосах, Макс поднес одну прядь к своему носу, вдыхая сладкий запах. Красавица. Таких днем с огнем не найдешь… Луноликая с глазами ярче любых звезд, острый вздернутый носик и чувственные губы, в которые хотелось впиться. Проведя рукой по острой линии скулы, Макс мягко улыбнулся.       — Ты знаешь, кто я, — не вопрос, утверждения. Лиана лишь кивнула, зачарованная, утыкаясь в огромную ладонь — нет, точно лапу. Её Волчица радостно скулила и покорно ждала указания, как только почувствовала запах своего Волка.       — Карты сказали мне, что я увижу тебя, — улыбнувшись, прошептала она. — Я пришла сюда, но не хотела подходить. Хотела посмотреть издалека, а потом ноги не слушали меня.       — Почему? — искренне удивился Макс, все ещё продолжая очерчивать подушечками пальцев, её нежную кожу. Лиана выглядела словно лесная нимфа, пришедшая украсть сердце заблудшего.       — Потому, что нам не суждено быть вместе, Макс Фолл, — сделав шаг назад, она заглянула в его глаза. Ещё несколько секунд назад в них плескалась неосознанная глубокая нежность, а сейчас — недовольство. Как она смела перечить Альфе? Ему достаточно приказать и она обязана следовать за ним. К тому же, будучи его парой, даже желая, она не сможет долго быть вдалеке от него. Истинные с ума сходят друг без друга. Ничто не могло разорвать эту связь созданную самой Природой.       Его Волк рыкнул, требуя поставить на место девчонку, но последнее чего хотел Макс, чтобы его боялась Лиана. Отец никогда не вел себя плохо с мамой, всегда прислушивался к ней и старался радовать её. Они ведь были истинными.       — Не суждено? Девочка, сама природа нас связала, — Макс скрестил руки на груди, потому что сложно было не прикасаться к ней. Вот бы почувствовать вкус её губ. Он чувствовал запах её желания.       — Ты не понимаешь, — Лиана уже хотела отругать себя за то, что не сдержалась и выбежала. Будь она умнее, уже бы была на пол пути к дому и думать не стала о Фолле. Обняв себя руками, она развернулась к Максу спиной и быстро зашагала в сторону леса.       Забыв обо всём на свете, Макс следовал за ней, углубляясь в чащу леса. Ещё будучи мальчишкой, он бегал здесь, но сейчас его единственным путеводителем была Лиана. Она ловко виляла меж деревьев, через плечо наблюдая за следовавшим за ней мужчиной.       — Не иди за мной, — недовольно прошипела она, резко останавливаясь, когда услышала голоса. Макс уже настиг её и замер рядом, прислушиваясь и принюхиваясь. — Уходи, Макс Фолл.       — Пошли со мной, — Макс ухватился за её руку, потянув на себя. Дрогнув, она коснулась его щеки, внимательно рассматривая серьезное лицо. Лишь забытые Боги знали, когда они встретятся в следующий раз. — Я не уйду без тебя, Лиана.       Нежно улыбнувшись, она легко коснулась его губ, выдернув свою руку из его. Если её братья найдут их здесь, то они убьют его. Двое против одного. Её семья никогда не сторонилась грязных правил боя, они уже давно позабыли о своей чести. Отшельники, которых никто не принимал. Их лишь боялись, обходили стороной, ненавидели и презирали.       Их стая с каждым годом становится всё меньше и меньше. Отец, параноик, уничтожал любого, в ком усомнится лишь на секунду. Убив своих двух сыновей, он оставил тех, кто были ещё более жестокими, чем он сам. А Лиана жива, лишь потому что слабая и слишком добрая, чтобы устраивать какие-то игры против отца. Их осталось всего четверо, но никто не спешил объявлять им войну. Стая её матери с легкостью отказалась от неё, считая, что она уже принадлежит Отцу. Он убил Маму прямо на её глазах за попытку побега. Это было уроком для всех.       — Они убьют тебя, — Лиана чувствовала ком в горле. Она не готова видеть ещё одну смерть. Столько лет она не показывала своей душевной боли, скорби и горя. Она множество раз умирала внутри, но сны, в которых к ней приходил Макс, заставляли продолжать жить, в надежде, что однажды, они будут вместе. Лиана не была готова терять его. Пусть лучше они сперва убьют её. — Уходи!       «Лиана!» — насмешливые, скрипучие голоса раздавались отовсюду. Они вновь решили поиздеваться над ней? От страха, слёзы появились на глазах. Лиана оцепенела, всё её тело отдавало мелкой дрожью. Чувство липкого страха окутывало её. Нельзя издавать ни звука и они не станут трогать. Лиана уже выучила, что стоит показать свои чувства, как братья с радостью принимаются истязать её, бередить ещё не зажившие раны.       Ноги подкашивались. Руки дрожали. Если бы не крепкие объятия Макс, она бы рухнула на холодную траву и начала заходится рыданиями, понимая, что вновь произойдет неизбежное. Из-за слабости её волчицы, раны заживали, но оставались шрамы. Маленькие рубцы напоминающие о том, в каком жестоком мире она живет. Слабая девчонка, голос Отца возник в голове.       — Лиана! — обхватив руками её лицо, Макс понимал, что ещё несколько секунд и у неё начнется истерика. Подхватив её на руки, он брел обратно, чтобы усадить её в машину и закрыть там, пока он будет разбираться с её обидчиками. — Всё будет хорошо.       — Убьют, убьют, — тихо шептала она, вспоминая обещания старших братьев. Они клялись ей своей кровью над костром, что убьют любого, кто посмеет прикоснутся к ней. Она принадлежит им и никто не посмеет отобрать её. — Они убьют…       Лиана тяжело дышала — чувство необузданного страха, запах её волка и неизбежности, приводили её в состоянии паники. Она не позволит им убить Макса, пусть заберут её, пусть делают с ней что хотят. Она так мало видела радости в жизни, ещё меньше доброты и тепла. За столько лет, мужчина её не обижал, не унижал и не бил. Макс пытался её защитить и хоть это навязала ему природа, Лиана была благодарна. Он заботился о ней. Его Волк не сбежал, он был готов биться за неё.       Усадив её на заднее сиденье внедорожника, Макс провел рукой по её щеке и мягко поцеловал. Их настоящий первый поцелуй должен был быть другим. Не при таких обстоятельствах.       — Давай просто уедем, — взмолилась она, цепляясь за его руки.       Макс отрицательно закивал головой. Сбежав, он приведет их к своей стае. Лучше решить вопрос здесь — раз и навсегда. Они волки, поймут, что она — его пара и успокоят себя, если не захотят смерти.       — Вот ключи, — сказал Макс, вложив их в маленькую ладошку, — если я умру, то уезжай отсюда и вот, — передав свой телефон, — наберешь номер Ральфа и скажешь, что ты — моя пара и что тебе нужна помощь. Мой брат не откажет. Поняла?       Захлебываясь слезами, Лиана кивала, надеясь, что до этого не дойдет. Она не оставит его. Если он умрет, то она последует за ним, не раздумывая. Конечно, она не скажет ему об этом.       Макс крепко прижался своими губами к её, на этот раз, не углубляя поцелуя и улыбнулся. То чего он боялся больше всего, произошло с ним так внезапно. Он нашел свою пару. Свою судьбу и никто не посмеет стать между ними.       Захлопнув дверь, Макс сказал, чтобы она заблокировала двери. Бросив ещё одну бодрую улыбку, он повернулся на звук шагов. Они умышленно шли громко, показывая, что уже близко. Они играли со своей жертвой, даже не представляя, что сегодня именно они станут главным блюдом этим вечером. Сняв футболку через голову, Макс наблюдал за двумя уродливыми мужчинами, которые было больше похожи на неотесанных деревенщин, чем на двух альф. Кровожадные полуулыбки появились на грязных лицах.       — А ты кто, блять, ещё такой? — начал один из них, приближаясь.       Макс внимательно следил за их движениями. Они действовали точно сплоченные одиночки, пытающиеся окружить и загрызть. Такие как они нападали со спины, издевались над слабыми, боясь тех, кто может дать сдачи. В глазах у Макса потемнело от осознания, что они обижали его маленькую девочку. Что может девочка сделать против двух мужчин? Сжав кулаки, Фолл потянулся к своему ремню. Он убьет их.       — Язык проглотил, уебок? — поддержал второй.       Макс улыбнулся им, наигранно разминая руки.       — Думаю, что делать с вашими, — хрустнув шеей, Макс внимательно следил за каждым их микродвижением. Оба были взведены, от них исходило предвкушение к предстоящей битве. Макс ярко помнил события Кровавой Луны и помнил силу каждого вампира, которого убил. Многие из тех были старыми, сильными и искусными бойцами, в отличии от двух шавок, возомнивших себя хозяевами жизни. Но Макс прекрасно знал, что не стоило обесценивать силу противника, пока не увидишь его в бою.       Лиана прислонившись ладонями к запотевшему от дыхания окну, внимательно следила за происходящим. Она боялась. Хуже всего было то, что в момент панического страха, её тело изводили судороги. Ей необходимо было успокоится, чтобы помочь. Пары чувствовали друг друга, их эмоции передавались друг другу и её паника могла отвлечь Макса. Для Волков на первом месте стояла защита его пары, он мог просто отвлечься на неё.       — Сколько людей ещё умрет, Лиана, чтобы ты выучила урок? — спросил Эд, прежде чем спустя несколько мгновений показать своего волка. Он тут же кинулся на Макса, но реакция последнего была быстрее.       Лиана увидела Своего Волка и улыбнулась. Он к ней приходил во снах — серый и большой — в два раза больше её братьев. У неё волчица была коричневого цвета, рядом она будет совсем маленькой.       — Мама умерла из-за тебя, Ли, — засмеялся Рон, оборачиваясь в иссиня-черного волка, точно такого же как и Эд. Их он различала лишь по пятнам на груди.       В ту же секунду оба ринулись на Макса. Истошный волчий вой эхом разошелся по периметру. Лиана зажмурилась, чтобы не видеть ужаса этой картины.       Вся земля была орошена алой кровью. Лиана могла поклясться что никогда не видела такого. Её братья всю жизнь показывали ей, что такое жестокость. К смерти они относились с азартом, каждый день играя на острие лезвия. Они постоянно повторяли, что Смерть любит жестокость, что за муки перед кончиной люди попадут в лучшие миры. Они оправдывали себя, убеждали, что делали доброе дело. Лиана молчала. Она была хуже них, ведь нет ничего ужаснее, чем знать и ничего не делать. Они — безумцы, свято верящие в своё совершенство. А она молчала.       Жила изо дня в день с верой, что в один день убьет их. Моральных уродов, которые с упоением убивали по несколько человек в месяц. В основном это были молодые девушки, иногда мужчины, которые не побоялись вступиться за будущих жертв. Лиана помнила, как это произошло впервые. Ей едва исполнилось десять, когда Эд и Рон разбудили её среди ночи и позвали, чтобы показать что-то на заднем дворе. Посаженная на цепь девушка была похожа на неё, только старше на несколько лет. Они издевались над ней — медленно, со знанием дела и радостью. Эд твердил, что Лиане повезло, что они нашли девчонку, иначе бы на её месте была она. Девочка умоляла отпустить, но их злобный гогот раздавался в эхом по периметру участка.       — Это всё из-за тебя, паскуда! Мама была бы жива! — возмутился Рон, схватив пленницу за волосы, но смотрел в глаза маленькой девочки, что дрожала от страха. — Ты — следующая.       Он начал сдирать с девушки одежду, а Лиана вырывалась из лап Эда, пытаясь хоть как-то помочь несчастной. Она звала отца, умоляла прийти и помочь. Для них был лишь один авторитет — Бенджамин. Но он был ещё тем ублюдком. Все её молитвы остались в ту ночь не услышаны.       — Заткнись! — ударив по лицу девушку, он повалил её на спину. Лиана хотела отвернутся, не видеть этого. Разве это должна видеть десятилетняя девочка, недавно потерявшая мать? Отец убил её на глазах у всей семьи. Мама несколько месяцев планировала их побег, им поможет оборотень, её пара… Он всё подготовил и всё, что им нужно было просто уехать из этого дома. Лиана жила мыслью о том, что они наконец с мамой станут счастливыми.       Однако Бенджамин обо всём узнал и убил жену. Он сделал это при всех, дал показательный урок для каждого, кто решил его предать. Спустя несколько дней после смерти мамы, Лиана через окно наблюдала, за тем, как к их дому подъехала машина. Двое мужчин долго кричали, требовали, чтобы им отдали тело и ребенка — её. События того вечера Лиана вспоминала с содроганием. Его отец и двое братьев истязали тело Вожака, затем убили, а второго помучили и отпустили, так как он не был Альфой и никакой угрозы им не нес. Лиана слышала хохот Эда, когда тот описывал реакцию отцу, на то что он выкинули безжизненное тело им под порог.       Позже она узнала, что это были Фоллы. Вожак их стаи умер, потому что приехал спасти Её. Мысль о том, что Макс возненавидит её, болью отдалась в груди. Она надеялась, что он поймет и простит. Да, он не сможет пойти против их природы, но разве… Разве это любовь? Это желание, безграничное помешательство. Лиана надеялась, что он полюбит. Простит её за ошибки её семьи или позволит любить себя. Она часто видела его образ во снах, говорила с ним обо всём на свете и так не любила утро. Ненавидела, когда ей приходилось прощаться с ним и с нетерпением ждала момента, когда вновь увидит его и окунется в теплые объятия любимого. ь       — Лиана, — мерзкий голос брата, заставил раскрыть глаза и вернутся в события сегодняшнего дня. Она видела, как Макс склонился над Эдом, собираясь нанести последнюю, смертельную атаку. — Лиана, помоги мне!       Тело Рона в неестественной позе валялось на траве, он умер в теле волка. Отвратительная туша была разодрана, куски мяса и кровь вызывали приступ тошноты. Голова волка была в нескольких метрах от тела. Макс выглядел не лучше, но он все ещё крепко держался на лапах и изводил Эда атаками. Вместо одного удара, он наносил несколько мелких, чем медленно забирал жизнь из волчьей шкуры.       — Лиана! — вой.       Её руки дрожали. Это Лиана поняла от звона связки ключей. Макс приказал ей не высовываться из машины. Возможно она так бы и поступила, если бы не увидела силуэт своего отца.       Бэнджамин стоял меж ёлок, внимательно наблюдая за боем. Он без особого интереса следил за тем, как его дети умирали, как Макс убивал их и ничего не делал. Он смотрел и ждал, когда его противник полностью будет обессилен.       Оторвавшись от мертвого тела, Макс перевел дыхание. Он ошибся. Это был самый сложный бой в его жизни. И дело было не в нём. Макс бился не за себя, он бился за девочку, что Природа создала для него, прекрасно понимая, что её ждет, если он проиграет. Его тело ныло, ломило и всё, что он сейчас хотел, проверить как себя чувствовала Лиана, а так же добраться до ближайшего отеля и принять душ. Сперва, конечно, необходимо избавиться от тел.       — Ты сильнее своего папаши.       Макс поморщился, он не почувствовал постороннего, когда увлекся. А ведь это могло стоить Лиане и ему жизни. Повернувшись, Фолл не смог выговорить ни слова. Это был Он. Дядя Джон про него рассказывал и показывал фотография. Из-за него, они спешно покинули Канаду. Убийца его Отца.       — Решил выкрасть мою дочь? — Бэнджамин направлялся к центру, где стоял Макс и валялись тела его сыновей.       — Лиана — моя пара, — твердо заявил Макс.       — Маленькая потаскуха, — процедил Бэнжамин, испод лба оглядев свою дочь. Точно такая же, как её мать, не договорил он. — Очень жаль, щенок. Девчонка принадлежит мне. Я не чувствую, что ты скрепил вашу связь.       — Не имеет значения, — рыкнул Макс, уже готовый напасть. — Лиана — моя пара и уедет со мной.       — Хотели сперва мою жену украсть, а теперь дочь?! — Бэнджи сделал шаг и перед Максом возник большой грязно-черный волк. Он был с Максом примерно одного размера, а в янтарных глазах безумие, от которого по жилам стыла кровь.       Макс ещё раз посмотрел в сторону машины. Мысль о том, что он уже не выживет возникла в голове. Он был ранен и слишком вымотан. Его Волк требовал отдыха, которого, к сожалению, ему не видать сейчас.       — Ты знал о том, что твоя мать должна была стать моей женой? — с усмешкой, уточнил Бэнджи, делая несколько шагов к слабо стоящему на лапах волку. — Пришел твой папаша и забрал её у меня.       — Они были парой, — спокойно ответил Макс, тяжело дыша.       — А потом моя жена… Сейчас Лиана. Фоллы забирают у меня всё, что я люблю.       — Любишь? — Макс оскалился. — Это по-твоему любовь?       — Каждый любит, как умеет, — процедил Бэнджи. С гортанным рыком, он бросился на Макса, повалив его на мокрую от крови землю. Липкие слюни слетали с его пасти, когда он рычал прямо в морду Волка.       Лиана смотрела за их боем, понимая, что ещё немного и Макс сдастся. Дрожащими пальцами, она зажала кнопку на брелке от машины и открыла дверь. Скинув своё длинное платье, она в беге воззвала к своей Волчицы. Бросившись на отца, она пыталась отвлечь его, прокусить хоть немного и дать Максу прийти в себя.       — Лиана, в машину! — зарычал Макс, но она не слушала его, стараясь атаковать отца.       Бэнджамин отшвырнул дочь, словно назойливую муху. Влетев на крыло машины, Лиана заскулила от боли во всём теле. Сколько бы она не тренировалась, она всегда будет слабой волчицей. Ей казалось, что каждая косточка в её теле переломана. Превращаться в человека было критически опасно.       Закрыв глаза, она почувствовала слёзы формирующиеся в глазах и то, как они терялись в мягкой шерсти её волчицы. Она не помогла, не спасла. Зато умирая, она счастлива. Больше никакой жестокости от братьев и отца, никаких слёз и страхов.       Волчий гортанный вой неприятно бил по ушам. Раскрыв глаза, Лиана видела спину своего Волка, который прикрывал её от атак Отца. Он старался уводить его подальше от слабого тела. И у Макса это получилось. Будто в нём открылось второе дыхание, которое помогало справиться с Бэнджамином.       — Твои силы на исходе, — напомнил Бэнджи, вновь оказавшись сверху. Когти впились в брюхо, полоснув. Лиана услышала вой и подняв голову, начала оглядываться. Она прекрасно понимала, как опасно было превращаться с переломанными конечностями, особенно ей, слабой омеге. Однако мысль, что она сможет помочь Максу билась в висках.       Превращение происходило медленно, её волчица будто бережно пыталась вернуть хозяйке её тело. Лиана лежала обнаженная на холодной траве и кое-как пыталась доползти до дерущихся Макса и Бэнджи. Ей осталось всего несколько метров, но её тело ослабевало с каждым движением. Сквозь слёзы и боль, Лиана ползла, сдирая и так поврежденную кожу маленькими камушками.       «Помоги мне, умоляю», — взмолилась Лиана, поднимаясь на своих дрожащих руках, чтобы сесть. Сквозь пелену слёз, Лиана видела, что Макс уже не двигался, пока её отец раз за разом наносил сильные удары по его обмякшему телу.       Лиана ухватилась за булыжник и занесла его за голову, после чего наносила удары по мохнатой голове отца. Она била до тех пор, пока по камню не начала течь алая кровь. Прежде чем рухнуть, Бэнджамин заскулил. Отбросив камень в сторону, Лиана начала вытирать слезы и сопли руками омытыми кровью. Всё её лицо было в багровых разводах.       Отшвырнув тело отца, Лиана смотрела на Макса. Он едва раскрыл глаза, пустым взглядом смотрел на свою смелую девочку. Сейчас перед ней лежал истерзанный человек. Когда их найдут, в новостях будут говорить о нападении волков на людей. Люди даже не обратят внимания на эту новость, а они унесут с собой события этого дня.       Упав ему на грудь, Лиана почувствовала, как Макс сплел их пальцы. Разве смерть в объятиях любимого — это плохо? В другом мире, они точно воссоединятся.