Человек мечты

Громкий крик пронзает затхлый и годами стоявший воздух катакомб, волнами расходится по покрытым мхом низким стенам длинных тоннелей и эхом отдает в каждой извилине подземелий. Вода каплями капает с бетонного потолка на такой же бетонный пол, краткие вспышки света озаряют капли и освещают их падение. Сейчас слышны только редкие всхлипы и удары хлыстом. Длинные, тяжелые цепи, которыми прикован к стене человек ржавыми кольцами вьются на полу. Голая спина полностью покрылась разрывами от тяжелых ударов и теперь больше похожа на изуродованный кусок мяса, остатки ткани окончательно приклеились кровью к коже, но даже сквозь ручьи свежей крови и пятна засохшей видны синие ссадины, сопровождающие каждую новую рану. Больше не слышно взмахов кожаного оружия, на смену им пришел только слабый плач. Слезы текут по щекам, смешиваются с уже давно высохшей кровью и падают, орошая мокрый от сукровицы и сточных вод холодный пол. Отдаляется и звук шагов сделанных кажется самым ужасным для него человеком. Второй день он не видел солнца и нормального сна. Второй день он висит прикованный к леденящей стене. Второй день его бьют так, что тянущая боль становится привычной и сердце уже не так стонет. Но он знает, что он вернется. Вернется и снова запустит дьявольский механизм по кругу. Каждый вздох отдает жгучими спазмами межреберных мышц и слоем грязи остается в легких. Голова всё ещё кружится — это остатки дважды введенного наркотического препарата за последние две сутки. Руками пошевелить не удается, грязные наручи, сковывающие запястья намертво закрепляют руки в одном положении. Единственное что он может это немного привстать с колен, чтобы дать рукам немного отдохнуть. Он прекрасно помнит вечер, когда они встретились. Эти улыбки, эти горящие как посреди ноябрьского темного леса костер глаза. Помнит как когда-то эти прекрасные руки, сейчас убивающие его, держали цветы у его порога. Помнит как эти уста, что сейчас проклинают его, когда-то признавались ему в любви и клятву о вечной преданности давали. Помнит всё, но что с того?.. Тоска по тем временам медленно, но верно сводит его с ума, заставляя бежать в то прекрасное забвение, в котором они с ним счастливо живут вдвоем. Где белый домик у побережья, где высокие кедры вздымаются над ним и рассекают тучи, что медленно бегут по синим небесам, где лазурные волны разбиваются о камни волнореза и маленькими капельками оседают на белый песок. Он знает, что никто его не спасет, но почему же эта глупая надежда белым туманом кружит вокруг травмированного сознания, знает, что их брак никакие боги спасти не смогут… Но почему же он всё ещё хочет оказаться в его руках, хочет отдать ему свое сердце, хочет умереть вместе с ним. Эта больная, неправильная любовь ярким пламенем его душу в огонь бросает, гореть и тлеть заставляет. Адская агония пожирает физическую оболочку и приносит ещё больше страданий ослабшему духу. Он оружие сложил, крест на мечтах своих поставил и кровью из вен собственных залил, чтобы преданность ему показать свою. А слабеющее сердце медленно бьется, и полуживые глаза устремляют взор свой туда, где небо быть должно. Но там только старый потрескавшийся потолок, с которого грязными ручьями вода бежит. Стук сердца шумом отдается в собственных ушах, но глаза так и не могут стереть образ Его, это, то с чем он ещё давно умереть возжелал. Судьба исполнила мечту своим самым изощренным способом.

Кристальную тишину самой далекой комнаты катакомб уже не сможет нарушить чей-либо крик.

Любовь, что лишь недавно окрыляла, Страданием в сердце отразилась. Но мое чувство не остыло, не пропало, А сквозь призму подлости и боли исказилось. Зато твои я помню обещания! Твой взгляд, сплетение душ и рук... Тем горше и больнее расставание, Тем чаще приступы моих сердечных мук...