Аркан

1997 год

      — Как тебе в новой должности? — Бальза раскачивал напиток от стенке к стенке, уже пресытившись кровью, и переходя на вино.       Их вечер проходил довольно лениво, разве что его разбавила охота на жертву для Бальзы, которого чуть мутило после перемещения в Берлин. Но ему всегда было дурно после портключа, все же между Москвой и Берлином было достаточное расстояние.       — Да примерно так же, как в прошлой, разве что люди сильнее стали шарахаться. — Люми закатила глаза на насмешливый взгляд Нахттотера. — Не смотри так на меня, я уже рассказывала тебе о своей дурной славе Линчевателя. Теперь люди шушукаются по углам, думая, сколько же шкур я сняла со своих противников, чтобы меня всего за два года повысили до должности помощника Департамента.       — Ты ожидала от овец чего-то другого? — киндрэт опасно оскалился, будто бы смеялся от собственной остроумной шутки.       — Очень смешно, Нахттотер, — она вновь произнесла его титул чуть томным голосом, растягивая первую “а” в звучное “о”, что безмерно раздражало рыцаря ночи. — Ты мне другое скажи, тебе заняться нечем, раз ты пришел выпить со мной? Не ты ли жаловался, что портключи вызывают у тебя мигрень, и мне не помешает перебраться к тебе в Столицу?       — Мне скучно, — честно признался киндрет, вновь лениво перекатывая вино.       — А как же грандиозные планы довести старушку Фелицию до нервного срыва? — Миклош моментально оживился, и его глаза лукаво заблестели. — Не смотри так, я понятия не имею, кто она такая, так что помочь ничем не могу.       — Я не про это. — отмахнулся от нее блондин. — Ты правда не думаешь перебраться в Столицу?       — И лишить себя удовольствия видеть твой зеленеющий лик после перемещения в Берлин? Нет, увольте. — она подняла руки вверх, чуть улыбнувшись.       Когда они с Миклошем встретились впервые, она и подумать не могла, что они когда-нибудь будут сидеть вот так и распивать вино. Но за эти два года изменилось многое, и в первую очередь в самой Иллюмиэль, что сейчас сидела напротив главы клана Золотых Ос и на полном серьезе наслаждалась компанией этого психопата.       Безусловно она стала сильнее, все свободное время посвятив тренировкам обеих граней своей силы, оттачивая заклинания настолько, что палочка была для нее не более чем аксессуаром для подтверждения личности. Она уже несколько раз уходила за Грань из-за чрезмерного усердства, но поняла что нужно сделать, чтобы отточить магию до ювелирной точности без применения связующего артефакта. Так что должность помощника, или заместителя, как кому больше нравилось, была ее по праву. В отличии от Деяны, которая уже давно мечтала передать свою должность другому, Люми постоянно ходила на рейды, и была в числе первых, кто преследовал культ Ланегре и безжалостно его уничтожал.       С Миклошем они неожиданно хорошо общались совершенно случайно: Люми просто было не с кем выпить, а киндрэт скучно. Хотя, ему редко вообще бывало весело, а компания презренных блаутзаугеров безмерно раздражала и без того вспыльчивого тхорнисха, но по крайне мере, эти встречи приносили долгожданную разгрузку им обоим. Где-то через полгода она рассказала о себе больше, показывая метку Смерти, а Миклош нехотя признался, что Нахттотер - это не прозвище, а должность главы клана Тхорнисх. Золотых Ос в простонародье. Бальза не стал относиться к людям лучше, ему просто нравилась компания Люми, как и сама девушка, что забирала его негативные эмоции, а так же приятно скрашивала вечера.       — Ну, если мой сиятельный Нахттотер расскажет мне о Высших все, я могу и передумать. — она специально подначивала его. Конечно же ей было интересно, но она более не поднимала тему о киндрэт, просто наслаждаясь обществом этого безумца, что в большинстве своем был куда адекватнее многих ее знакомых.       — Ха, — победно улыбнулся Бальза, смотря на нее прямо как удав на кролика, но девушка даже не обратила на это внимания. — Ты наверняка знаешь, что среди киндрэт есть клан Смерти?       — Я знаю только, что они существуют и чем-то похожи на меня, разве что метки нет. — Люми тряхнула левой рукой, где была расположена метка и новенький браслет, преподнесенный ей самим Миклошем в честь повышения.       — Что, если я познакомлю тебя с ними?