Кулаки в поцелуях

ㅤ ㅤОт Анастасии проходил холод и потели ладони, а от одного лишь взгляда тёмных глаз, тело окутывалось пеленой страха, коленки подрагивали и единственной мыслью, которая могла возникнуть в голове, стоя рядом с ней: «лучше держать рот на замке». Злорадная улыбка и пристальный взгляд ощущается мурашками у Купер под кожей, но она только сглатывает и замечает каждый чёртов раз, когда грань может перейти за рамки доступного, для уважающей себя леди, и превратится в очередную бойню. Никогда точно нельзя предугадать её ход мыслей, будто она сама себя не контролирует. Резкие удары ногой и острые костяшки пальцев по лицу, словно это вошло в привычку и считалось обыденностью. Навыки боевых искусств были настолько отточены и настолько идеальны, что Костья просто не могла сдвинуться с места от полного восторга точности ударов в более безопасные для жизни места и утончённой легкости руководства собственным телом. Петровой управляли только чувства самообороны, смешанные с густой пучиной злости, что читалась в её лице и в водовороте карих глаз, что обвивает горло, крепко сдавливая, из-за чего Настя прерывисто дышит и глотает желанный воздух. Иногда, хищно улыбаясь притягивающему адреналину, что ощущается очень тускло на фоне непотухающего желания бить, бить, бить, как костер, который мелкими брызгами бензина разжигают все больше и больше. В первый день Костья уворачиваться от поцелуев с её крепкими кулаками, об которых скорей хочется разломить себе череп, только бы не встречаться с безумным взглядом и убийственным оскалом, что в голове перематывается, как кинопленка, когда Купер затягивается сигаретой на улице, в попытках успокоиться. ㅤ ㅤ«Всему своё время» — сказала она, а Костья весело улыбаясь, согласилась по-настоящему ощутить всю её мужественную силу, и, наконец, сжать против неё свои кулаки. Может, когда-нибудь, в далёком будущем, когда они обе будут в длинных пышных платьях, с оголенными плечами, сладкой помадой на губах и уверенной походкой на высоких каблуках черных туфель, словно шлюхи и вместе с законным званием финалисток, стоять рядом и оглядываться на друг друга, взглядом договорившись о скорейшем финале, где они подерутся за звание лучшей леди и золотой брошки. Только они двое, больше никого, потому что Костья, оглядывая остальных девочек, что уже с трудом держаться на ногах от выпитого алкоголя, слабо верит, что они и вовсе попадут в школу, а про конкуренцию с ними просто хочется смеяться. ㅤ ㅤНастя поднимает ногу на уровне лица только что прибывшей девушки Тины и с легкостью, даже не напрягаясь, голенем бьёт её по носу. А Костье просто почему-то смешно, то ли от беспомощной Франк в слезах, то ли от ебанутой Петровой, что не прекращает удивлять и продолжает руководить всем сумасшествием. ㅤ ㅤКостья считает Настю больной на голову, но держится рядом с ней, не боясь оказаться в бессознательном состоянии, как та же Ася, например. Идиотка просто возомнила себя принцессой программы с короной на голове, которую со временем отобрала Настя, заслуженно надев на собственную. Она сильная, не то что Митронина, которую можно вырубить одним ударом. В ней спрятана женская утончённость, это заметно благодаря изящным скулам и аккуратным губам, не как у Гончаровой. На самом деле, какой бы она не была сукой, доброта и искренность всегда были частью её души, еще привитой с детства воспитательницей. Настя не Прокофьева с добрым личиком и подлыми намерениями. Она идеальна, но строит из себя невесть кого. Она просто устала быть жертвой в глазах других, вспоминая трудные моменты в приюте, что раскаленной печатью прижглись на груди. Настя Петрова прекрасна, словно свежий дикий цветок в проросших джунглях. Костью физически, духовно, ментально тянет к этому цветку магнитом, словно веревку привязали к талии и потянули к ней, а под большей дозой алкоголя в крови у двоих, так и вовсе забывается недавняя стычка и никто не держит обиды. Только Петрова держит пьяную Костью после бурного бала в маршрутке по дороге в больницу, а Купер держит себя от того, чтобы просто не завалиться всем весом на её жаркое тело в бархатном красно-золотом платье. ㅤ ㅤОт одной вечеринки к другой совсем немного, и Костья снова пьяна в хлам, что невозможно сосчитать по пальцам, сколько она выпила. Громкая музыка режет так уши, слов и смысла даже не слышно, только мелодия и бит собственного глупого сердца. По началу гости все из себя такие правильные и вежливые, но забывают, что пялится, удивленно подняв брови от пьяной походки Купер, совсем не вежливо. Так и не вежливо цепляться за каждую мимо проходящую юбку. Они уже столько неурядицы наслышались от некоторых девочек, от которых просто хочется закрыть ладонью лицо, лишь бы не видеть выходящие из ума поведение и не слышать неподобающие слова с настоящими русскими матами. А Купер всего лишь пытается держаться одной рукой за край стола, пока другой вливает в себя еще больше алкоголя. ㅤ ㅤВзгляд карих глаз встречается мгновенно. Это, словно Костью взяли и окунули с головой в ванную, полной холодной воды, держали до тех пор, пока воздух не закончится, до последнего момента не прожившей сполна жизни, а потом резко выдернули голову из воды, хватая за волосы и Костья жадно вдыхает первый глоток воздуха, которым напоследок обычно пытаются насытиться отчаявшиеся и потерявшиеся в собственных чувствах люди. Это больно глубоко погружаться в чужие глаза на далёком расстоянии, еще больнее чувствовать породившие внутри еле осязаемое тепло при большой физической близости. Но расстояние проросло холодом, они вроде бы стали близки, стоят друг напротив друга, но не подойти. Купер задыхается, решаясь на ватных ногах стать ближе, еще ближе и еще. Затем, руками берет ее за талию, обнимает, не в силах связать два слова, а потом опускает глаза, заливаясь краской. Настя на это только что-то возмущается и совсем нежно пускает оскорбления, но не отвергает, даже наоборот, сама держится еле на ногах и пытается ухватиться за лопатки Костьи. Они находят в этих объятиях подобие настоящей ласки, и так тепло-тепло, и мысли уносит куда-то вдаль. Да, нельзя поить такую мелкую алкоголичку. А кто запретит? Стальные пьяные удары? Шампанское на столе? ㅤ ㅤ— Дуреха… — слово Насти, сказанное с таким теплом, заставляет пообещать самой себе пятый раз за вечер, что больше «никогда-никогда в жизни!» не притрагиваться к алкоголю. А только вот так, невесомо, с долей смущения, к талии Петровой, положив подбородок на сильное плечо. ㅤ ㅤТело совсем не хочет слушаться, губы сами размыкаются возле уха Насти и хочется по-настоящему произнести до глубины сердца, до мозга костей, что-то романтичное, именно то, что слилось бы с легким ветерком, вызвало мурашки по коже, чтобы улыбка расцвела на её лице и то, что не испортило бы этот трогательный момент, но вырвалось только: ㅤ ㅤ— Я очень хочу пописать. ㅤ ㅤНастя только смеётся и отпускает Костью, сказав пойти в туалет и идет к Бэлле, которая что-то пытается ей сказать, а Костья успевает только поцеловать девушку в щечку и, чуть не споткнувшись, нужно было пойти искать туалет, до последнего не понимая, что она сделала или сказала не так. Ася продолжает кричать и просить помощи от девочек разобрать с парнями, что пристают и пошло трогают во всех местах. Костья идёт к ней, сжимает чужие плечи и ведёт её в укромное место возле дерева, через пьяный омут и расплывшиеся изображение, пытается разобрать её неразборчивые вопли. А в голове только возникают мысли: «Почему я должна выслушивать эту хуйню? Почему Петруха меня оставила одну?» ㅤ ㅤСледующие испытание испытывает Купер на прочность, проверяет на осознание совершенных поступков в прошлом, выворачивает наизнанку все внутренние органы и грехи среди холодных бетонных стен, ржавых труб и решеток на окнах, что намеренно запрещают вдохнуть свежий воздух улицы, а только крысиные помои, которые приносят всем на обед и ужин. Это тюрьма, и Костью окончательно тошнит, мерзкий комок поступает к горлу, даже невозможно глотнуть, когда её заставляют надеть темно-синюю тюремную униформу. От это противно и так досадно от того, к чему привело её все это. Список всех жизненных ошибок зачитывают вслух, громко и без нежностей, при всех, где ты ошибка общества и там, где все взгляды обращены только к тебе. Костья терпеть не может, говоря, что не собирается это выслушивать, но вот Настя слушает, стоит посередине, со всех сил сдерживает слезы. Купер проникается ей, её частицы души настолько хрупки, одним касанием они могу с треском разбиться на маленькие осколки и Настю доводят к этому, испытывают её, доводят до такого обречённого состояния. Слёзы льются по щекам, она кричит о том, что не может не бить, не умеет иначе, физическая сила это все, что у неё есть. Ей действительно жаль за все поступки и каждый удар, нанесенный каждому человеку. Настю добивает Жукова, и Купер готова ударить её за все дерьмо, исходящие из неё в адрес Петровой. Не успевает Костья подумать только об этом, как Вероника уже оказывается побита, но она продолжает выливать весь свой яд, мстительно тыкать пальцем на беззащитную Настю, которую удерживают от последующих ударов. Из глаз льются предательские слёзы, с губ срывается крик и разлетается по всему помещению, за пределы тюремного забора на улице. В груди словно застрял какой-то камень, который мешает дыханию, из-за чего она постоянно задыхается и с трудом кричит: «Я для тебя собака какая-то?!». А нет, это мёртвые бабочки не сумели вырваться из её рёбер, остались в теле, даже без похорон зарывшись глубоко по самую душу. ㅤ ㅤНастю забирают, скорей уносят на руках на бетонный балкон, вид которого открывается на холодные серые стены соседнего здания и высокий забор из проволоки, где рядом никого нет, а на улице холодно и одиноко. Все, как для настоящей брошенной собаки. Костья внезапно выходит из строя, бежит к ней. Глубоко внутри, под сплетением ребер, которые разрушающе давят на отчаянно бьющееся сердце, там, в самом укромном уголке её внутреннего мира, Костья желает закрыть ту раскрытую рану, что истекает кровью. Купер мало читает книг, чтобы говорить красивые и нужные слова, не знает о любви, чтобы взять нежно её голову, прислонить к собственному плечу и гладить по спине, не умеет влиять и успокаивать людей, потому что просто не понимает их, но Костья правда хочет помочь и пытается отдать ей все, что только имеет. И этот вызов она бросает самой себе, и если честно, только сейчас поняла, что не боится никакого огня, Костья хватает за дрожащие плечи Насти в свои ладони, сдавливает пальцы и кричит прямо в лицо: ㅤ ㅤ— Посмотри на меня, посмотри на меня! ㅤ ㅤ— Она нихуя не боится меня, вот в чём её проблема! — задыхается прохрипшим голосом Настя, сквозь слезы смотрит на Купер и мечтает сейчас же обратиться в ветер и биться об окна, как волны бьются о скалы. ㅤ ㅤКостья практически слышала сразу два сердцебиения: первое, принадлежащее человеку спереди, было отвратительно неровным и в страхе пропускало сильные удары, а второе, хозяином которого была она сама, ритмично отбивало такт об ребра и было отчётливо ощутимо и слышно. ㅤ ㅤКупер со всеми своими чувствами, на которые только способна берёт потные ладошки Насти и сжимает их, смотрит в прекрасный хрусталь глаз и, наконец, говорит то заветное, что вырывается из груди. ㅤ ㅤ— Пожалуйста, не дай им и этой суке сломать тебя, — обнимает и даёт понимать, что Настя в полной безопасности в её объятиях, в месте, где никогда не осудят и скроют все гнилые краски этой гребанной жизни, в которой повязли обе. — Прошу тебя, надеюсь, твое сердце выдержит. ㅤ ㅤПоследние слёзы трогают румяные щёчки и медленно катятся к губам цвета спелой вишни. Глаза полны грусти, волны которых бьются об берега, а рубцы все никак не заживают, даже спустя столько времени. Сколько она терпела? Для Костьи Настя самый сильный человек и соперник на проекте, да чего уж там, в жизни, но физическая сила не говорит о наличии душевной, что давно потрескалась и загнила в ненависти в нестабильной, морально выбивающей обстановке в прошлом. Купер считает Настю самым слабым человеком на проекте, но тем не менее, Костья готова защищать её, пусть и неспособна на это, разделять убийственные чувства на двоих, как бы тяжело это не было. ㅤ ㅤС того момента, как тот ужас прекратился, руки Насти сами тянулись сжать татуированные пальцы Костьи, которые все еще пахнут сигаретным дымом и привыкшие сжимать только бычки между пальцев или горлышко дешевых алкогольных напитков, но никак не грубые мозолистые пальцы, что казались самыми нежными в мире. Это ведь нормально держаться за руки во время изгнаний, в моменты, когда объясняют испытания, в минуты с психологом? Никто ничего не говорил и не возражал (посмели бы), не обращали даже внимания, будто это никого не заботит и считается вполне нормальным сжимать руки своих друзей. ㅤ ㅤОни просто подруги. Подруги, которые так лживо постоянно произносят это вслух, словно пытаясь убедить в этом самих себя. Подруги, что ведут себя как две влюблённые девушки, постоянно касаясь и изучая друг друга там, где не было прикосновений кого-либо ещё. Подруги, которые любят друг друга слишком отчаянно и сильно, боясь признаться самим себе. ㅤ ㅤКогда-то Купер думала, что любовь — это куча сердечек в переписке, а сейчас понимает, что любовь — это куча разбитых сердец об стены, что нашли друг друга. Настя чаще стала улыбаться и шутки больше не казались токсичными. Она отдавала себя полностью любому испытанию и искренне желала изменить собственное «я» и переосмыслить свое присутствие на проекте. Со всеми добрыми намерениями, она и других направляла на правильный путь, а если кто-то возражал, то переставляла саморучно без рукоприкладства. Костья сходит с ума от настоящей Насти и ей совсем не верится, когда она отодвигает алкоголь в сторону и останавливает Бэллу от такой ошибки. И с влюбленностью смотрит на Настю, говоря Лауре, что Петрова правда заслуживает белую ленту лучшей ученицы, но почему-то отдают её Костье и Настя искренне радуется. А пальцы Купер тогда дрожали, и, кажется, нет ничего очевиднее, чем взволнованный, бегающий по лицу подруги взгляд и милая улыбка в ответ. Скрепя сердцем, она продолжает молчать, ведь стоит ей лишь приоткрыть рот, как слова тут же выльются наружу, и тогда Настя точно узнает о тайной любви к ней. ㅤ ㅤВечеринка в честь Хэллоуина радует всех девочек, но только не Купер, которая, на удивление, будучи пьяной, хорошо помнила последствия подобных мероприятий. Это как тест для каждой из участниц на выдержку и самообладание во время встречей с алкоголем. К сожалению, ничему хорошему это не приводило и каждый последний раз, как первый. И прожитые недели совсем не научили Костью сказать «нет», ну или хотя бы «not» на английском, вспоминая прошлую вечеринку, посвященную приходу иностранных СМИ. А после и неизвестно какого бокала вина, у Купер так и вовсе развязался язык, пусть и не на английском, но хоть как бы. Даже осуждённые лица гостей не мешали насладиться каплями долгожданной свободы после стольких испытаний и стресса. Так рассуждали практически все и оказались взяты врасплох преподавателями вместе с бокалами алкоголя и безумно пьяной обстановкой. Если бы Костья хотела бы, обязательно вспомнила, что происходило тогда, но стоит хоть глазком заглянуть в приоткрытую дверцу воспоминаний о вчерашнем дне, как лицо охватывает краска и стыд перед всеми за вчерашнее. Но мягкая кожа и нежные взгляды, все эти красивые насмешки и красивые бёдра, не дают Купер спокойной отойти от злостного Хэллоуина. Все покрыто туманом, а в тумане отчетливо видно лесную темноту, освещенную где-то несчастным фонарем за кустами и теплые руки на талии Костьи, что поддерживали все это время, не давая упасть в грязь лицом и дали вернуться, после неожиданного похода в туалет, которым оказались кусты. Если страшным считался вчерашний вечер, то утро было еще намного хуже, не от головной боли и большой жажды выпить чего-нибудь холодного, хоть как-то освежившись, а от того, что рядом с ней на кровати лежал предмет её тайного воздыхания, который заставляет дернуться всем телом от подкравшегося страха и удариться об стену рядом. Настя лежала на животе с оголенным верхом, к счастью, в черном лифчике и все еще не очнулась от фантастической ночи. Купер сама была в одежде и это приносило радости больше, чем белая лента на собственной груди, ведь это значит, что она никаких глупостей не натворила, о которых могла в скором времени пожалеть. Костья вздохнула полной грудью, оглянулась на спящих девочек из группы Марии Третьяковой и поняла, что вокруг спокойно, без лишних криков и надоедливой музыки. Кровать притягивала к себе снова вернуться если не в сон, то хотя бы в легкую дремоту, дожидаясь, когда кто-нибудь проснётся, но больше привлекало расслабленное и безобидное состояние Насти. Она выглядела настолько хрупкой, что у Костьи появились невольные желания, которым она с трудом поддалась и прикоснулась к её черным, как смола волосам, еле дотрагиваясь провела ладонью по голове, немного наклонившись, поцеловала подрагивающие во сне длинные ресницы и ощутила прилив нежности и детской веры в то, что под поцелованными веками кроются целые галактики, а в сжатом кулаке надежда двигаться дальше. Это подобно красоте в серебряной поющей реке. Словно красота в том, как солнце восходит на небо за окном. Но никто и ничто не сравнится с красотой, которую Купер помнит в глазах своей настоящей любви. Она смотрит на неё, оперевшись рукой и хочет больше всего трогать её по всем частям тела, откинуть сонливость рукой и сравнивать с морями и космосом своё тайное обожание. Как же она боится, что кто-нибудь увидит влюбленную холодную Купер. С яркими серыми глазами с переливом трепетного зеленого, блестящей улыбкой во все зубы с искренним смехом на какую-то глупую шутку Насти. Этот страх так заманивает в свои цепкие лапы и может привести в свою охапку, где она будет кричать всему миру о своей безумной любви. Из омута мыслей выводит хихиканье Насти в подушку и дрожь её тела под рукой. ㅤ ㅤ— Это ты так извиниться пытаешься? — спрашивает она, ярко улыбаясь, как солнце среди пасмурных туч, совсем немножко подсматривая и совсем немножко отдавая тепло через лучи. ㅤ ㅤ— За что? — после короткой паузы Костья одергивает руку от плеча Насти и прикрывает ею лицо, в попытках скрыть свое нелепое смущение. — Нет, стой, ничего не говори! Знаю, я облажалась, прости. ㅤ ㅤ— Ты кричала перед преподавателями, что хочешь поссать, — совсем шепотом, охрипшим, после сна голосом, с долей злорадства, сказала Настя. ㅤ ㅤ— Стой! ㅤ ㅤ— Ты завалилась в кустах. ㅤ ㅤ— Прекрати! ㅤ ㅤ— Когда я тебя несла на кровать, то ты умоляла остаться с тобой и не могла отцепиться от меня… ㅤ ㅤ— Ты доигралась, Петруха! ㅤ ㅤКостья берет под руками первую попавшуюся вещь, а именно подушку и, навалившись сверху на обнаженную спину подруги, начинает сдавливать лицо Насти, перекрывая кислород, но все равно слышит её заливистый смех, что льётся из самого сердца; смех, который Купер не слышала от неё раньше, заставляющий поверить в то, что в жизни есть смысл. Настя через мокрые ресницы пытается вдохнуть хоть немного, пытаясь отбиться, а потом ловит её руку и внезапно кусает за запястье. Костья стонет от боли и сжимает влажный след от укуса, откинувшись на кровать и понемножку отходя от боли в животе, причиной которого стала игриво улыбающаяся Петрова. Она приближается совсем близко с растрепанными волосами и со следом подушки на щеке, красная, как сочная вишня и, похоже, действительно счастливая, потянулась с улыбкой на лице, целовать место укуса. ㅤ ㅤ— Это было за то, что пинаешься во сне. ㅤ ㅤ— Блять, дайте поспать уже! — кричит девочка из соседней кровати и Костье, наконец, совсем не до чужого комфорта. ㅤ ㅤСледующая неделя посвящена женственности и изяществу, что так не свойственно каждой из девушек на проекте. Становится даже смешно от мысли о красивой уверенной походке, великолепной грации и невинной приторной слабости, спрятанной в частичке души и тела каждой из участниц, ведь Купер тяжело представить, какого это быть женщиной, когда она сама себя называет мужским именем и только недавно начала к себе обращаться в женском роде, вместе привычного мужского, к которому так тянуло вместе с собственными мужскими повадками и чертами лица с татуировками, напоминающее больше стиль известных рэперов. Как бы не тянуло стать одним из члена общества противоположного пола, Костья сторонилась романтических и сексуальных отношений с парнями. Психолог только широко раскрыла глаза в удивлении на ответ про отсутствие когда-либо половых контактов в двадцать два года, а Купер просто пожала плечами и объясняла свое отвращение к сексу из-за собственных комплексов, низкой самооценки и навязанных слов в приюте по поводу сексуального насилия, которые долбили с каждым днем в голову и вызывали приступы рвоты на слияние двух тел. Это очень сильно повлияло на Костью, поэтому сейчас она нервно перебирает пальцы за спиной и заливается краской при виде своего партнера по танцам, который должен помочь ей раскрыться и поддаться в его руках, словно лепестки подснежников ранней весной. Костья правда старалась расслабиться и плыть по такту музыки, ощутить каждой клеткой, пропустить сквозь себя текст самой песни и каждый ритм, поплыть водопадом, вытянув шею и спину в руках партнера, танцуя эту проклятую бачату, но слышала от окружающих только жалкое: «зато она правда старается». Это все даже было не настолько важно, как очарованные глаза Насти, что стояла возле стенки, прикусывала ноготь на пальце руки и перешептывалась с Карэном, её партнёром, о том, как она гордится Костьей. Карэн на это просто махнул головой и Костья почувствовала впервые себя важнее каких-либо мужчин, действительно важным человеком для Насти и от этого губы сами расплылись в улыбке, несмотря на то, что она в танцах, как кусок крепкого такого бревна, пусть и немного стыдно за это перед всеми, но зато она ухватила с восторгом Петровой кусочек рая или же целый океан сумбурных ярких чувств. Но потом улыбка исчезает с лица, когда её партнёр дает предпочтение Тине и хватаясь своими ладонями за её хрупкую талию, повторяет вместе с ней те же движение, что и с Настей, только более чувственно и эмоционально, будто Франк вот-вот готова потечь перед ним. Бесит и жутко выводят из себя оба, выглядит, как настоящая измена и предательство, а слова Карэна о том, что Тина, говоря прямо, лучше Насти, просто выводит из колеи. Костья за этим наблюдает, сжимает губы, решает подойти поближе к подруге, пока другие собрались возле наставников, обговаривая некоторые детали по поводу движений, ласково и совсем по-доброму кладёт ладонь Насти на плечо, шепчет тихо, не перекрикивая музыку, что въелась уже где-то на третьем повторе, пытаясь сказать шепотом и с малой долей шутки: «я заберу тебя у этого мудака». Костья хочет сгореть на месте со стыда, перемотать время назад и остаться стоять на своем месте, втыкая в пол, не замечая сейчас косые взгляды девочек вокруг и их партнёров, потому что, блять, это прозвучало не так, как хотелось бы. А Настя просто мило краснеет, поправляет прядь волос за ушко, закусив нижнюю губу, пытается не рассмеяться на весь зал. У Купер колотиться сердце, и она готова, наверное, влиться в трепетный поцелуй с ней, потому что её алые кончики ушей и щеки так гармонично смотрятся с новым костюмом, или закричать во все горло, смеясь, что это просто дружеская шутка. Что именно сейчас она готова выбрать в эту секунду — неизвестно. Внезапно, Настя решает все за двоих и мороз по коже продирает от головы до пят, становится снаружи так холодно-холодно, но внутри тепло разливается медленно и сладко, как мёд, когда Настя сплетает их пальцы рук, затем подходит к наставникам поближе. ㅤ ㅤ— Почему Тина может перебирать партнёрами, а мы нет? Несправедливо это все! — сказала Петрова в своей истинной манере речи, вызывая у окружающих улыбку, у некоторых даже одобрение и аплодисменты вместе со смехом. — Серьёзно, я буду с Костьей. ㅤ ㅤНастя еще сильнее сжала ладонь подруги и приложила к собственной груди так, чтобы Костья могла почувствовать клетками кожи её сильное сердцебиение. В этот момент Купер больше ни о чем не жалела, камень с души упал и не было так тяжело, как пару секунд назад, когда она в жутком ожидании реакции на необдуманный поступок, затаила дыхание. Анастасия, наконец, прекратила смущаться и начала искренне улыбаться, и словно весь мир останавливался, а сквозь тучи, большими и широкими лучами пробиралось солнце. Никто против не был, только посмеялись, восприняв признание Купер, если его так можно назвать, за очередную шутку и пожали плечами, видимо, в знак согласия. ㅤ ㅤРуки Насти на плечах Костьи грубые, но тёплые, манящие. Они крутятся в танце, прикосновения чувствуются в каждом возможном месте по-особенному, Костья готова прямо на этом паркете расплавиться, но чертовы каблуки, на которых не так легко удержать равновесие, не дают полностью забыться. Купер вот-вот готова была упасть при повороте корпуса в сторону, но Настя её удержала, положив ладони на плечи и, немного присев на выдвинутое колено, закидывая голову назад, а её спина вместе с этим изящно выгнулась дугой. Костья держала свою руку между её лопаток, смотря на длинную шею и поняла, что потерялась от такой тактильной близости, от запаха парфюма, что сводит с ума, а доверие, возникшее между ними, хочется, ощутив этот вкус на кончике языка, назвать любовью. Настя вернула голову в изначальное положение и стала еще ближе не только ментально, но и физически, улыбнувшись уголками губ, Костья поняла, что оказалась в море чувств, где слишком приятно утопать целиком, без единого атома кислорода. В карих глазах читалась слабость, такая не свойственная Насте, пусть и излучала через клетки кожи в мир свою уверенность проницательным взглядом и гордо поднятой головой. Но слова Карэна поддели это самое самодовольство и немного разрушили уверенность в собственные силы, но Костья правда хотела показать всем её великолепие через движения бачаты, проявить её художественность на фоне своего же неуклюжества, пусть девушка и правда старалась. Музыка прекратилась, девочки смеялись и громко хлопали, а Купер с открытым ртом неуверенно пошатнулась и отошла, еле передвигаясь на каблуках, вытирая потные ладошки об юбку. Но только находясь возле камер, комментируя момент, Костья, не осмелившись произнести это на танцах, высказалась за кулисами. ㅤ ㅤ«Пусть Карэн выкусит, это он не умеет танцевать. Типа у Насти ахуенно все получилось. Лучше, чем у Тины. Я считаю, лучше бы меня вместо него поставили. Ну, типа, проблема в нем, если он не увидел её красоту и страсть.» ㅤ ㅤНастя в чёрном смокинге, белой рубашке, с аккуратной бабочкой на шее и на ногах блестящие туфли с высоким каблуком. Черный кричал: «я не та девушка, которую тебе следует любить». Но по ее губам можно было прочитать: «иди ко мне, я стану тебе домом». Она приводила Костью в ужас, но в то же время, пробуждала в ней жизнь. Петрова сидит в своем прекрасном наряде и, в какой бы красивой одежде она не была, её улыбка всегда украшала лучше всяких бриллиантов, даже в сонном и помятом состоянии, с испорченным макияжем, уставшей, но улыбающейся. Но причин улыбаться она не находила и продолжала сидеть в кресле, жевала внутреннюю сторону щеки, а во рту мерзкий, грязный, отвратительный вкус, как ярость, которую она смогла проглотить вовремя и держала теперь все эмоции при себе, пока другие веселились на вечеринке у принца. Костья все прекрасно замечала, болтая с парнями, тайно поглядывая на брошенную всеми Настю. Было видно, что мысли её где-то так далеки, что она не обращала внимание на серьезный взгляд зеленых глаз, или не хотела лишний раз расстроиться, агрессивно отказываясь смотреть на пьяную Костью с бокалом шампанского, который она допивает и сразу же берет с подноса официанта новый полный бокал. В воздухе летала безобидная дружеская атмосфера, алкоголь поглощал разум девушек, и они все сильнее становились раскрепощенней. Костья не понимает, что делает, танцует глупый танец с парнем, имени которого не помнит, подкалывает девочек и смеётся от души. Казалось бы, ей хорошо, каблуки больше не жмут, вид в глазах расплывается, как на некачественных фотографиях с эффектом, что подбавляет яркости, но ходить становится тяжело, будто камни привязали к ногам, дышать трудней, сердце судорожно бьётся об ребра в гневе. Становится не так хорошо, как выглядит со стороны, злость поглощает так, что хочется бить стеклянные бокалы об плитку и кричать имя Насти, чтобы затем подойти, сказать о том, как она её бесит. Петрова прямо прошептала в ухо Костьи, что ей на неё похуй и больше за её необдуманные выходки она не будет нести ответственности. Пытаться удержать, взять в охапку, объяснить последствия, сказать и крепко-крепко обнять, как Настя не хочет, чтобы любимая всем сердцем подруга покидала проект, плакала на выгоне и извинялась уже в который раз за свою легкомысленность. Настя не хочет больше удерживать её, если Костья сама отвергает и не хочет больше поддержки, крепкой стены рядом от всего плохого. Костья ненавидит контроль и, будто на зло, выпивает залпом. Напивается до безумного состояния на каждой вечеринке, постоянно несет хуйню, жалеет о своем слабом влюбленном сердце и сильной печени. Настя бы выпила и не волновалась так сильно за соперницу, но воспоминания прошлой вечеринки врезаются в голову, где Купер хлещет дорогое вино из самого горла, вылавливает подушечкой пальца последние капли со стеклянного ободка стакана Насти и нагло вылизывает её рот, выцеловывая остатки алкоголя. Пьяный мозг Костьи стёр все эти воспоминая, удалил из корзины на рабочем столе, без шанса восстановить обратно. Настя все время молчит, смотрит на Карэна, который под музыку вливается в ритмичном танце с Тиной, слышит специально громкие слова Ксюши о том, что Настя наконец-то сломлена и брошена, как ненужная пластиковая кукла или искусственная роза, выращенная под заботливыми руками в тепличных условиях. Она слышит, смотрит и принимает все через себя, но яро отводит взгляд, пытается глазами ухватиться хоть за что-то, то на трещину на плитке, то на полный бокал, лишь бы не смотреть на бачату Купер. У неё выходит гораздо лучше, чем в прошлый раз. Некоторые говорят, что под спиртным тело само расслабленно двигается в такт. Некоторые, что Костья упала в любовные феромоны от приятного запаха мужских духов. А Настя грустно улыбается уголками губ, вспоминает, как на паркете перед камерами, вечером в доме, в гримерочной, в любом возможном месте, они вместе танцевали до истощения ушей от надоедливой песни и уставших ног. Петрова учила её быть нежной, плавиться под ласки мозолистых рук, плавно выгибать спину и самое главное — смотреть в глаза, без единого права отвести взгляд. Костья за весь вечер ни разу не подошла к подруге и больше не смотрела в её сторону, запихнула глупую любовь в самые глубокие частицы своего организма, улыбаясь посторонним, чужим, но не Насте, которая распадалась перед глазами, словно высотка при землетрясении. ㅤ ㅤОни не помирились в течении следующей недели и последующей. Костья говорит на камеру, при всех девочках, что лучше бы проект покинула Настя, «а еще лучше и мое сердце» — сглотнула действительно важные для обоих слова, пытаясь не смотреть в родные глаза напротив, что наполнены липким ужасным чувством разочарования. Эта девушка с татуировками по всему телу, короткой стрижкой, пропитанным запахом Насти, так красиво рассказывала о своих искренних и невинных чувствах в адрес подруги, приукрашивая её серые будни своей яркой палитрой насыщенных цветов радуги. Эта сладкая и ядрёно-алая ложь, которая вырывалась из уст Костьи ежедневно, а Настя, как последняя идиотка, впитывала всё сказанное, принимая за чистую правду, потому что любила и дорожила слишком сильно. Она полностью пропиталась тупой Купер, словами и чувствами, в которые верила и верит до сих пор где-то в глубине своей отчаявшейся души. Нужно было с самого начала придерживаться правила одиночки и остановить свою влюблённость вовремя. Настя сидит и сдирает несчастные заусенцы с пальцев, пытается не смотреть на то, как девочки из комнаты Марии Буше переносят все свои вещи в комнату Марии Третьяковой. Радуются, топчутся на истерзанной Насте, что смаргивает не первые слезы за сегодняшний день. Говорят, что она больше не сможет контролировать их, заставлять жить по прописанным ею же правилам круглосуточно. А на камеру, приподняв бровки домиком, оправдываются, бояться словить удар её сильной ноги по лицу и то, как чувствуют себя некомфортно рядом с ней, живут в страхе, словно с монстром, что живет под кроватью. Костья все слышит и ощущает совсем противоположные чувства рядом с Настей, но до последнего молчит, не смеет комментировать происходящее, просто помогает девочкам складывать вещи по полкам в своей комнате. ㅤ ㅤКсюша и Вероника не доигрались, они душевно нуждались доломить, выпить все силы из Насти, насладиться её болью и паданием. В гримерочной Вероника специально подходит недозволенно близко, кричит, разрывая собственные связки, заглядывает на дно в хрусталь глаз Насти и больше не боится, потому что видит, как все там сломлено, растопчено грязной подошвой обуви, и наслаждается этим. По утрам Насте всё больше начинает казаться, что она не сможет вынести ещё один день. Держать всю боль в себе становиться слишком сложно, слушать унижения в свой адрес, вместо слов любви и поддержки, вытирать тыльной стороной ладони мокрые дорожки, в этот же момент пытаясь перекрыть весь кислород, вместо того, чтобы дышать полной грудью и смеяться. Не хотела она возвращаться в приют снова, но пошла добровольно, заполнив анкету на шоу. Ей кажется, что вот-вот тонкие кости рассыплются осколками по углам гримерочной, руки пекут огнем и создают гематомы с каплями крови на лице у Жуковой. Бить, бить, бить так, чтобы болело тело у двоих, вылить свою душевную боль через физическую другому человеку, как она делала это всегда и будет делать, если этот ад будет продолжаться. Девочки сдерживают её руки и берут за талию, но Настя не может остановиться наносить все новые удары. Эта боль так долго копилась маленькими каплями в ней, разъедала частички души и осталась фиолетовыми и синими оттенками на лице у Вероники. Легче не стало, только от осознания последствий стало еще только хуже. Настя бежит из комнаты, из самого здания, слышит за спиной крики о том, какое она чудовище и они, наконец, оказались полностью правы. Ей давно надо было покинуть проект еще на первой неделе, когда она сравнила всех девочек с грязью, унижала и возвышала себя за их счёт. Настя больше не держит обиды на Костью, а даже относится с пониманием и осознает, что лучше бы Купер ушла от неё раньше или вовсе, их пути не пересекались. Ей нужна была поддержка не меньше других, но она одна, и, может быть, в этом её сила. Петрова приносит всем лишь боль и, впервые ощущает это неизведанное чувство, что медленно раз за разом отламывает по кусочку сердца темноволосой девушки, что бежит подальше от камер и от себя на улицу неизвестно куда. С невыносимой болью пытается остановить бесконечные слёзы вечно холодными трясущимися пальцами, запутываясь ими в волосах, развивающихся от сильного ветра. На проекте больше не будет Насти Петровой и участницы больше не будут дрожать в страхе рядом с ней, не будут терпеть эти унижения, а только с улыбкой проводят её до машины домой, как и должно было случиться еще давно. ㅤ ㅤСегодняшнее призрачно-туманное утро вторглось Купер в голову и останется там надолго. Печальная и холодная улыбка, кажется Настя носит её всегда, от этого хочется повернуть время вспять, вместо шампанского держать её руку, целовать кулаки и гладить кончики пальцев. Внезапно овладевает внезапная тоска, жалость, смешанная с каплями приторного гнева на девочек, что позволили себе слишком многое, нападали змеиным стадом, топтали и вкатали в землю, сломили ту непоколебимую стену, что всегда ограждала Костью. Стена развалилась, и они всем стадом с фальшивыми слезами на глазах, говорили Купер заткнуться, когда у самой эмоции вырывались наружу. Руки непроизвольно чесались ударить эту суку в другой глаз, закончить композицию и дать Жуковой еще одну награду за прекрасный спектакль. ㅤ ㅤОни поссорились и на следующий день она уедет. Костья чувствовала только горечь от этой детской влюблённости, которая кислым ядом разливалась по венам и приторно-сладко уничтожала нервы. ㅤ ㅤ— Настю, блять, выгонят и я больше не увижу её, суки, — кричит Купер, больше не стоит в стороне и не выслушивает сзади себя очередные оскорбления в сторону Насти. Она горит огнем и внутри борются слишком разные чувства защищать и убежать в сторону Петровой, кричать ей в затылок так громко, чтобы она поняла, как Костья ошибалась. ㅤ ㅤ— Ты шлюха, Костья. То на нашей стороне, а затем говоришь, что за Петруху. Определись уже, а! — Наташа готова срывать голос, лишь бы доказать настолько она права и тыкнуть пальцем в очевидные, по её мнению, вещи, будто знает и видит всех насквозь. ㅤ ㅤ— Я уже давно поняла, с кем должна находиться сейчас… ㅤ ㅤ— Оставьте её в покое, она просто влюбилась, — сказала на последок Анжелика и пошла с девочками в уборную зализывать раны Веронике. А Костья стоит одна и чувствует уколы сотен мурашек по своей коже. Лика вырывает часть сердца Купер из груди, ломит ребра и протягивает ей же самой, показывая все чувства к Насте, как на листе бумаге. Костья трещит по швам от сломанных петель, прячущих раны в глубине души. Все стало очевидным и ясным. ㅤ ㅤЭта их последняя ночь на двоих. Костья на голых носочках по холодному паркету тихо подкрадывается к соседней комнате, пытаясь не разбудить девочек, сжимая свою подушку в левой руке. Открывает двери темной комнаты, где Настя в одиночестве сжимает кусочек одеяла, с закрытыми глазами медленно и расслабленно дышит. Костья подходит близко, садиться на краю кровати и не знает, что должна делать дальше и стоит ли вообще находиться здесь. Люди начинают ценить по-настоящему, лишь когда окончательно потеряют. Но этот режущий по сердцу факт всегда делает только больнее, порой добивая окончательно, когда находишься на грани. Костья не хочет терять Настю, и в надежде, что она проснётся и примет её в свои объятия, нежно гладит её по волосам, что разбросались на подушке. Это эгоистично так бросать человека, а потом будить и приходить вновь. Но Настя все готова простить, почему-то после всего, что произошло, она до сих пор не может найти внутри себя силы возненавидеть Костью. Даже после разбитого сердца и страданий. Даже сейчас, лёжа в постели, прижавшись своим сердцем к сердцу Купер, крепко-крепко обнимая, она задается вопросом, где же они обе облажались и почему мир обратно свёл их вместе, еще с большей умопомрачительной любовью к друг другу, существовал ли хоть какой-нибудь возможный способ, чтобы все обернулось иначе. Настя все еще не может найти в себе силы ненавидеть Костью, не тогда, когда так чертовски сильно её любит и готова прощать все на свете, лишь бы она всегда так прижималась своим холодным телом к ней. Губы Насти мягкие, словно цветочные лепестки, а на вкус они были подобны меду и нектару. Тепло струилось по горлу Костьи, сквозь кости и кровь. Она чувствовала её руку на изгибе талии, и бедра были мягкие, как сливки, на которых устроилась Купер. Гладкая кожа хранит в себе множество прозрачных ран, сверху прикрытыми татуировками. Эти линии вырисовывают незамысловатые невидимые узоры, а в черных татуировках вложен весь смысл Насти. Купер выцеловывает каждую, в особенности в зоне шеи, задерживает дыхание, боясь спугнуть. Настя нежно за затылок тянет голову Костьи к своему лицу, потом со стремительно нарастающей страстью, заставившей ее прижаться к ней, как к своему единственному спасению. Они обнимаются в тесной кровати, в одинокой комнате, где больше никого не осталось, только остатки пролитых слёз Насти на подушке. Холодное одеяло окутывает их тела, что нашли тепло в друг друге. Каждый день Луна пытается догнать Солнце и каждую ночь она плачет, роняя горькие слезы меж ключиц. Плачет бесконечно, и до последнего не верит, что после всего этого кошмара пришло солнце с холодными ногами и говорит, целуя костяшки сжатой руки в кулак, что безгранично и бесповоротно любит её. Они обнимаются до поздней ночи, из-под открытого окна слышно шум ветра, и Настя с Костьей впервые находят в ночи успокоение. ㅤ ㅤ— Я буду с тобой, пока ты не скажешь мне уйти. ㅤ ㅤ— Обещаешь? ㅤ ㅤ— Обещаю. ㅤ ㅤНастя Петрова была плохой новостью. Её кожа была искусством, покрытая порезами и татуировками. Она была всем, от чего Костьи говорили держаться подальше. И все же, она нашла себя лежащей в её объятиях. Настя была бессердечной, холодной, эгоистичной. Это то, что они все сказали. Но то, что видела Купер, так это потерянную девочку, в поисках любви, в поисках тепла. Каждое её движение толкало на уровень безумия, и все же, Костья влюбилась в неё очень сильно и, кажется, навсегда.