Клуб любителей гриффиндорок

—Это глупо! — злая, растрепанная девушка смотрела на него своими большими карими глазами. Пряди выбивались из прически, дыхание было слишком частым, а руки так и хотели влепить глупому парнишке звонкую пощечину, — все только начало налаживаться, они почти приняли то, что ты не такой плохой как все думают, Рон даже перестал считать подозрительным каждое твое действие, а вы взяли и устроили драку, — с каждым словом голос становился все тише, а последнее и вовсе было произнесено с неким отчаянием. —Мне похер, что говорят или думают твои недоумки, ты не слышала о чем говорил Уизел, пусть скажет спасибо, что я не применил магию, — Драко не говорил, он рычал, его голос был тихим, что не исключало злость и строгость произнесенного, — даже Поттер не смог бы ему помочь, — закончил предложение Малфой. Платиновая прядь выбилась и свисала ровно по середине его аристократического лба. Это делало его вид еще более жестким. Они смотрели друг на друга и можно с уверенность сказать, если бы кто-то решил встать между ними, то просто взорвался бы от напряжения их глаз. Складывалось ощущение, будто они не моргали. Оба не хотели отступать, уступать. Они такие: она гриффиндорка, а он слизеринец, она лучшая подруга Гарри Поттера, а он его заклятый враг. Гермиона тихо выдохнула и подняла руку, нежно убрав эту выбившуюся прядь с его лба, и вот он снова стал идеальным, как всегда. Идеально ровная спина, четкие и строгие черты лица, ровный взгляд, и черт подери его кисти, она так любила, когда он проводил своими руками по её спине, бедрам, путешествовал ими по всему ее телу, чем сводил ее с ума. Не отнимая свою ладонь от лица парня, она провела ею по его щеке. Он сдался и словно котенок прикрыл глаза и прильнул к ней. Протянув свои руки, парень обнял ее за талию и прижал к своей груди. —Давай не будем ругаться, пожалуйста, — она подняла глаза и увидела его взгляд, иногда складывалось впечатление, что вместо глаз там сталь, но не когда он смотрел на нее. Сейчас там была нежность и любовь, а самое прекрасное, что это только для нее, — что произошло, расскажи и не злись, я слышала их версию, а теперь хочу твою. Почему вы с Ноттом подрались с Гарри и … Роном, — перед последним именем она сделала паузу, зная как на Малфоя влияет, хоть какое-то упоминание о её рыжем друге. Взяв девушку за руку, парень повел ее дальше по коридору, которые во время обеда были почти пустыми, но он не хотел, чтобы какой-нибудь олух услышал их. Повернув несколько раз они остановились прямо перед дверью какого-то кабинета. Зайдя туда Гермиона оглядела маленькую комнатушку, она была очень маленькой, со слабым освещением, стены выкрашены в бледный, будто выцветший синий цвет, в углу стояли большие напольные часы рушившие давящую тишину громким тиканьем. Здесь бы не поместилось даже человек двадцать, ей стало понятно, почему раньше она здесь никогда не была. Тем временем Драко довел ее до старой пыльной парты, облокотился на нее и притянул девушку к себе. Грейнджер уперлась ладошками в грудь Малфоя, она ощущала сквозь плотную ткань школьной рубашки его каменные мышцы. —Этот ублюдок хотел пригласить тебя вечером посидеть у озера, — гаркнул юноша, он направил хмурый взгляд на удивленную девушку, — блять, я сорвался. Этот рыжий заебал приставать к тебе, смотреть на тебя и трогать. Ему, сука, можно тебя трогать при всех. Гермиона чувствовала волны злости, которые исходили от него, они прошибали ее и обволакивали. —Я думаю тебе просто показалось, в тебе говорит ревность, уверена, что имелось что-то другое, — сразу сделала вывод и поставила диагноз, его девочка. Парень усмехнулся, но это была не ее любимая усмешка, — и не говори трогать, ты же знаешь, что это позволено только тебе, а с ними мы знакомы с одиннадцати лет и объятья, это просто дружеский, даже семейный жест. —Гермиона, мне не показалось! Этот урод хочет тебе вставить, когда ты примешь, что каждый ублюдок в этой гребанной школе думает только о сексе, и сука ты точно входишь в их список желаний, — в глазах Малфоя ясно читалось присутствие зеленоглазой ведьмы по имени ревность. —Вздор! Мы с Роном просто друзья и ты знаешь, что почти все как ты выразился «ублюдки в этой гребанной школе» думают не обо мне. Но теперь я поняла, что забыл в этой драке Нотт. Оказывается Тео такой же ревнивец как и ты. —Ха, ты ошибаешься. Не думал, что буду говорить это тебе, но да. Это ты думаешь, что вы друзья, а он думает, что ты решила его так проверить и испытать. Блять, — он не мог сдерживаться вспоминая о рыжем. В слизеринце сразу же просыпалось желание пойти и прибить к херам дружка Золотого мальчика. —Драко, — нежно шепотом позвала парня Гермиона. Одним словом она могла успокоить его, одним движением. Грейнджер знала, последнее, что может сделать Драко— это нарочно расстроить ее. Она чувствовала заботу почти во всем, что касалось их отношений. Прошло четыре месяца с начала их тайной связи. За это время парень старался не нарываться на драки или ссоры, старался не хамить гриффиндорцам, и реже сталкивался лбами с Гарри и Роном, — я поговорю с ним, объясню, что ему не на что надеяться. —Обещаешь? — так по-детски спросил слизеринец, она могла поспорить на что угодно, уверенная в эксклюзивности этой эмоции. —Да, обещаю, — выдохнула Грейнджер и приподнявшись трепетно коснулась холодных губ. Ее руки прошлись вдоль груди слизеринца и обвили его шею. Драко еще крепче прижал девушку к себе. Она коснулась его волос, слегка сжала и потянула, знала, это было его триггером. Драко зарычал, но наконец не от злости или ревности, это было чистое возбуждение. Кровь закипала, поцелуй становился жестче, они просто кусали губы друг друга. Такие поцелуи были одновременно борьбой и заключением пакта. Он потерпит еще немного, зная что она его. Руки Драко больше не ограничивались лишь талией, они блуждали, по бёдрам, спине, груди, они были везде. Их прошиб такой импульс желания, что они больше не могли сдерживать себя. Даже самые маленькие стычки всегда заканчивались жарким сексом. В долю секунды он поменял их местами. Гермиона оказалась сидящей на парте с широко раздвинутыми ногами, а Драко так привычно устроился между них. —Драко, — тихо и возбужденно тянет она, кусая губами край его подбородка, — дверь, — всхлипывая, произносит Грейнджер и снова вторгается своим языком в его рот. Он стонет, его сводит с ума ее голос, всхлипы, особенно, когда она так возбуждена и только он может довести девушку до такого состояния. Только он, она только его. Ревность уступает место разгоревшейся в их сердцах страсти, и им плевать на все вокруг. Его бесили ее юбки, которые так плохо скрывали ее охуительные со всех сторон ноги. Он не хотел, чтобы кто-нибудь кроме него видел их, скользил по ним своим взглядом и мечтал раздвинуть их так, как это сейчас делает он. Но сейчас он рад, что выбор девушки пал именно на этот предмет гардероба. —У меня через семь минут дополнительно занятие, — стонала она. —Блять, я успею, ты же не оставишь меня сейчас, — сказал парень смотря ей в глаза. Гермиона поняла, что это был не вопрос, когда он полностью расстегнул ее рубашку и до груди задрал юбку. Ее руки же уже расстегивали его ремень, который точно не предназначался для того, чтобы валятся на пыльном полу класса из-за своей цены, как и брюки, который преграждали девушке путь. Драко прильнул к ее шее, двигаясь в направлении ключицы, там останутся следы, пару укусов точно. Расстегнув лифчик он спустил его ниже. Лаская один сосок своими руками, он всосал второй делая его влажным. Гермиона стонала прикрыв рот рукой, скорее всего на ее тыльной стороне останется глубокий след от зубов. Приспустив влажные трусики, Малфой устроился и аккуратно вошел в нее. Слизеринец начал неспешно двигаться в ней, постепенно ускоряя темп, лаская ее грудь и не оставляя не единого шанса успеть на занятие. Она стонала, запрокинув голову и закрывая глаза, он тянул ее за волосы. Драко резко поменял градус и вошел еще глубже. Лоб парня покрылся испариной, и маленькая капля стекала по его виску. Гермиона не смогла удержаться и лизнула ее своим горячим языком. Драко резко зарычал и застонал, она уже не могла различать звуки. Парень резко остановился и вышел из нее, лишь для того, чтобы развернуть её и положить голым животом на грязную пыльную парту. Парень накрутил ее волосы на кулак и потянул на себя, чем заставил ее прогнуться в спине и выпятить свою аппетитную попку. Драко медленно и нежно ее погладил, а потом в комнате раздался резкий шлепок. Пока девушка не успела прийти в себя он вновь вошел в нее. Гермиона чувствовала, что уже на грани. —Как хорошо— пробормотала гриффиндорка. Малфой резко поднял ее и прижал спиной к себе, удерживая за шею он всосал мочку ее уха. —Запомни эти ощущения, никто кроме меня не смеет видеть тебя в таком состоянии и даже мечтать о таком, ты только моя. Моя грязная, мокрая и развратная девочка. Только для меня ты течешь. Поняла? –это было грубо, но она понимала, что в нем говорит страсть, ревность и его особенная любовь, он не мог сказать ей эти слова в другой момент, но сейчас она ясно поняла, что полностью и безоговорочно принадлежит этому грубияну со сталью в глазах. —Твоя, только твоя, — она отвечала на его толчки. Они оба понимали, что доходят до пика. Гермиона сжала края парты так, что побелели костяшки. Он почувствовал пульсирующие мышцы, которые сжимались вокруг его члена. Сделав последние толчки, он кончил. Закрыв глаза, оба пытались отдышаться. Он нежно пригладил ее непослушные волосы и прижал к себе в нежном поцелуе, который отличался от предыдущих. Он был похож на обыденный, которым влюбленные обмениваются при встрече, такой не долгий, но очень приятный. —Помнится, кто-то опаздывал на занятие, — ухмыльнулся Драко, ее любимой ухмылкой. И тут до нее дошло. Она резко соскочила с парты, но ее ноги подкосились, и она чуть не упала. Руки парня нежно подхватили её. Он достал свою палочку и прошептав несколько слов, очистил их тела и одежду. Гермиона натянула на себя форму, так быстро как могла, потому что тело еще находилось в приятной неге после разрядки. Девушка на прощанье, чмокнув Малфоя в губы, выбежала. Он улыбался, осторожно натянув одежду и выждав несколько минут вышел из старого кабинета, который слишком много сегодня видел. Позже вечером. Гостиная Слизерина. —Короче, она сказала, что разберется с этим ушлепком, и доведет до его пустого ума, что он слишком уебок. —Малфой… ты просто пылаешь любовью к ее дружкам, — задыхаясь от смеха сказал Теодор Нотт, собственной персоной. —Кто бы говорил, — усмехнулся Драко, — до меня дошли слухи, что мисс Мур тоже не сильно радовалась узнав, что ее любимый начистил морду этим двоим, — подняв бровь высказался парень, тем самым стирая улыбку с лица одноклассника. Зная характер гриффиндорки Нотта, она устроила ему взбучку похлеще Гермионы. —Драко, — тихо сказал Нотт, он редко называл друга по имени, чем сейчас даже немного удивил собеседника, — мы влипли. Мне иногда кажется, что я готов встать на эшафот ради нее, — Нотт произнес шепотом, будто не говоря об этом с кем-то, а признаваясь в этом себе. —Я понимаю, но в твоем случае легче. Твои родители не будут против нее, она чистокровная волшебница, с очень не простым характером, — грустно сказал Малфой, все эти месяцы он специально не задумывался об этом, не хотел расстраивать ни себя, ни ее, но оба понимали, что все сложно. Ей сложно рассказать друзьям, а ему родителям, мнение большинства однокурсников для парня уже давно не имеет значение. —Ты думаешь, мои родители поймут, когда я им скажу, что мне не нужна покладистая выбранная ими жена, а нужна дочь их, мягко говоря, не самых близких друзей, которые поддерживают маглов и даже живут иногда в их мире. А ее родители, они не примут бывшего почти пожирателя и сына предателей, хоть и переступивших в последний момент на их сторону, —в этой гостиной не так часто можно было услышать такие разговоры, два парня сидели и тихо смотрели на камин, как в нем догорали дрова, каждый думал о своем. О своей гриффиндорке. Завтра как и всегда они будут целый день следить за ними, ревновать, а потом искусывать их губы в пустых кабинетах или нишах, скрываясь от чужих глаз. —Тео, а как ты себя контролируешь, ведь на нее постоянно смотрят, давай честно. Грейнджер, все-таки придерживается образа заучки, тогда как Анна, — он сделал паузу обдумывая дальнейшие слова, — на нее же постоянно пялятся, даже я в прошлом году пытался к ней подкатить, но ты быстро остудил запал, — заключил Драко, вспоминая время, когда понял, что друг не просто так забыл о всех юбках школы и то и дело бросал взгляд на соседний стол в Большом зале, а на общих вечеринках вел себя до отвращения прилично. Усмехаясь, Драко вспомнил, как увидел огромный синяк под глазом у Нотта как-то вечером, а на завтраке перед ним промелькнуло разбитое лицо какого-то когтевранца, поговаривали, что он приглашал гриффиндору погулять в Хогсмид. —Не знаю, со временем, — он прервался, и, подняв глаза на парня, продолжил, — просто подумал, что ей сложнее, чем мне. Я знаю, что я у нее первый и единственный, она же знает обо всех моих похождениях, которые я, к сожалению, никогда не скрывал. Я уважаю ее и доверяю. Зайдя в комнату, Драко Малфой понял, что испытания, которые пришли в его жизнь вместе с Гермионой Джин Грейнджер он готов выстоять и принять. Парень готов бороться за нее, уважать и доверять. Но, сука, если он еще раз услышит от Уизли, что-нибудь в сторону его девочки, рыжему несдобровать.