Оставь надежду, всяк сюда входящий

Мне весело казалось заблуждаться, Вкушая сладость тайную грехов, И от соблазнов мира отказаться Я не умел. Вот мой удел каков. Данте Алигьери. Божественная комедия.

Басы становятся всё громче и громче, ударяют с такой силой по вискам, что хочется просто бежать со всех ног из этого земного ада, на неопределенное время ставшее моим наказанием. Клин клином, как говорится, вышибает, и видимо, это вправду действенно. Запах крепкого алкоголя, кажется, впитался уже в каждую клеточку кожи. Стойкий сладостный аромат от кальянов также впитывается в волосы, непрерывно витает в воздухе, а на жалобу улучшить вентиляцию для очистки воздуха никто, само собой, не реагирует. Конечно, сослать меня сюда из-за одной грубой оплошности — вполне логичная мера пресечения, но, черт возьми, когда эта пытка закончится? Все эти размалеванные фифы с накаченными губами и грудью вечно ноют у барной стойки, как им тяжело жить с очередным богатеньким папенькой. Эти же папики жалуются, что не осталось в мире нормальных девушек с естественной красотой, но сами же выбирают силиконовых кукол. Вдобавок к ним присоединяются и те самые неудачники, которых отвергают те самые куклы, которые ноют, что им нужны настоящие чувства. Шепфа, иди сам разбирайся с этими людишками! — Это ни в какие ворота, Уокер! — грозный голос Геральда сопровождается лишь моим затуманенным взглядом и пьяной икотой. — Да вы только посмотрите на неё, ей вообще плевать! — Фенцио не сводит с меня своих серых глаз, которые, я уверена, если бы могли, точно сожгли меня прямо посреди кабинета. — И это дочь верховного Серафима? Уму непостижимо, — демон устало трёт переносицу, пока я стараюсь держать свою задницу строго на стуле, а спину ровно, ведь в моем состоянии гравитация напрочь отказывается работать. Из всего последующего монолога в мой адрес от преподавателей поочередно я лишь уяснила, что завтра меня ждёт какое-то невероятное наказание. Что же, так и оказалось — наказание и вправду невероятное. Вселенских масштабов катастрофа, я бы даже сказала. — Эшли! — пара щелчков пальцев перед моим лицом возвращают меня в жестокую реальность. — Ты мартини наливаешь? Мое псевдоимя уже начало неимоверно раздражать. Зачем вообще это было нужно, если в этом городе меня в любом случае никто не знает? Наливаю алкоголь девушке у бара, намеревающейся подцепить богатенького мужика. Классика. После третьего бокала принимаюсь выслушивать очередной «хитрый» план по заманиванию мужского внимания. Открытый разрез вульгарного платья, который едва прикрывает грудь четвёртого размера действительно привлекает взоры похотливых самцов, что вызывает улыбку и довольные комментарии этой особы на этот счёт. — Крошка, да ладно тебе, выпьем по бокальчику и спать, — лукавый взгляд Мими заставляет меня в очередной раз закатить глаза от её настойчивости. — Пить посреди недели? — Я всё равно уже с парнями договорилась. — Это не самый весомый аргумент. — Скоро Люци вернётся, нам нужно оторваться напоследок. Ну, Вики! — в меня прилетает подушка. — Только без приключений, ясно? — выбираюсь из-под одеяла под задорный визг демоницы. — Разумеется! — Виски, — басистый мужской голос снова возвращает меня из воспоминаний рокового вечера. Мужчина, что ожидает заказ, выглядит именно так, как и должен из себя представлять очередной папик. Дорогой костюм, идеальная причёска, горящий превосходством взгляд и лукавая улыбка. Хочется закатить глаза, но ведь я на испытательном сроке. Беспрекословно наливаю выбранный напиток и принимаю деньги в оплату. Лучше бы готовилась к ненавистным мне лекциям Фенцио, чем наблюдать, как обколотые ботоксом девушки буквально вешаются на шею мужикам в костюмах от известных мировых брендов. И благо мне дают несколько минут перерыва, за которые можно выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Поток осеннего ветра бьет по щекам, охлаждая их после долгого пребывания в душном помещении. И на мое же счастье, мне хотя бы дали работу в более приличном клубе, чем в каком-нибудь притоне в подворотне. На крыльце толпа народу, выстроившаяся в очередь из желающих попасть в элитное заведение, а мне так хочется вернуться домой. После выпитого порошка, чтобы стереть память ещё четыре месяца назад, Небеса стали моим домом. На Землю больше не тянуло, а оказавшись здесь, мне уже осточертело всё это людское окружение. И нет, я не считаю их каким-то низшим звеном во Вселенной, но и жить среди них кажется мне чудным, неправильным. Внезапно с дуновением ветра меня окатывает крепкая, мощная энергия бессмертного. Мими? Нет, её энергию я узнаю сразу же. Удается уловить сладкие, даже слишком сладкие ноты в таком мгновенно дурманящим разум запахе, и мозгом определяется точно — нарцисс. Взволновавшись не на шутку, спешу вернуться внутрь и разузнать, кого это притащило на Землю, а по спине уже катятся горячие капельки испарины. Вновь оглушающая музыка трогает перепонки, а я ищу глазами неожиданно прибывшего гостя. Встав за своё рабочее место, пытаюсь оглядеть каждого, что практически невозможно в огромной толпе, но я не сдаюсь: полагаюсь на свои бессмертные навыки, которые, видимо, сошли с ума, потому что теперь ощущения сходят на нет. — Девушка, ром, будьте добры. Недовольно смотрю на того, кто так бессовестно отвлек меня от довольно важного занятия. Но мне требуется натянуть улыбку, быть вежливой, поэтому, кивнув, принимаю заказ. Плеснув в низкий бокал спиртного, протягиваю мужчине. Первое, что я замечаю — его неестественного алого цвета глаза. Этот факт заставляет меня напрячься, но голос разума предупреждает, что люди пристрастны к экспериментам со внешностью, и это могут быть всего лишь цветные контактные линзы. Скольжу взором по его лицу: остро выражены скулы, на пухлых губах застыла капля рома, густые черные брови чуть сведены к переносице, а челюсть покрыта небрежной щетиной, добавляющей серьёзности. — Неплохое людское пойло. Комментарий неизвестного заставляет удивлённо приоткрыть рот. Людского? Что он имеет ввиду? Обычно так говорят… нет, если бы он и был бессмертным, то я бы точно почувствовала его энергию. До него рукой подать, а уж за полгода определять кто есть кто, я научилась. — Не предпочитаю ром, но говорят, что «Баккарди де Маестро» хороший выбор, — улыбаюсь, а мужчина с интересом рассматривает мое лицо. — Что ещё можешь посоветовать? — взгляд падает к бейджу на груди. — Эшли? — «Macallan» хорошо берут, говорят, виски приятен послевкусием, — демонстрирую ему бутылку. — Ещё есть коньяк, водка, большой выбор ликёров, джин, любые коктейли. Что предпочитаете? — Давай виски. У него очень красивая улыбка. Наливаю виски в чистый бокал, протягиваю мужчине, без стеснения рассматриваю его, что, конечно же, не скрывается от его необычных глаз. Он с улыбкой протягивает мне купюры и делает глоток, пробуя на вкус алкоголь. — И вправду приятен. Давай бутылку, — удивлённо выгибаю брови, ведь в одного выпить целую бутылку, это значит уж точно накидаться до беспамятства. — Мими, мы договаривались по бокалу, — после первой выпитой бутылки глифта на четверых, в глазах слегка плывет, а я возмущённо смотрю на друзей. — Вики, хорошо же сидим, — улыбается Ади, приобняв меня за плечи. — Не спорю, но завтра первая лекция у Фенцио! Если вас он просто отчитает, то мне же снова прилетит по полной, — закатываю глаза, а со стороны демона слышится смешок. — Мы тебя прикроем, — хитрый прищур рыжеволосого касается моего профиля. — Скажем, насильно накачали глифтом! — Эшли? — Хочешь выпить всю бутылку один? — приподнимаю уголки губ, а брюнет ухмыляется. — Как-нибудь осилю. Такой самоуверенности можно только усмехнуться. Даю ему целую бутылку «Macallan ‘а» и принимаюсь обслуживать рядом с ним подошедших клиентов. На протяжении следующего часа мы активно общаемся, но ничего связанного с Небесами или ещё чем либо подозрительным не звучит, успокаивая меня окончательно. Мужчина рассказыает, что отец хочет его женить на дочери своего хорошего друга, а он всеми силами противится этому. Но, как из всего этого понимаю я, его отец очень крутая шишка, поэтому противостоять ему — невозможно. Да и та девушка его безумно любит, значит, всё не так уж плохо. — Стерпится — слюбится, — улыбаюсь, а он закатывает глаза. — Слишком уж долго нам предстоит быть вместе, чтобы дошло до «слюбится», — показывает кавычки на последнем слове, усмехаясь. — Да и это совсем не для меня. Такой, как я, не умеет любить. — Такой как ты? — уточняю, нахмурившись. — Это какой же? — Любовь, нежность… жалкая пародия привязанности, — раздраженно кривит лицо. — Отец всегда учил — привязываться нельзя никогда ни к кому. Но, видимо, стареет, раз решил связать меня узами брака. — Говоришь странные вещи, — наливаю себе бокал воды и делаю глоток. — Любовь делает человека сильней, а привязанность… если она взаимна, то это больше плюс, чем минус, — моя фраза заставляет собеседника рассмеяться. — Примитивное мышление, — одариваю его недовольным взглядом. — Привязанность делает человека слабым. А любовь… да я даже знать не хочу, что это такое, — опрокидывает в себя четвертый бокал виски. — В таком случае, каждый останется при своём мнении, — пожимаю плечами и оборачиваюсь к подошедшему коллеге. Смена окончена. Можно ехать в отель. — Хорошего вечера… — слегка щурю глаза, глядя на мужчину. — Ты не сказал своё имя? — Люк, — улыбается. — Приятно было поболтать, Люк.

***

— Если я пару раз её трахнул, это не обязывает меня на ней жениться, отец! — Этот союз принесёт только пользу, Люцифер, — грозный голос Сатаны ничем не уступает возмущению сына. — И это не обсуждается, свободен.

***

Утро начинается с криков за стеной — соседи ругаются из-за какой-то ерунды. Просто прекрасное начало дня, восхитительно! Причитая себе под нос, наливаю двойной кофе. Вдруг раздаётся стук в двери, пугая меня, ведь я никого не жду. Нахмурившись, поправляю халат и иду открывать незваному гостю. Лицо само собой вытягивается от удивления, как только я вижу на пороге гостиничного номера курьера с огромным букетом из белых и розовых пионов в руках. Отправитель, как выясняется, потребовал остаться инкогнито, а, применив внушение, узнаю, что заказ был сделан онлайн, поэтому я в любом случае остаюсь в неведении. Глазами нахожу среди бутонов маленькую открытку, потому спешу захлопнуть входную дверь.

За приятную беседу и хороший виски.

Улыбка сама напрашивается на лицо, а щеки румянцем заливаются, приятно же. Не помню, часто ли дарили мне цветы при жизни, но за полгода на Небесах точно этого не было. Но как Люк узнал, где я живу? Если он сегодня снова появится в баре, то я обязана всё узнать. На протяжении всего дня улыбка не сходит с моего лица. То и дело бросаю взгляд на цветы, пока пью кофе, завтракаю, когда выхожу из душа и начинаю собираться на работу. Впервые за всё время на Земле у меня появилось желание идти в чёртов клуб, и, выходит, мне для такого задорного настроения хватает красивого букета? Но дело же не в цветах… Надеваю белоснежное поло с идеально приглаженным воротом и расклешенной красной юбкой — всё по требованиям работодателя. Лёгкий макияж и вишневого цвета губная помада украшает мою довольную улыбку. О, Шепфа, я перестану сегодня улыбаться?

***

— Крошка, нужно решить одну проблему, — блеск в глазах демоницы заставляет занервничать. — Вся школа спит, что ты решать собралась? Даже Ади с Сэми уже ушли! — возмущаюсь, а она рукой отмахивается от моих слов, как от назойливой мухи. — Ты не понимаешь, на днях вернётся Люцифер, и я уже не смогу вот так выпивать с тобой. Моя любовь будет не очень доволен, если я подобное буду вытворять, — театрально прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу и откидывается спиной на подушки. — А что ты собралась вытворять? — Хочу пойти и разобраться с Ости, чтобы она больше не смела лезть к моему дьяволу! — голос её твёрд и уверен, а я глубоко вздыхаю и на свою пьяную голову соглашаюсь. Глупый смех прерывает тишину в школьном коридоре, пока мы на цыпочках идём к комнате Ости, к которой Мими безумно ревнует Люцифера. А я за полгода в этой школе ни разу его даже не видела. Только лишь по рассказам подруги знаю, что он просто ого-го. — Так, стой здесь, а я проберусь в комнату. Если кто-то пойдёт, дай знак, — шепчет Мими и, не дожидаясь ответа, скрывается за дверьми. Устало переминаюсь с ноги на ногу, надеясь, что эта выходка останется незамеченной. Фенцио и без того на меня зуб точит, хотелось бы ещё знать почему, но если этот черт с белыми крыльями меня здесь увидит в таком состоянии, точно придушит собственноручно. До меня доносятся вопли пьяной Мими, грохот и возмущённые крики Ости. Открываю двери и вижу, как они друг друга лупят крыльями. — Перестаньте! — пытаюсь их разнять, но прилетевшая пощёчина от руки Ости становится щелчком по включению безумной Вики. — Ах ты сука! Бросаюсь на демоницу, крича ей различные проклятия и стараясь не задевать Мими, но теперь уже она пытается нас разнять. Благо, что соседки Ости в комнате нет, иначе тут было бы побоище куда серьезнее. — Да вы обе совсем больные! — Ости отпихивает меня крыльями. — Это ты до сих пор не уяснила, что не имеешь права подходить к Люциферу! — злобно кричит Мими, кидая в демоницу статуэткой в виде демона с её прикроватной тумбочки. — С каких это пор ты стала его секьюрити, дура?! — вопит та и сразу же получает ответную от меня пощечину. — Что здесь происходит?! — голос Геральда заставляет нас вмиг отпрянуть друг от друга. — Все быстро в мой кабинет! Живо! Суббота. Уже через каких-то пару часов в клубе будет не протолкнуться. Пока мне ещё можно расслабиться, поразмыслить над тем, как мне вести себя, если Люк всё же появится. Что ему сказать? — Да ты просто его не видела, — мечтательным голосом молвит Мими, проснувшись. — Да какая разница? Из-за вашей драки за Люцифера меня ждёт наказание от Кроули! — рассерженно смотрю на подругу, кусая кончик языка. — А если меня исключат? — Не исключат уж точно. Нас с Ости тоже накажут, — пожимает плечами. — Только вас наказывать будут родители, а меня школьный директор! — У него фантазии не хватит придумать что-то невообразимое, — фыркает она и прикрывает очередной зевок. — И чем этот твой Люцифер так хорош? Раз даже до этого всё дело докатилось, — закатываю глаза, продолжая собираться на аудиенцию к Кроули. — Увидишь — поймёшь. — Сегодня снова твоя смена? — знакомый голос вырывает меня из воспоминаний. Кажется у меня розовеют щеки, когда я поднимаю глаза к виновнику моего утреннего настроения. Приходится прикусить губу, чтобы совсем не разойтись в улыбке, но, думается мне, все и так предельно ясно. А подтверждает это довольная ухмылка гостя. — Я здесь каждый день, — робко смотрю на него исподлобья. — Спасибо за цветы. — Нальешь того же виски? — шире улыбается, наблюдая за моим лицом. — Как ты узнал, где я живу? — решаюсь спросить, протянув наполненный бокал. — Везде нужно иметь связи, Кариньо*. Спустя некоторое время мужчина уходит в сторону вип-зоны, но перед этим надолго задерживает многозначительный взор на мне. Не знаю, как вообще всё это общение расценивать, ведь он вот-вот вступит в брак, пусть и без желания. Стараюсь отпустить такие размышления, чтобы не прийти к тому, что у меня явно проблемы с нравственными качествами. — Виктория, так как вы Непризнанная, то за ваше наказание ответственен лично я, — директор меряет шагами свой кабинет вдоль письменного стола. — В состоянии алкогольного опьянения устроить драку с сокурсницами — это вопиющее неуважение! — Этого больше не повторится, — молящими глазами на него смотрю, ещё надеясь на снисхождение. — Чтобы вернуть прежнее доверие, я назначаю вам наказание: на протяжении неопределенного срока вы, мисс Уокер, будете работать в ночном клубе на Земле. Прожив среди, как я вижу, полюбившегося вам алкоголя и похожих выходок как драки и скандалы, вы увидите, как это выглядит со стороны и примите к сведению, что подобное поведение не подобающе. Мое сердце перестаёт биться. Кислорода больше в этом помещении точно не хватает. Я понятия не имею, каково это — «жить на Земле», а теперь это делают моим наказанием. Отвратительно, просто невероятно! — Эшли, твоя смена закончилась. Ты можешь быть свободна, — легкий хлопок по плечу от Майка, моего коллеги, и я снова фокусирую своё внимание на реальности. Омерзительной и осточертевшей реальности. Стремительно покидаю рабочее место, но по пути к выходу меня останавливает мужской силуэт, преграждающий дальнейший путь. — Люк? — Не хочешь выпить? — улыбка украшает его пухлые губы, а я, конечно, соглашаюсь. В любом случае, напоить меня он не сможет, ведь земной алкоголь не действует на меня так, как на людей. И после выпитого, замечаю, что и на него не действует как должно. Может, это действительно в прошлый раз от него веяло дьявольской энергией? Ангел из него точно никудышный, но и на Непризнанного он далеко не похож. Только сейчас ведь я не чувствую ровным счетом ничего. Но если я спрошу «а не демон ли ты часом?», не думаю, что это вызовет адекватную реакцию, да и он примет меня за идиотку. — Ты решил напиться до беспамятства? — Завтра возвращаюсь домой. Хочется насладиться этим спокойным вечером, — улыбается, повернувшись ко мне вполоборота. — Да и компания у меня очень приятная.

***

Спустя полчаса я оказываюсь плотно прижата к горячему мужскому телу, а спина ударяется о захлопнутую дверь. Люк сжимает пальцами ягодицы, бедра, позволяя держаться за его шею и обвивать ногами спину, и в такой позе, кроме одежды, ничего не мешает чувствовать промежностью его возбуждение. Губами он оставляет влажные следы на шее, на плечах, когда резво срывает одежду через верх, усадив меня на комод у входа, предварительно сбросив все с него предметы на пол. Возвращает пылкие поцелуи, даже кусает за язык, но это не приносит боли, а раззадоривает, заставляет распаляться ещё сильнее. Мне хочется порвать его рубашку, потому что в спешке едва ли получается продевать пуговицы через петли, но Люк принимается помогать, и выходит это куда удачнее моего. Обвожу пальцами его плечи, совсем немного царапая рисунки татуировок, и, пьянея от желания, несколько раз сильно кусаю его за губы, как делал это он сам. — Для земной женщины ты удивительна, — шепчет. — Прекрасна. От удовольствия запрокидываю голову назад, разрешая ему касаться меня везде, где только вздумается, когда он проводит ладонями по бедрам, задрав неприлично короткую юбку наверх, и подцепляет резинку белья, чтобы через пару секунд кружево снять. Нахожу бляшку ремня, расстегиваю и кое-как стягиваю с него брюки. Мужчина ухмыляется прямо в поцелуй, ставший рваным, ненасытным, когда я касаюсь головки члена, а затем размазываю естественную смазку по всей длине. Два пальца проникают в меня, срывая с губ томных вздох. Люк задает быстрый ритм, касаясь чувствительных точек внутри, ласкает губами шею, а я отвечаю ему с не меньшим желанием доставить удовольствие. Разум уже вовсе перестает соображать, есть только приятные ощущения, и хочется больше. Намного больше. И это нетерпение слышится в моих стонах, едва ли не в мольбе. Плевать, что мы толком-то и не знакомы, кажется, словно Люк знает каждый участок моего тела, потому что я почти таю в его руках. Это легкомыслие кружит голову, а я чувствую нарастающий прилив блаженства, но он прерывает действия. За бёдра притягивает ближе к себе, его движения резкие и довольно грубые, но это заводит с ещё большей силой, заставляя думать только лишь о том, какой феерический оргазм он может мне подарить. Снова ухмыляется мне в губы, будто бы слышит эти неприличные мысли, но я не успеваю поразмыслить над этим, когда он одним толчком входит в меня. Не даёт даже привыкнуть к наполненности и сразу набирает темп быстрый. В его глазах я вижу необузданную страсть, и, могу поклясться, мои горят ровно так же. Чувство приближающейся разрядки тянется от низа живота вверх, ударяет в голову, а шлепки тел, его укусы моей груди, царапины на его спине и плечах, громкие стоны — наполняют помещение, пропитывая каждый уголок гостиничного номера желанием владеть друг другом. Он наматывает мои волосы на кулак и оттягивает голову назад, вновь оставляя засосы на шее. Безжалостно крушит мои взгляды на наше знакомство — какая к черту разница, холост он или свободен? Уже скоро, словно горячее молоко, тело обволакивает блаженным оргазмом. Кажется, в глазах искрит от наслаждения, а губы сами собой рисуют улыбку, и щеки так сильно пылают. Следом кончает он: вынимает член и спускает бледную жидкость на мои бедра, тяжело дыша и тоже устало улыбаясь.

***

Ближе к концу смены, в самый разгар маскарадной тусовки, когда я уже готова залезть под барную стойку и ладонями крепко зажимать уши, ощущаю кожей что-то… очень знакомое. Та самая энергия! Здесь снова этот бессмертный или бессмертная! Но наперебой сладости вступает еще более яркий, оставляющий кислинку на языке, запах малины. Мими. И не одна. Стоило мне прийти к такому выводу, как на меня, словно самый настоящий ураган, налетает сама демоница. Через стойку, отодвинув бокалы в стороны, она переваливается, чтобы крепко меня обнять. — Вики! Я так рада тебя видеть! — Как ты узнала, где я? — обнимаю ее в ответ, а Мими от возмущения вытягивает лицо. — Амулет же скрывает мою… — Крошка, ты забываешь с кем говоришь, — лукавая улыбка растягивается на её губах. — Пришлось порыться в документах Кроули. — Мими, ты с ума сошла? — укоризненно хмурюсь. — Это всё неважно. Важно то, что Люцифер вернулся, — радостно хлопнув в ладоши, прикусывает нижнюю губу. — И я попросила его помочь вернуть тебя в школу. — И он поможет? — удивлённо вскидываю брови. — Сказал, что подумает, когда познакомится с тобой. Так что ты должна ему понравится, но… — она строго поднимает указательный палец. — …в рамках разумного. Ты знаешь, что он мой, так что даже… — Мими, хватит. Я и не думала об этом, — перебиваю её, вытянув ладонь, а она возвращает себе улыбку. — Он на улице курит, сейчас должен… — она оборачивается к выходу, а затем резко поворачивает голову обратно. — …он идёт. Будь милой, крошка. И когда за её спиной появляется внушительная фигура, моя челюсть стремительно летит к ногам. И не от того, что он действительно красив, а от того, что я просто не ожидала такого поворота событий. Потрахаться с мужиком подруги, который должен на ней жениться, и которая в него безмерно влюблена — это просто верх возможного, что я могла вытворить. Мне хочется ударить себя по лицу за то, что я уже несколько минут молча пялюсь на него, глупо хлопая глазами, как и он с удивлением смотрит на меня в ответ. — Так ты и есть та самая Вики? Изумление довольно быстро отпускает его, чего нельзя сказать обо мне, и следующей его реакцией становится довольная улыбка. Он и вправду доволен сложившейся ситуацией! Невероятно! Смотрит с легким прищуром точно в глаза, которые словно хотят отправить во вчерашний день, показывая мое же собственное лицо за минуту до оргазма. Какой стыд! — А ты, значит, Люцифер? — ком в горле вынуждает прохрипеть. Вот это понимаю — влипла.