Выходной для По | Poe's day off

      — Клянусь, По, если когда я приду окажется, что ты писал весь день, то я больше не буду читать твои детективные романы! Уж поверь, с моей-то невероятной способностью, я точно обо всём догадаюсь!       Слова Рампо эхом отозвались в его мыслях. От страха больше не получить признания от своего соперника в спине неприятно покалывает. Говоря о покалывании, спина По на самом деле ломилась от всех тех часов, что он провёл за писательством в течение нескольких последних недель. Он бы и не обратил на это внимание, если бы не Рампо — разумеется, не без помощи Йосано, ведь именно она подняла этот вопрос, заметив то отвратное состояние, в коем пребывала его осанка. Как бы ему не хотелось это отрицать, небольшой отдых от писательства и вправду пошел бы ему на пользу.       По перекатился на бок, окинув взглядом стоящие на прикроватной тумбочке часы. Должно быть, отдых в 8:30 означает полежать в кровати немного дольше положенного, подумал он про себя. Так он и поступил, начиная понимать, почему Рампо нравится иногда полежать в кровати подольше. Несмотря на позднюю осень, пробивавшиеся сквозь бархатные занавески солнечные лучи потихоньку согревали его, и По в самом деле начал расслабляться. Он почти что по-кошачьи потянулся и удовлетворённо зевнул. По поёжился от того, с каким звуком хрустели и трещали его бедные кости. Чёрт, ему следовало отказаться от ночных писательских похождений намного раньше. По жил один, и с самоконтролем у него была беда. Если, конечно, в гости не заглядывал Рампо — не то, чтобы у него дела обстояли лучше — так что он правда не мог отказывать себе в некоторых идеях, что так навязчиво крутились у него в голове.       В целом он бы сказал, что достаточно расслабился. Однако отчаяние отозвалось уже знакомой болью в пальцах. Те неприятно заныли от безделья, вынудив По издать протяжный стон и перевернуться на спину. Пока он пялился в потолок, настроение По грозилось резко перескочить с раздражения на беспокойство. «Что, если я так ничего и не напишу? Что, если не смогу уложиться в сроки? Что, если Рампо разочаруется во мне и взаправду перестанет читать мои романы?». Эти мысли крутились у него в голове, словно ботинки в стиральной машине, и он начал чувствовать, что ещё чуть-чуть, и он начнёт паниковать.       К счастью, на помощь к нему подоспел его маленький пушистый спаситель. Ещё издалека писатель заметил, как по полу скользят маленькие енотовые лапки, что и открыли дверь в комнату. Одно движение — и Карл перемещается с пола прямиком на грудь По, начиная облизывать его, вызывая у последнего смех и хихиканье.       — Д-доброе утро, К-карл, — он засмеялся между лизаниями, прикрывая лицо руками, чтобы его маленький друг понял, что за сегодня он получил столько утренних поцелуев, сколько хватит до конца жизни. Это чувство было ему знакомо, как часть ежедневной рутины. Таким людям, как По, нужна была рутина, так что моменты, когда он вставал, чтобы покормить своего питомца, были ему только в радость.       Он медленно откинул пуховое одеяло, спуская ноги на пол. Карл даже соизволил принести ему тапочки. Ещё раз потянувшись и поблагодарив своего питомца, писатель с некоторой неохотой встал, ведь всё шло к тому, что голова в миг разболится от быстрого прилива крови. Карл у него в ногах подпрыгивал от волнения, так, как будто По проснулся впервые за много лет. На самом деле он был маленьким жадным ублюдком, а По был всегда готов потакать ему. Карл ещё с детства был самым близким другом По — по правде говоря, тот до сих пор пускает скупую слезу, вспоминая о том дне, когда нашёл его в лесу, одинокого и беззащитного.       Он определенно был писателем и определенно не был ветеринаром. В любом случае, Карл кое-как пережил те первые недели, когда его шансы на выживание были настолько низкими, что даже самые опытные ветеринары, скорее всего, опустили бы руки. Он любил Карла настолько сильно, что Рампо даже как-то раз в шутку назвал того ребёнком По. Хотя эта мысль и показалась забавной, он задумался над тем, не было ли в словах детектива чего-то большего.       Из мыслей По вырвал Карл, что настойчиво пищал ему. Это была своеобразная угроза, мол, или ты встаёшь, или рискуешь поддаться гневу одного злого енота. Так он и сделал — засунул ноги в мягкие тапочки, после чего поморщился от резкой боли в черепе. Подождав, пока пульсация прекратится, По схватил халат, просунул руки в рукава и завязал пояс вокруг своей тонкой талии. Он уже собрался уходить, когда в глаза ему бросился Карл, что так нетерпеливо постукивал лапками по полу. Слабо улыбнувшись, писатель направился в сторону кухни в сопровождении одного очень, очень голодного енота.       Квартира По была относительно новой и находилась на довольно высоком этаже в одной из новостроек Йокогамы. Он решил купить её из-за постоянных жалоб Рампо на то, что ходить в гости в его огромный дом было до боли сложным, так как путь к нему был весьма длинным и запутанным. И снова самообладание По его подвело, поэтому проблема была решена путём покупки квартиры в нескольких минутах ходьбы от Вооруженного Детективного Агенства. Он был счастлив, ведь счастлив был Рампо, теперь у него появилась возможность приходить к нему, когда только душа пожелает. Иногда к нему заходила даже Йосано, что, честно говоря, удивляло По, ведь чисто технически он пытался убить её (Что она, что Рампо старательно доказывали ему, что ничего страшного не случилось, но бедный писатель не мог избавиться от чувства вины). Так или иначе, По убедил себя, что сможет в какой-то степени загладить вину, выполняя некоторые их просьбы, будь то решение загадок вместе с Рампо или же, сжав зубы, помогать Йосано с покупками. Это было меньшее, что он мог для них сделать, из чего он и пришёл к выводу, что рассматривал их двоих как друзей. Разумеется, Рампо всё ещё оставался его соперником, но теперь По старался не придавать этому особого значения.       От одной только мысли о чувствах его щёки заалели, а сердце забилось быстрее. Иногда он задавался вопросом, должен ли он рассказать об этих чувствах Рампо. Он даже поделился этим с Йосано, но что-то подсказывало ему, что она специально принудила его к этому. По крайней мере, как врач она умела хранить тайны.       Коридор, по которому пролегал путь к кухне, был относительно коротким. По потерял ход мысли, когда начал готовить Карлу завтрак. Ничего такого, что требовало бы длительной готовки, просто немного (дорогого) кошачьего корма и чуточку мяса, что осталось со вчерашнего дня. Перемешивая содержимое миски писатель задумался о том, чем бы ему позавтракать. Как правило он не ел с утра, однако Рампо, казалось, довольно серьёзно относился к здоровью По, и он не мог позволить себе разочаровать его. Совершенно удивительным казалось то, что такой эгоистичный человек, как Рампо, на самом деле заботился о благополучии По. Внутренний голос По подсказывал ему, что, вероятно, это хороший знак, и не будет лишним поговорить с детективом о его чувствах. Однако, как заметил По и как подметила Йосано, Рампо явно не был самым умным, когда дело доходило до его чувств.       Протяжно вздохнув, По подпёр подбородок рукой и продолжил замешивать приготовленное мясо в размякший кошачий корм. Карл у его ног встал на задние лапы, передними цепляясь за пижамные штаны По (светло-серые с принтом с милыми енотами, продуманный подарок на день рождения от Ацуши и Кёки). Чтобы избежать дальнейших атак со стороны своего маленького друга, По быстро закончил перемешивать еду и поставил миску на подставку Карла, рядом с его миской с водой. Енот стремительно двинулся в сторону еды, на ходу издавая тихие звуки благодарности.       Настало время завтрака По. Опять-таки, он, как правило, не завтракал, но Рампо настоял на том, чтобы сегодня По не только отдохнул, но и обеспечил себе трёхразовое питание. Слова детектива вновь отозвались эхом в его голове, вызвав на его лице нежную улыбку, которая, однако, сменилась взволнованным выражением лица. По начал второпях насыпать в тарелку первые попавшиеся хлопья, чтобы отвлечь себя от этих бабочек в животе. Это не особо помогло, так как он осознал, что хлопья, которые он схватил, принадлежали Рампо — у него всегда хранился запас различных вкусностей и сладостей на случай, если детектив решит заглянуть к нему. Он почувствовал, как щёки краснеют пуще прежнего, но всё равно не смог сдержать улыбку. На это раз он издал тихий смешок, осознав, насколько он безнадёжен. Он больше не мог полагаться на способность Йосано хорошо хранить секреты, так как она уже дала понять, что наблюдать за тем, как они вдвоём со своими чувствами ходят вокруг да около, было довольно раздражающим. По был в какой-то степени уверен, что доктор уже готова запереть их вдвоём в комнате и оставить там до тех пор, пока они не признаются, словно герои любовного романа.       Подумав об этом, По чуть ли не молился, лишь бы ей в голову ни за что не пришла эта идея.       Спустя продолжительное время после завтрака телефон По начал громко звонить, стандартный рингтон эхом отзывался из его спальни. Так как звонок мог оказаться важным, он, не теряя времени, вскочил с насиженного места на диване в гостиной и быстрым шагом прошёл по коридору. Прочитав на экране имя знакомого детектива, По громко сглотнул, а его руки начали потеть. Стараясь не думать, он быстро ответил на звонок.       — П-при-       — Хэй, По-кун! Как проходит твой выходной?       Что ж, это определенно был Рампо. Писатель на секунду остановился, задумавшись над ответом.       — Хм… неплохо. Я только что позавтракал, — он немного поморщился.       — О, это здорово! Не забудь, тебе надо ещё пообедать и поужинать! — для человека, который должен был находиться на работе, Рампо был невероятно громким.       — И-извини за вопрос, Рампо-кун, — пробормотал он, — но ты что, на работе? Ты говоришь немного громко.       За мгновение ответа не последовало, однако По смог разобрать твёрдое, но нежное отчитывание со стороны Фукудзавы и недовольное ворчание, по видимому принадлежащее Рампо.       — Так-то да, но я не то, чтобы хочу. Хотел бы я приехать к тебе и посмотреть одно из тех тупых криминальных шоу.       На этом моменте По казалось, что он вот-вот упадёт. Рампо, Рампо хотел провести с ним время. Это случалось много раз, но в связи с недавним прозрением По, он не мог не улыбаться всякий раз, как Рампо хотя бы посмотрит на него.       — Э-э-э… — выдал пошатнувшийся разум По, — да! То есть, мм, да. Было бы неплохо. Как насчёт после работы? — В этот момент его маленький секрет, казалось, был настолько очевидным, что он в самом деле подумал, что Рампо обо всём догадается.       — Ахх, хорошо, — немного поворчал он, чем вызвал у По лёгкий смешок, — Я-то надеялся, что ты поддержишь меня в уходе с работы.       Писатель был невероятно благодарен Рампо, что тот не видел его прямо сейчас, такого счастливого, краснеющего и улыбающегося от уха до уха.       — Но что бы делало детективное агенство без величайшего детектива? — теперь он просто дразнил его, зная, что Рампо падок на похвалу, и сиял при мысли о том, как лицо Рампо становится красным, как клубника.       — К-конечно, без меня эти глупышки ничего бы не смогли, ладно, я приду позже, По-кун. — на этом звонок неожиданно оборвался.       На секунду По перестал дышать. Однако через мгновение по квартире разнёсся громкий и звонкий смех писателя.       По на самом деле не забыл про обед, съев простой бутерброд и несколько закусок к нему. Сделав себе кофе, он снова расположился в своём маленьком гнёздышке на диване из подушек и одеял. Изначально он хотел посмотреть что-нибудь по телевизору, но в конце концов идущее по телевидению шоу превратилось в фоновый шум. Без писательства ему было скучно, делать было нечего. Карл сегодня не был в настроении играть, вместо этого он весь день спал в своей мягкой кроватке, как и все ночные животные. В таком состоянии, казалось, словно туманом пронёсся остаток дня. По провёл остаток дня в раздумьях над тем, что же он скажет своему сопернику (а возможно уже и не сопернику), когда тот придёт. Своими широко раскрытыми глазами он словно бы сверлил дыру в стене напротив. Он погружался в свои мысли всё глубже и глубже, пока в реальность его не вернуло уведомление с телефона. К своему глубочайшему удивлению он увидел сообщение от Йосано, что случалось довольно редко.

17:05

Йосано: Мы только закончили работать, так что Рампо уже в пути. Быть может, я дала или не дала ему пару подсказок, чтобы направить его мысли в правильное русло <3       По почти уронил телефон. Сказать, что ему стало неловко, было бы преуменьшением. Он попытался вернуть остатки самообладания.

17:09

По: Окей. Спасибо, что предупредила.

Йосано: Пожалуйста, просто признайся ему в этот раз. Он весь вечер проторчал в моём офисе и ни на секунду не переставал говорить о тебе.

По: Я попытаюсь…

Йосано: Это я и имела ввиду, По. Так будет лучше для вас обоих, и если ты не признаешься, то это сделаю я 😊

По: Верно.

Йосано: Повеселитесь там 💖💖💖       Это ни капельки не успокоило нервы По: на смену порхающим бабочкам в животе пришло осиное гнездо. Он почти что почувствовал, как ему поплохело, когда по телу начал стекать холодный пот, а в горле пересохло. Он кинул телефон на диван и сел рядом, пытаясь собраться с мыслями. Он выглядел так, будто увидел приведение. Симпатичное приведение в виде Рампо. При мысли о детективе в дверь раздался тихий, но требовательный стук.       — По-кууууууууннн, — раздался знакомый, слегка запыхавшийся голос.       «Ах, — подумал По, вставая, чтобы открыть дверь, — лифт по прежнему сломан». Сердце По отдавалось теплом при мысли о том, что Рампо поднялся по всем этим ступеням, лишь бы увидеться с ним.       Он замер в миллиметре от замка. Чёрт возьми, он правда собирался сделать это. На кончике языка вертелось миллион мыслей из разряда «а что, если…», от чего голова начинала кружиться.       — По-кууунн, — снова раздался голос, в этот раз ещё более нетерпеливый, чем раньше.       Что ж, он не мог заставлять его ждать. Он нерешительно повернул замок, и дверь медленно открылась. Он должен действовать осторожно и деликатно.       Перед По предстал невероятно уставший Рампо. Он даже не думал о том, что детектив практически ввалился в квартиру По, и от встречи с деревянным полом его спасёт его высокий друг-писатель. К счастью, головой По не ударился, но его тело грохнулось довольно сильно — он определённо не был готов к тому, что Рампо упадёт в его руки. Вздохнув, писатель осторожно отнёс своего друга-детектива на диван, предварительно взбив подушки, которые после подложил под голову. Он правда надеялся, что это продлится недолго, он не думал, что сможет сдерживать свои чувства ещё дольше. Пока невысокий уставший мужчина спал на диване, По расхаживал по гостиной взад-вперёд, обдумывая, что же он ему скажет.       Несмотря на всю суматоху, Карл проснулся и стоял в ногах По, протягивая тому передние лапки, всем своим видом показывая, что хочет наверх. С глубоким вздохом По наклонился, позволяя своему маленькому другу сесть на своё привычное место на его плечах.       — О, Карл, — сказал По, продолжая возиться с рукавами (днём он переоделся в рубашку с длинными рукавами, не встречать же Рампо в пижаме), — что же мне ему сказать? — спросил он, уставившись глазами в пол. Конечно же, Карл не говорил по-человечески, но он предлагал решения на своем весёлом зверином языке. — В-верно. — смущённо пробормотал тот, осознавая, что пытается понять, о чём хочет сказать его питомец. — Как мне ему сказать? Что мне вообще сказать? — Он начинал волноваться и на нервах стал ходить туда-сюда, сложив бровки домиком. — Я просто подожду, пока он проснётся, и ооууу хэээй, Рампо-кун, ты довольно сильно ударился, о, и ты мне нравишься. Мне нравишься ты и твоё красивое-красивое лицо, — к его ужасу, он был прерван неприятным зевком. Краем глаза писатель заметил, как некто сидел, потирая рукой сонные глаза.       Он медленно повернул голову, встречаясь взглядом с собеседником.       — Я… Тебе нравлюсь? — Кажется, впервые в жизни Рампо выглядел не на шутку удивлённым, как будто бы у него из-под ног выдернули ковёр. Ему казалось, что он сделал что-то не так. — Хм… Я имею в виду, конечно же я тебе нравлюсь. — Рампо скрестил руки на груди, изображая абсолютную уверенность. — Точно, я знаю об этом уже давно, даже дольше, чем ты!       О, Боже.       — Так я, — снова начал Рампо, — я тебе правда нравлюсь?       Ну, по крайней мере, в него ничего не прилетело. В каком-то смысле было даже забавно наблюдать за тем, как детектив запинается в словах.       Писатель окинул его лицо быстрым взглядом, его щёки и уши покраснели. Он надул щёки и уставился взглядом вдаль, смотря куда угодно, но только не на стоящего перед ним. Тишина была давящей и долгой. Мысли По практически кричали, чтобы он сказал хоть что-нибудь.       — Я-я, — выдавил он, в защитном жесте обхватив себя руками, — да, правда нравишься. Прости, — от этих слов выражение лица Рампо стало грустным. Для себя По решил, что выглядит это так, будто бы детектив крайне недоволен услышанным.       — Глупенький. — тихо ответил Рампо, слабо улыбаясь. — Не извиняйся, ты мне тоже нравишься. Сильно.       Бабочки в животе будто ожили, а его бледные щёки покрыл румянец.       На секунду он задумался, не ослышался ли. Он пытался понять, лжет ли Рампо, чтобы выставить его дураком, или он попросту не расслышал его, а, может быть, его слова на самом деле правда. Писатель почувствовал себя напуганным оленем в свете фар. Он не думал, что зайдёт так далеко, потому и не знал, что делать дальше.       — Так это правда? — теперь уже По почувствовал себя неловко и сразу же пожалел, что открыл рот. Казалось, в любую секунду Рампо скажет ему, что всё это было шуткой, целью которой было выставить его соперника идиотом.       — Конечно это правда, ты слишком умён, чтобы я лгал тебе, По, так с чего бы я стал так поступать? — слова Рампо для него были словно спасательным кругом, когда он пытался удержаться на плаву в этом неспокойном мире. Искренность детектива поразила писателя.       Рампо никогда раньше так сильно не хвалил его.       — Д-да, ты бы не стал, — прошептал он       По правде говоря, По такой исход событий обрадовал, он был действительно счастлив.       Однако, поскольку чувства к величайшему детективу не покидали его в течение вот уже шести лет, и он лишь несколько месяцев назад осознал, что это за чувства, он чувствовал себя несколько подавленным. Хотелось провалиться сквозь землю.       Заметив это, Рампо встал со своего места и направился в сторону По, видя в нём раненого зверька. По никогда не видел, чтобы Рампо двигался так осторожно.       — Эй, не плачь, — тихо сказал детектив, — если ты заплачешь, я расскажу Йосано, и она будет смеяться над тобой.       Что ж, это заявление прозвучало довольно забавно. Кстати о Йосано, они оба должны были ей большое спасибо и поход по магазинам сверху. По сделал пометку в голове, чтобы купить ей какого-нибудь дорогого алкоголя.       Рампо наклонился и уткнулся носом в грудь По. Тот обнял его, окутав теплом и пушистой домашней одеждой, что, правда, немного попахивала енотом. Так они и простояли несколько минут. На заднем фоне шумел телевизор. Несмотря на то, как сильно По нервничал, сейчас ему было приятно. Мило и уютно. Он чувствовал, как вся та работа, что он проделал за последние шесть лет, начала приносить свои плоды. Теперь у него появилась причина писать, помимо того, чтобы сдавать свои книги в издательство или бросать вызов Рампо. Теперь он мог создавать такие истории, которые на самом деле будут сбивать Рампо с толку. Но, какими бы соперниками они ни были, он с таким же нетерпением ждал тех уютных вечеров, когда за окном будет падать снег, их совместные прогулки, то, как он будет провожать Рампо на работу. Теперь для них двоих открылось так много нового.       Как бы глупо это ни звучало, По чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле. Сейчас он чувствовал себя особенным.       — По-кун, — продолжил Рампо, всё ещё уткнувшись в его рубашку, — спасибо, что взял на сегодня выходной.       Он не заметил, как писатель почувствовал появившуюся на его лице улыбку. В ответ он поцеловал детектива в макушку.       — Теперь можно мы пойдём обниматься на диван? — заскулил Рампо в привычной для себя манере. — На полу не особо удобно, и мои ноги всё ещё болят после всех тех ступенек.       — Конечно. — Они обменялись улыбками, не желая расходиться даже для того, чтобы дойти до дивана.