Прощание

***

Аня распахнула главные двери школы. Длинный тёмный коридор, тянущийся настолько далеко, что не было видно конца, мрачно принимал в свои владения новую жертву. Тяжело сглотнув она медленно поплелась вперёд. Шаг… Ещё шаг… Так, постепенно, она шла к концу коридора. Аня не знала, зачем она туда идёт и что ждёт её там, но что-то невидимое тянуло к себе. Свет стал становиться всё тусклее и тусклее. Коридор всё длиннее и длиннее… Дц! В кабинете правее от неё что-то упало и, судя по звуку, что-то стеклянное. Она подошла к двери, в нескольких сантиметрах над ручкой которой было небольшое окошечко, через которое можно было бы увидеть весь класс. Можно было бы если не… Стойте, что? Аня увидела туман, высокомерно расплывающийся по классу. Он был очень плотный, и через него почти нечего нельзя было разглядеть, кроме тени, лежащей на полу. Внезапно, она почувствовала на своей шее тёплое зловещее дыхание. Кто-то был прямо позади неё! По коже прошлись мурашки. Сердце стало биться быстрее. Казалось, что лёгкие наполнились камнями. Аня чувствовала, что паника приняла приглашение и вот-вот наведается к ней. Пытаясь контролировать своё дыхание, Аня начала делать глубокие вдохи, пытаясь упокоиться. Её дыхание сорвалось и ей казалось, что она умирает. Сразу стало не хватать воздуха, колени дрожали, голова начала болеть и кружиться. Слёзы непроизвольно потекли из её глаз. Всё вокруг потемнело, она упала на пол. Бух, и вот она уже лежит на холодных белых плитках, выложенных настолько давно, что некоторые и них изменили свой окрас кто в серый, а кто в цвет пушечного металла. Голова стала ещё сильнее болеть от удара. Глаза её стали медленно закрываться. Последнее, что разглядела Аня- Настю. Настя- лучшая подруга Ани. Та, что после смерти Аниной мамы, заботилась о ней, разговаривая, поддерживая и отвлекая свою подругу от трагедии! Настя всегда была рядом… Всегда и во всём… Какие бы авантюры они не выдумывали, они всегда были вместе. Настя была для Ани не просто лучшим другом, она была неё чем-то… Дзыыыынь! Звук трещащего будильника молниеносно разлетался по всей комнате, обволакивая своим шумом всё, что попадалось на его пути. Лениво открыв глаза, Аня узнала перед собою свой родной потолок. «Мне снова снился этот кошмар?»- подумала она и, полежав ещё пару минут, встала с кровати. Она открыла шкаф. От туда на неё хлынул запах маминых духов, которые она хранила у себя в ящике прикроватной тумбочки. Опустив глаза и почувствовав, что вот-вот заплачет, Аня сделала глубокий вдох и взяла вешалку, на которой весела её любимое худи. Любимое оно было потому, что худи, имело капюшон, который Ани частенько набрасывала на голову. Вообще-то, худи ей нравилось не из-за капюшона, а из-за того, как она себя в нём чувствовала. Ей всегда казалось, что худи, как щит, защищающие её от посторонних глаз и слов. Ходя по школе, она постоянно надевала наушники и засовывала руки, прикрытые рукавами, в огромный сквозной карман на животе. Так она ходила не только в школе. Так она ходила везде. И всегда одна… Ей нравилось быть одной. Она была свободна от невыполненных ожиданий других, от осуждения, которое она всё же частенько слышала, ведь таков мир. Надела своё чёрное любимое худи с надписью на груди. Надпись гласила: «Fuck all!». Натянула на себя карго*(здесь и дальше слова с * будут объяснены в премичании). Пошла в коридор и обулась в свои берцы с красными шнурками и картинкой искорок по бокам. Папы не было дома, он как всегда ранним утром ушёл на работу. Они мало общались друг с другом после того, что случилось с мамой… Она сидела в своей комнате, закрывшись, обычно слушала музыку, смотрела сериалы и читала книги. Последнее, что она прочитала, был роман «1793», который написал Никлас Натт-о-Даг. Он сидел в зал и смотрел телевизор, иногда попивав пиво. Провернув ключ в замке, она начала спускаться вниз по подъезду (жила она на 5 этаже). Настя… Кошмар, что приснился ей этой ночью был не единственным. Уже прошло 4 дня с того момента, как Настю зарезал неизвестный в её же подъезде и все эти четыре дня ей снится один и тот же сон. Аня скучала по Насте. Ей не хватало её заботы, поддержки. Той атмосферы, которую Настя всегда приносила с собою, куда бы та не пришла. Кто-то убил её и полиция всё ещё его не нашла. Ани было больно от этого и она хотела что-нибудь сделать. Но что? Никаких зацепок, никаких подозреваемых. Ничего. Ничего, что дало бы хоть малейшую надежду на то, что убийцу поймают. Аня знала, что полиция просто закроет дело, ведь так было с её мамой. Та разбилась, упав то ли с крыши, то ли с окна. Неизвестно. И всё потому, что полиция списала это всё на суицид. Но Аня не верила этому. Мама бы никогда на такое не решилась. «Может, я её плохо знала?- подумала она, но тут же отбросила эту мысль.- нет, исключено!» Когда Аня спустилась к пролёту, на стенах которого висели почтовые ящики, она заметила, что какая-то бумажка торчит из почтового ящика, с номером её квартиры. Просто газета? Письмо? Или ещё что-то? Подойдя к ящику, она увидела, что это конверт. «Блять, серьёзно. Письмо? Кто в XXI веке пишет письма на бумаге?»- пронеслась мысль в голове Ани и её уголки рта приподнялись. На лице появилась едва заметная усмешка. Но конверт бы не похож на сотни других, что приходилось видеть Ани в своей жизни. Он был чёрный, а там, куда обычно клеят марки был нарисован красный круг, в котором уместилась буква «Н». Сердце заколотилось быстрее, когда Аня увидела подпись снизу: «Открой меня, мой цыплёночек» Слёзы полились ручьём из глаз. «Мой цыплёночек»- так Настя всегда называла Аню, из-за того, что у последней были белые волосы с желтоватым оттенком. Она небрежно схватила конверт и резкими движениями порвала его сзади, дабы достать содержимое. Внутри лежал листок. На нём красовалось короткое предложение, которое ввело Аню в ступор. «Это я убил твою подругу =) »