Когда ковид и парня нет
V
Владимир был рожден в рубашке — Гильё наш тот еще стрелок: Свершал промашку за промашкой (Дуэль бы выиграть он не смог). Ночь огласив дыханьем шумным Сверкал Владимир в свете лунном Своими голыми les fesses¹ (Исподнего оставшись без). Ногой Онегин, не смущаясь Француза буйного отнюдь, Свое ружье сумел вернуть, При этом сильно возмущаясь. Владимир был спасен теперь — Гильё отправлен был за дверь.
VI
Онегин был хорош чертовски, Стоя́ с ружьем наперевес, И Ленский от такого лоска Воспрянул "духом" до небес И опустился на колени. Онегин, сам тому не веря, Кладет ему на кудри длань И нежно гладит. В эту рань Все в мире под луной чудесно! Прекрасны Ленского уста, Но и другие в нем места По-своему прелестны. Не выдержав страстей накал, Eugène² извергся как вулкан.
