Кто, как не ты

Вокруг творился настоящий хаос: кто-то куда бежал, кто-то что-то кричал, но это было неважно, перед моими глазами было только тело Гина, которое истекало кровью. Некоторые раны были такими ужасающими, что меня начало тошнить. Капитан успел убить пустого, и благодаря этому от Гина осталось хоть что-то. Кто-то пытался меня остановить, но я вырвалась из чьих-то рук. Подбежав к Гину, опустилась на колени и сразу под ногами почувствовала что-то липкое, как оказалось, это была кровь. Я дотронулась до его тела, и мои ладони мгновенно окрасились в алый цвет. Спустя мгновение стало понятно, что уже поздно что-то делать. Он мертв. Снова. Из глаз потекли слезы, все мое тело содрогалось от рыданий. - Уведите ее отсюда, - вдалеке я услышала тревожный голос капитана. - Немедленно отправьте Рангику в Готей 13. Какие-то синигами подхватили меня с двух сторон под руки и повели в сторону ворот Сенкай. Я начала вырываться. Не знаю, откуда у меня взялось столько сил, но двое синигами еле смогли удержать меня на месте. - Нет, я не уйду. Тело… Ведь я не могу оставить тело Гина посреди улицы. - Я обо всем позабочусь, а тебе пора возвращаться в общество душ, - сказал капитан. - Но я не хочу. Естественно мое мнение никого не интересовало. Меня затолкали в туннель, чтобы перейти из мира живых в Готей 13. Просто так сдаваться не хотела: я что-то кричала, кого-то ударила, кого-то даже укусила. Но почувствовав резкую боль в шее и мгновенную усталость, я против своей воли уснула. Проснулась следующим вечером в бараках 4 отряда. Возле меня сидел капитан и его внешний вид оставлял желать лучшего. Лицо было бледнее обычного, вокруг глаз – синяки, все его тело было напряжено, как будто струна, которая сейчас лопнет. - Капитан..., - голос был до такой степени охрипшим и тихим, что я сначала подумала, что капитан меня не услышит, но он посмотрел прямо мне в глаза. - Ты уже проснулась, - проговорил уставшим голосом. - Как ты себя чувствуешь? Хотя в сложившейся ситуации это глупый вопрос. - Что…, - резко замолчала. У меня в горле образовался ком, и я не смогла задать свой вопрос, но пришлось все-таки собраться с силами. - Что случилось с телом Гина? - Я позаботился об этом и лично забрал тело с того места. Рангику, но ты же понимаешь, что его все равно надо будет похоронить в мире живых, ведь он человек. Я потом... - Капитан, достаточно. Я больше ничего не хочу слышать, - оказалось, что это было трудно услышать, думала, что справлюсь, но ошиблась. - Главное, что его там не оставили, этой информации мне хватит. - Как скажешь. - Что произошло потом? Что случилось с Акихиро и остальными? - Они еще живы. Тогда в Каракуре появился командир Кьераку, еще несколько капитанов и лейтенантов Готей 13. Если кратко, то командир не позволил совету делать то, что ему хочется, поэтому настоял на том, чтобы в деле Акихиро разобрались. Вчера был полный кошмар: командир несколько часов спорил с советом, и после долгих пререканий было принято решение отстрочить казнь на неделю позже. Но совет все равно настроен их казнить. Капитан Кьераку в свою очередь пообещал, что найдет способ, чтобы оставить обвиняемых в живых. - А что с Вами случилось, капитан? Выглядите, если честно, неважно. На мои слова капитан только хмыкнул, но потом все-таки ответил. - Меня сейчас отстранили от дел. Совет строго запретил мне вмешиваться в эту ситуацию. Еще повезло, что все закончилось так, ведь многие мудрецы настаивали на том, чтобы меня посадили в тюрьму на это время, но командир снова вмешался и позаботился о том, чтобы меня просто отстранили от дел. Тебя это тоже касается, Мацумото, как и весь 10 отряд. Всем нашим офицерам запрещено дежурить в Каракуре и выходить за пределы бараков. Только для меня сделали исключение и то потому, что ты сейчас находишься в 4 отряде. - Простите, что так получилось. - Перестань, Рангику. Ты не виновата, что все так обернулось. Тебе сейчас надо отдыхать и набираться сил. - Сколько я еще буду находиться в 4 отряде? - Капитан Котецу сказала, что ты будешь под присмотром еще несколько дней. К тебе, кстати, приходил лейтенант Абараи, - и действительно я увидела на тумбочке свои любимые сладости. - Он совсем недавно ушел, но пообещал позже тебя навестить. - А Кира и Сюхей приходили? - Нет, - тон капитана мне не понравился, что заставило начать нервничать. - С ними что-то случилось? - с тревогой в голосе спросила. - С ними все в порядке, просто много работы, поэтому у них не получилось тебя проведать. Но они сказали, что обязательно придут к тебе, когда будет свободное время. - Хорошо, - я снова почувствовала усталость, мне жутко захотелось спать, и капитан это заметил. - Думаю, что тебе нужно отдохнуть, поэтому не буду тебе мешать. Вечером обязательно тебя навещу. Не успел капитан выйти из комнаты, как я провалилась в сон. *** - Командир Кьераку, что Вы здесь делаете? - Хотел навестить Рангику и к тому же искал Вас, капитан Хицугая. Мне сообщили, что Вы находитесь в 4 отряде. Я услышал ваш разговор, поэтому не хотел вас прерывать. Пройдемся к 10 отряду? Заодно по дороге сообщу то, что хотел. - Как пожелаете, - мы направились к выходу из бараков. - Так о чем Вы хотели поговорить? - Я хочу, чтобы Вы завтра направились в мир живых и решили вопрос о захоронении Ичимару Гина. - Но, капитан Кьераку, я ведь не могу покидать бараки 10 отряда. Мне разрешили ходить в 4 отряд только потому, что там сейчас находится мой лейтенант. - Насчет этого можете не переживать, я обо всем договорился. Хоть совет 46 был очень недоволен по поводу этого решения, но я сумел их переубедить. И еще одно: Вы пойдете вместе с Кирой, он уже об этом знает. - С Кирой? - я удивился. - Разве он сможет пойти со мной в мир живых? Я думал, что он, Сюхей и Момо отстранены от посещений мира живых. - Думаю, у Киры найдется несколько свободных часов, чтобы вместе с Вами решить вопрос насчет Ичимару Гина. - И как только совет 46 уступил Вам и позволил нам с Кирой посетить мир живых? - на мой вопрос командир только хмыкнул. - Капитан Хицугая, неужели Вы думали, что меня просто так сделали командиром Готей 13? Может, по мне и не скажешь, но убеждать я умею. Тем более думаю, что совет 46 меня побаивается. Кира будет Вас ждать завтра в 10 утра возле бараков 10 отряда. - Хорошо. - И еще кое-что: капитан Хицугая, я сделаю все возможное, чтобы совет 46 не смог казнить Акихиро и остальных. А также он поплатится за то, что решил уничтожить души, которые живут в бедных районах Руконгая, - во время нашего разговора вся беззаботность командира исчезла, от его выражения лица у меня появились мурашки по коже. Он действительно ужасен в гневе. - Я и не сомневаюсь, капитан Кьераку. Вы действительно из всех капитанов больше всего подходили на должность командира вместо Генрюусая Ямамото. Я зашел в бараки 10 отряда и направился в свой кабинет. *** Прошло уже несколько дней, как погиб Гин, а я все еще нахожусь в бараках 4 отряда. Сегодня последняя ночь, которую проведу здесь, а завтра смогу вернуться обратно в 10 отряд. Приблизительно час назад ушел капитан, хотя по правде говоря, я чуть его не вытолкала из палаты, чтобы он вернулся в свою комнату и смог нормально отдохнуть, а не снова крутиться в неудобной позе в кресле. После долгих споров он все-таки сдался и согласился пойти к себе, но перед тем как уйти, сумел взять с меня обещание, что я сразу лягу спать после его ухода. Хоть и чувствовала усталость, но заснуть мне не удавалось. А если честно, я боялась уснуть: мне все время снился кошмар. Вот снова вернулась к тому, с чего начала. И зачем только вмешалась в жизнь Гина? Если бы не я, он был бы до сих пор жив, и думаю, что он бы в итоге нашел свое счастье. Но из-за своего эгоизма только все испортила. Из-за боли я сильно сжала одеяло, от чего побелели костяшки рук. Из глаз полились слезы, и сдержать их никак не удавалось. Через открытое окно в комнату подул теплый ветер. Спустя некоторое время я перестала плакать, и мне хоть немного, но стало легче. Через окно было видно луну, ее вид меня успокаивал. Я положила голову на подушку, чтобы все-таки попробовать заснуть. Лежала лицом к окну и все время смотрела на ночное небо, пока в один момент веки не отяжелели, и я не провалилась в сон. *** День за днем в основном проводила в своей комнате, и чтобы хоть как-то скоротать время я решила почитать. Но часто углублялась в свои мысли и теряла суть сюжета. Много времени со мной проводил капитан. Мы много говорили на разные темы, вспоминали прошлое, просто молчали, но ни разу не упомянули Гина: мне было больно об этом даже задумываться, и капитан это понимал, поэтому сам тему не поднимал. Меня хотели проведать Ренджи, Кира и Сюхей, но совет 46 запретил им приходить в 10 отряд. Никому из других отрядов не позволяли входить, и никому из отряда нельзя было покидать собственные бараки. Поэтому в основном все свободное время я проводила в компании капитана или в полном одиночестве. - Капитан, а Вы собираетесь присутствовать во время вынесения приговора Акихиро и остальных? - Мое присутствие там обязательное. Тем более мне сказали, что я должен ответить на некоторые вопросы совета. Хоть меня и допрашивали, но этого мало. Мне надо будет еще раз объяснить, почему мы с тобой не вернулись в Готей, когда нам приказали, и что мы вообще делали в тот день в мире живых. Всю вину я взял на себя и настоял на том, чтобы тебя никто не трогал и не допрашивал. А ты собираешься идти? - Думаю, я останусь здесь. Будет лучше, если Вы мне потом расскажете, чем все закончится. Вряд ли смогу выдержать, если их захотят все-таки казнить. - Простите, что вас прерываю, - внезапно к нам зашел один из наших офицеров. - Капитан Хицугая, Вас ждет командир в Вашем кабинете. - Но в наш отряд никому нельзя входить. Видно, для капитана Кьераку запреты совета 46 не имеют большого значения. Я скоро вернусь, Мацумото, - капитан с офицером покинули мою комнату. *** - Капитан Кьераку, случилось что-то серьезное? - я был удивлен его появлению, тем более, когда в бараки 10 отряда нельзя никого пускать. - По пустякам я бы Вас не беспокоил, капитан Хицугая. Произошло кое-что действительно интересное. - Неужели совет 46 снова успел что-то учудить? - Не беспокойтесь, совет здесь ни при чем. Вы не поверите, кто совсем недавно появился возле ворот Готей 13. И когда я услышал имя, то был сильно поражен, наверное, в моей жизни ничего так не удивляло, как новость от командира. - Никогда не видел Вас таким удивленным, капитан Хицугая, - с улыбкой сказал Кьераку. – Хотя, по правде, я был тоже поражен, когда его увидел. - И где он сейчас находится? - Разумеется, посадили в тюрьму. Сразу окружили со всех сторон, как только увидели, и мне еле удалось уговорить офицеров не убить его. Но его появление очень даже кстати. У меня был план, как спасти от казни Акихиро с остальными, но теперь будет еще проще это сделать. - И в чем заключается Ваш план? - Это мы обсудим немного позже, когда все будет окончательно решено. Я еще вечером Вас навещу, капитан Хицугая. - Хорошо. Мацумото нужно говорить о нем? - На данный момент ничего ей пока не говорите. Когда все будет решено, тогда и расскажем. Мы с командиром еще немного поговорили, после чего он покинул бараки 10 отряда, а я остался в кабинете, чтобы наедине проанализировать всю информацию, которую только что узнал. *** - Кого-кого, а вот Вас я точно не ожидал увидеть в Готей 13, учитывая те события, которые произошли в прошлом. Думаю, что нет смысла ходить вокруг да около, ведь я уверен, что Вы все прекрасно помните. Если же нет, то с радостью освежу Вашу память, тем более время у нас с Вами есть. - Никогда не думал, что снова окажусь в Готей 13. Также не ожидал, что Вы станете командиром после капитана Ямамото, хотя, наверное, Ваша кандидатура была самой лучшей, - с вечной ухмылкой на лице ответил мне Ичимару. - Я удивлен, что Вы запретили другим синигами убить меня. Было бы намного лучше покончить со мной, чем позволить мне жить. - Думаю, Вы того и добивались, чтобы быть убитым, поэтому и появились возле ворот Готей 13. Но у меня свои мотивы, чтобы оставить Вас живым, надеюсь, что Вы будете полезным мне, Ичимару. И еще одно: советую убрать эту дурацкую ухмылку с лица, в данный момент она меня жутко раздражает, - хоть я и сказал все это с улыбкой, но что-то в моем взгляде заставило Ичимару стереть свою ухмылку. - И что Вы хотите узнать от меня, капитан Кьераку? Что я могу такого сделать, что Вы решили оставить меня в живых? Это просто небольшая отсрочка моей смерти, ведь совет 46 не позволит мне жить дальше в обществе душ. - Вот поэтому Вы и решили появиться возле ворот Готей 13, чтобы Вас убили, и все Ваши проблемы таким образом испарились? Очень трусливое решение, не очень похоже на Вас, Ичимару. - Вы совсем меня не знаете, капитан Кьераку. Тем более что оставалось мне еще делать? Не могу я всю жизнь скрываться от других душ и синигами. Рано или поздно совет 46 узнал бы о моем существовании. Я три дня находился в самом бедном районе Руконгая, но мне надоело, поэтому решил направиться в Готей 13. - Хоть многие Вас и считают гением, но почему-то в самый ответственный момент Вы придумываете не самые лучшие планы, в которых много недочетов. - Решили мне почитать лекцию, как лучше делать, а как – нет. - Ни в коем случае. Мои нравоучения точно не нужны. И Вы так просто готовы расстаться со своей жизнью? - Так будет лучше для всех: в моем существовании нет никакого смысла. - Как удобно Вы решили за всех. А как же Рангику Мацумото? - Не говорите ей ничего. Пусть она не знает, что Вы меня видели. - Ичимару, неужели Вы так наивны, что действительно думаете, что она про Вас не узнает? Вас видел не один десяток синигами, и сплетни по Готей 13 обязательно пойдут. Слухи до Рангику все равно дойдут, и она все узнает. - Ей будет лучше, если я исчезну из ее жизни навсегда. И очень надеюсь на то, что мое перерождение закончится, и она меня больше никогда не увидит. - Откуда такая уверенность, что для Мацумото будет так лучше? Вы пытались спросить у нее про ее чувства, или чего хочет она? Неужели Вы думаете, что ей будет приятно снова услышать новость о Вашей смерти, да еще и в третий раз? - Вот поэтому я и хочу умереть раз и навсегда. Я хотел сделать Рангику счастливой, но в итоге все время делаю ей больно. Именно я всегда являюсь причиной ее слез. Ненавижу себя за это. - Так сделайте ее счастливой не на словах, а на деле. Умереть – не значит осчастливить Рангику. Останьтесь живы и боритесь со всеми проблемами, чтобы в итоге сдержать обещание, которое Вы дали себе давным-давно. - Даже если бы я и захотел жить, совет 46 этого не допустит. - Вот поэтому я и пришел сюда, чтобы заключить с Вами сделку. - Ахаха, очень смешно, капитан Кьераку. Что будет, если я откажусь от сделки? - Тогда из-за Вас погибнут 7 невинных синигами, - и после моих слов усмешка с лица Гина стерлась. - Кого Вы имеете в виду? - Только не говорите, что Вы не догадались, о ком идет речь. Ну же, Ичимару, не огорчайте меня. - Это Вы пытаетесь на меня так морально надавить, чтобы во мне заиграла совесть? Не хочется Вас расстраивать, но у меня ее давно уже нет. - Ну, попытаться стоит: без Вас я не смогу спасти Акихиро и его друзей. - Да неужели? Ну допустим, я поверю Вам. Но я кое-чего не понимаю. Совершенно ясно, почему Вы хотите спасти Акихиро и остальных. Но почему я? Почему Вам понадобилось спасти и меня? Я ведь изгой, который предал общество душ. - Просто мне нужны Ваши способности лидера вот и все. Я не жду ответа прямо сейчас, даю Вам сутки, чтобы подумать над моим предложением. Если завтра Вы ответите положительно, то более детально расскажу свой план, а сейчас – только в общих чертах. - Не надо ждать до завтра, я готов дать свой ответ прямо сейчас. Хоть в этом нет никакого смысла, но я принимаю Ваше предложение. Теперь расскажите мне все детально о том, что Вы задумали. - Ну что ж, Вас можно поздравить, Ичимару, наконец-то в своей жизни Вы выбрали правильное решение. *** - Капитан Кьераку, что Вы здесь делаете? Объявление приговора произойдет только через несколько дней, поэтому нет никакой надобности Вам здесь находиться, - мудрецы из совета 46 как всегда гостеприимны. - В этом Вы ошибаетесь: у меня важное дело к Вам. Я настаиваю на том, чтобы Вы помиловали Акихиро и остальных синигами. А также оставили в живых Ичимару Гина. - Да Вы в своем уме, командир Кьераку? Ичимару Гина в самую первую очередь надо казнить. Мы в недоумении, что он до сих пор жив. - Не вижу никакой необходимости в том, чтобы его убивать. Ичимару Гин еще может быть полезным для общества душ. - Ни в коем случае, Ичимару Гин и остальные синигами будут казнены: они опасны для общества душ. - Это правда, что Ичимару вместе с Айзеном устроил переполох в Готее 13. И поэтому я хочу, чтобы он заплатил за свои ошибки, но для этого его нужно оставить живым. Но чем же были опасны синигами, которых изгнал совет? - Предатели были не согласны с политикой прошлого совета, из-за этого они могли сделать переворот, и многие бы пострадали. - Не надо делать вид, что Вы думаете о бедных душах Руконгая. Ведь в первую очередь каждый из Вас беспокоится о себе и о том, чтобы не потерять высокое положение в обществе. - Прекратите! Хоть Вы и командир Готей 13, но забываетесь, с кем сейчас разговариваете. Совет 46 всегда заботится о благополучии душ, которые живут в Руконгае, поэтому Ваши слова оскорбительны. - Если Вы заботитесь о душах, то почему собираетесь казнить Акихиро? Ведь еще тогда он советовал, как улучшить жизни душ, особенно тех, которые живут в самых бедных районах Руконгая. Акихиро на тот момент поднял важную тему, и чем ему отплатили? Изгнали из общества душ. А сейчас вообще хотят казнить, ведь этот вопрос до сих пор не решен. Бедные как жили, так и до сих пор живут в Руконгае, и с каждым годом таких душ становится все больше. - Это не наша вина, что они не в состоянии о себе позаботиться. - Это именно ваша вина, что такие души ничего не могут добиться. Только единицы вырываются из нищеты, и то у них уходит на это куча сил и времени. - Капитан Кьераку, мы слишком много времени потеряли. Если это все, что Вы хотели нам сказать, то думаю, что пора заканчивать. Вы можете быть свободны. - Так все-таки Вы настроены на то, что нужно всех казнить? Но ведь это не решит проблемы с Руконгаем: бедные души как были, так и останутся. - Командир Кьераку, довольно! Нам уже надоело слушать Вашу бессмысленную чепуху. Мы предателей казним, а с бедными душами разберемся и без Вашей помощи. - Вот оно как. Только потом не удивляйтесь, что такими методами закончите, как прошлый совет. Вдруг в один обычный день вас всех обнаружат мертвыми. - Вы нам угрожаете, командир Кьераку? - взволнованным голосом спросил один из представителей совета. - Ни в коем случае, просто предупреждаю. Вы ведь все прекрасно знаете, что я не любитель драться. Я очень миролюбивый синигами, что не скажешь о моем занпакто. Вдруг я случайно призову банкай, тогда в таком случае не советую попадать под его влияние, иначе вас будет ожидать мучительная смерть. После своих слов я развернулся и направился к выходу, больше делать здесь нечего. Я шел с миролюбивой улыбкой на лице, а вот совет явно был обескуражен, и благодаря этому они дали спокойно мне уйти. Все решится через несколько дней, и совет глубоко заблуждается, если уверен в беспроигрышности своего плана. Я сделаю все возможное, чтобы казни не было. А если они будут против, то придется тогда прибегнуть к банкаю и в этот раз наказать именно совет. *** - Капитан, Вы уже уходите? - Да, у тебя что-то важное, Мацумото? Меня уже ждет капитан Кьераку, чтобы мы направились на слушание по делу Акихиро и остальных. - Можно я пойду с Вами? - Ты же вроде не планировала идти. Почему вдруг решила поменять свое решение? - Не знаю. Просто хочу присутствовать. Думаю, что у совета есть некоторые вопросы ко мне тоже, поэтому самым лучшим решением будет пойти вместе с Вами. - Хорошо, я не вправе тебя отговаривать. Только перед тем как мы пойдем, мне нужно кое-что тебе рассказать, а если быть более точным предупредить, кого ты можешь увидеть. Сначала, когда услышала имя, я подумала, что капитан пошутил. Но потом потрясение немного утихло, сердце стучало слишком громко, я уже не слышала, что мне говорил капитан. Я зацепилась за надежду. Хоть это и маленький шанс, но вдруг еще не все потеряно. Вдруг его удастся спасти? *** - Опаздываете, капитан Хицугая, на Вас это не похоже, - но тут командир Кьераку заметил меня. – Рангику, и Вы здесь, - с улыбкой сказал мне командир. - Могу предположить, что Вы знаете об Ичимару Гине? - Да. Почему Вы молчали о нем? Почему я узнаю все в последний момент? - Это я настоял на том, чтобы капитан Хицугая ничего Вам не говорил. - Почему? - Для того, чтобы ты, Рангику, не сделала необдуманных поступков и не навредила Ичимару в данной ситуации еще больше. Ведь он так и находится в не самом лучшем положении. Думаю, ты и сама догадываешься, что совет намерен его казнить, но, забегая наперед, я сделаю все возможное, чтобы этого не случилось. - Интересно узнать, как Вы это сделаете, капитан Кьераку? - спросил его капитан. - Не переживайте, у меня есть план или что-то вроде того, - с улыбкой ответил командир. - Не очень убедительно прозвучало, - и в этом я была полностью согласна с капитаном. - Во всяком случае, совет меня боится, и я сильно сомневаюсь, что он захочет почувствовать на себе силу моего банкая. И от ухмылки капитана Кьераку мне стало не по себе. И тут я вспомнила, что он может быть не только миролюбивым, каким мы его в основном привыкли видеть, но и вызывать страх. Неудивительно, что именно капитан Кьераку стал командиром Готей 13, он силен, и мне уж точно не хотелось оказаться под влиянием его банкая. Мы пришли в резиденцию совета 46, где проходят суды над синигами. Собрались все капитаны и почти все лейтенанты, мне так и не удалось увидеть среди толпы Сюхея, Киру и Момо. Было много других синигами, как офицеры, так и более высокого статуса. Не думала, что многим будет так интересно посмотреть на дело Акихиро. Через несколько минут открылась дверь, и в комнату привели Акихиро с остальными, среди них был и Гин. Многие присутствующие очень удивились их появлению, особенно когда последним пришел бывший капитан 3 отряда. - Мы собрались здесь, чтобы вынести приговор синигами, которые в свое время предали общество душ. По существу, все они заслуживают смерти, и это не подлежит сомнению. Но командир Кьераку настоял на том, чтобы состоялось прослушивание, на котором мы по правилам рассмотрим дело синигами. Ведь он считает, что прошлый совет ошибся и несправедливо обвинил их в предательстве. В случае бывших офицеров, может, командир Кьераку еще прав, и их дело можно рассмотреть. Но вот прошлый капитан 3 отряда определенно опасен для всего общества душ и заслуживает того, чтобы его казнили. После слов одного из представителей совета 46 в комнате начался шум: кто-то разговаривал между собой тихо, кто-то был более смелым и выкрикивал обвинения в толпу. Но все равно со всех сторон слышались обвинения и негативные комментарии, особенно в сторону Гина. “Виновен”, “предатель”, “убить”, “казнить” – и это только малая часть выкриков. Все это время я смотрела на Гина, и его вид оставлял желать лучшего. Совет 46 даже не скрывал того факта, что над заключенными издевались и их избивали. Акихиро и остальные синигами имели многочисленные синяки по телу, на всех были надеты наручники, возле них стояла охрана, которая в случае чего могла бы сразу их обезвредить. Но хуже всех выглядел Гин: синяки были получены совсем недавно, не исключено, что несколько часов назад его избивали, на одной ране осталась запекшая кровь, наручники у Гина были не только на руках, но и на ногах, а на шее был ошейник, который блокировал духовную силу. Но, несмотря на все это, Гин стоял и выслушивал все обвинения с гордо поднятой головой. К сожалению, он стоял ко мне спиной, и у меня не было возможности увидеть его выражение лица. Я уверена, что у него на лице неизменная ухмылка, из-за которой не было понятно, о чем он на самом деле думает. Совет 46 еще что-то говорил, но я была так поглощена своими мыслями, что потеряла суть разговора. Спустя некоторое время до меня дошло, что дело Гина совет решил даже не разглядывать: все они уверены в том, что его надо казнить, и они не видят смысла в том, чтобы тратить время на него, ведь и так все ясно. Рассмотреть дело остальных синигами совет еще согласился, но тоже без особого энтузиазма. Интересно, зачем командир все это затеял? Всем понятно, что ему не удастся переубедить совет изменить решение. - Ты рано потеряла надежду, Рангику, - сказал мне капитан, когда увидел мое подавленное состояние. - Неужели ты не веришь в командира? Если бы он не был уверен в своих действиях, то не просил бы совет пересмотреть дела. Хотя, зная капитана Кьераку, даже если бы не было надежды на успех, он бы все равно постарался их спасти. - Но как ему удастся? Я не вижу никакого выхода, чтобы их всех спасти от казни. - А вот это мы сейчас узнаем. И тут я увидела, как командир встал со своего места и вышел на середину комнаты. Внешне он был спокоен, на его лице играла легкая улыбка. Я могла только позавидовать его воле и выдержке. Уже начала жалеть, что решила прийти сюда. Единственное, чего хотелось, так это уйти отсюда. Но тут на своей руке почувствовала прикосновение. Капитан сжал мою руку, и даже в такой напряженной ситуации мне действительно стало немного легче, и было уже не так страшно узнать, что произойдет дальше. - Тихо! - прозвучал громко голос командира, и разговоры вмиг затихли. В комнате стояла гробовая тишина. - Я прекрасно понимаю, что всем нам не хочется долго находиться здесь, и все мечтают о том, чтобы поскорее уйти. И поэтому для многих из вас признать всех виновными является самым быстрым решением. Но я все-таки считаю, что мы должны разобраться и решить, действительно ли бывшие офицеры заслуживают того наказания, которое требует совет 46. Насчет Ичимару Гина нет никаких сомнений, что он виноват в том, что предал общество душ, и его действительно можно считать предателем. Возможно, он заслуживает самой высшей меры наказания. Но, если честно, я не вижу никакой выгоды от смерти Ичимару Гина. Наоборот, у меня есть для него предложение, которое поможет решить самую главную проблему общества душ. - Подождите, командир Кьераку, если мы Вас правильно поняли, то Вы хотите оставить бывшего капитана 3 отряда в живых и при этом не отрицаете его виновность? - Мы не можем этого допустить, - включился в разговор еще один представитель совета 46. - Где гарантия того, что он снова не предаст общество душ? Мы не можем доверять Ичимару Гину и оставить его в живых. И, если честно, мы сомневаемся насчет невиновности бывших офицеров. - Всю ответственность за этих синигами я беру на себя. Вы все так возмущены тем фактом, чтобы помиловать их, - голос командира стал более стальным, а вечная улыбка с его лица стерлась. - Но если мы капнем немного глубже, то узнаем о Ваших темных делах. И совет 46 не будет уже таким святым, если про это узнают обычные жители Руконгая. - Вы нам угрожаете, командир Кьераку? - Ни в коем случае, просто объявляю факты. Пускай все узнают, чем на самом деле занимается совет 46. - Это все ложь. Мы всегда заботимся о благополучии всего общества душ. А то, что мы хотим казнить этих синигами, так это все только к лучшему, ведь они угроза для всех нас. Особенно Ичимару Гин, который предал Сейрейтей. - Ну, у меня есть совсем другие сведения по поводу Ваших “благородных” планов. Думаю, будет неплохо, если про них узнает как можно больше синигами. - Даже не смейте что-то говорить, если не хотите лишиться своего звания. - Почему Вы так нервно реагируете? Вы же несколько минут назад говорили, что у Вас только самые благие намерения, поэтому Вам нечего бояться моих слов. - Все, что Вы скажете, будет только клеветой на совет 46. У Вас нет никаких серьезных доказательств, что мы в чем-то виноваты перед всем обществом душ. - Я так не думаю. Для начала мы начнем с более легкой информации. Например о том, как Вы угрожали лейтенантам 3, 5 и 9 отрядов, что навредите их близким. Именно из-за этого они начали работать на Вас. А причина была в том, чтобы лейтенанты искупили ошибки своих капитанов, которые предали общество душ. - Это все ложь, ничего такого не было, - нервно сказал один из представителей совета 46. - Думаю, что Вам уже пора перестать врать и пытаться очистить свое доброе имя. Ведь все зашло слишком далеко, и мы не намерены дальше молчать и смотреть, как Вам все сходит с рук, - тут вышел Кира, а вместе с ним Сюхей и Момо. - Или Вы будете отрицать тот факт, что Вы угрожали нам, что превратите нашу жизнь в сущий кошмар, если мы не согласимся на Ваши условия? - в этот раз высказался Сюхей. - Не Вы ли приказали нам выследить бывших синигами в мире живых и уничтожить их? - Да кем ты себя возомнил?! Ты никто по сравнению с нами и не имеешь никакого права нас в чем-то обвинять. - Это все ложь! - нервно крикнул один из представителей совета. - Никаких приказов мы вам не отдавали. - И уж точно не угрожали и не приказывали кого-то убить, - со всех сторон начали доноситься крики совета. В один момент все это превратилось в один гул, и уже с трудом можно было разобрать, что они все выкрикивают. - Думаю, что Ваше поведение говорит само за себя, - сказал командир Кьераку. - Если Вы ни в чем не виноваты, то и беспокоиться Вам не о чем. Поэтому я совершенно не понимаю, почему Вы все так нервничаете? Но так и быть, давайте мы все на минуту представим, что Вы все-таки отдали приказ убить бывших синигами, так как Вы из самых лучших побуждений думали, что поступаете правильно. Неужели они действительно опасны как для мира живых, так и для общества душ? Но, как показала практика, за столько лет ни один человек не пострадал от их рук. Акихиро вместе с остальными спокойно жили среди людей и дальше бы жили, если бы Вы только не вмешались и не приказали их убить. Так же я понимаю, почему Вы так рветесь казнить Ичимару Гина. Он все-таки предал общество душ и действительно заслуживает смерти, ведь неизвестно, что от него ожидать в будущем. Но несмотря на все это, я уверен в том, что смерть Ичимару Гина не принесет ничего хорошего. Его нужно оставить в живых. Его можно использовать для того, чтобы улучшить уровень жизни во всем обществе душ. И если мы уже заговорили об улучшении жизни, то ответьте, уважаемый совет, правда ли, что Вы хотели уничтожить жителей в самых бедных районах Руконгая? - Что за вздор! - кто-то с возмущением выкрикнул из членов совета. - Такого быть не может! Кто Вам сказал такую чепуху? - Но как же, разве Вы не помните, как совсем недавно вызвали меня к себе и предложили убить жителей Руконгая, ведь они портят репутацию общества душ? - спросил у совета Кира. - Этот юноша врет. - Довольно! – властно раздался по всему залу голос капитана Кучики. Сразу весь шум прекратился, и все взгляды были обращены на капитана шестого отряда. – Если честно, то мне надоело следить за всем этим театром. У меня есть дела и более важные, но вместо этого я должен сидеть здесь и слушать невразумительную речь совета. Пора уже решить этот вопрос. Вы действительно отдали приказ, чтобы уничтожить бедные районы Руконгая и убить синигами, которые сейчас находятся перед нами? - Капитан Кучики, неужели Вы поверите каким-то лейтенантам, а не совету 46? - Лейтенанты Сюхей, Кира и Момо уже много лет преданно служат обществу душ, и у меня нет никаких причин им не доверять. Я скорее поверю им, чем совету 46. - И еще одно, - снова взял слово командир Кьераку. – Давайте не будем забывать, каким именно образом Вы, совет 46, заставили работать на Вас лейтенантов. - Никого мы не заставляли, они сами согласились. - Ну разумеется. То есть Вы не шантажировали лейтенанта Момо тем, что если она откажется, то совет навредит капитану Хицугае? И не будем забывать, что она являлась лейтенантом капитана Айзена, который предал общество душ. То же самое касается лейтенантов Сюхея и Киры. Они должны были доказать Вам свою преданность, потому что являлась лейтенантами тех капитанов, которые предали общество душ. - Даже если и так, то что с того? Может, мы им не доверяем. Откуда мы можем знать, что они не замышляют продолжить дело Айзена? Ведь от него этого никто не ожидал, а в итоге он уничтожил прошлый совет. - Думаю, что хватит с нас разговоров, - подытожил командир. - Ну наконец-то. Вы и так нас всех уже задерживаете, командир Кьераку. Время было потрачено зря. С самого начала было ясно, что у Вас нет никаких доказательств. - А кто Вам сказал, что у меня их нет? Благодаря одному хорошему синигами мне в руки попали очень интересные документы, в которых подробно написан план по уничтожению бедных районов Руконгая. Также указаны имена синигами, которых Вы хотели туда отправить, чтобы они сделали всю грязную работу, а потом, после операции, Вы намеревались их всех убить, чтобы меньше душ знало, что это именно Вы отдали приказ. В этот же список входят и лейтенанты Сюхей, Кира и Момо. Вам совсем не нужно было, чтобы они доказывали свою преданность совету 46. - Но этого не может быть! Эту информацию никто не мог видеть. Как она вообще могла попасть Вам в руки? - Вот что и требовалась доказать. Вы только что сами себя выдали. - Но… Но ведь это все было во благо Сейрейтея. Ведь все эти отбросы общества только мешают процветанию нашего мира! - Вместо того чтобы решить проблему бедности в Руконгае, Вы просто решили истребить бедные души, как будто их никогда и не было. Нагло игнорируется тот факт, что среди всех этих душ есть не только воры и убийцы, и они не заслуживают того, чтобы погибнуть по Вашей прихоти. И поэтому я предлагаю оставить Ичимару Гина и остальных в живых: бывший капитан 3 отряда согласился снизить уровень бедности в Руконгае, тем самым он искупит свое предательство перед всем обществом душ. - Но мы не можем позволить, чтобы предатель…, - но тут капитан Кьераку перебил одного члена из совета. - Достаточно. Или сейчас Вы соглашаетесь на мои условия, или я лично добьюсь организации нового состава совета 46. И еще одно: если Вы захотите в будущем нам как-то помешать, то не советую. Я все равно узнаю, и в этом случае никто не будет застрахован от случайного попадания под влияние моего банкая. Он очень своенравный и иногда меня не слушает. - Вы нам угрожаете? - Конечно же нет, даю просто дружеский совет. Так давайте же проголосуем! Прошу поднять руку тех, кто из присутствующих синигами согласен с тем, чтобы Ичимару Гина и остальных нужно оставить в живых, - все подняли руку, кроме совета 46, но было ясно, что они не могут ни на кого повлиять. - Думаю, что дело можно считать закрытым. Снимите со всех наручники. После суда Ичимару с остальными направился в кабинет капитана Кьераку. А другие синигами, которые присутствовали на прослушивании, начали расходиться, чтобы заняться своими делами. *** После этих событий прошло больше месяца. Мне было спокойно от того, что Гин остался жив, и он в полном порядке. Но с каждым днем мне становилось все грустнее из-за того, что мы снова вернулись к тем отношениям, которые у нас были, когда Гин был капитаном 3 отряда. За все это время мы с ним ни разу не поговорили. Почти все время Гин с Акихиро и другими проводил в кабинете командира. А если мы с ним где-то случайно виделись на улицах Сейрейтея, то он сразу старался как можно быстрее от меня скрыться, даже со мной не поздоровавшись. Бывали дни, когда я серьезно была намерена поговорить с Гином, но как назло нигде не могла его найти, как будто он испарялся в воздухе. И вот снова еще один день, в котором я ни разу не увидела Гина. Уже вечером направилась к кабинету капитана, чтобы отдать ему очередной отчет о патрулировании в Каракуре. Но, как оказалось, капитана в кабинете не было. Сначала я хотела положить документы на его стол и просто уйти, но потом, резко передумав, решила все-таки подождать. Через пять минут открылась дверь, и я сразу увидела, как зашел Гин и только потом – капитан. Но тут вдруг за считанные секунды все меняется: капитан резко выходит из кабинета, захлопнув дверь, и мы с Гином остались наедине. - Капитан, что это за шутки?! - злобно я прокричала на весь кабинет. – А ну немедленно вернитесь, и я отдам Вам этот дурацкий отчет. - Извини, Мацумото, но в данный момент я не могу открыть дверь и выпустить тебя с Ичимару. Вы будете сидеть в моем кабинете до того момента, пока друг с другом не поговорите и не придете к какому-то решению в своих отношениях. А то ходите вокруг да около, как не знаю кто, и не можете никак разобраться. Хоть ты мне и не нравишься, Ичимару, но я хочу, чтобы Рангику была счастлива, и по-настоящему счастливой ее сделать можешь только ты. Поэтому я даю вам час для того, чтобы во всем разобраться, - и потом мы с Гином услышали, как шаги капитана начали отдаляться от кабинета. Несколько минут прошли в полной тишине. Я все это время гневно смотрела на Гина, он же в свою очередь смотрел куда угодно только не на меня. Когда прошло больше пяти минут, я решила нарушить тишину: данная ситуация меня только раздражала. - Ты будешь и дальше так молчать или, может, скажешь хоть что-нибудь? - Честно, я не знаю, что тебе сказать. - Не знаешь. Вот значит как… Ах ты, скотина, - и тут в Гина полетела кипа документов, которая лежала на столе капитана. На тот момент меня совершенно не волновало, важные ли это документы или нет. – Ты просто омерзительный, ужасный, подлый трус. Ты за все это время ничего мне не сказал и даже не пытался начать со мной разговор. И все это время в Гина летели бумажки, книги, разные предметы, которые лежали на столе капитана. Я бросала в него все, что попадало мне под руку. А что же в свою очередь делал Гин? Абсолютно ничего. Он просто стоял и даже не пытался отклониться от всех тех вещей, которые в него летели. И этим он бесил меня еще больше. И даже когда я взяла в свои руки вазу, то ни один мускул не дрогнул на его лице. От чего моя злость взросла до небес, но остатки разума еще остались, и вазу я кинула не в Гина, а в стенку, возле которой он стоял. - Ты права. Ты абсолютно права. Я действительно ужасный, противный, омерзительный, и поэтому ты не заслуживаешь такого парня, как я. Тебе не стоит связывать свою жизнь с таким жалким синигами. - Довольно. Прекрати нести всю эту чушь. Слушать противно. Это уже не тебе решать, а мне. Ты ведь снова совершаешь ту же ошибку, которую сделал в прошлый раз. Ты снова все решил за нас двоих. Ты даже не попытался мне все объяснить и даже не захотел спросить, что я думаю насчет тебя. Я задам тебе только один вопрос и ответ на него хочу получить прямо сейчас. Ты меня любишь? Ведь ты прекрасно знаешь, что я тебя люблю и больше никого не смогу полюбить. - Люблю. В жизни я больше никого не любил, кроме тебя, Рангику. - Так докажи. Слов теперь мало, докажи своими поступками, что ты меня по-настоящему любишь. И я отвернулась от Гина: не могла на него больше смотреть. С этого момента мы ничего друг другу не сказали, пока не вернулся капитан. - Мацумото, это что такое? Я сказал вам поговорить и все выяснить, а не крушить мой кабинет. - Гин Вам поможет все убрать, - я вышла из кабинета. - Естественно поможет. За весь устроенный бардак, Ичимару, Вы сами все здесь поубираете и вернете все вещи на свои места. - Разумеется, капитан Хицугая. *** Прошла неделя и за это время я ни разу не видела Гина, но это даже к лучшему. Я была на него сильно зла и при встрече могла ему врезать, ни капельки не жалея. Сейчас даже не знаю, как поступить в сложившейся ситуации, и что дальше делать с нашими отношениями. Но мне надоело об этом думать, и я решила все пока пустить на самотек. Позже мы еще раз с ним поговорим и уже окончательно все решим. Как-то вечером я решила пойти погулять по улицам Сейрейтея и спустя время даже не заметила, как пришла к озеру. Начала искать место, чтобы сесть и отдохнуть возле него. Но тут я кое-кого увидела. И догадайтесь с первого раза, кто это был? Конечно Ичимару Гин собственной персоной. И что ты тут делаешь? Другого места не нашел, чтобы отдохнуть? Тут Гин обернулся и увидел меня. Наверное, почувствовал на себе мои гневные взгляды. - Рангику, я сейчас уйду, чтобы не мешать. Я же вижу, что тебе не нравится моя компания. - Сиди уже. Мое желание убить тебя уже уменьшилось, поэтому можешь вздохнуть спокойно. - Ну, это меняет дело. Я села недалеко от Гина, и больше никто не сказал ни слова. Я все это время смотрела на воду и только изредка – в сторону Гина. Он же в основном смотрел на небо или на меня. Гин даже не пытался посмотреть на меня вскользь – он делал это в открытую. Через некоторое время я заметила, что возле Гина лежит пакет, и мне стало интересно узнать его содержимое. - Что у тебя в пакете? - Там лежит хурма. Я несколько дней думал, как же с тобой помириться, и в итоге решил подарить тебе хурму. Сегодня я специально ее купил, вот только смелости так и не хватило подойти и заговорить. - И ты думал, что за хурму я тебя сразу прощу? - Конечно нет. Это был предлог, чтобы с тобой хотя бы заговорить. - Только тебе в очередной раз не хватило мужества со мной поговорить. - Я просто не понимаю, почему ты все равно хочешь быть со мной! - нервно прокричал Гин. – Ты за это время могла начать встречаться с любым. Ведь каждый парень влюбится в тебя и попытается сделать тебя счастливой. А я что? Разве я гожусь на роль хорошего парня для девушки? Я тогда тебя бросил, толком ничего не объяснив. Я до сих пор жалею, что не поговорил с тобой – это самая большая ошибка моей жизни, за которую мне стыдно. И разве ты хочешь быть вместе с предателем? Меня все равно многие считают опасным, хоть за меня и поручился командир Кьераку. И хоть мне никто ничего не говорит в открытую, но я же замечаю, каким взглядом они меня провожают, когда прохожу мимо них. Поэтому еще раз подумай, Рангику, действительно ли ты хочешь провести свою жизнь с таким неудачником, как я? - Если бы я могла жить с кем-то другим, то так бы сделала и давным-давно тебя забыла. Но, к сожалению, я не могу забыть тебя, как ни пыталась. Столько лет прошло, но мне не удалось вычеркнуть тебя из моей памяти. Поэтому я буду лучше жить одна, чем без тебя. Думаю, что мы с тобой вдвоем неудачники. - Не называй себя неудачницей, ты заслуживаешь большего. Не уверен, что справлюсь с ролью парня. И какие у нас с тобой выйдут отношения? - Вот пока не попробуем, то не узнаем. Может, у нас с тобой все будет хорошо, и мы с тобой проживем отличную жизнь. Или, может, ты будешь до такой степени ужасным парнем, что я через неделю сама от тебя сбегу и потом начну встречаться с кем-то другим. - Ладно, я согласен. Ведь действительно пока не попробуем, то не узнаем, что из этого выйдет. Поэтому, Рангику Мацумото, ты согласна стать моей девушкой? - Конечно же да! Поверить не могу, что тебе понадобилось столько лет для того, чтобы предложить мне встречаться. - Прости меня за все мои прошлые ошибки. Я попытаюсь все исправить и сделать так, чтобы мы были счастливы в отношениях, - и спустя долгое время на лице Гина появилась хоть мимолетная, но все-таки улыбка. Первый шаг сделан, и только время покажет, как будут развиваться наши отношения. Но в данный момент мы просто наслаждались обществом друг друга на берегу озера. *** Прошел уже не один десяток лет, как мы живем вместе с Гином. Конечно, у нас не всегда все гладко: бывают моменты, когда мы ссоримся, обижаемся друг на друга, но на то она и жизнь, ведь ничего идеального в этом мире не бывает. Но, несмотря на некоторые невзгоды, я очень рада, что мы столько лет вместе. За это время многое поменялось. Благодаря Гину, Акихиро и остальным синигами в Руконгае больше нет невыносимо бедных районов. Многие души теперь не живут в нищете, как это было раньше. В Руконгае серьезно взялись за борьбу с преступностью. Она, конечно, полностью не пропала, но все равно за эти года уровень сильно снизился. Для душ-сирот было построено много приютов, где они живут и учатся, чтобы в будущем могли выбрать ту профессию, которой хотели бы заниматься. В Руконгае детям больше не приходится воровать еду, чтобы выжить, и души теперь не умирают на улицах от холода или голода. Для душ пожилого возраста были построены дома, где они могут жить, если остались одни. Они так же могут обучаться чему-то новому, чтобы не чувствовать себя брошенными и никому не нужными членами общества. Уровень жизни Руконгая процветает. Теперь по улицам дальних районов не печально ходить, как это было раньше. Столько времени прошло, как я была ребенком, и только сейчас смогли взяться за поднятие уровня жизни в самых бедных частях Руконгая. Теперь общество душ действительно похож на тот рай, который мы всегда обещали людям после их смерти. За это время мы с Гином отпраздновали свадьбу, а через несколько лет у нас родилась девочка – Сумико. Как только капитан узнал о моей беременности, то сразу отстранил от всех дел, чтобы я не навредила ребенку. Мне в тот период пришлось уйти из должности лейтенанта 10 отряда. После рождения Сумико я решила не возвращаться в отряд, а спустя некоторое время начала помогать Гину в поднятии районов Руконгая. Все закончилось тем, что я окончательно отказалась от должности лейтенанта. Прошло уже много лет, но капитан так и не нашел синигами, который мог бы меня заменить. Я помню, что очень сильно боялась разговора с капитаном, думая, что он на меня сильно рассердится. Но все страхи были напрасны: нам двоим было печально, что больше вместе мы работать не будем, но капитан принял мое решение и пожелал только удачи. Он, конечно, говорит, что прекрасно справляется со всеми делами один без лейтенанта, или его любимая отговорка, что сейчас нет достойного синигами, который мог бы занять место лейтенанта 10 отряда. Но мы прекрасно понимаем, что за все эти годы мы с ним сблизились, и это главная причина, почему так никто и не занял мое место. Хоть должность лейтенанта и пустует, но это уже ненадолго. Скоро спокойные и тихие будни капитана закончатся. *** - Капитан Хицугая, поздравляю Вас с пополнением в отряде. - Спасибо, командир Кьераку. - Столько лет Вы искали нужную кандидатуру и наконец-то смогли найти себе лейтенанта, - с довольной улыбкой сказал командир. - Ну, лейтенант Ичимару только на испытательном сроке. Я еще посмотрю, как она будет выполнять свои обязанности. - Не сомневайтесь, обязанности она будет выполнять великолепно, но вот спокойствие я Вам не гарантирую. Можете попрощаться с тишиной – веселые дни Вам обеспечены. - Кажется, я уже начинаю жалеть о своем решение, что именно дочь Мацумото будет моим лейтенантом. Вы уже двадцатый за сегодняшний день, кто напоминает мне, какой у Сумико бурный характер. Даже капитан Кучики, несмотря на свое вечное спокойствие, во время нашего разговора начал улыбаться и пожелал мне терпения. - Зато у Вас, что ни день, то приключения будут, капитан Хицугая. - Я уже скучаю по своим тихим будням, - дальше два капитана прогуливались по улицам Сейрейтея, обсуждая уже совсем другую тему. Капитан Хицугая ни одной эмоцией на лице не выдал своего счастья по поводу назначения нового лейтенанта, а даже наоборот, говорил, что ему было лучше одному. Но все вокруг понимали, что он на самом деле рад, что именно дочь Мацумото Рангику и Ичимару Гина будет его лейтенантом. И сам капитан Хицугая хорошо понимал, что он действительно счастлив, что в его кабинете больше не будет той тишины, которая окутывала его после ухода Рангику. *** - Опаздываешь, Гин. - Прости, Рангику. Разговаривал с Акихиро и Сэдэо, поэтому немного не рассчитал время. И вообще я опоздал всего лишь на пять минут. - Ты же знаешь, что я не люблю ждать. Мне опаздывать положено, а вот другим нельзя, - с улыбкой ответила Гину. - Какая же ты все-таки вредная. Гин подошел ко мне ближе, чтобы сначала обнять, а потом уже поцеловать. И хоть мы столько времени вместе, но все равно по всему телу расходится тепло, когда губы Гина касаются моих. - Кстати, хотел тебя спросить, тебе совсем не жалко своего капитана? – с ухмылкой спросил меня Гин. -А что с ним не так? Вроде капитан Хицугая чувствует себя превосходно, - хотя я поняла, к чему клонит Гин. - То есть тебя не волнует, что его лейтенантом станет наша дочь? Хоть внешне она и похожа на меня, но характер ей достался твой. - Не переживай, у них все будет отлично. Тем более капитану теперь точно не будет скучно, и они прекрасно сработаются. Хоть Сумико слишком шумная, но работу она выполняет всегда безупречно. Умом она пошла в тебя. - Ну, по идеи ты права. Сумико более дисциплинирована, чем ты. Да и не пьет она так, как ты. - Так, попрошу про саке не напоминать. - Но ведь это правда. Сюхей и Кира до сих пор боятся с тобой пить. Все-все, молчу, а то твой взгляд ничего не несет хорошего для меня. Некоторое время мы с Гином просто молчали и наслаждались видом природы. Мы часто ходим к этому озеру, где много лет назад сделали первый шаг, чтобы начать отношения. - Гин, а ты помнишь, какой завтра день? - Конечно помню. Завтра двадцать девятое сентября. - И? - И завтра среда. -Гин! - Ну конечно я помню, что завтра твой день рождения. Как ты могла подумать, что я могу забыть? - А что ты мне подаришь? - Это секрет, Рангику, - и Гин поцеловал меня в макушку. - Ну, мне же интересно. - Вот завтра и узнаешь. - Но уже скоро полночь. - Я подарю тебе хурму. - А еще? - И страстный поцелуй. - И это все? - Все, - и чтобы я больше не задала никаких вопросов, Гин, как и обещал, страстно меня поцеловал. Гин действительно купил для Рангику самую лучшую хурму, которую смог найти. У них вошло в традицию друг другу на день рождения обязательно ее дарить. К тому же Гин подготовил для Рангику золотой браслет с голубыми камнями, которые так же ярко сияют, как и ее глаза.