Пообещайте мне любовь

Глава 24. Лейтенант Тавсон, уже стоя на рампе шаттла, почувствовал, что-то не так. Леди Рен смотрела на него горящим взором, отчего Джоберу стало не по себе. Опять? У нее снова желание куда-то лететь? Ну почему у этой девушки нет притяжения к пребыванию на одном месте? Почему ей обязательно… - Нет, - сказал Кайло в комлинк, - тащите Баха на базу, только объясните ему, что с ним просто хотят поговорить, и его жизни ничто не угрожает. Траджен, не пугай старика, он живой нужен. Ло выдохнул первым, потому что ужасно хотел выспаться и на кухню. Невин, подойдя, хлопнул брата по плечу, улыбнулся, а Чидс просто одобрительно кивнул головой. Кайло повернулся к Рей и повторил: - Пойдем домой. В следующее мгновение упругая волна энергии метнулась к Рей, накрывая душевным теплом: « У Ипсилона автономки только на сутки осталось. Корабль надо готовить. А у тебя сегодня свидание». « С кем?» - Рей спрашивала серьезно, но ямочки на ее щеках все, же обозначились. « Со мной». – Очень серьезно ответил Верховный Лидер. « Ты меня приглашаешь на свидание? Каким-то очень давним числом?»- Удивилась Рей. « Лея сказала, что я совсем не знаю, что нужно девушкам». « Хорошо бы ты так и не узнал, что нужно девушкам», - почти фыркнула Рей. Наат не удержался и улыбнулся. Кайло уставился на него, потом на Рей: - А кто это научил его всякие конструкции ставить? - У него хорошо получилось, правда?- С гордостью спросила Рей, а Наат ждал, что вот сейчас Верховный Лидер как долбанет по этим его «конструкциям»… - Хорошо, -согласился Кайло, подошел к Наату, наклонился и прошептал: - Только девушку по имени Кайдел надо прятать ЗА щиты, а не держать ее на виду… Потом он развернулся, махнул своим Рен в сторону базы, взяв Рей под руку, направил ее к модулю. - Подожди! – Рей снова остановилась, - а как же Роуз? Я же обещала ей… Верховный Лидер шумно выдохнул: - Я отослал к ней Ири, и Хакс устроил ее со всем комфортом… Рей, ну идем уже! Я старался, между прочим, пакарну разогревать нельзя, она вкусная только приготовленная, а мы тут торчим, а она там… Рей несколько секунд просто смотрела на него, потом робко спросила: - Ты что, готовил еду? - Я? Нет. Я просто решил, что пакарна тебе понравится. - А она сладкая? - Нет, она лапша. С мясом. Рей подождала, пока он откроет двери, вошла, втянула запах приготовленной еды, зажмурилась и сказала: - Я могу и холодную поесть, я все ем… Его руки обняли ее за плечи, его голос у ее виска заставил сердце забиться сильнее: - Нет. Сначала пакарна, потом все остальное… - А, если все остальное поставить впереди пакарны? – Рей повернула к нему голову, и ее взгляд остановился на его губах. - Нет, - ответил упрямый Рен, - я знаю, что ты обедала на Добивающем вместе с Тико, и знаю, что суп из корня чаббота вам не понравился.- Только его глаза не были так уверены в твердости этого «нет». - А чему там нравиться? Зеленая жижа, причем не соленая… Он, все же снял с нее куртку, проводя в гостиную: - Вообще-то к ужину положено переодеваться… - Да? А во что? – Рей рассматривала расставленные блюда, и ни одного не знала. И еще так красиво светились бокалы… - Там тебе твои важные Пончик и Стружка передали… - Кайло кивнул в сторону спальни, не сводя с нее взгляда. Она удивлялась так искренне и так открыто. И как заиграли бликами ее глаза, отраженными в них бокалами из кари-кристалина, пожалуй, мать была права… Он отвык от этикета, он почти позабыл все, что было в прошлой жизни, но Лея, вдруг переведя разговор с политики, на личное, сказала: - Вам придется привыкать быть вместе, Бен, а это, зачастую, очень непросто. Подожди мне возражать, я скажу, а ты решай сам… - Она замолчала, собираясь с мыслями, потом кивнула сама себе, к чему ходить вокруг да около? - Ваш союз… странен, как ни крути. Вы абсолютно разные, Бен. По рождению, по образованию, по… да по всему! – Лея поправила капюшон, почти сползший на плечи, а снег тут же осел кружевом на ее волосах. – Я знаю, о чем я говорю. Так было с… твоим отцом. Разные взгляды на все, абсолютно! Чувства, это прекрасно, хотя как она могла ответить тебе взаимностью, я до сих пор понять не могу. С ее идеалами… Не перебивай! – Строго сказала Лея, видя, что Кайло что-то хотел сказать, - да, эти ваши Узы, можно сказать перечеркивают все социальные границы, это сближает. Но! Твое образование не идет ни в какое сравнение с ее необразованностью! И с этим придется считаться. Ее изоляция от общества и общение с… личностями, характерными для захудалых миров… ее абсолютная неуправляемость и … Да она на все имеет свое мнение! И следует этому мнению, ты понимаешь, что это конфликты? Рей не из тех, кто будет посещать приемы и нужные светские мероприятия, а это ей придется делать, уж ты мне поверь… Твое воспитание… и ее воспитание… Да кто б ее воспитывал! - Жизнь. Ее жизнь воспитала. – Вздохнул Верховный Лидер. Лея говорила уверенно, со знанием дела, потому что сама всю жизнь вращалась во властных кругах, а Хан наотрез отказывался от вращения в этих самых кругах, предпочитая свой… Сейчас эта разница интересов жгла прошлыми обидами, и Лея, зная резкость Рей, тревожилась, что нечто подобное повторится и с ее сыном… - Хотя… возможно я ошибаюсь. – Лея вспомнила, как Рей почти накинулась на нее с обвинениями, защищая Кайло, - и свое мнение она не станет ставить выше…м-м-м… твоего. Но! Есть же и другой аспект. Что она видела на этой Джакку? Вот скажи? Что она видела потом? И тут вдруг она попадает совершенно в другие условия существования! Они чужды ей! Она привыкла к… - К нищете, - вставил Рен. - Ну, не так , чтобы… да! Конечно, проведя с нами какое-то время… - Тоже не во дворцах, - согласился Кайло. - Вот что ты улыбаешься? Это военная полевая обстановка! Но теперь она будет сопровождать тебя….- Лея посмотрела на сына, - будет или нет? - Будет, - кивнул Рен. - Она будет сопровождать тебя… Бен, постарайся как-то… мягко, если сумеешь, конечно, дать ей понять, что ее статус… Кстати! – Органа строго посмотрела на Кайло, - а каков ее статус? Почему никто не знает? Почему ты не зафиксировал ваши отношения? Это неправильно! Это чревато осложнениями… - Какими? - Разными, - уклончиво ответила Лея, - мало ли что… - Надеешься, что мы разругаемся, и будем делить Галактику? - Что за глупости! Вот она умчалась к Роуз. Роуз… Девушкам нужно внимание, Бен! И еще сколько этого внимания! И как-то, поухаживай за ней, что ли. Я вот просто уверена, что ты даже не знаешь, что это такое. Девушки любят… - Подарки, я уже знаю. - Откуда? – Удивилась Лея. - Просветили. - И все же… Надо как-то… чтобы она привыкла к другой жизни, чтобы она восприняла ее как нечто естественное, чтобы она… - Мама, - спокойно перебил ее Кайло, - ты во всем права, и ни в чем. Мы не разные. Мы одинаковые. И мне есть, чему поучиться у нее. Мы справимся, поверь. - То есть, таким образом, ты мне намекаешь, чтобы я не лезла… - Нет! Ни на что не намекаю, я услышал тебя. - Вот ты знаешь, что она хочет? - Знаю, то же, что и я. - Править Галактикой? - Нет. Она хочет семью. И Дом. И чтобы в этом доме было тепло. Тут Лея посмотрела на него совсем другим взглядом, пронзительно-печально, и тихо сказала: - Ты прав… Это перевешивает все мои аргументы… Кайло вырвался из воспоминаний, снимая плащ и прислушиваясь к какому-то шуршанию в спальне. - Бен! - В ее голосе явно чувствовалось возмущение. Она стояла босиком на ковре из пушистой шерсти мерридога, пытаясь рассмотреть себя в гладких панелях стен. Пончик и Стружка прислали красивые коробки с чем-то, а дроиды сложили это все штабелем у противоположной стены. Рей раскрыла первую же попавшуюся и сейчас была недовольна: - Это надо НОСИТЬ? Скажи! - Она смотрела на Верховного Лидера с надеждой и долей возмущения. А он , взглянув на нее, подумал, что паранта все равно в супнице и в термокорпусе. Не должна быстро остыть… Что-то струящееся и почти невесомое, ниспадало до пола, обозначая алым силуэт ее фигуры, открывая плечи и драпируясь легкими складами на груди, впрочем, не скрывая то, что под тонкой тканью, очерчивая грудь. Она провела обнаженными руками вниз по платью, расправляя эти алые струи: - Скажи…- уже тише сказала Рей, явно чувствуя себя неуютно в этом платье. - Я не знаю, - признался Верховный Лидер, - возможно так сейчас носят… - Разве ТАК можно выходить куда-то? – Она почти засмущалась под его взглядом. - Я бы не хотел, чтобы ты выходила в этом дальше этой спальни. – Три шага к ней, и он открывает двери своего сознания, а то, что в ее сознании, соединяется с его тоской… « Я не видела тебя почти два дня…» « 37 часов». « Знаешь, мне почему-то так больно без тебя, как будто съезжаешь голой по дюне вниз, а вся спина саднит, и тянет, тянет кожу так, словно кто-то хочет отрезать от тебя кусок…» Он не выдерживает, обводя пальцами очертания ее груди, а она обвивает его шею руками. Ее вздох от этой мягкой ласки, и только прижавшись к нему всем телом, их тоска истончается и гаснет, а вместо нее какие-то ликующие волны вьются и сплетаются воедино. Его и ее, бередя души ожиданием и приятным трепетом соприкосновения. Она как-то облегченно, наконец, вдыхает его запах, чувствуя, как его руки замыкаются в кольцо вокруг нее, и поднимает голову от его плеча. Веселые огоньки в его взгляде перестают скакать и сливаются в один большой огонь, а ее пламя рвется ему навстречу. Она снова видит только его, потому что мир вокруг исчезает, только сияние поля энергии Силы вокруг, отделяя их от всего, оставляя им только их самих. Зачем что-то говорить, когда одно прикосновение рассказало больше, чем десятки слов, когда чувства переливаются в Силе, а сердце выстукивает признание. Зачем ему весь остальной мир, без нее? Разве уже может быть по-другому? Он ничего и не говорит, воспроизводя свои слова поцелуями на ее лице. Их общая Сила, общие мысли, общая боль, и эта тоска, когда они не вместе, тоже одна на двоих, и радость, обнимающая их в энергии Силы, тоже – одна на двоих, и ее так много… Он только слышит ее шепот в своем сознании: « Не отпускай меня…» Пылкие и такие просящие ее губы, словно каким-то пламенем изнутри ее самой, оставляют горящий след, выпуская голод тела, а нетерпеливость рук срывает одежду. Его жажда ее любви, ее потребность в его любви, как источнике живительной Силы, одной для двоих. Ее прикосновения, лаской опьяняли сознание, гладью ладоней по коже, по каждому рельефу мышц, оставляя ему право окутать ее откровением своих желаний, скользя по упругому телу, по шелковистой коже, обнимая губами грудь. Ближе, ближе, она обвивает его собой, осыпая золотым дождем горячей нежности, когда он погружает ее в теплые волны своей нерастраченной любви. Это их мир, где они – жизнь один для другого, им уже нельзя порознь, только вместе, потому что вместе они – Равновесие. Она в нем ясным солнечным утром, когда пробуждаются ото сна миллионы миров, распахивая голубые глаза своих небес, он в ней звездной ночью, даря неизведанные миры и тайны мироздания. Энергия всего живого вливается в Силу, а Сила наполняет их. Они вырвались за границы тысячелетних запретов, соединяя то, что было разорвано когда-то. Она как птица, парящая над ним, взлетая, отрываясь от земли в небо. Он внутри ее горячей власти, касаясь ее страстно и нежно, застонав от счастья, когда она шепчет: «Ты мой муж?». Что он мог отдать ей еще? Только свою жизнь… Потом она свернулась калачиком в кольце его рук, устроившись под боком, чертила что-то пальчиком на его груди, а потом сказала: - Кайло… - М-м-м? – Он открыл глаза, гладя ее плечи. - Я есть хочу! Переодеваться же уже не надо, правда? А Кайло подумал, что такими темпами, они будут изучать столовый этикет очень долго, и тихо рассмеялся, целуя ее горящие щеки… Гранд-адмирал Рэй Слоун смотрела в глаза того, кто предал. Ей были не интересны мотивы, если покопаться, то у каждого могут найтись несколько оправдательных вариантов. Но капитан Чстворш, смотря смело и с вызовом, сам ответил на ее незаданный вопрос: - У Ордена была возможность безжалостно расправиться с бунтовщиками, жестко поставить условия Галактике, заставив ее покориться и исполнять закон! И вычистить эти мерзкие расы раз и навсегда, оставив Галактику тем, кто достоин в ней жить. Верховный Лидер Сноук вел Орден к величию, а вы и ваши предатели идеалов Империи решили предоставить планетам выбор? Опять? Чтобы снова каждый кричал о своей независимости? Рэй Слоун не ответила, прошлась к иллюминатору, посмотрела на корабли, окружавшие ее флагман, сотни транспортов, снующих между ними, и вниз, в атмосферу Кворибу, только потом повернулась к капитану, устремившему на нее взгляд, наполненный иступленным негодованием. - Когда тебя Чстворш, эвакуировали с Господства, ты болтался в ожидании назначения… Те, старые имперцы, которые заняли места тех, кто должен был повести Орден, почему-то не желали брать тебя… Да. И я подумала, что найду еще одного единомышленника, ведь ты так горячо и отважно радел за благо Галактики. Я ошиблась? Или ты считаешь, что связавшись с мерзавцами, ты вернешь Сноука? - Эти мерзавцы были обречены, - ответил капитан, - они только инструмент, с помощью которого можно было убрать всех сразу. Поэтому я согласился сотрудничать с ними. - Убрали, - кивнула Слоун. - Что дальше? Ты встал бы у руля Ордена, или кто-то еще? Сколько таких вот, считающих, что они достойнее? Не знаешь? И я не знаю. Но узнаю. И никакой драки за место под солнцем не будет. Это я обещаю. А свою жестокость мог бы применить где-нибудь в деле. Например спуститься на Трандошу и лично поучаствовать в установлении порядка. Но ты предпочел сидеть тут, подальше от боевых действий и тихо оповещать убийц, когда для них наступит благоприятный момент. Пыточные дроиды вытащат из тебя все, в этом я не сомневаюсь, но ты можешь снять один вопрос, а это лишний удар током. Кто на Добивающем? И кто еще? Она провожала взглядом офицера, думая о том, что еще лет десять назад пристрелила бы его своими руками. Она ненавидела предателей. Теперь связь с Хаксом… Хакс. Рэй покачала головой. Она вновь посмотрела за прозрачную сталь обзорного иллюминатора. Десятки кораблей здесь и сотни в Галактике. Разве могла она себе представить… Не могла! После того, как появился Сноук – НЕ МОГЛА! Та, последняя встреча с Армитажем. Он смотрел на нее, разбитую и почти сломленную… - Вы как-то сказали мне, что безвыходных ситуаций не бывает, - помолчав, ответил Хакс, - нужно поставить цель, не так ли? И идти к ней. - Я шла к этой цели всю жизнь, Арми, но этот темный повелитель сильнее человеческих возможностей. Он ждал, пока мы поднимемся. О нем знали те, кто был близок к императору, те, кто вливал потоки кредитов, и им нужен он, а они ему. И у них другие цели. Только власть. Они переиграли меня. - Я тоже умею ждать, адмирал, - сказал Хакс, а в его взгляде непримиримость и ожесточение. Он опустил взгляд, укрывшись за пушистыми ресницами, но Слоун поняла, она научила его не сдаваться, и он не сдастся. Потом она узнавала, что все те, кто так или иначе были связаны с Брендолом Хаксом… разными способами уничтожены. Да и сам Брендол. Рэй не поверила в несчастный случай, а Армитаж поднялся до неимоверных высот, верно служа Сноуку… Или нет? Не Сноуку? Он служил Ордену, он шел к своей цели, и она догадывалась к какой. Только каким образом ему удастся совладать со Сноуком? Оказалось, Рен опередил его. И Рен оказался сильнее в их противостоянии. Теперь… Нет, теперь Хакс не замышлял против Рена, но отказался ли от цели? Или его желание несколько видоизменилось? Она говорила с доктором Фарниганом. Вернее, это он вызывал ее. Его тревожил генерал, и то, что доктор видел в медотсеке корабля. Причина. Причина по имени Роуз Тико. Гранд-адмирал покрутила голограмму одного из новых крейсеров, снова подошла к иллюминатору… Вот теперь она была уверена в том, что помимо устава и службы должно быть что-то еще. То, что защищает и то, что дает силы защищать. Чувства. А то, что Хакс способен на эти чувства… нет, Рэй, то, что кто-то сможет разрушить его бункер, в котором он замуровал себя, двигаясь к цели, вот это и есть главное. И она как-то по-женски радовалась, когда увидела другого Арми, немного… безрассудного, с сумасшедшинкой в глазах. Живого. Неужели тому мальчику, корчившемуся от боли, прижимавшего ручонки к животу, лежащего на металлических плитах там, внизу, вот на этом суперразрушителе много лет назад, удастся испытать, что такое радость? Она помнила, как подняла его тогда, отводя рыжие, ставшие черными от запекшийся крови, пряди: - Не реви, мы разберемся с ним… - и его взгляд-надежда в измученных глазах. Когда они с адмиралом Дейеном вышли из шаттла в ангаре «Затмения», она с удивлением увидела, как трое ее высших офицеров улыбаются. А Ото почти рассмеялся. И у Рэй отлегло. Напряжения от появления адмирала не случилось. Его помнили, его знали. Потом был Совет, потом долгие совещания и принятие решений. Ото был против, но она не просто настояла, она аргументировала свое решение. - Не потому, что ты мой муж, это смешно, зная меня. Ты сильнее, Ото, в тактике, в стратегии, так всегда было. И ты это знаешь. Наверное, ты единственный, кто не вызывал у меня злости по этому поводу. Я же должна была быть лучше всех! Но ты все равно был лучшим. Потом, я же знала, как ты выстраивал свои операции, не теряя корабли и людей, в отличие от других. И ты побеждал. Альянс ни разу не праздновал победу при встрече с твоими кораблями. Разве я не права? Кто еще, предложи? Дейен думал, сопоставлял, потом кивнул: - Я сам подал тебе идею, сам и отвечать буду, только попрошу… - Я знаю, - улыбнулась Рэй, - я помню, Ото, когда ты что-то делаешь, никто не должен лезть со своими советами. Можно только высказывать замечания. Потом. Так? - Так. И назначать командующих буду сам. Слоун тоже обдумывала: - Хорошо, - согласилась, наконец, - тут ты прав, весь флот – твой. - Ну, одного я уже могу назвать, - Дейен посмотрел с улыбкой, - знаешь, я думаю, это даже лучше, что он будет сосредоточен на одном. Снять с него бремя разросшегося флота, это правильно. Обидится? - Скорее всего. - Это не понижение, Рэй, я объясню ему… - Я сама объясню. У нас мало времени. Ото, очень мало времени. Даже, если на Дальние миры хватит кораблей Арми, то вот Элеоди и Занн, и что-то еще… Но регионы нельзя отставлять без защиты… - Мы и не оставим, - кивнул Дейен, - есть у меня одно предложение… Роуз остановилась прямо у порога, осматривая помещение. Впрочем, какое помещение, разделительные стойки отсеков, сразу и не охватишь. Ну, то, что это не для простого офицерского состава, она уже поняла. Дорогая отделка стен, пол, потолок… в потолке и полах отражались панели управления, мигающие датчиками. Чем они тут управляли? Тико вошла в гостиную. Точно, вся мебель приглушенных тонов, все освещение приглушенное, ничего лишнего, никаких тебе маленьких и славных предметов-безделушек, которые могли бы хоть что-то рассказать о том, кто здесь живет… Что-то зашевелилось в сердце, тревожное, но Роуз никак не могла понять, почему. На столе светилась голограмма - трехмерное изображение какой-то планеты, под потолком на репульсорах парила люстра, странная, плоская, ромбовидная, выключенная. Два коридора, то есть не совсем коридоры, сквозные, разграниченные перегородками. Да тут заблудиться можно! Жилой модуль был вполне себе стандартный, но тут все перестроено, как будто кто-то постоянно отделял себя всеми этими перегородками от большего пространства. Ее взгляд упал на стоявшую у стены в гостиной напольную вазу. Как странно. Такое изящество и здесь, в холодном мире холодного Пиллио и холодного модуля. Нет, на самом деле было тепло, Роуз сняла куртку. И куда ее? Панели… Потом разберется. А вот и комната. Одна? Роуз обошла модуль. Не одна, есть еще, но почему-то закрыты. И панели ни причем. Тут нужен ключ-доступа, и еще… Она вдруг остановилась, уставившись на закрытые переборки двери, потому что поняла, что ее встревожило. Запах. Пусть едва уловимый, но она узнала бы его из тысячи… Маслянисто-пряный и сухой, как северный ветер на равнинах Малого Хэйса… Тико замерла, потом бросилась к выходу, натягивая куртку. Ударила по панели, переборка поехала… С той стороны стояла серьезная Ири Карс и два дроида, а чуть дальше маячили снежные штурмовики, даже не обернулись. - Я к тебе, - сказала Карс, шагая прямо на Тико. - Ири! Мне надо выбраться отсюда, как мне найти Рей? - Никак, - ответила Ири, - я хотела ей сказать кое-что, важное, я нашла… но там охрана, и все. - Тут тоже стоят… эти, - кивнула Роуз, помолчала и решилась, - это Хакс приказал меня сюда запереть! - У меня другие сведения, - вздохнула Ири, - Рей попросила, чтобы тебе было удобно и безопасно. Ну, чтоб не с Ренами там сидеть одной. И Хакс сказал, что будет. Да что ты так волнуешься? Его на самой базе очень редко видят, да и не бывает он тут почти. - Почти? - Мне Тереко говорил, сейчас никуда, готовится что-то. Хакс, знаешь, все это время, как заведенный. Не спит он, что ли? Это Тереко так говорит. Добивающий снова куда-то собирается. … Роуз, - Ири вдруг посмотрела так просительно, почти умоляюще, - можно я пойду, а? Мне нужно туда, на орбиту, мне нужно… увидеться кое-с кем… понимаешь? - А Рей? - Что Рей? – Не поняла Ири. – Я же говорю, - не беспокоить. Этот Верховный Лидер очень даже отчетливо определил, что не беспокоить… - Значит, Хакс не спит, мотается по мирам, а Верховный Лидер там с Рей? - А с кем еще? – Не поняла Ири. - Ни с кем, - вздохнула Роуз, жизнь так быстро поменялась, что она уже ничему не удивлялась, принимая все, как есть, только ее жизнь какая-то… прерывистая. Сейчас ей казалось, что перед ней снова необъятных размеров стена, монолит, и позади уже вырос такой же, закрыв прошлое, а она между ними, и совсем не знает, как же ей идти, куда? И что там, за этой стеной? - Я пойду? – Тихо переспросила Ири. - Конечно, иди, - Роуз отложила куртку, выглянув за перегородку, дроид расставлял на столе в гостиной тарелки с едой. - А второй где? – не поняла Тико, бросившись в комнату, звуки доносились из ванной. Тут ванная?! - Завтра все твое с базы привезу, можно?- Крикнула Ири. - Можно! – Крикнула в ответ Роуз, рассматривая батарею тюбиков и бутылочек в ванной и дроида, выкладывающего полотенца. - Это что? – Нахмурившись спросила девушка. - Необходимое, - ответил дроид. - Так указано в заявке. Все необходимое для девушки, возраст 24 года, глаза карие, волосы… - Понятно, - почти прошептала Тико, пропуская дроида обратно, к выходу. Потом прошла в гостиную, осмотрела еду, попробовала то, что стояло ближе к ней на тарелке и спросила: - Тоже по заявке? - Стандартный обед офицерского состава…- начал дроид. - Но тут есть кухня, я видела! - Стандартный обед… Стандартный обед был съеден подчистую, почему обед, Роуз не поняла, так как было время ужина. Потом она снова и снова сверяла свои записи в датападе, подумала, набрала код доступа и запросила еще данные, но не по кораблю, теперь ей нужен был археологический архив. Эта маска. На лице того, главного, безликие одинаковые в шлемах… Но эта маска. Церемониальная? Или есть кто-то, кто использует такие? Или это отличительный знак? Она попробует узнать… А потом она не могла уснуть, ворочаясь в постели. Он не бывает тут, но это его… модуль. Там, на Добивающем, Рей сказала, что однажды она совершила ошибку, правда, не сказала, какую. Сказала, что если тебе верят, то нельзя предавать эту веру. Странный разговор. Она поверила Армитажу? Поверила, да! Ведь то, что она чувствовала, это же радость! И когда он улыбается, он совсем иной. Там, внутри, другой Арми… Но Наат же не соврал! Эта женщина… И Рей подтвердила. Роуз ошиблась? « Ему же больно, я знаю…» Мысли Тико скакали, как стадо одичавших рикритов. Они переплетались, сталкивались, спорили, словно две Роуз вели борьбу за свое мнение, и ни одна не могла победить. А потом она услышала шаги. Кровь рванулась вверх, обдав жаром и застучала в висках, гулко и быстро, а сердце где-то в горле вторило эхом. Шаги походили, то удаляясь, то приближаясь, а потом затихли. Роуз сидела на кровати, прислушиваясь. Обвела взглядом комнату. Ничего. Кроме той вазы из голубого ланцита. Вазу жалко, красивая. Да, может, он ушел? Роуз, откинув одеяло, встала, на цыпочках прокралась к двери и прислушалась. На всякий случай он приказал убрать все колющие и режущие предметы… да все предметы! Решение оставить Тико здесь, в своем модуле всплыло внезапно, и вибрировало, зудя и не давая думать. Нет, с Рен он ее не оставит! Черные глаза Наата, всплывшие в памяти вызывали злость. Ири Карс… Да. Там жилье для офицерского состава… Что? Роуз в это … общежитие? Да ни за что! Он настолько редко появляется в этом, предназначенном для него модуле… И охрана здесь такая, что точно не сбежит. Не сбежит, ведь мусорщица тут. Сначала разговор с гранд-адмиралом, потом с адмиралом Дейеном, Хакс смотрел рапорты о потерях , выслушал отчет доктора Фарнигана о раненых. Ему нужно было собрать все данные по кораблю и по флоту. Флот. « Это не понижение», - сказала Рэй Слоун. А что это? Если флот разбит на несколько, если Дейен теперь командует всеми, но он сказал, что оставляет Армитажу свободу принятия решений… Может, все к лучшему? Сосредоточиться только на СВОЕМ флоте. И Добивающий – флагман Верховного Лидера! Еще Бюро разработок, еще Научные центры, еще нужно пересмотреть систему подготовки штурмовиков, еще он решил создать специальные подразделения… Черт, все это БУДЕТ, но есть то, что важнее сейчас. Первое, это загадочные убийцы, второе … Тико. Наоборот. Все наоборот! Тико! Если он как-то не решит этот вопрос… Все остальное может не решиться никогда, потому что эта самая Тико… Он просто устал, поэтому не может справиться с чувствами. Да потому что этих чувств и не было раньше! КАК справляться? Вот вопрос. Наверное, надо поговорить с Фарниганом. Это просто химические реакции. А на все химические реакции есть другие, тоже, химические. И все! А, если он не хочет, чтобы «все»? Если он ЖЕЛАЕТ, чтобы «все» наоборот? Хакс прилетел на Пиллио, потому что генерал Урдт предупредил, что того, что требует Армитаж для флота сейчас, не хватит. Это как это? Это что это за заявление? Разговор вышел неприятным… А потом он получил рапорт с Раады. Однако, этот серый человек из криминальных расследований, знал свое дело. Всего секунда, когда посланный дроид успел запечатлеть корабль. И Армитаж напряг всех, кого мог, отдав приказ. А мог он многое. И кое-что нашлось. Он знал теперь, что это за корабль. Два часа ночи… Он уже шел к шаттлу, а там, в сердце, сначала пискляво и тоненько зазвенело что-то, и так захотелось вернуться… В самом деле, не будет же она приходить ночью во сне, когда она рядом…. чушь, о какой чуши ты думаешь, Арми! Только уже у рампы шаттла этот звон перешел в рык, Хакс остановился. Он должен вернуться. Непереносимое желание. Ему нестерпимо захотелось, чтобы его ждали, чтобы она его ждала… Он не должен поддаваться! Завтра Кайло будет с ней… говорить… Пилоты с удивлением наблюдали за странными действиями командующего. Он останавливался несколько раз, поворачивался к базе, потом к кораблю. Пока, наконец, не махнул пилотам, что отбой, и подозвал спидер… Роуз нажала на клавишу панели управления, и переборка двери плавно поехала вправо, почти не слышно. Точно так же, не слышно, Роуз скользнула в коридор. Тишина. Она осмелела и уже увереннее двинулась дальше. В гостиной никого. Точно, он ушел! Она облегчено выдохнула и уже повернулась идти к себе, как поняла, что сквозь панели, отделявшие второй коридор от гостиной, виднеется полоска света, а ее - не было! Тут Тико хотела убежать к себе, но ноги почему-то направились в обратную сторону, как раз к тем закрытым на ключ-код комнатам. Она по стеночке пробралась к открытым теперь дверям , подышала глубоко и заглянула внутрь. Прямо, как на мостике корабля. Полно дисплеев, все мигает, что-то пикает... Она обежала взглядом приборы. Подпространственная связь, коммуникационные сканеры… а это что? На двух мониторах чертежи… очень интересно, а что это за чертежи? Роуз подошла ближе, разглядывая изображения, какое-то устройство… вот тут, этот блок связи… И тут поняла, что в комнате кто-то есть. Почувствовала. Там, в дальнем углу… черная кожа дивана сливается с полумраком, сгустившимся около стены. Генерал полулежал, откинувшись на спинку, закрыв глаза, спал? Она прокралась еще ближе, обогнув торец дивана. Почему такой бледный? Или это ей показалось? Он дышал спокойно и глубоко. Она видела, как под расстегнутым кителем ровно поднималась и опускалась его грудь. На столике перед ним лежал кристалл памяти. Старое устройство, сейчас таких и нет совсем. Она потянулась рукой к кристаллу, любопытство перевесило осторожность… - Если ты все равно не спишь, Тико, - сказал Хакс, открывая глаза, - может расскажешь, что произошло на Рааде? Она отдернула руку, и посмотрела… Что в его взгляде? В зеленом море усталость и горечь, и что-то такое… безрадостное… Он окинул ее взглядом, и Роуз вспомнила, что выскочила в пижаме, которую принес дроид, как одно из «необходимого для девушки…», а взгляд Хакса застрял в районе ее колена на левой ноге, и она почему-то вспыхнула от досады. Пижамные штаны, доходившие до этого колена, не скрывали несколько ожоговых рубцов, ярко-розовых, выделявшихся еще своей свежестью, а она стояла, как шпионка какая, босиком, в пижаме, ночью, в комнате командующего флотом… Хакс сел прямо, перевел взгляд выше, в район ее груди. Вот ее грудь волновала его не меньше, чем проблемы всей Галактики, вместе взятые: - Рассказывай, мне это нужно. Не придется завтра на тебя время тратить… Тут внутри, в сердце Роуз ударило резко и хлестко, как выстрел из бластера в режиме боли, а та, другая Роуз, вскрикнула неслышно. - Ну да, - сказала Тико, зажигая угольки в глазах, - вот на жухлую Огу у тебя время всегда находилось! Конечно, она ж не особь, она любовница, а это… Роуз осеклась, потому что зеленое море в его глазах стало темным, как полумрак комнаты,и мгновенно поднявшийся шторм заставил Тико отступить назад. Где-то там, в сердце Хакса уже выл сигнал боевой тревоги, но ее слова кромсали это сердце стеклянным клинком шиккара, который уже обломался, а его осколки резали острыми краями ткани сердца. Он резко встал, а Роуз попятилась к выходу, задев локтем один из мониторов, потом развернулась и метнулась к двери, выскочила в коридор, краем глаза увидев, что командующий метнулся совсем в другую сторону. Вот зачем он тут наворотил такое количество перегородок? Лабиринт какой-то! Проскочив лабиринт, она столкнулась с Хаксом в гостиной, но ее позиция была лучше. Роуз стояла почти у своей двери, а генералу еще метра два… с половиной. Правда, она еще отчетливо помнила, как он прыгнул там, в палате… - Я буду говорить только с Рей или Кайло, с тобой – нет! – Твердо сказала Роуз и скосила глаза на стоявшую у стены вазу. - Запомни, - как-то жестко ответил генерал, - у меня нет любовниц! И если ты еще раз вспомнишь … или намекнешь мне… или... - Да ты попробуй прямо сейчас! – С издевкой заметила Роуз, - ты же меня уже раз приговорил, забыл? Теперь посадил тут под арест…. ты зачем там, на Галидраане… - Роуз уже задыхалась от волнения, - ...свои чувства… - Чувства? – Хакс усмехнулся, - все чувства только химические реакции. Доказано! - Да? – В Роуз как-то одновременно взорвалось все и стало так темно… а потом огненно, - Вот и отлично! – Как-то абсолютно спокойно сказала Тико, но как-то моментально и не спокойно она схватила вазу и грохнула ее под ноги генералу. Голубые сверкающие осколки брызгами разлетались по гостиной, Хакс стоял ошеломленный, закрыв глаза. Роуз подумала, что вазу жалко, но огненный столб все пылал внутри, выжигая оставшееся, а этот… химик… Она развернулась и ринулась к себе в комнату. Генерал отмер мгновенно, уже приняв решение… Вариантов было немного. Или она успевает закрыть переборку двери, или нет. Она дала ему понять, что разговор окончен, ясно, четко и громко. И красиво, достаточно, чтобы он услышал. В ней самой набор этих самых химических реакций смешался таким образом, что образовалось некое взрывчатое вещество, которое и сдетонировало должным образом, заставив ее расколошматить вазу. Переборка легко поехала на место, отсекая Тико от Хакса, но настырный генерал явно был не согласен, что последнее слово осталось за Роуз, он мало того, что придержал двери, он просто рванул их обратно. Тут Роуз совершила тактическую ошибку при отступлении. Не надо было ждать, успеет ли командующий к двери или нет, да еще и оборачиваться, вместо того, чтобы закрыться в ванной. Поэтому Армитаж успел схватить Роуз сначала за край пижамы, потом за плечи, потом цепкой, но какой-то ласковой хваткой припечатать ее к стене, ожидая когда она затихнет в его объятиях. Она затихла, прислушиваясь к своим химическим реакциям. Она слышала, как под тонкой тканью его тельника колошматится сердце, расстегнутый китель просто мешал сосредоточиться, горячее дыхание в ее макушку совсем одуряло, может поэтому химические реакции сложились как-то… Она уперлась ему в грудь руками и подняла голову, ловя его взгляд, и поймала! Совсем внизу живота сжался какой-то комочек, а Роуз, метая искры во взгляде, сказала: - Молчишь? Ведь любишь, как и я, и молчишь?! « Залп!» - Подумал Армитаж, уже понимая, что этим залпом она напрочь сносит его усиленные дефлекторные щиты, да и все остальные, заодно. Сражение с химическими формулами проиграно, это ясно. Сдаваться он не привык, но надо, потому что сказанное ею производит в нем непонятную детонацию неведомого вещества, и он с облегчением спрашивает себя: « Я ее люблю?» И эта мысль застревает где-то между страхом и надеждой. А Роуз, произведя отчаянный выстрел, смотрит с такой же надеждой, но он молчит! Слезы предательски наполнили глаза, и она подумала, что сейчас почему-то очень хочется его убить… как-нибудь… Генерал, ошарашенный ее признанием и своим собственным, окончательно убит незамысловато выстроенной химической реакцией, и говорит почему-то уверенно: - Да! - Что, «да»? - Роуз сглатывает слезы, поднимает руку и гладит его по щеке, он даже закрывает глаза от нахлынувшего восторга. Прохладные пальцы пробегают по векам, снимая эту резь… как во сне, где она была рядом… Она – рядом! - Да все! - Почему-то шепотом говорит генерал, прижимаясь щекой к ее ладони, а зеленое море в его глазах вдруг загорается нескрываемым откровением его желаний. В самой Роуз бабахает еще один взрыв, срывая какие-то тяжеленные замки в ее сознании, не оставляя ничего, кроме сменяющих друг друга химических соединений, в просторечьи называемыми чувствами. Что там по этому поводу говорят всегалактические ученые, она не знала и знать не хотела… А Хаксу стало вообще наплевать на то, какие там реакции происходят в организме, когда… когда понимаешь, что тебя… любят. И эта девушка, доводящая его до сумасшествия, это не просто любовный интерес, это невиданное и немыслимое таинство и волшебство. Не из этого мира, из другого, где звенит ручей, и можно дышать без маски, ее мир с атмосферой первого типа, и она дарит ему этот мир. И другого такого больше нет, потому что там – дом, где его будут ждать, где он нужен… Она капитулирует еще до того, как их губы сближаются, потому что безумно соскучилась по нему. И она желает его рук, которые сейчас, сминая пижаму, горячей волной по спине, потом два горячих потока разделяются, один притягивает ее за талию, ближе, а второй вверх, к шее, мягко обхватывая ее. Какая-то неуемная радость затапливает сердца, давая отдых уставшим душам. И его губы спешат по ее лицу, потому что он не может не чувствовать ее, и ему хочется зацеловать ее до боли, а потом добирается до встречи с ее губами. Вкус друг друга, поцелуй, как вечность, невысказанными словами, как спасение. Она так пылко отвечает ему, так благодарно и смело… Странное чувство полета через соприкосновение… И оба понимают, что нет сил больше держать себя в рамках и совершенно нет никой возможности остановиться… Разве он отпустит ее теперь? Эта дикая Тико, она только его! И он знает это… Что это за звук? почему он так противно гудит? Время… Время, которое он отпустил себе на сон, вышло… Он сжимает ее с такой силой, что Роуз вздыхает: - Арми… Он не желает ее отпускать… Она не хочет, чтобы он уходил… - Мне пора, - и он смотрит на нее с ожиданием и вопросом, смеет ли он… просить ее любви? А в ее глазах – обещание: - Я буду ждать тебя… Штурмовики едва успевали за командующим, когда он, почему-то на ходу, надевая пальто, почти бежал к шаттлу. Ему надо успеть сделать еще много, успеть, чтобы вернуться, потому что его ждут! Шаттл уносил генерала на флагман, а "Уничтожитель" рыцарей Рен уже приземлялся на площадку у скал. Рассвет только-только забрезжил над Пиллио, и впервые за много дней, встающее солнце готово было поджечь укрывавший все вокруг снег своими лучами, а свободное от облаков небо обещало яркий день. Кайло не хотел ее будить, но Рей проснулась сразу же, как только услышала сигнал вызова в комлинке: - Они привезли Баха! Верховный Лидер кивнул, одеваясь. - Он меня знает, видел, и я хочу спросить, чей это меч… Бах сидел на стуле в одной из свободных комнат базы, той, где находились полки с инфочипами. Траджен, сложив руки на груди, стоял позади него, всматриваясь в хохолок на седой макушке. Сейчас он не показался Рей таким страшным, как в первый раз, может, оттого, что снял верхнюю одежду, может оттого, что кроме бластера, на его поясе не было закреплено больше никакого оружия, а может просто оттого, что она знала, что для нее он не представляет опасности. Взгляд карих глаз переместился на Рей, когда они с Кайло вошли, опустился вниз, рассматривая ее всю, с головы до ног, снова поднялся, и остановился на Кайло: - А эта тоже тут? – Недовольно спросил Траджен и повел плечами. При слове «эта» в Кайло колыхнулось нечто тяжелое и темное, но Рей устремив к нему свои чувства, сказала: « Разве он знает?» - Это леди Рен . – Верховный Лидер подошел к Виркулу, который тут же собрался, перестав ухмыляться: - Мы догадывались, теперь понятно. – Губы в улыбке, но глаза очень серьезны. Перемены, произошедшие за время их отсутствия требуют осмысления, это ясно. Представительность Баха, каким она его помнила на Тарисе, сейчас поблекла и сникла, вместо самодовольного и самоуверенного пожилого господина перед ними сидел слегка сгорбившийся сухопарый и удрученный происходящим старик. - Вы что, плохо с ним обращались? – Спросила Рей, считав эмоции Баха. Он боялся. - Мы? – Виркул посмотрел на антиквара, - да он нас закидывал своими ловушками, то травил всякой дрянью, сбегая. Чего мы только не надышались, то контузионную гранату кинул, еле очухались, полдня потом глухие ходили, прыткий такой, последнее, что киданул, семена дурмина. Как живы остались, сами не знаем, успели носы закрыть, чтоб не вдохнуть эти тысячи огненных спор. Глаза потом жгло… - Пострадали, - кивнул Кайло, подходя к старику. Он поднимает светло-голубые глаза, смотря то на Рей, то на Кайло, видимо понимал, что страшные черные привезли к главарю. Главарь точно этот. - Вы знаете, кто я? - Спросил Рен. - Знаю, - вздохнул старик, - Верховный Лидер… - помолчал и добавил, - ужас Галактики. - Вы правы, - кивнул Кайло и протянул руку к виску старика, выражение лица которого вдруг сменилось тем самым ужасом. - Вы не Энторн, - спокойно сказал Кайло, - и не делайте таких глаз, я еще не влазил в ваши мозги, но могу. - Судя по тому, что у вас на поясе, я попался, - снова сокрушенно вздохнул антиквар, посмотрел почему-то на Траджена, обернувшись: - Можно что-нибудь… попить? - Принеси ему, - Кайло смотрел на старика, вглядываясь в его лицо, - рассказывайте, у меня нет желания копаться в ваших воспоминаниях. - Всю жизнь я прячусь, а все из-за Энторна. – Антиквар взял стакан, протянутый Традженом и жадно выпил, вытерев губы ладонью, - это он якшался с джедаями, с молодости, искал для них артефакты, консультировал, а я тоже Бах. Родственник, дальний, но с Энторном мы давно дружили, вот даже лавочка у нас была одна на двоих. Я работал, а он мотался по разным мирам, да архивам. Потом, когда Империя начала уничтожать джедаев, вдруг пропал. Совсем. И много лет никто не знал где он и что с ним. Потом, уже при Республике, явилась ко мне одна дама, сказала, что у нее для меня послание, от Энторна Баха. Я спросил, а где он сам, а она улыбнулась и ответила, что там, где спокойно. И все. – антиквар посмотрел на Рей и попросил: - Покажите ваш меч. Рей активировала клинок, старик зажмурился и произнес: - Я так и знал. В голопослании Энторн сказал, что, скорее всего, погибнет, но погибнет, защищая. Это его выбор. А вот то, что он вынужден погибнуть и оставить неоконченным дело, хотя дал обещание, его терзает. Я должен отдать все тому, кто придет от мастера Авелла, я узнаю, золотой клинок, и скажут «Луна». - А что вы должны были отдать? – Спросила Рей. - Не знаю. Больше ничего в послании не было. Ну, попрощался он со мной, на память передал аграф, забавная вещица, долго была, но дело надо расширять, конкуренция, а у меня репутация… - Дамы и господа могли спокойно приобрести краденые древности? – Спросил Кайло. - А я знаю, что они краденые? На них не написано. Приносили… люди… разные, я покупал! И что? - Что с аграфом? – Кайло уже понял кое-что. - Вот эта девушка должна знать. Аграф штучка красивая, но ценности не имеет, рекламный ход, таких штучек много, болтаются в хранилище, а так, подарок посетителю… Рей вдруг полезла в сумку, нащупала мешочек с овальным кристаллом… Это она? – Спросила Рей, доставая брошь. - Она. – Кивнул антиквар и попросил еще что-нибудь попить. Траджен возвел глаза вверх и сказал: - Может ему сразу сюда контейнер принести? - Аграф, женский, это же видно, – ворчливо начал старик, - а вы им не пользуетесь. Рей посмотрела на брошь: - Это подарок Энторна? - Я его рассматривал под лупой, ничего там нет, думаете я не понял, что он мог оставить там для тех, кто придет, кое-что? Кайло взял брошь, покрутил ее в руках, сдернул меч, секунду смотрел на аграф, а потом воткнул клинок в кристалл. У всех на глазах тот стал плавиться, рассыпаться, пока лезвие сайбера не достигло оправы, на дне которой плазма, заполнившая бороздки высеченных цифр, не зажгла координаты. Кайло посмотрел на Виркула, тот уже набирал координаты в своем датападе: - Джеонозис. - Красивая вещь была, – старик надул губы, а потом посмотрел на Кайло, уже смело: - Те, кто пытали меня, искали именно это. Год назад, пришли, трое. Лиц я не видел, спрашивали об Энторне. Они откуда-то знали, что я – не он. Потом … потом у одного из пальцев молния мне в висок. Не убил, но очено больно, так, что… Конечно я рассказал про этого джедая Авелла, и про клинок, и про Луну, а больше я ничего не знал. Только потом чувствовал, что за мной следят, все время следят! А тут эти… - он кивнул на Виркула. - Как они выглядели? – Спросила Рей, почему-то волнуясь. - Да никак! Какие-то желто-зеленые доспехи, броня, но не металл, и эти шлемы, и все одинаковые. - Молния вылетала из пальцев? – Переспросил Виркул, кинув взгляд на Кайло. - Это те, с Раады, - уверенно сказала Рей. Там, на Добивающем, ей совсем не пришлось проникать в воспоминания Роуз, потому что образы того, что произошло, ярко и четко читались и лежали на поверхности. Но Роуз настояла, чтобы Кайло видел сам. Возможно, ему удастся увидеть то, на что она не обратила внимания? - Ну, как молния, - старик задумался, - разряд. Это разряд, как электрошокер. Вы ведь отпустите меня? Зачем вам старик? Я больше не знаю ничего… Этот меч, - он кивнул на рукоять сайбера в руках Рей, - вы же не знали, чей он? Значит, этого мастера тоже нет в живых, а меч у вас, и аграф попал именно к вам. – Он покачал головой, а Траджен поводил глазами туда-сюда, провожая движения седого хохолка на макушке антиквара. - Сейчас вас проводят. Вы побудете здесь, на Пиллио, думаю день два, а потом вас доставят туда, куда скажете. – Кайло кивнул Траджену и направился к выходу. Рей подошла к старику: - Не бойтесь, с вами не случится ничего плохого, просто отдохнете…- И она улыбнулась, ободряюще коснувшись сморщенной кожи на руках старика. - Нет, мы летим на «Уничтожителе», - Кайло посмотрел на четверых Рен и повернулся к Траджену: - Нас шестеро и вас двое, комплект. Добивающий пусть остается на базе, мы успеем. Должны успеть. У нас два дня. - Там пятнадцать лун! – Воскликнул Виркул,- обшарить каждую… за два дня ничего не получится! Молодые Рен переводили взгляды со спорящих Кайло и Виркула, только Ло наклонился к Рей и спросил: - А что там, на луне-то? - Я не знаю, - пожала плечами Рей, – что-то важное, наверное. - А как же мы будем искать? – Удивился Ло, - если не знаем, что? - Я думаю, нет, уверена, что это «что-то» как-то связано с Силой. И нас шестеро. Мы почувствуем. - А координаты? – С надеждой спросил Ло. - Это орбита Джеонозиса. Наат привез Рей к модулю командующего, оставшись ждать. Не могла же Рей не объяснить Тико, что она улетает, и что те, кто гонялся за антикваром очень похожи на тех, кто убивал на Рааде. Рей еще думала, как успокоить Роуз, но увидев ее, все поняла: - Он сказал тебе? - Нет, - Роуз улыбалась, - это я ему сказала. - Ты не особь? – Улыбка Рей рассмешила Тико. - Мы не поднимали этот вопрос, только я знаю, что нет. - Мне нужно… Мы должны найти кое-что… Роуз, это не надолго, всего на два дня… - Знаешь, - Роуз подошла к ней, смотря абсолютно счастливыми глазами, - мы знаем, что это за корабль. Я знаю, что это за маска, мы знаем, что они используют совсем другие дезинтеграторы, не винтовки… у нас много работы, и… я знаю, что нужна ему… Мне не будет скучно… То, что антиквар постоянно чувствовал присутствие кого-то, «за мной следят», вот это тревожило Кайло. Не похоже, чтобы старик страдал манией преследования, нет, его сознание свободно, он это видел, но тревога не проходила. Кто-то знал, что могут прийти, кто-то ждал… Старик оказался на Пиллио… Верховный Лидер приказал медикам обследовать старика вдоль и поперек, и не ошибся. Микрочип они достали из области шеи, как раз под затылочной костью. Хакс, когда ему доложили, был возбужден, потому что эти технологии имперского бюро военных разработок исчезли много лет назад, но у Новой Республики их не было, он бы знал. - Этот чип как волновой приемник и передатчик. Звук – это волна. И он ее слышит. Так что, все, что говорит антиквар, и что говорят те, кто в радиусе пяти метров, слышно. И он не нуждается в подзарядке в течение нескольких лет, – генерал говорил то, о чем хорошо знал, потому что эта технология интересовала его уже много лет. - Значит, они слышали все, - задумчиво проговорил Верховный Лидер. - Это значит, Рен, что мне нужно прислать крейсер и авиацию. Если бы не Роуз, мы бы до сих пор считали, что они используют DXR-6, которую производит концерн Занна. Но у них совершенно другие устройства, хотя принцип воздействия на молекулярном уровне тот же. Даже касательное попадание – тяжелейшие последствия. Сколько выстрелов у этого устройства нам не известно, одно могу сказать точно, не больше десяти, и дальность поражения не выше 40-50м, если, конечно, тот, кто делает для "шлемов" эти устройства не переплюнул нагаев, а их переплюнуть сложно. И еще… Дезинтеграторы, как звуковое оружие не отражаются световыми мечами, Рен. На том же Джеонозисе погибло очень много джедаев, когда эти насекомые били из своих бластеров. Мучительная смерть, когда разрывает внутренние органы. Но то бластер, а это дезинтегратор. Ты рискуешь. - То, что они знают про орбиту Джеонозиса, не значит, что они знают ГДЕ искать. - Ты тоже не знаешь точно. Но встреча с этими желто-зелеными может стать последней для всех вас. Кайло помолчал, а потом сказал: - Увидим!