В объятиях врага

Веки казались такими тяжёлыми, что девушке пришлось приложить некоторые усилия, чтобы их немного приоткрыть. Голоса говоривших ,жестким гулом били прямо по голове, от чего она поморщилась. -Можно сделать так, чтобы она могла чувствовать себя нормально?-спрашивал Драко. -Мистер Малфой, это беременность,и нельзя ставить ее на один уровень с какой либо болезнью. Это состояние считается нормальным в ее положении.Я не вижу ничего того, за что можно волноваться. Но если смотреть с магической стороны, то ваш ребёнок вобрал в себя все самое сильное. Вы-наследник древней магии Малфоев, она-девочка из маггловской семьи, где она была единственной волшебницей, не обделённой острым умом, смею заметить. Этот малыш не прост, и он будет намного сильнее и талантливее своих родителей, -строго сформулировала объяснение мадам Помфри. По телу Гермионы будто прошёл ток, который остановился где-то, в районе живота и начал разливаться приятным тёплом. Едва подняв голову, она увидела золотое свечение над ним, и нервно сглотнула. -Вот, я же говорила! Этот ребёнок не будет простым, поэтому, мистер Малфой, вам должно быть предельно ясно, что нужно делать, чтобы у вашей,-замешкалась женщина, переводя быстро взгляд на Гермиону, - У вашей девушки было все хорошо.Побольше гулять, продолжительный сон-лучшее лекарство, и меньше стресса! -То есть, говоря простым языком, этот ребёнок забирает ее силы?-заметил блондин. -Все верно, и так было испокон веков. Женщина носит дитя, жертвуя своим здоровьем, своей красотой и фигурой, что тоже немаловажно.И вам не изменить этого, уж поверьте,-отчеканила врач и быстро пошла на выход. -Сколько ей лежать здесь?-крикнул в спину Малфой. -Как только станет лучше может уходить, -не оглядываясь на встревоженного юношу, бросила в ответ врач. В больничном крыле повисла нагнетающая тишина. Драко смотрел вслед уходящей женщине, и пытался понять, что ему дальше делать. Больше не забавлял тот факт, что эта девчонка боится его, как огня. Что от его присутствия у неё трясутся колени. Он напрягся. Напрягся так, что на висках вздулись маленькие венки, а во рту все пересохло. Он не умел по-другому. Заботливо, нежно. Это все не про него.Столько лет проведя в ненависти, в неприятии чего-то хорошего, он не мог за одну секунду пересмотреть своё поведение, а сейчас это было нужно как никогда, ведь она мать его будущего ребёнка. И те, чувства, которые он испытывал от близости с Грейнджер, не были похожи на брезгливость или что-то похуже. Гермионе казалось, что все это происходит не с ней. Головная боль все так же не стихала и от этого рождалось знакомое чувство тошноты. А это свечение над ее животом? Что оно могло значить? Страх, заставлял сердце биться ещё сильнее. Нужно что-то делать, разобраться в этом. -Прости.Я не знал, что так выйдет, -прервал молчание Малфой, сверля пол глазами. Прости? И это все? Ей хотелось закричать, забить его до смерти.Она приподнялась, на сколько ей давало это состояние, и глухо произнесла: -Сколько можно, Малфой? Он повернул на неё голову и хотел что-то сказать, но тут же прикусил язык. Он знал, что извинения это лишь малая часть того, что он мог бы сделать для неё. Но тут пришла странная мысль. С какого момента я начал бояться того, что она меня прогонит? Уходить не хотелось. Только не сейчас. -Сколько можно меня разбивать? -на глазах девушки выступили слезы, - Я ведь живая, Драко. Я так долго не выдержу, понимаешь? Она плачет. Нет! Нет! Она не должна плакать! Ты должен что-то сделать! Он, опустив взгляд, медленно подошёл к койке. -Я не хочу больше этого, правда, - присев рядом, нервно посмотрел ей в глаза,- Я хочу быть рядом. Сейчас. Завтра. Всегда. -Моя жизнь и так разрушена.Я потеряла родителей, друзей.Я не могу теперь нормально учиться, в скором времени я потеряю лучшего друга. И все из-за тебя. Зачем вообще все это было нужно? Ты доказал мне, что я такая же, как твои подружки. Ты доволен? Что ещё, Малфой? - плакала Гермиона, всматриваясь в его лицо. -Ты другая. Не смей ставить себя на одну лестницу с ними. Я доказал, в первую очередь себе, что не так жесток, как казалось. Что у меня есть чувства… Он, не долго думая, крепко обнял ее, от чего девушка ещё сильнее заплакала. Ему стало страшно.Страшно от осознания того, что сейчас она его оттолкнет и все его действия и извинения будут равны нулю. Но нет, Гермиона прильнула к нему, как к самому близкому человеку на этой планете, от чего у Драко где-то внутри встрепенулись маленькие, яркие бабочки.Ее хрупкое тельце содрогалось от рыданий, а он прижимал ее к себе так сильно, что стало тяжело дышать. Я виноват. Я знаю. Я признаюсь, что это все из-за меня. -Я все исправлю, Гермиона, -тихо сказал он. Что? Он назвал ее по имени? Не Грейнджер? Не вонючей грязнокровкой? С этим миром точно что -то не так. -Как ты меня назвал?-вытирая слёзы, прошептала она. Он посмотрел на неё и одарил тёплой улыбкой. -Гермиона. Я уже называл тебя так, просто ты не помнишь. В тот вечер, на озёре, сейчас в главном зале,- -смущение окрасило его щеки в розовый цвет. -Т-т-т-ты назвал меня по имени… Отстранившись и смотря на него, как на привидение, она тяжело сглотнула. Кажется, у неё кружится голова. От абсурдности данного высказывания. От абсурдности всей ситуации. -Убери от неё руки, ублюдок!-ворвался в палату Гарри с таким видом, что Гермионе стало на секунду страшно.Он пронёсся мимо больничных коек бешеным вихрем. -Гарри! Стой! Он не...-пыталась что-то сказать девушка. -Я не хочу ничего слышать, Гермиона! Я долго наблюдал за вашими отношениями. Сколько можно? Сколько это ещё продлится? Из-за всех этих переживаний, ты падаешь в обмороки, тебя тошнит, и ты бледная, как поганка!-кричал Поттер на все больничное крыло. Через несколько минут забежал Рон, который так же сильно хотел поквитаться со Слизеринцем, когда Луна рассказала, что видела, как Драко нес Гермиону сюда. -Ты им не рассказала? Неужели ты боишься?-вопросительно посмотрел на Гермиону Драко. Девушка грозно посмотрела на юношу, будто говоря: « Если ты хоть слово скажешь-я убью тебя!» -О чем он? -громко дыша, спросил Гарри и сердито посмотрел на подругу. -Драко, уйди.Мне нужно поговорить с ним, -умоляюще почти прошептала Гермиона. -Нет! Я никуда не уйду!Ты обязана ему сказать, Грейнджер! Обязана!-перешел на крик парень. Рядом с Поттером стоял Рон, понимавший всю патовость ситуации и удивлённо открывал рот. Он знал, что это произойдёт.Но только не сегодня.Не сейчас, когда она в таком жутком состоянии. Он положил руку на плечо друга и еле слышно промолвил: -Гарри, пойдём. -Нет! Я хочу послушать то, что расскажет мне она,-указывая глазами на подругу, крикнул он,- Я давно заметил ее странное поведение. И я хочу узнать, в чем все-таки дело. Говори! -Малфой, уйди! Я хочу поговорить с ним!-уже кричала Гермиона, нервно теребя край одеяла. Он уйдёт. Прямо сейчас. Просто встанет и уйдёт из этого чертова места. Вот так, один шаг, другой... -Давай говорить начистоту, Грейнджер? Я никогда не представлял тебя в качестве матери своего будущего наследника, и уж тем более, за все 8 лет не смел думать о тебе в каком-то другом контексте, кроме того, что ты являешься мерзкой грязнокровкой,- морщась от гнева , парировал Драко,- Но теперь, когда вот так все повернулось, явно не в мою сторону, и ты совершенно не готова рассказать обо всем своим дибильным друзьям, и что либо изменить в наших с тобой отношениях, я начинаю думать, что так и должно быть! И наверное, пусть все остаётся на своих местах!Ты ненавидишь меня, а я делаю вид, что солидарен с тобой! -подвел итог, будто плюнул в бедную, плачущую девушку и быстро развернувшись на каблуках, зашагал прочь. Гарри и Рон застыли в оцепенении. Больше не нужно было объяснений. Рон смотрел в спину другу, и видел, как на шее вышла испарина и неспешно превратилась в холодный пот. Это говорило о том, что сейчас будет огромный скандал. -Какого, к черту, наследника? Вы все, с ума чтоли посходили? -тихо начал Поттер. Гермиона не знала что ответить. Она перебирала всевозможные оправдания для себя, но не одно из них не оказалось более подходящим и благоразумным. Гарри повернулся на рыжеволосого друга и посмотрел так, будто понял, о чем только что сказал Малфой. -Ты знал?-сердито спросил он. В ответ услышал только тишину и заметил блуждающий взгляд Рона. -Ты знал?-уже громко рявкнул Поттер. -Гарри, я не хотел, чтобы вот так...-мямлил Рон. Он схватился за голову, чем взъерошил и без того непослушные волосы. Этот диалог с Малфоем тяжелым грузом залёг на сердце и обвивал его чёрной, мёрзопакостной смолой.Так противно, так гадко. -Я не думал, что когда либо это скажу, -тихо начал Гарри, -Вы меня конечно простите, но дальше без меня, -с этими словами он направился к выходу , оставив Рона с Гермионой, которые смотрели друг на друга, понимая, что сегодня, возможно, их многолетняя дружба была стёрта с лица земли. Одной лишь фразой.Ебаной фразой. -Гарри, брось, ведь она в положении! Как ты можешь?- побежал было следом Уизли. Поттер повернулся в последний раз и сверкнул гневными, зелёными глазами. -Ты говорила о дружбе на первом курсе, помнишь? Что есть что-то важнее всего? И первое, что произнесла-слово дружба. Но почему сейчас я вижу твоё недоверие и боязнь говорить начистоту? Гермиона? Слёзы беспощадно капали, не оставляя сухого места на лице девушки. -Гарри... Я хотела сказать,- шепотом оправдывалась она. -Но не сказала,- он опустил взгляд, сдерживая наступающие слёзы,- Он ведь предал нас всех. Как можно любить такого? Скажи? Гермиона молчала, не поднимая глаз. Ей нет оправдания, и она это понимала. -Я не могу тебе сказать,- услышал он, сквозь рыдания. Да, Малфой был прав-сложно говорить о своих чувствах, которые все вокруг только порицают. -Вот в том то и проблема. Ты разучилась говорить, я разучился слушать. Я надеюсь, что этот ребёнок никогда не переживет того, что когда-то пережили мы с вами,- он развернулся и скрылся за дверью. И пустота. Опять эта ебаная пустота. Что ты чувствуешь, когда уходит твой близкий друг? Просто пустота. Собственная никчемность. Нет возможности это исправить. И самое главное - нет надежды на то, что все будет как раньше. Не будет. Уже никогда.