I'd Give My Heart Gladly

      Тяжёлая и жаркая паника накрыла, как лесной пожар. Кит не уверен, что делать с сообщением. Он просматривает его сто раз в поисках скрытого смысла. Лэнс расстроен? Станет ли он им, как только узнает всю правду? Неужели он только что узнал? Или уже давно всё прознал? Как он узнал? Как он мог это сделать… его телефон. Лэнс, блядь, рылся в его телефоне.       И именно эта мысль действует Киту на нервы, заставляет его позвонить по знакомому номеру с полной уверенностью. Потому что, если это, просто попытка его разозлить и дать понять, что он извращенец, который скрывал правду, то, по крайней мере, у Кита тоже есть туз в рукаве.       Хотя он очень, очень, надеется, что это не так. Он бы хотел, чтобы фотография была именно тем, чем она должна являться: приглашением. — Хеллоу, — Лэнс отвечает на втором звонке, хотя его тон совершенно небрежен, как будто он удивлён, и явно не ждал звонка. Кит делает глубокий вдох, приходя в себя и контролируя самообладание так, как ему никогда не приходилось делать до встречи с Лэнсом. Он не хочет слишком сильно давить, по крайней мере, до того, как он ясно поймёт, что Лэнс хочет этого. — Привет. — О, привет. Я думал, ты не уйдешь раньше четырех? — Лэнс звучит рассеянно, но, скорее всего, это отрепетировано, и Кит ненавидит, то, как легко ему расплыться в улыбке при этой мысли. Лэнса ужасно… ужасно и невыносимо легко любить. — Я и не должен был. У меня перерыв, — говорит ему Кит. Затем, с прерывистым вздохом, который дрожит у него в горле, он задает вопрос, на который действительно хочет знать ответ, — Что ты сейчас делаешь? — Прямо сейчас? — Лэнс растягивает слова, медленно и дразняще, протяжно, как будто он работает над своей сексуальностью, а не отвечает на вопрос друга. Кит борется с желанием зарычать от нетерпения, ожидая, что Лэнс скажет хоть что-то, чтобы дать ему причину отказаться. — Перечитываю свою старую переписку с парнем, который следит за моим блогом, Redwolf23 или что-то в этом духе. Боже, Кит, ты не поверишь, мы столько вещей обсудили за все эти годы. Так много фантазий, которые я бы хотел исполнить, если бы только мог встретиться с ним лично… А ты? Что ты делаешь? — Я, э-э, я... — язык Кита присох к нёбу, он не может заставить его работать, чтобы сказать хоть что-то, что имело бы смысл. Он знает, что следует сделать, знает, что ему надо всё поставить на паузу и дать себе немного времени подумать, должен вернуться к работе как порядочный человек и закончить все свои встречи. Но это не то… что он хочет сделать. И Лэнс это знает, что можно понять по его заинтригованному тихому вздоху, который он издает, когда Кит произносит, — Я возвращаюсь домой. — Да? А что насчет твоих клиентов? — Лэнс не звучит обеспокоенным. Совсем нет. — Я перенесу их. — Ха, — Лэнс дышит медленно и легко, как будто знает, что каждая секунда, которую он тянет, — это еще одна секунда, которую Кит будет вынужден ждать, чтобы заполучить его. Кит не может сдержать рычание от раздражения, как и Лэнс своё ответное игривое хихиканье, —Ну, в таком случае… тебе следует поторопиться. —Что? Почему это? — огрызается Кит, даже когда поворачивает ключ в замке зажигания и готовится ехать так быстро, как только ему позволит движение транспорта в Лос-Анджелесе.       Лэнс отвечает ему тихим мычанием, как будто тщательно обдумывает свои следующие слова, хотя на самом деле Кит знает, что он уже придумал, что сказать, чтобы разозлить его ещё сильнее. В конце концов, он всегда легко справлялся с этим. Так было всегда, даже до того, как он познакомился с Китом лично. Врождённый талант. — Ну, видишь ли, я был очень хорошим мальчиком... И я все еще жду своей награды. — Блядство. — Ты отдашь его мне, папочка?       Кит вешает трубку, не говоря больше ни слова. Не хочет терять и секунды, которую он мог бы потратить на то, чтобы добраться до Лэнса. Его кожа покрывается мурашками от того, каким нетерпеливым он себя чувствует, его член становится твердым между ног, чем больше он думает об этом... и невозможно остановиться.

***

      Лэнс ведёт опасную игру, но он уверен, что выигрывает.       В конце концов, ему удалось убедить Кита уйти с работы пораньше, что легче сказать, чем сделать. И конечно, Кит повесил трубку, когда тот попытался подразнить его, но он почти уверен, что это просто обычный способ Кита выразить свои чувства, а не способ отказаться. Поэтому Лэнс ожидает, что он скоро появится, и делает необходимые приготовления.       Ну, на самом деле, они были сделаны уже несколько часов назад. Лэнс растянул себя в тот момент, когда вернулся после того, как оставил телефон Кита, не зная точно, сколько времени он проведет со своим клиентом и сколько времени пройдет, прежде чем у него появится возможность заглянуть в свой телефон. Он хотел убедиться, что сообщение будет готово и отправлено, когда тот проверит его. Так что он не терял времени даром, раздеваясь, как только вернулся. Куртка Кита была на самом деле последним штрихом, когда он заметил, что она висела на стуле, то идея пришла сама собой.       Он делает снимок довольно быстро, несмотря на своё волнение. Он отсылает его сразу же, не задумываясь, а затем переходит к той части своего плана, где все, что осталось сделать, это… ждать. Единственное, в чем Лэнс абсолютно ужасен. Его терпение быстро иссякает, и тогда он хватается за смазку, решая еще больше подготовиться к тому времени, когда Кит вернется.       Только, Кит, кажется, нихрена не собирается отвечать ему. Это вызывает беспокойство, давящее на Лэнса, и единственное средство, которое он может придумать, чтобы отвлечься от этого, — это как следует трахнуть себя на пальцах, а не просто растянуться, чтобы быть готовым. Поэтому он доводит себя до края, а затем ему требуется несколько мгновений, чтобы остыть. Он не хочет, чтобы все закончилось слишком рано и до того, как началось. И хотя он не сомневается, что смог бы возбудиться снова… часть его чувствует, что надо ждать, ведь так будет лучше.       Когда Кит наконец звонит, ему достаточно услышать первое слово из его уст, чтобы понять, что он согласен на игру, которую затеял Лэнс. Он слышит это по тому, как дрожит его голос. Плохо скрытое желание, просачивается сквозь то, что осталось невысказанным. Лэнс знает, что Кит хочет его, хочет достаточно сильно, чтобы отбросить осторожность. Они, конечно, поговорят об этом позже.       Но, как бы то ни было, Лэнс готов к тому, что Кит ворвется, собьет его с ног, повалит на кровать и трахнет, как животное. На самом деле он с нетерпением ждет этого. Ему кажется, что он ждал достаточно долго. Это было похоже пытку. Киту не нужно тратить время на слова, ему просто нужно трахнуть его.       К тому времени, когда он наконец слышит, как за Китом открывается и громко захлопывается входная дверь, он уже больше часа работает над собой. Его запястье болит, член истекает спермой на живот от желания кончить. И он зашел так далеко, что у него даже не хватает сил стыдиться всего, когда Кит входит в комнату с дикими глазами, а его рубашка уже наполовину снята. — Это заняло у тебя много времени, — Лэнс игриво насмехается, но за этим нет настоящей язвительности, он даже не может притвориться, когда в его тоне столько явного облегчения. Кит предсказуемо молчит, глаза прикованы к тому месту, где пальцы Лэнса все еще неуклюже трахают его самого, пытаясь снять напряжение от возбуждения и боли в члене. Лэнс пристально наблюдает за Китом, изучает его голодный взгляд и раздвигает ноги шире в знак приглашения. Его член дерзко дергается у его живота, умоляя, чтобы к нему прикоснулись, и Лэнс игнорирует это, отдавая все свое внимание Киту. — Блять, — шепчет Кит себе под нос, в его голосе звучит благоговейный трепет от этого зрелища. Лэнс слегка собирается под пристальным вниманием, его желание устроить хорошее шоу берет верх над усталостью. Он трахает себя быстрее, пока влажное хлюпанье не заполняет комнату. Кит медленно подкрадывается и устраивается на краю матраса. Его рука легка и неуверенна, когда она опускается на внутреннюю часть бедра Лэнса, но стон, который Кит получает в ответ, кажется, все, что ему нужно для ободрения, потому что тогда он сжимает сильнее и впивается ногтями в ногу Лэнса, — Черт, детка, посмотри на себя. — Я бы предпочел, чтобы ты делал нечто большее, чем смотрел, если тебе не все равно, — произносит Лэнс, прерываемый только одним хриплым всхлипом, когда его пальцы сжимаются внутри него как раз там, где надо. Потом он умоляюще смотрит на Кита, слишком хорошо представляя, как эти ловкие длинные пальцы могли бы трахнуть его намного лучше, чем собственные. — Ты понятия не имеешь, как долго сегодня тянулась дорога домой, — Кит говорит ему это, потому что, очевидно, решил, что сейчас самое время побыть разговорчивым. Лэнс просто дуется на него, борясь с желанием напомнить, что он заставляет их обоих ждать. Он уже давно готов, да настолько, что Киту, вероятно, даже не пришлось бы смазывать свой член, прежде чем войти в него. — Кит, — в конце концов Лэнсу это наскучило, он неуклюже извивается, требуя внимания. Но рука Кита на его бедре держит, что только больше возбуждает. Он хватает Кита за запястье и пытается оторвать его руку. Кит не отпускает, — Что тебе это дает? Ты пришел посмотреть на меня или трахнуть? Ты долгое время следил за моим блогом, Кит, разве ты не предпочел бы, чтобы я был настоящим? Или ты боишься, что не сможешь удовлетворить меня?       Лэнс явно подначивал его, но в прошлом это всегда срабатывало, и на этот раз он надеялся, что оно сработает снова. Ему нужно, чтобы Кит поскорее разделся, лег в эту кровать и показал, чего ему не хватало все это время. Черт, он не может дождаться, когда увидит этот член вживую, обхватит его руками или ртом и трахнется с ним как в последний раз в жизни. — Ты также нетерпелив в постели, да? — отвечает Кит, вместо того чтобы предложить что-нибудь дельное. Он убирает руку с бедра Лэнса и даёт ему свободу, позволяя делать то, что ему заблагорассудится, хотя в настоящее время Лэнс делает всё сам. Он переворачивается на живот и сразу же начинает тереться о простыни под собой, не обращая внимания на то, как Кит наблюдает за ним, — Ты долго не протянешь, как только я войду в тебя, может быть, нам стоит снять твоё напряжение сейчас. Как ты думаешь? Я мог бы воспользоваться своим ртом.       Слова Кита действительно задели Лэнса за живое, но не так, как хотелось бы. Вместо этого в его сознании вспыхивают образы того, как он стоит на коленях перед Китом. Нет способа лучше, чтобы ближе познакомиться с его пирсингом, чем исследовать его ртом? Обвести языком? Взять в рот и пропустить в горло? Внезапно Лэнс не может придумать ничего, чего бы он хотел больше, кроме как этого. — Мм, или я мог бы отсосать у тебя. Я хотел взять твой член в рот с тех пор, как ты в первый раз прислал мне его фотографию… хотел подавиться им с того момента, как ты прислал мне ту, в которой впервые продемонстрировал свой пирсинг. Черт, Кит, можно мне? — спрашивает Лэнс, поднимая голову и ошеломленно смотря на него. Теперь, когда у него немного прояснилась голова, он замечает очертания члена Кита в джинсах. Боже, если быть честным, он не уверен, как он мог это пропустить, учитывая, что Кит огромен. Ему приходится несколько раз моргнуть, чтобы убедиться, что то, что он видит, реально, но, конечно же, член Кита — сплошная линия у его бедра.       Лэнс ползёт на коленях и спускается с кровати, пока не устраивается рядом с Китом. Их глаза встречаются, и Лэнс видит вспышку предчувствия того. Он знает, что это такое, знает, что, если бы он не был так чертовски взвинчен и возбужден этим, то, вероятно, тоже сейчас нервничал бы. Поэтому он шикает на Кита, наклоняется ближе и кладет руку ему на щеку, — Хорошо, ты меня раскусил, я романтик. Могу я сначала поцеловать тебя? — Да, - выдыхает Кит, наклоняясь к нему. Лэнс встречает его на полпути, соприкасаясь носами, скользит рукой вниз к подбородку Кита и крепко держит его. Он поворачивает лицо Кита в обе стороны, любуется видом, восхищается тем, как ресницы Кита красиво ложатся на его высокие скулы, когда глаза закрываются в ожидании. Он еще не целует его, но касается губ, дразня, как и всегда. Это возбуждает его, он командует так, как тот, кто будет предъявлять требования, даже когда у него, наконец, будет член Кита в заднице. — А потом можно я тебе отсосу? — спрашивает Лэнс, в его тоне слышится лишь намек на раздражение и нетерпение. — Не могу представить, что у кого-то хватит сил сказать нет, когда ты так мило просишь, — Кит отвечает, не сбиваясь с мысли, и Лэнс пропускает это мимо ушей, несмотря на явный сарказм, потому что все остальное было бы просто отвлечением от поставленной цели. И он очень хочет подавиться членом Кита в самом ближайшем будущем. И чем скорее, тем лучше.       Их поцелуй с самого начала был отчаянным. Лэнс пытался сдержаться, но это бесполезно, и с первого же прикосновения их губ друг к другу он ловит себя на том, что игриво покусывает их зубами и проводит языком. Он приятно удивлен, когда Кит отвечает ему сразу же и целует в ответ так же напористо, а затем еще, когда он прижимается ближе и толкает Лэнса обратно на кровать.       И Лэнс без возражений, снова раздвигает ноги, позволяя Киту устроиться между ними.       Сразу становится очевидно, что Лэнс недооценил Кита и его опыт, основываясь на их первом поцелуе. Он целует Лэнса, затаив дыхание, целует Лэнса так сильно, что ему трудно думать об этом. Его язык порочен, когда он исследует рот Лэнса, доминирует над ним без усилий. Кит целует его так, чтобы он не чувствовал себя обделённым, тяжелая рука на его бедре, удерживает его, не давая сбежать… не то, чтобы он этого хотел.       Ну, в конце концов он все-таки решает, что ему нужно отстраниться, но только потому, что ему не хватает воздуха, и Кит начал прижиматься бёдрами в одежде к обнаженной коже Лэнса. Это нечто подсознательное, просто ищущее трения и тепла. Но это не меняет того, как это влияет на Лэнса, заставляет его запрокинуть голову и прервать поцелуй, задыхаясь. — Боже, Кит, я долго не протяну. Даже не прикасайся ко мне. Я кончу, и я не хочу этого, пока ты не войдешь в меня. — Если ты не разрешишь мне прикоснуться к тебе, то будет трудно тебя трахнуть, - рычит Кит в ответ, покусывая нижнюю часть челюсти Лэнса, пытаясь инициировать еще один поцелуй. Но Лэнс кладет руку ему на грудь и отталкивает его, и он, не колеблясь, отстраняется. Кит устраивается на краю кровати, и Лэнс следует за ним по-своему, перемещаясь на пол и в конце концов опускаясь на колени между ног Кита. — Наконец-то, — выдыхает Лэнс, расстегивая джинсы Кита, чтобы достать свой долгожданный приз. Кит приподнимает бедра с кровати, чтобы позволить Лэнсу раздеть себя, но он не делает этого, у него действительно не хватает терпения в данный момент. Он стягивает джинсы до середины бедер, а затем быстро облизывается, не сводя глаз с того места, где член Кита обрисовывает его нижнее белье в самых грубых очертаниях, оставляя мало места для воображения. В любом случае, Лэнсу не нужно было воображать, учитывая, что он видел его раньше и провел бесчисленные часы, фантазируя об этом.       Сквозь тонкую ткань белья Лэнс клянется, что видит крошечные шарики штанги, прямо там, у головки члена. Он наклоняется вперед, и Кит с любопытством смотрит на него, недоумевая, что тот задумал, учитывая он все еще в основном одет ниже пояса. Лэнс, однако, не колеблется, обхватывает губами головку члена Кита через ткань. Сразу становится ясно, что он был прав, это определенно был контур его украшения. Лэнс знакомится с ним как можно лучше, проводя языком по нему через ткань, посасывая и пробуя соленую горечь предэякулята. — Так отчаянно нуждаешься в нём, не так ли? Даже не можешь дождаться, когда я его вытащу? — Кит усмехается, кладя руку на голову Лэнса и проводя пальцами по его волосам. Его прикосновения нежны, почтительны и осторожны в том, как он убирает волосы с глаз, что создаёт контраст с резкостью слов, — Никогда не видел, чтобы кто-то возбуждался от отсоса. Ты спешишь встать на колени перед каждым мужчиной, с которым ты рядом, или я просто особенный?       Лэнс хочет сказать ему, что он особенный, что он делает это не для кого попало, но в данный момент его рот занят, и он не намерен отстраняться. К сожалению, примерно в этот момент Кит хватает его за волосы и тянет назад, несмотря на протестующий вой. Лэнс моргает, глядя на него широко раскрытыми глазами, уже полными слез, сверхчувствительный и уязвимый из-за того, что его лишили того, чего он хочет. — Не дразни, — умоляет Лэнс, но Киту, похоже, все равно. Он кладет большой палец на нижнюю губу Лэнса, снова открывая рот. Язык Лэнса послушно высовывается, и Кит прижимает к нему большой палец, прижимая его ко рту. — А что, если мне так хочется, м? Разве ты недостаточно дразнил меня, чтобы не почувствовать тоже самое? Ты никогда не проявлял ко мне милосердия, — Кит жестоко напоминает ему об этом, удерживая его на месте большим пальцем во рту и сжимая рукой челюсть, в то время как другой рукой он стягивает нижнее белье ниже по ногам. И вот он стоит, высокий и гордый, самый большой и красивый член, с которым Лэнс когда-либо имел честь быть лицом к лицу.       Он всхлипывает, инстинктивно пытаясь наклониться вперед, но хватка Кита достаточно твёрдая, чтобы удержать его от этого. Он вынужден просто смотреть, как Кит берет свой собственный член в руку и надрачивает себе, потирая большим пальцем головку и проходясь по изящным серебряным украшениям там.       У Лэнса слюнки текут изо рта. Слюна скапливается, пока не стекает по уголкам рта и не стекает по подбородку. Тем не менее, большой палец Кита продолжает удерживать его язык, не смущаясь. — Пожалуйста, — Лэнс умоляет, моргая глазами, вопросительно глядя на Кита. Кит улыбается ему сверху вниз, есть что-то необъяснимо заботливое в его глазах. Его рука на члене замедляется, держит его ровно и ведет к открытому рту Лэнса. И он выгибается вперед, нетерпеливый. Только, когда он подходит достаточно близко, чтобы снова взять член Кита в рот, ему этого не позволяют. Вместо этого Кит просто постукивает головкой по губам, по вытянутому языку, дразня его мимолетным прикосновением того, чего он хочет. Лэнс скулит, пронзительно, где-то в глубине горла.       Кит убирает большой палец, вытирая его о простыни. В тот же миг язык Лэнса начинает дергаться, умоляющие слова срываются с его губ так быстро, что он не успевает даже осознать, — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Мне это нужно, Кит, не дразни меня. Хочу попробовать тебя на вкус. Пожалуйста? Пожалуйста... папочка.       Конечно, Лэнс манипулирует. Redwolf19 всегда откровенно говорил об этом кинке, и даже Кит лично намекал на смутный интерес к этому, хотя, признаться честно, он очень себя сдерживал. Но дело в том, что Лэнс был вполне уверен, что он нанес самый большой удар Киту до того, как они сняли одежду. Особенно когда он сказал это по телефону, и Кит повесил трубку, ошеломленный.       Но все же... Это что-то другое, наблюдать за реакцией Кита вживую. То, как напрягается его тело, как член подпрыгивает и пульсирует, как его рука опускается на волосы Лэнса и снова тянет. Все это вызывает у Лэнса трепет, он уже умирает от желания найти предлог, чтобы сказать это снова. Не то чтобы он сейчас у него была возможность, когда он, наконец, обхватывает губами член Кита, сразу же принимает его так глубоко, как только может, и берет его в горло, как будто его снова лишат этого в любую секунду.       И, конечно же, Кит тянет его назад мгновение спустя. Но на этот раз он ухмыляется, как дьявол и смеется над кислым взглядом, который бросает на него Лэнс. Так что теперь это не столько издевательство, сколько просто Кит, дразнящий его просто так. Лэнс пристально смотрит на него и не может отрицать, что их легкое дружеское соперничество распространяется и на спальню. — Ты собираешься поблагодарить меня за это? — спрашивает Кит, проводя большим пальцем по нижней губе Лэнса. Она становится гладкой и блестящей, взгляд Лэнса мутнеет, фокусируясь на нем. Он хочет, чтобы Кит снова оказался у него во рту, и подыграть, вероятно, самый быстрый способ добиться этого, поэтому он кивает. — Спасибо, папочка, — Он произносит это, возможно, более мило и слащаво, чем от него требуется. Кит, кажется, не возражает, хотя его лицо всё ещё выражает спокойствие, как будто он марионетка, а Лэнс дергает за ниточки с отработанной точностью. — Хороший мальчик, — говорит ему Кит в конце концов, как только немного успокаивается. Но к этому моменту Лэнс уже некоторое время ласкал его член, покачивая головой, а губы так плотно обхватывали ствол, что можно поклясться, он чувствовал каждую жилку. Однако он немного оживляется при этих словах, голубые глаза смотрят на Кита, даже когда его голова наклонена вперед, а рот набит до отказа. Зрительный контакт делает процесс более интимным, вызывая приятный зуд на коже Лэнса, — Тебе это нравится? Нравится быть хорошим мальчиком? Тебе нравится, когда тебя хвалят за хорошо выполненную работу? — Да, — выдыхает Лэнс, выпуская член изо рта с мокрым хлюпом. — Мне трудно в это поверить, учитывая, что все, что ты когда-либо, блять, делал, это капризничал, — бормочет Кит, поглаживая ладонью лицо Лэнса, несмотря на оскорбление, его тон такой невероятно нежный. У Лэнса от этого кружится голова, его глаза закрываются, и он наслаждается вниманием. Лэнс тянется к его ладони, поворачивается к ней, чтобы поцеловать запястье, удовлетворенно выдыхая, — Так мило, ты так этого хочешь, да? Даже заставляешь меня задуматься над тем, почему ты все время ведешь себя как истеричка. — Потому что это ты. Мне нравится выводить тебя из себя, — Лэнс моргает, глядя на него, на его лице, без сомнения, читается обожание. Кит задумчиво мычит, прежде чем схватить Лэнса за руки и поднять. Лэнс помогает, как может, карабкается, чтобы устроиться на коленях Кита. Джинсовая ткань кажется грубой на его голой коже, но он все равно прижимается к ней бедрами, не в силах остановиться. — Давно хотел это сделать, — признается Кит, руки скользят вверх по бедрам Лэнса, раздвигая их шире. Он обхватывает пальцами член Лэнса, и за этим следует настойчивый стон, когда Лэнс отмахивается от него, широко раскрыв глаза с мольбой, потому что он знает, что не сможет долго терпеть. К счастью, Кит, кажется, понимает, успокаивает его поцелуем, — Еще до того, как я узнал обо всем. Я хотел тебя, Лэнс. Таким, какой ты есть. Тот факт, что ты Леандро... просто невероятно странное совпадение. Это ничего не меняет, я надеюсь, ты это знаешь. — Почему ты ничего не сказал? Я точно не стеснялся того, что чувствую. — Я был напуган, — Кит скользит поцелуями ниже, по шее Лэнса, и наслаждается тем, как все его тело дрожит в ответ. Лэнс восхитительно чувствителен, когда Кит игриво покусывает его кожу, наблюдая, как она темнеет под его зубами, когда он отстраняется, — Боюсь испортить всё во второй раз. Я просто так сильно хотел, чтобы все получилось, понимаешь? — Я знаю, — серьёзно говорит Лэнс. Он понимает, часть его все еще беспокоится, что на этот раз они тоже ошибутся. Но он никогда ничего и никого не хотел так сильно, как Кита прямо сейчас. Он считает, что они пойдут на это, возможно, только из чистого упрямства.       Кит улыбается ему, широко и искренне.       Прежде чем у Лэнса появляется шанс прокомментировать это, оно превращается во что-то более мрачное, решительное. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя сейчас? — Да, — Лэнс говорит это с такой настойчивостью, что его голос срывается. Он начинает нервничать, нетерпеливо ерзая на коленях Кита, проводя руками по его обнаженной груди и любуясь татуировками, переплетающимися на ней. Он скулит, когда Кит не дает ему то, что он хочет, вместо этого откидываясь назад и упираясь руками в кровать позади себя, — Кит, ну же, пожалуйста. Не заставляй меня ждать этого. Ты мне нужен. — Ложись на кровать. В коленно-локтевую.       Лэнса не нужно просить дважды. На этот раз он подчиняется приказам без колебания. Когда Кит полностью встает с кровати, вместо того чтобы двинуться за ним, Лэнс ворчит себе под нос, но когда он оглядывается через плечо, то видит, что Кит просто раздевается. Поэтому он устраивается поудобнее, закрывая лицо руками, убедившись, что его задница осталась торчать в воздухе в довольно агрессивном предложении.       Предложение, которое Кит не принимает, ублюдок.       Проходит почти минута, и Лэнс слышит, как он ходит по комнате, затем выдвигает ящики и обыскивает их. Лэнс скулит, падая на простыни на живот, снова трогательно начиная тереться о них. — Кит, я готов, нам даже не нужна смазка. И даже если бы она нужна была, ты смотришь совершенно не в том гребаном месте. Я храню её в коробке, под кроватью, а не в тумбочке. Ну же. Поторопись. — Плакса, — Кит обвиняет, и, хотя Лэнса возмущает этот комментарий, он не совсем в том положении, чтобы пытаться это отрицать. Поэтому он просто пыхтит, утыкается лицом в руки, снова поднимает бедра и трясет задницей из стороны в сторону в надежде соблазнить Кита, чтобы тот поторопился, черт возьми. Он уже готов, нет необходимости возиться с пальцами или смазкой, он просто хочет, чтобы в нем был член. Предпочтительно Кита, хотя у него довольно обширная коллекция благодаря ему же, так что в худшем случае он способен импровизировать.       Он уже почти готов предложить это, когда наконец чувствует, как кровать прожимается под весом Кита позади него, рука пробегает по его боку и игриво шлепает по заднице. Лэнс действительно чувствует намек на стыд, когда в ответ он стонет, шире раздвигая ноги и выгибаясь, как жаждущий наказания, которым он и является. Кит не комментирует. Вместо этого что-то мягкое и явно тканевое падает на подушку рядом с головой Лэнса. — Надень это. — Ты хочешь, чтобы я оделся, перед тем как трахнешь меня? — ворчливо спрашивает Лэнс, поднимая голову с подушек, чтобы посмотреть на одежду. Но его выражение лица сразу смягчается от осознания, и он поднимает голубое кружево так нежно, как только может. В конце концов, оно дорогое. Кит сам выбрал самый дорогой набор в ящике Лэнса, — О, точно, я должен был предвидеть это. Я совсем забыл, что ты увлекаешься кружевами. — Не особо, - мягко возражает Кит, — Мне просто нравится, как оно на тебе смотрится. Особенно этот цвет. — Тогда будет неловко, когда ты неизбежно растянешься и порвешь их, трахая меня, — говорит Лэнс, возможно, немного ехидно, учитывая, что теперь ему приходится стоять на дрожащих ногах и натягивать нижнее белье. Вряд ли это самая удобная вещь, когда твой член тверд и напряжён под тонкой кружевной сеткой, особенно когда нижнее белье изначально женское и комично маленькое.       И если бы не тот факт, что у Лэнса тоже иссякает терпение, он, вероятно, ещё бы долго жаловался. — Я куплю тебе еще, — обещает ему Кит, наблюдая за ним с кровати. — Я буду с тобой ради этого, - говорит ему Лэнс. Он тратит свое драгоценное время, натягивая одежду, часто поднимая взгляд, чтобы убедиться, что глаза Кита все еще прикованы к нему, наблюдая за ним с таким голодом и желанием, что Лэнс чувствует лёгкий испуг. Боже, Кит выглядит совершенно потрясённым.       И как только он, наконец, застегивает пояс на бедрах, то выпрямляется и принимает типичную позу для своей аудитории. Кит рычит, что-то низкое и угрожающее, не совсем слова, но все равно предупреждение. Лэнс вертится вокруг, совершенно не слушая его, и забирается к нему на кровать, как должен, слегка тягуче, чтобы отшлепать себя по заднице, — А ты как думаешь? Как лучше исполнять твои фантазии? Лично? — Боже, Лэнс, — Кит звучит разбитым, как будто Лэнсу уже удалось сломить его, — Просто иди сюда.       Лэнс падает обратно на кровать, подпрыгивая на ней, когда ложится на живот. Руки Кита в одно мгновение оказываются на нем, оглаживая спину, линию позвоночника, в конце концов останавливаясь на изгибе его задницы. Он прикусывает губу, чтобы сдержать одобрительный возглас, когда руки Кита хватают его за неё, массируют обе ягодицы, широко разводят их и, без сомнения, восхищаясь тонкой тканью между ними.       Однако он немного медлит, прежде чем хватает Лэнса за бедра, поднимая его обратно в коленно-локтевую. И Лэнс поднимается, так же нетерпеливо ожидая того, что будет дальше. — Мм, собираешься трахнуть меня сзади и полюбоваться татуировкой, не так ли? Тщеславно, Кит. — Я буду слишком занят, восхищаясь тобой, чтобы даже заметить её, — спокойно отвечает Кит, и Лэнс почти инстинктивно закатывает глаза, прежде чем вспомнил, что Кит все равно не сможет увидеть его реакцию. И поэтому он не потрудился скрыть легкую улыбку, тронутый комплиментами Кита. Он всегда был падкий на похвалу. Как бы то ни было, Лэнсу нравится, когда ему говорят, что он симпатичный, у людей бывают пороки и похуже.       Кит наклоняется к нему сзади, и Лэнс почти скулит от разочарования, когда чувствует, как член проходится между его ягодицами, просто раскачиваясь взад через ткань. Кит, кажется, извлекает из этого что-то своё, возможно, религиозный опыт в том, чтобы тереться о нижнее белье Лэнса, учитывая, что он, по-видимому, больший извращенец, чем Лэнс когда-либо мог предположить. Лэнс ворчит, хватка Кита на его бедрах начинает напрягать, она достаточно сильная, чтобы оставить синяки. — Ты хочешь одолжить пару моих трусиков и обернуть их вокруг своего члена или ты планируешь войти в меня где-нибудь в ближайшем будущем? Я обещаю, что моя задница будет чувствовать себя лучше и не будет натираться так сильно, как эта ткань, — Лэнс немного возмущается, не в состоянии, что-либо с собой сделать. К счастью, Кит, похоже, ничуть не смущен, просто от души смеется. Он утыкается лицом между лопаток Лэнса, целуя его там. — Хорошо, хорошо, ты убедил меня. Ты приводишь убедительные аргументы, — шепчет Кит, все еще тихо посмеиваясь про себя. Лэнс ловит себя на том, что тоже хихикает, тихо и весело, над явной нелепостью всего этого, — Презервативы? Они в той же коробке под кроватью? — Да, но... — Лэнс замолкает, как будто он стесняется, будто у него проблемы с пониманием того, что он хочет в сексе. Еще до того, как Лэнс начинает говорить, Кит отстраняется, выпрямляется позади него и снова играет с трусиками. Он отводит их в сторону, прижимает большой палец ко входу Лэнса, где он, без сомнения, дергается от нетерпения, достаточно скользкий и растянутый, Киту едва пришлось надавить, чтобы палец проскользнул внутрь, — Ты проверялся? Я да. Результаты оказались чистыми. С тех пор я ни с кем не был, слишком был занят, думая о тебе. — Я чист, — говорит ему Кит. И это должно быть моментом, когда он снимает нижнее белье с Лэнса или просто отодвигает его в сторону, а затем засовывает свой член внутрь. Вместо этого он продолжает играть с проходом Лэнса, трогая его пальцами без какого-либо облегчения. Он никогда не вводит внутрь больше одного пальца за раз, и даже тогда он в основном просто проводит им по тугим мышцам. — Ради всего святого, Кит, если ты в ближайшее время не трахнешь меня, я повалю тебя на кровать и всё сделаю сам, — Лэнс для пущей убедительности вырывается из его объятий, нижнее белье возвращается на место, а Кит не отрывает от него взгляда. Кит следует за ним, но Лэнс оглядывается через плечо, чтобы бросить на него предупреждающий взгляд, и это должно быть достаточно серьезно, чтобы вдохновить на результат. Кит смеется, наклоняется и гладит свой член, как будто давая обещание. — Так ты бы хотел, чтобы я был таким же, как сейчас, не так ли? — спрашивает его Кит, снова оттягивая трусики в сторону. И хотя это ненамного лучше, по крайней мере, на этот раз головка члена Кита дразнит его проход, слегка постукивая по ней без какого-либо давления. Лэнс хнычет, подаваясь назад, выгибая спину, пытаясь соблазнить Кита, — С тобой так легко, Лэнс. — Хочу, чтобы ты трахнул меня, — Лэнс уже ноет, потому что это правда, и он бросится под автобус, если это будет означать, что Киту придется трахнуть его раньше. — Да? — Кит продолжает дразнить его головкой члена, даже заходит так далеко, что засовывает его внутрь, наблюдает, как нутро Лэнса пытается поглотить его глубже, а затем выходит с садистским смешком. Лэнсу хочется плакать, ему даже хочется кричать, — Хочешь, чтобы я трахнул тебя и наполнил? Хочешь, чтобы унизил тебя? Хочешь почувствовать, как сперма стекает по твоим бедрам, когда я выхожу? — Н-нет, я воспользуюсь вилкой. — Хороший мальчик, — Кит говорит ему это серьезно, и Лэнс просто плавится от похвалы. Однако у него не так много времени, чтобы насладиться, прежде чем Кит наконец-то, входит в него. Несмотря на то, что Лэнс уже давно готов, Кит все еще нежен с ним, входит внутрь дюйм за дюймом. Он держит руки на бедрах Лэнса, поддерживая его. Лэнс чувствует каждый сантиметр чужого члена, который распирает его изнутри, от этого он задыхается к тому времени, как Кит входит полностью, — Так хорошо. Посмотри на себя, ангел, ты так хорошо меня принимаешь. Как ты себя чувствуешь? Ты хочешь еще? — Хорошо. Так хорошо, — Лэнс задыхается, пальцы бесполезно скользят по простыням в поисках опоры. Он зарывается лицом в подушки, двигая бедрами навстречу Киту, подаваясь вперед, пока внутри не остается только головка, а затем двигается назад, чтобы снова насадиться. Это, кажется, само по себе ответ, сигнал, которого ждал Кит, потому что он начинает встречаться с Лэнсом посередине.       Когда Лэнс толкается ему навстречу в следующий раз, Кит, в свою очередь, толкается вперед, загоняя свой член глубоко внутрь с большей грубостью, нежели в начале. Именно так, как этого хотел Лэнс. Нуждался в этом.       Лэнс стонет, как шлюха, и даже не может найти в себе силы, чтобы волноваться об этом.       Ему не становится легче, когда Кит начинает двигаться в равномерном темпе, трахая его так, как будто он просил всё это время, как будто ждал неделями. Это все, на что он надеялся, и даже больше. Член Кита кажется огромным внутри него, и, хотя он совершенно уверен, что это всего лишь его воображение… он клянется, что пирсинг имеет значение, что он может чувствовать его. Может быть, это просто самовнушение от знания о его наличии, но Лэнс не может перестать думать об этом.       Не помогает и то, что Лэнс с самого начала был так близок, чувствовал, что может взорваться от самого простого прикосновения к своему члену. Даже сейчас, без какого-либо трения, он чувствует, как подходит к пику без прикосновения к себе. Он не может сказать, что с ним такое когда-либо случалось раньше, но это самое близкое, к чему он когда-либо подходил. Ему просто нужно немного больше, он чувствует, что парит прямо на краю.       Он так сосредоточен на том, чтобы не потерять это чувство, сжимаясь вокруг Кита, пытаясь втянуть его глубже и держать под правильным углом… он даже не замечает, как громко кричит, пока чья-то рука не зажимает ему рот. Он жалобно хнычет, только еще больше заводясь. — Ты такой громкий, дорогой, соседи будут жаловаться, — Кит, кажется, впечатлен, если уж на то пошло, но Лэнс делает все возможное, чтобы услышать его и успокоиться. Он кусает губы, позволяя тихим всхлипываниям проскользнуть, только когда ослабляет бдительность.       Кит горячий, прижимается к его спине, с него капает пот, влажные волосы падают на плечи Лэнса, они горят... И Лэнс никогда не чувствовал такого желания быть поглощенным пламенем. Он наклоняется к нему, прижимает их тела друг к другу, прислушивается к равномерному шлепку кожи о кожу, когда Кит трахает его достаточно сильно, чтобы раскачать кровать.       Как будто Кит вымещает все свое разочарование, все свое нетерпение, всю свою тоску за недели (годы?) знакомства с Лэнсом. Это побочный продукт бесчисленных поддразниваний и кокетливых жестов, Лэнса, играющего с ним, Лэнса, тянущего его за собой, как собаку на поводке. Теперь он трахает его, как животное. — Черт возьми, Кит, не останавливайся! Я так близко. Просто, пожалуйста, не останавливайся, — бессмысленно умоляет Лэнс, слова срываются с его губ, бездумно и громко. Его голос хриплый, он понимает, что по его лицу текут слезы, и это только сильнее подталкивает его. — Ш-ш-ш, я не остановлюсь, — обещает Кит, его голос такой же разбитый, но также твердый, как у Лэнса, за который он цепляется, — Так чертовски туго. Ты сжимаешь меня так крепко, детка, я долго не протяну, если ты будешь продолжать в том же духе. — Я не могу, черт возьми, я не могу... — Все в порядке. Я знаю. Ты можешь кончить, — Кит успокаивает его, неуклюже целуя в затылок, больше зубами и языком, чем губами. Лэнс прижимается к нему спиной, чувствует, как член Кита пульсирует внутри него, без сомнения, приближаясь к концу. Тем не менее, мысль о том, что Кит остановится, чтобы дать ему передышку, ужасна, когда Лэнсу ужасно хочется оставаться наполненным. — Ты не остановишься? — спрашивает Лэнс тихо, вслепую, в воздух. Кит, кажется, понимает его. — Я не буду. Я не остановлюсь, — Кит обещает, ногти впиваются в бедра Лэнса так сильно, что, должно быть, на их месте остались вмятины в форме полумесяца. Темп Кита не замедляется, врываясь в него короткими, точными толчками, которые попадают именно туда, куда нужно. Это почти, как если бы Кит смог прочитать его желание о большем. И эта мысль, мысль о том, какой заботливый и внимательный любовник Кит, — это то, что наконец-то удается подтолкнуть Лэнса к краю пропасти. Совершенно нетронутый, если не считать скольжения о простыни.       Теперь он красит те же простыни в белый цвет спермой. Удовольствие обрушивается на него внезапно и несмотря на то, что он чувствует его приближение, его это ошеломляет. Это так интенсивно после того, как он так долго был один, что он видит звезды. Теперь он кричит громко, так громко, что, он уверен, весь квартал должен его слышать, но у Кита, похоже, не хватает духу попытаться его остановить. Кажется, ему это слишком нравится, если судить по его соответствующему стону. Лэнс кончает так сильно, что ему кажется, что он может заплакать, член пульсирует, не получая трения, к которому привык.       И верный своему слову, Кит продолжает трахать его все это время, даже не давая ему передышки, чтобы замедлить темп. Он ведет его прямо мимо сверхчувствительности во что-то совершенно другое, где все его тело горит от удовольствия, голова кружится и в ней ни одной связной мысли. Все, на что он способен, — это прерывисто стонать, невнятно произнося имя Кита. — Блять, — Кит рычит, когда тело Лэнса сжимается вокруг него, пытаясь втянуть его глубже и в то же время вытолкнуть, не зная, чего он хочет больше. Он прикидывает, что Кит, должно быть, уже близко, не может быть, чтобы он шел в таком темпе так долго и не приблизился к финалу, и эта мысль вдохновляет Лэнса оторваться от матраса и снова встать на колени. Медленно, неуклюже, он отталкивается, чтобы встретить толчки Кита. — Кит, — Лэнс зовет его по имени через плечо, дрожа, — Мм, вот так. Блять. Вот так, папочка.       Лэнс произносит это слово с безразличным видом, даже не зная, какую власть оно имеет над Китом. — Ты принимаешь член так, как будто ты был создан для этого, — рычит Кит сквозь зубы, голос низкий от возбуждения, настолько сильного, что Лэнс практически ощущает его в воздухе. Он трахает Лэнса сильнее, как будто умоляет без слов, умоляет, чтобы он сказал это снова, — Я думал об этом много лет, Лэнс. Ты намного лучше, чем я мог себе представить. Ты идеален. — Давай, я хочу почувствовать тебя, папочка, — умоляет Лэнс, двигая бедрами навстречу, несмотря на то что это заставляет его сгорать от чрезмерной чувствительности каждый раз, когда член Кита трется о его простату при толчках. Кит выкрикивает какое-то предупреждение, едва связное, и Лэнс чувствует, как все его тело напрягается в предвкушении. Он знает, что сейчас, должно быть, очень сильно сжимается вокруг члена Кита, отчаянно желая удержать его именно там, где он есть, почувствовать, как он кончает внутрь.       Неудивительно, что он продержался совсем недолго, всего пара коротких толчков и Кит кончает.       И это все, на что он надеялся, чтобы нечто теплое, влажное и успокаивающее излилось внутрь его. А потом Кит делает самую ужасную вещь, которую только можно себе представить… он выходит. — Кит! — Лэнс задыхается от предательства, резко поворачивая голову, чтобы посмотреть на него через плечо. Он наблюдает, как кулак Кита размытым движением скользит по его члену. Сперма стекает паутиной по пояснице Лэнса, украшая его татуировку толстыми белыми линиями. Лэнс протестующе скулит, но не осмеливается пошевелиться, когда свободная рука Кита тяжело ложится ему на бедра, крепко сжимая их, чтобы удержать на месте.       Кит тяжело дышит, наблюдая темными глазами, как он помечает тело Лэнса своим семенем. Она медленно стекает вниз к его заднице, все еще теплая, когда она скользит по его опухшему и использованному проходу. Лэнс жалобно скулит, все время в отчаянии глядя на Кита. — Шшш, все в порядке. В следующий раз я закончу внутрь, — Кит пытается успокоить его, когда его, наконец, отпускает, но Лэнс уже разозлился в своем перевозбужденном состоянии. — В следующий раз лучше, блять, поскорее, — Он моргает, сдерживая злые слезы, отшатывается от прикосновения Кита, когда тот пытается размазать свою сперму по спине Лэнса, проводя ей по татуировке. Кит шикнул на него во второй раз, полностью отстраняясь, и, хотя Лэнс пытался вывернуться… он внезапно осознает, что уход Кита — последнее, чего он хочет.       Он скулит еще громче, а Кит просто тихонько щёлкает языком. Лэнс уже почти готов развернуться и последовать за ним, когда руки Кита ложатся на его задницу и широко раздвигают её. Он чувствует, что язык Кита скользит по его спине, убирая беспорядок, который он устроил. Он также, несомненно, чувствует, когда Кит наклоняется, плюет ему между ягодиц, беспорядочно засовывая свою сперму в задницу Лэнса одним движением языка. Лэнс дрожит, когда Кит отстраняется, вероятно, слишком гордый собой, — Такой красивый.       Лэнс такой чувствительный и возбужденный, его член уже угрожает снова затвердеть, но облегчения не видно. Когда Кит снова зарывается лицом в его задницу, чтобы съесть его как следует, Лэнс визжит и вскарабкивается на кровать, чтобы уйти от него, не уверенный в том, чего он больше хочет. Но Кит просто хватает его за лодыжку и с рычанием утягивает обратно, возвращаясь к тому, что он делал.       И Лэнс быстро понимает, что, в конце концов, это именно то, чего он хотел. Может быть, Кит знает лучше, что ему нужно, учитывая, что он, кажется, единственный, кто на данный момент все еще здравомыслящий. Он ест задницу Лэнса до тех пор, пока тот не начинает дрожать, колени ослабевают, не в силах выдержать его вес. А затем он продолжает это делать, вылизывая его изнутри широкими размашистыми движениями языка, щелкая и прижимая его к внутренним стенкам, где они растягиваются и становятся податливыми после того, как член Кита вдалбливался в них. Лэнс дрожит, пальцы ног поджимаются, член теперь стоит по стойке смирно и снова истекает на испачканные простыни. Напомните ему, чтобы он сказал Киту, что ему обязательно нужно постирать их позже, учитывая, что это его вина, что они оказались в таком состоянии. В следующий раз они сделают это в постели Кита.       Когда Кит наконец отстраняется, Лэнсу кажется, что он снова на краю пропасти. — Как это, принцесса? Достаточно хорошо для тебя? — Это милое прозвище звучит не так приятно в устах Кита, больше похоже на оскорбление. Лэнс фыркает на него, протягивая руку назад, чтобы схватить его за волосы и резко дернуть. Кит ворчит, но теперь охотно поддаётся, — Что? Еще жалобы? — Это не одно и то же. Ты должен был кончить внутрь, в этом и был весь смысл не пользоваться презервативом. Я хотел сохранить её в себе. Я чувствую себя таким опустошенным, Кит. — Ты обязательно это переживёшь, — говорит ему Кит, равнодушно похлопывая по заднице. Он даже не тратит время на то, чтобы смыть сперму со спины Лэнса до конца, или даже вытереть слюну с подбородка, просто плюхается рядом с ним на матрас, как будто собирается заснуть. Лэнс изумленно смотрит на него, на то, как закрываются его глаза, на довольную и ленивую улыбку на лице. — Не смей засыпать на мне, — рычит Лэнс, и на это Кит приоткрывает один глаз, чтобы посмотреть в его сторону. Затем, словно для того, чтобы довести мысль до конца, он снова закрывает его и даже заходит так далеко, что закрывает лицо рукой и притворно храпит. Лэнс нелюбезно падает на него сверху, выбивая воздух из его легких разом, с надменным маленьким хмыканьем, — Ты ужасен. — Напротив, это ты только что ужасно много ныл, — бормочет Кит, все еще закрывая глаза рукой и медленно выдыхая. Его свободная рука все же поднимается, чтобы лечь на бок Лэнса, костяшки пальцев скользят по его грудной клетке, так нежно, что он едва чувствует это. Лэнс продолжает дуться, опуская подбородок на грудь Кита, хлопая ресницами и ожидая, когда он откроет глаза, чтобы увидеть это. — Не смешно. — А мне кажется, что очень, — Кит спорит, ухмыляясь так сильно, что Лэнс чувствует себя вынужденным поцеловать его, и вовлечь в процесс слишком много зубов. Но, прежде чем он успевает это сделать, в другом конце комнаты раздается тихий звон. Кит напрягается под Лэнсом, а сам он с любопытством поднимает голову, чтобы посмотреть на джинсы Кита, брошенные на полу. — Тебе кто-то пишет. — Да, я знаю. — Работа? — Скорее всего. Я не сказал им, что уезжаю. — Кит! — У меня были более важные дела на уме! Подай на меня в суд! — Кит игриво защищается, и Лэнс в свою очередь смеется, нежно качая головой. Он слезает с потного тела Кита, перебирается на другой конец кровати и тянется за джинсами, даже не потрудившись встать. Он достает телефон из переднего кармана, забирается обратно на кровать к Киту, чтобы прочитать сообщение. На этот раз он осторожно приземляется только наполовину на грудь Кита, чтобы тот мог хоть немного дышать. Aкшa: думаю, я умру от старости до того, как мой кофе попадет сюда, Кит. — Акша хочет свой кофе, — деловито сообщает Лэнс Киту, поднимая голову и целуя его в челюсть. Кит фыркает, рука, прижатая к его глазам, перемещается, но не отстраняется полностью. Любопытно, сколько усилий потребуется, чтобы вернуть Кита в мир живых, Лэнс переворачивается, устраивается наполовину на нем и прижимается поцелуем к его губам. Кит целует его в ответ примерно с вдвое меньшим энтузиазмом, но этого, вероятно, следовало ожидать, учитывая его состояние. — Скажи ей, чтобы она отвалила. В обозримом будущем я беру отпуск, — Кит отвечает, и хотя он запаздывает с этим, Лэнс не указывает на это. Он отбрасывает телефон в сторону и устраивается поудобнее на груди Кита, как будто собирается остаться так на некоторое время. Он наклоняется и лениво проводит пальцем по линии татуировок Кита, тянущихся вниз по его руке. — Ооо, отпуск? Куда мы направимся? — спрашивает Лэнс, позволяя своей руке опускаться все ниже и ниже, в конце концов меняя направление и позволяя ей вместо этого скользнуть к животу Кита. Кит хрюкает где-то в глубине горла, явное предупреждение... то, к которому Лэнс не прислушивается. Его рука продолжает двигаться, опускается под одеяло и обхватывает мягкий член Кита, дразня его, — Я всегда хотел увидеть Испанию. — Мы можем пойти куда угодно, черт возьми, если ты захочешь, только там будет кровать, когда мы туда доберемся. — Потому что ты устал или потому что хочешь трахаться еще больше? — спрашивает Лэнс, и усталого стона, который он слышит в ответ, почти достаточно, чтобы заставить его смягчиться и успокоить Кита. Почти. Так бы и было, если бы не тот факт, что Лэнсу так любопытно, как пирсинг Кита смещается под крайней плотью с каждым движением его руки, теперь, когда он не полностью тверд. Он хочет ознакомиться с этим процессом, хочет наблюдать за каждой секундой, как член Кита твердеет, — Я действительно уже измотал тебя? Я надеялся на второй раунд. — Дай мне минуту, — Исходи это от кого-то другого, Лэнс счел бы это мольбой, но, как бы то ни было, он не дает Киту эту самую минутку. Лэнс не слушает, двигаясь вниз по телу Кита, рассыпая поцелуи по открытой, скользкой от пота коже, где ему заблагорассудится. Он даже останавливается, чтобы провести языком по каждому соску Кита, наблюдая, как они затвердевают и снова сжимаются под его тяжелым взглядом. — Но я хочу этого сейчас, папочка, — шепчет Лэнс, когда достигает места назначения, зарываясь носом в темные волосы между ног Кита. Они короткие, аккуратно подстриженные, и Лэнс едва сдерживается, чтобы не поцеловать его туда же. Он экономит свою энергию, опускаясь ниже, почти лениво обводя губами член Кита по всей длине, пока не достигает головки. Кит скулит, рука, которая в данный момент не прикрывает его глаза, перебегает с простыни на волосы Лэнса, удерживая его, как нетерпеливого щенка. — Веди себя прилично. — Или что? Что ты собираешься с этим делать? Ты вряд ли выглядишь способным протестовать, может быть, тебе стоит просто лечь и принять это как хороший мальчик. — Продолжай в том же духе и посмотри, куда это тебя приведет. Возможно, мне придется наказать тебя. — Кит, ты действительно меня недооцениваешь. Это должно звучать как-то иначе, чем интригующе? Во всяком случае, ты заставляешь меня хотеть тебя еще сильнее. Что ты собираешься сделать, отшлепать меня? Боюсь, что мне это понравится. Нет ничего, что ты можешь сделать со мной, что бы мне не понравилось. — Блять. Я в тебя по уши влюблен, не так ли? — Кит говорит это с усмешкой, тихо посмеиваясь, щеки приятно краснеют. А потом он, наконец, поднимает руку, и эти темные аметистовые глаза смотрят на Лэнса, взгляд полностью погруженный и обожающий. Лэнс не может вспомнить, когда в последний раз хоть кто-то так смотрел на него, если вообще такое раньше было. И он думает, что сможет привыкнуть к этому.       Он совершенно забывает о своей нынешней фиксации на своей новой прихоти. Он неуклюже взбирается обратно по телу Кита, при этом ударяя его коленом в голень, но Кит быстро перестает жаловаться, когда Лэнс устраивается в его объятиях и крепко целует его. На этот раз Кит встречает его с энтузиазмом, пока через несколько минут они снова не заворачиваются в простыни.       И если к концу второго раунда телефон Кита взорвется сбивчивыми сообщениями от Aкши, что ж, они разберутся с этим позже.

***

Акша: Кит... мой блядский кофе… клянусь богом, я убью тебя, если ты его забудешь. Акша: Хотя бы, скажи мне, что ты возвращаешься? Неужели дорожное движение действительно настолько плохое? Акша: Твой час дня здесь, в зале ожидания, и мы не знаем, что ему сказать? Ты вообще планируешь вернуться? Серьезно, Кит, ты умер? Акша: я и Эзор начинали обсуждать возможности. Я ставлю на то, что ты попадёшь в аварию на высокой скорости. Эзор думает, что тебя могли похитить. Акша: Тейс сделал свою ставку. Он думает, что ты нашёл бездомную собаку на обочине дороги, и озабочен им. Что-то… Я чувствую, что он прав. Акша: о, боже мой. О, твой гребаный бог. Зетрид просто заехала повидаться с Эзор и внесла свой вклад. Акша: ты что, трахаешься с Лэнсом??????????????? Вы двое НАКОНЕЦ-ТО трахнулись???????????? Акша: Зетрид была права, не так ли????? Серьёзно??????? Акша: передай привет Лэнсу от меня, лол