Великолепный век. Эпоха султана Селима II. (1 сезон)

ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК. ЭПОХА СУЛТАНА СЕЛИМА ВТОРОГО. __Глава 6.__ Стамбул, дворец Топкапы. Этот день сегодня был просто тёплый за последние три года марта. Это можно объяснить тем, что температура воздуха достигла семнадцать градусов Цельсия, почки на деревьях стали набухать, травка зеленеть, птички петь. Наша главная героиня – Гюлесен султан ждёт с нетерпением, когда появится малыш, но это очень долго ждать. Она была одета в белое атласное платье, а корона, как и все остальные —сапфировая. Перебирая сундук с вещами, Госпожа обнаружила чей-то личный дневник. Она пролистала одну страницу и увидела надпись «Дневник Хасеки Хюррем султан», дальше надпись «Я у Султана Сулеймана первый раз. 1520 год». Она принялась за чтение личного дневника покойной Хюррем султан. С каждой страницей было всё интересней и интересней. За три часа Гюлесен султан прочитала до заголовка в книге «Смерть Валиде султан. Правление Хюррем султан в гареме», и хотелось читать дальше. Не смогла, так как в покои вошла Мелиса Хатун. Рабыня на службу пришла с соглашением Гюлесен после того, как Михримах приказала сделать аборт этой несчастной. — Султанша, Айше-Хюмашах пожаловали! – Почтительно низко склонила голову рабыня, в знак почтения к султанше. — Впускай. – Гюлесен повелела впускать в свою комнату Айше. Мелиса вышла, а через несколько секунд в покоях появилась фигура дочери Михримах султан. Она была одета в красивое платье из атласа. Беременная девушка встала, и, смотря вниз в пол, склонила голову. Дочь Луноликой султанши прошла в центр комнаты гордой походкой. — Гюлесен, как твои дела? – Спросила, улыбнувшись Айше султан, и разрешила стоять без поклона. — Молю Аллаха за счастливую жизнь, а ваши дела как, Госпожа? – присела на мягкую тахту и спросила Гюлесен султан. — Я грустить начинаю без матери своей, а вообще не понимаю, как султан Селим, поверил Фатьме султан и выслал матушку во Дворец Плача? Да причём ещё без содержания оставил! – удерживая слёзы, сказала Айше-Хюмашах султан, а Гюлесен, поглаживая свой живот, слушала внимательно подругу. — Госпожа! – обратилась Гюлесен к дочери Михримах, которая уже плакала. – Что вы опустили руки? Ваша матушка Михримах султан – дочь покойных Хюррем султан и султана Сулеймана хана! Они за всю свою жизнь ни разу не сдавались, и наша султанша, видимо, не сдастся! Ей этого Хюррем султан на небесах никогда не простит. Вдруг Айше-Хюмашах успокоилась и сменила настроение. Вместо доброй и весёлой подруги превратилась в злого дьявола. — Тебе откуда это знать?! Ты появилась во дворце спустя восемь лет после смерти моей бабашки – Хюррем султан! — в припадке ярости выкрикнула подруга жены султана Селима. Гюлесен не понимала что происходит с Айше-Хюмашах, и тогда она решилась ответить: — Султанша, но... — Супруга правителя Османского государства опустила свой взгляд в пол. — Закрой свой рот! –- В таком же тоне говорила Айше-Хюмашах на Гюлесен. – Нурбану была права, что нельзя иметь дружеские отношения с такой, как ты! Я пошла! – великолепной походкой ушла дочь Луноликой госпожи из покоев нашей главной героини, а сама же Гюлесен думала, в чём же разозлила свою подругу, ведь ничего такого плохого не делала? Выйдя из великолепных покоев Гюлесен, в гневе, вторая героиня книги — Айше-Хюмашах султан направилась в Главную комнату дворца, в которой я обитал. Девушка просто хотела спросить у меня почему он так поступил с матушкой, и вот, проходя через гарем у Айше в голове были мысли о том как начать разговор со мной, то есть с султаном всея Османской империи. Вернёмся к гарему. В главной женской комнате, где проходила дочь Михримах султан девушки стояли в почтительном поклоне, не поднимая глаза. Прошло пару минут и Айше-Хюмашах уже подходила к дверям султанских покоев. Возле дверей стоял хранитель султанских покоев. Его звали Кемаль Ага. — Доложи султану Селиму о моём приходе! — приказала султанша Кемалю Аге, но хранитель покоев отказал, сказав, что я занят и никого сейчас не принимаю. — Ты что меня не понял, глупый? Я же сказала сообщить повелителю о том, что я жду его аудиенции. Во второй раз Ага не смог отказать госпоже, отклоняясь, он пошёл ко мне. Через минуту вышел и доложил что я уже жду её в своих покоях. Девушка вошла, и поклонившись мне, стояла молча. — Я слышал, что ты хочешь меня видеть, Айше? — сказал я, сидя за работой с бумагами. — Султан Селим, я хочу у вас спросить! Почему выслали мою маму без всяких на то оснований? — начала поднимать тон султанша на меня, её дядю, но я, ведь главнее и могу поставить на место какую-то наглую девушку. — Знай своё место! Ты разговариваешь не просто с каким-нибудь рабом, а со мной твоим повелителем, и это значит ты можешь за дерзость свою оказаться или во Дворце Плача, или в Девичьей башне! Ты меня поняла?! — я не выдержал дерзости своей племянницы, а в этот момент в слезах вошла любимая моя супруга и подбежала ко мне, чтобы обнять меня. Так и случилось. Мы через двадцать секунд стояли в обнимку. — Кто тебя обидел, Гюлесен? — спросил я у неё, гладя её волосы. Она ответила мне: — Повелитель, сегодня Айше-Хюмашах султан пришла проведать меня. Она плакала и тогда я спросила что случилось, и позже Айше-Хюмашах султан ответила в чём причина. Потом я стала успокаивать её, а она неожиданно на меня накричала! Меня охватил сильный гнев по отношению к Айше-Хюмашах султан. — Как это понимать, Айше?! Ты должна объясниться по какой причине ты накричала на мою Гюлесен? — Я не собираюсь успокаиваться из-за слов какой-то "султанши"! Я — Айше-Хюмашах султан, а моя мать Михримах султан! А Гюлесен кто? — эти слова сильно взбесили меня. — Она султанша с нищим прошлым! И тогда я окончательно разгневался, и в ярости я позвал стражу. Они пришли. — Увести султаншу с глаз моих и сослать её в Девичью башню! — Они подошли ближе к моей племяннице, но я решил дать последний шанс ей остаться во дворце. Она должна была попросить прощение у Гюлесен. — Я могу тебе позволить остаться во дворце если попросишь прощения у Гюлесен! Айше-Хюмашах, хорошо обдумав приняла для себя решение просить прощения у Гюлесен, но на самом же деле моя племянница специально попросила прощения у моей жены, чтобы мстить ей во дворце, имея власть в руках. — Прости меня, Гюлесен! — Айше-Хюмашах чтобы ей я поверил обняла Гюлесен. Потом она продолжила. — Повелитель, с вашего позволения я пойду к себе? Я её отпустил, а сам остался наедине с моей султаншей, разговаривая на разные темы. Гюлесен сама всё хорошо понимала, Айше-Хюмашах не попросила искренне прощение, но это ладно. Сейчас ей нужна моя поддержка.