Новая семья Какаши

      Какаши сидел на кухне за столом и размышлял над произошедшим недавно инцидентом в клане Учиха. Он тихо стучал пальцем по столу, наблюдая за Наруто и Сакурой в окно, которые беспечно веселились в саду, ковыряясь в земле. Они периодически махали руками своему отцу, что-то крича и громко смеясь. В такие моменты Какаши забывал обо всех своих печалях и проблемах, желая лишь больше окунуться в семейную жизнь. Пожалуй, это именно то, чего ему всегда не хватало. Вот только нерадивый мозг так и норовил испортить настроение своему носителю, напоминая о разных жутях, которые заставляли мужчину хмуриться и вздыхать.       Кровавая резня у Учих повергла всю Коноху в шок. Многие сейчас с ужасом делятся мыслями со своими знакомыми, кто-то распускает разные слухи и сплетни, а кто-то в меру своего эгоизма и желчи злорадствует над чужой смертью. Весь день вся деревня говорила только об одном, вызывая всеобщую панику. Помимо нарастания волнений среди обычного люда, нарастало и количество могил на кладбище, что не могло не удручать.       О том, что маленький пятилетний Саске — последний выживший из Учих, что было не совсем правдой, знал только малый круг доверенных людей, в который входил и сам Хотаке. Было понятно, что скоро об этом узнают не только коноховцы, но и все жители страны, а позже и континента. Так что мальчишку хотели поставить на ноги как можно быстрее. Здоровым мальчик будет в меньшей опасности, чем сейчас.       Всё-таки решившись на ответственный шаг, Какаши накинул на себя ветровку и вышел на улицу к детям. — Сакура, Наруто, подойдите сюда, — крикнул он им, не отходя далеко от входной двери. Когда эти двое подбежали, толкая друг друга и спотыкаясь, он продолжил. — Я сейчас уйду по делам, так что не уходите со двора. В холодильнике есть пластиковый салатник зелёного цвета, он стоит на нижней полке. Если захотите кушать, то перекусите возьмите оттуда. Когда я вернусь, то приготовлю ужин, и мы вместе оттрапезничаем, — Какаши погладил Сакуру по голове и подождал, когда дети кивнут, после чего отправился в путь.       Стоя за застеклённой дверью, пепельноволосый наблюдал за маленьким мальчиком, лежащим в постели без сознания. Возле Хотаке стоял врач, поясняющий, что случилось с ребёнком и что с ним будет в итоге. Сам Саске время от времени вздрагивал и хмурился, спутывая одеяло на себе. — Полагаю, что ребёнка отправят в детский дом, а дальше, в силу своей родословной, отправится в школу шиноби. Я всего лишь надеюсь, что после такого ребёнок не сломается и не совершит ничего… м, радикального, — замялся врач, не зная, какое слово лучше подобрать. — Я вас понял, могу ли я войти? — кивнул в ответ Хотаке, оборачиваясь на пациента. — Да, конечно. Только не задерживайтесь.       Проводив взглядом удаляющегося мужчину, Какаши аккуратно вошёл в палату. В ноги врезался поток воздуха, создающий сквозняк. Быстро прикрыв дверь, чтобы не продуло ребёнка, он подошёл ближе, смотря на детское хмурящееся личико. Сев на самый край кровати, чтобы не беспокоить больного, он пустился в тяжкие думы.

***

      Дети, как и просил их приёмный отец, не уходили далеко от дома, веселясь на площадке перед домом. Наруто толкал качели, на которой сидела Сакура и рассказывал ей о том, как вылупился головастик в луже возле дома. Сакура, кривляясь и фукая, слушала рассказ брата, помогая раскачивать качель ногами. Она периодически спрашивала, зачем он смотрел на этих склизких существ, пытаясь убедить, что жабы отвратительные и бесполезные существа. На это Наруто лишь кивал, соглашаясь, лишь бы не обидеть свою сестру.       В один момент Сакуре надоело качаться, и она спрыгнула с качели в песок. Наруто остановил качели и быстро сел на них, слегка покачиваясь. Сакура встала рядом, уперевшись в боковые штанги качели и по очереди вытряхивая из сандалий песок, что неприятно катался по вшитой стельке. Когда она закончила, то посмотрела на брата, что внимательно за ней наблюдал, и начала разговор: — Мне скучно! — топнула ножкой, осматривая двор. — И что тепеоь? Можем пойти домой и полхисовать, — предложил он, слезая с качели и следуя за уходящей Сакурой. — Нет, это тоже скучно. И вообще, р-р, а не «л», — прорычала букву Сакура, указывая златовласому на его недуг. — Да я знаю, у меня не всегда получается… Но я стараюсь, — он шмыгнул носом и взял Сакуру за руку. — Ты куда? Папа сказал, чтобы мы не уходили со двола.       Сакура проигнорировала вопрос спутника и вышла за пределы площадки. Обратив свой взгляд в лес, она кивнула, молча намекая, куда она хочет пойти гулять. Наруто встал рядом и с сомнением поднял одну бровь, обдумывая, что можно будет поделать в лесу. — А там, по-твоему, не скучно, что ли?       Сакура надула губы бантиком и пошла вперёд. Несмотря на протест, Наруто с радостью последовал за ней. Весёлый и энергичный организм спешил изучить и исследовать окружающий мир. И даже слова скучных взрослых, которые его не очень то любили, не могли подействовать на, неумеющего здраво мыслить, ребёнка.

***

      По прошествии какого-то времени, дети оказались в глубокой чаще, куда с трудом пробивалось яркое солнце. Гуляя по неизведанным тропкам и рассматривая следы невиданных зверей, ребята весело проводили время. Сакура часто останавливалась возле красивых лесных цветов и других растений, в то время как Наруто успевал сделать около пяти кругов вокруг сестры. Бегая в припрыжку, он забирался на деревья, сгоняя местных жителей, и бодро спрыгивал в кусты, откуда вылазил с царапинами, но зато счастливый.       Быстро пересекая местность, они оказались возле небольшого ручья. Присев на корточки возле воды, Сакура посмотрела в своё отражение. Её волосы были собраны в милую причёску. Два аккуратно сделанных пучка соединялись ободочком. Большой лоб, за который часто дразнили девочку, был скрыт чёлкой, из-за чего не было видно недуга. Розовое платье немного испачкалась, а подошва сапожек поцарапалась. Неожиданно Наруто прыгнул в воду, забрызгав розововолосую, которая ответила возмущённым взглядом. Штаны любимого оранжевого цвета были напрочь промокшие, а в обуви неприятно хлюпало. Наруто не обратил на это внимания, продолжая брызгаться, ковыряясь в воде.

***

      Очнувшегося Саске быстро окружили медики, пытаясь предотвратить все возможные последствия от предшествующего состояния. Какаши не спешил вмешиваться и наблюдал за копошением со стороны. Было понятно, что он уже принял окончательное решение. Он не сможет оставить этого ребёнка в детском доме, не сможет бросить малыша на произвол судьбы. Облокотившись на стену, он наблюдал за сменой эмоций ребёнка, пытаясь понять, что тот думает. Какаши знал, что ему предстоит долгий и мучительный процесс восстановления детской психики, которую так жестоко повредил старший брат ребёнка.       Когда все сотрудники разошлись, оставив мальчика отдыхать, пепельноволосый подошёл к нему и сел на край кровати. Он не спешил начинать разговор, позволяя Саске привыкнуть к посетителю. — Я вас помню, — тихим полушёпотом произнёс малыш, поглядывая на мужчину. — Вы приёмный отец Сакуры и Наруто. Зачем вы пришли сюда?       Помолчав ещё какое-то время, Какаши начал издалека, чтобы не пугать маленького Учиха: — Когда Наруто только родился, его родители не смогли быть с ним, из-за чего он попал в детский дом. Я забрал его оттуда, — Хатаке загибал пальцы по очереди, разминая их от незнания, куда деть руки. — Когда у родителей Сакуры появился сын, и они не смогли быть рядом с ней, из-за чего она попала в детский дом, я забрал её… — он вздохнул, намереваясь продолжить, но был перебит Саске: — Я, кажется, понимаю, к чему вы это говорите, — смышлёный ребёнок нахмурился и продолжил уже чуть тише. — Продолжайте… — Теперь, когда в клане Учиха произошла такая беда, а твои родители не могут быть рядом с тобой, ты должен отправиться в детский дом. Но я собираюсь забрать тебя, — закончил Какаши и повернулся к ребёнку, чтобы ответить на все вопросы, что он сейчас задаст. — Зачем..? — последовал единственный вопрос из всех возможных. — Я не знаю. Но надеюсь, что ты не будешь против. — Мне всё равно, — мальчик быстро погрустнел, укладываясь удобнее в больничной койке. Разговор был завершён.       Мужчина понял очень многое о мальчике после этого разговора. Ни одно движение, ни одна эмоция не были упущены зорким глазом Какаши. И направляясь домой, он уже обдумывал, как обустроить жизнь детей, которых он взял под свою опеку. Но было у него не хорошее предчувствие, которое преследовало его с момента ухода из дома. Не могло же что-то случиться?