Ангел моего сердца

— Саша, что с тобой происходит? — спросила у меня Елена Викторовна ближе к концу 10 класса. — Ничего. Я просто устала — выдавила я из себя.       Елена Викторовна подошла в плотную ко мне и взяла меня за руки. Я чувствовала как наши пальцы сплелись, сердца забились в бешеном ритме. Всё это казалось длинным и бесконечным мгновением. Я смотрела на неё и видела в её глазах беспокойство за меня, страх или что-то ещё. Я боялась разорвать с ней зрительный контакт, несмотря на то, что она иногда отводила глаза. — Ты боишься? Почему ты меня избегаешь? — поинтересовалась она у меня, после недолгого молчания. — Я не боюсь. Я не могу объяснить, что происходит. Это очень сложно и трудно. — Я не хочу тебя терять. За этот год я поняла, что дороже тебя в моей жизни больше никого не будет. Не скрывай от меня ничего, ведь я для тебя не чужой человек.       Я слушала её и понимала. Не могу я ей сказать про то, что происходит со мной. Я знала, что она будет докапываться до правды любыми способами, но со мной это очень трудно сделать. Я отпустила её руки и начала медленно отходить. — Ты уходишь? И даже не скажешь ничего? — практически молила она. — Я не могу — я подошла к ней вновь и крепко обняла — Я должна следовать правилам. Вы замужем и у Вас есть семья, которая также нуждается в Вашей поддержке и заботе. Всему есть границы и они должны быть и между нами.       Я последний раз вдохнула её аромат духов и вышла из её кабинета. Когда я шла домой, она мне несколько раз набирала. Я не отвечала только потому, что чувствовала как сильно её люблю. Я знаю, что может быть поступила не правильно сказав ей, что у всего есть граница. С одной стороны это было трудно, а с другой давало мне возможность найти ответ на недостающий вопрос. Апрель. За месяц до произошедшего разговора.       Определившись с выбором предметов на ЕГЭ, я знала, что этот выбор будет окончательным. Но похоже не тут то было. После очередного урока биологии, Светлана Дмитриевна попросила меня задержаться на несколько минут. — Саша, послушай, ты должна определиться. Просто мне сказали, что ты хочешь сдавать как физику, так и биологию. Тебе нужно сделать выбор. — Светлана Дмитриевна, я сделала выбор и это решение окончательное. Ведь никто не запрещает сдавать несколько предметов по выбору. Может быть мне и тот и другой предмет понадобиться в будущем. — Давай сделаем так. За лето прими решение и сообщи мне о нём. — А если оно не поменяется? — Измениться. У тебя просто нет иного выхода.       После этого разговора, я серьёзно задумалась. Возможно что-то её спровоцировало, что она решила меня поставить перед таким выбором. С одной стороны, отказавшись от одного предмета, я могу поменять отношение педагога к себе, а именно, если я откажусь от биологии. А если я откажусь от физики, то тогда я совсем не знаю чего ожидать, ведь Елена Викторовна может тоже измениться по отношению ко мне.       Моя мама поговорила с Еленой Викторовной втихаря от меня и я не думала, что у меня выйдет довольно сложный разговор касаемо предметов на ЕГЭ. Елена Викторовна позвонила мне и я сидя на балконе в своём любимом кресле начала с ней обсуждать, какое решение мне принять. — Знаешь, тебя действительно сейчас поставили перед сложным выбором. С одной стороны ты не хочешь отказываться от какого либо предмета, но с другой стороны ты боишься потерять положительное отношение к себе со стороны одного из педагогов. Выбор всё равно должна сделать ты. Я понимаю, это трудно. Тебе просто нужно всё хорошенько обдумать. — Я понимаю, что это моё решение. Но я не знаю, что будет дальше, если я сделаю неправильный выбор. — Я тебя поддержу в любом случае. Несмотря на твоё решение, которое может изменить всё.       Мне даже не стало легче после этого разговора. Осознание того, что Светлана Дмитриевна ревнует пришло ко мне не сразу. Я вспомнила о том, что она сказала Елене Викторовне в электричке, когда они ехали после работы. Светлана Дмитриевна понимала, что ей от меня достаётся меньше внимания, чем Елене Викторовне, которую я полюбила. Я оказалась меж двух огней, которые были мне дороги, но каждая в разной степени. Я понимала, что решение должно быть твёрдым и уверенным. Дима со мной долго обсуждал данный вопрос и советовал прислушаться к мнению Елены Викторовны, а сам возьмёт на себя ответственность за Светлану Дмитриевну, которая ему очень нравилась.       Лето. Я встретилась с Еленой Викторовной не за долго до начала учебного года. Поднявшись к ней на этаж, я, как обычно, заметила открытую дверь. Подойдя тихонько к кабинету, я увидела свою любимую. Она заполняла очередную документацию, которую необходимо было сдать. Я вспомнила о том, что ей говорила при последнем разговоре и не знала, как быть. Недосказанность, неуверенность в том, что может произойти сейчас меня немного пугала. Я постояла немного в дверях и зашла тихо в кабинет, дойдя при этом до её кресла. Она сидела ко входу спиной и поэтому меня не увидела. Я думала, как к ней прикоснуться, и решила сделать, как велело мне моё сердце. — Как поживает мой любимый преподаватель? — проговорила я, поцеловав Елену Викторовну в область предплечья. — Всё же, что у тебя за дурацкая манера меня пугать! Я с тобой так инфаркт подхвачу! — проговорила преподавательница, разворачиваясь ко мне и притягивая для поцелуя. — Ну я же не специально. Вы же знаете — начала оправдываться я. — Конечно знаю. Ты хоть немного отдохнула за лето? — поинтересовалась преподавательница, смотря прямо в мои глаза. — Отдохнула немного, но большую часть времени думала по поводу своего решения и того, что Вам в тот раз наговорила. Елена Викторовна вздохнула и, встав со своего места, прошла немного в сторону лаборантской. — Ты должна отказаться от физики! — твёрдо заявила Елена Викторовна. Я немного в ошеломлённом состоянии посмотрела на любимую преподавательницу и переспросила: — Вы серьёзно? Я должна отказаться от физики? С какой радости? — Это решение далось мне очень трудно. Я знаю, что в любом случае ты физику можешь сдать на 100 баллов, но ты должна выбрать биологию, дабы не сделать хуже в своих отношениях между Светланой Дмитриевной. — Вы ведь жертвуете своим предметом и своим отношением ко мне. Почему вы это делаете? Не уже ли из-за того, что я вам сказала тогда? — Я это делаю ради тебя и хочу, чтобы ты прислушалась ко мне. Так будет правильней и мне не будет обидно, если ты не будешь сдавать физику. Ну, что ты думаешь по этому поводу? — Елена Викторовна, каким бы ни было моё решение, я не перестану относиться к вам с тем же уважением и любовью, как и прежде.       Я подошла к ней и крепко обняла. В тот самый момент рядом с кабинетом появилась неожиданно Светлана Дмитриевна. Она заметила, как мы обнимаемся и с ревнивым видом удалилась. Я не стала говорить Елене Викторовне, что видела её коллегу, но так было нужно, чтобы не произошёл скандал.       Я по приходу домой ждала возвращения Димы с очередного футбольного матча, который должен был уже закончиться. Дима появился дома ближе к вечеру и, сразу войдя в нашу комнату, он заметил меня, задумчиво сидящую на балконе в кресле. — Привет, сестрёнка, у тебя всё хорошо? — поинтересовался молодой человек, кладя руку на моё плечо. — Привет! Честно, я даже не знаю, как тебе сказать. Он присел в кресло напротив и приготовился меня внимательно слушать. — Расскажи как есть. Ты ведь ходила сегодня в школу? — Да, я ходила в школу и теперь даже не знаю как быть. Понимаешь, Елена Викторовна меня сегодня уговаривала отказаться от физики. Она привела очень много весомых аргументов и я теперь немного в безвыходном положении. Она ведь буквально жертвует собой ради того, чтобы Светлана Дмитриевна была ко мне благосклонна и не занижала оценки. — А что тебя именно пугает в этом вопросе? То что ты находишься между двух огней, которые тебе дороги? — Дима, Елена Викторовна идёт на жертвы ради меня. Понимаешь, я должна принять сложное решение. Либо физика, либо биология. — Сестрёнка, каким бы твоё решение не оказалось — начал говорить Дима, беря меня за руки — я буду рядом, ведь я твой брат. Тебе просто нужно взвесить все за и против и принять действительно довольно важное решение, которое повлияет на твой будущий учебный год. — Спасибо Дима — проговорила я, слегка сжимая наши соединённые руки.