Ты - отражение меня

21:00. Академия Спэрроу

— У меня осталось не так много времени на раздумья. Сроки поджимают, надо с этим что-то делать… — Что ты там бормочешь, Номер Пять?! — Реджинальд резко поднял голову, вся семья, сидящая за столом, обернулась на Кейт. — Н-ничего, прости… — Девушка вяло ковыряла вилкой кусок мяса, есть в таком состоянии не хотелось, от слова совсем. «Сидит с таким хлебалом, будто вообще тут не при чём. Старый говнюк…» — Спасибо, я наелась. — Пять взяла тарелку и переместившись на кухню, оставила её там. — Я обязана с ним поговорить…

***

      Когда звон часов разнёсся по Академии, оповещая жильцов, о наступлении полночи, Кейт перенеслась на крышу заброшки. Ледяной ветер завывал, грозно бросая верхушки деревьев из стороны в сторону. Девушка сильнее завернулась в свой пиджак, скрестив руки на груди. Она осторожно обошла вентиляционное отверстие и подняв голову, заметила силуэт у края крыши. Луна ослепляла своим сиянием, сегодня она казалась особенно большой. Этот «кто-то» стоял неподвижно, сразу могло показаться, что это обычная безжизненная статуэтка, но сигаретный дым, взметнувшийся вверх, рассеял все сомнения, о том, что это был человек. Его пиджак поднялся вверх от особо сильного порыва ветра, напоминая плащ. Кейт приблизилась к нему. — Привет… — Силуэт не собирался оборачиваться, сложилось такое ощущение, что человек ждал её прихода. — Пятый. — Чуть громче проговорила девушка. — Зачем ты пришла? — Голос оказался настолько холодным, что Кейт поёжилась сильнее чем от ветра. — Хотела поговорить. — Нам с тобой не о чем разговаривать. — Парень кинул сигарету на пол, затушив её ногой. — Не знала, что ты куришь. — Лучше бы ты вообще ничего обо мне не знала… — Пять обернулся, исподлобья посмотрев на Кейт. — Слушай, это всё произошло по ошибке! Я бы никогда не… — Заткнись! Что случилось по ошибке, Кейт?! Твой договор с Куратором, твоя встреча с ней… то что случилось между нами, это всё случилось по ошибке?! — Я могу всё объяснить… — Не нужны мне твои оправдания! — Парень облокотился о край ограждения. — Это не оправдания, Пятый! Да, я согласилась о сделке с Хендлер, но я не знала, что она будет связана с твоей семьёй! — Да ты что? Мне как-то насрать! С самого начала всё было ложью, мне следовало сразу догадаться, что ты появилась неспроста. Ты всё знала, обо мне, о моей семье, а всё почему? Потому что ты обычная комиссионная крыса, как и все там! Нельзя доверять никому, кто работает там. — Кто бы говорил. — Что ты вякнула? — Думаешь почему я так себя веду с тобой? Да потому что в Комиссии тебя все считают ёбаным Богом! Ото всюду я слышала «О, какой же Пятый Харгривз ахуенный» Херб забыл обо всех своих работниках, кроме тебя. Мол, посмотрите, он спас мир! И вообще складывалось такое ощущение, что дай любому из них волю они тебе отсосут. Я возненавидела тебя и впрямь захотела прикончить, но так получилось, что ты другой. — Хах и какой же другой? Почему ты считаешь, что это всё не было притворством, обычным образом, мм? — Ты хоть сам понимаешь о чём говоришь? — Я то понимаю, а вот ты видимо нет, иди проспись обиженная наша, а ещё лучше пожалуйся родителям, вдруг помогут, или что, они такие же беспомощные, как и ты? — Кейт молниеносно подскочила к Пятому и схватив за шиворот, повалила на землю. Взявшись другой рукой за горло, она сдавила пальцы так, что Пятый начал краснеть. — Заткнись! Они не такие! Не смей даже думать о них в таком плане сука! — Слова сами собой выходили наружу, а слёзы катились по щекам. — Я прикончу тебя прямо здесь! Они дали мне всё, они меня вырастили, они погибли мать твою! Так что не смей разевать свою пасть! — Обессиленная она слезла с парня и облокотилась стену. — Я тебя понял. — Пять встал, отряхнувшись. Даже в этой ситуации он старался сохранять хладнокровное спокойствие, — За родителей прости, но больше, — Он подошёл к ней вплотную и Кейт подняла голову, — Никогда, ты меня слышишь? Никогда не приближайся ни ко мне, ни к моей семье. Ты и впрямь дура, Кейт, что повелась на такого, как я…       После этих слов Пятый растворился в голубой вспышке, а Кейт, не в силах больше сдерживаться, упала на колени и закрыв лицо руками, разрыдалась. Мелкие камни, впившиеся в голые колени не доставляли такой боли, какая разрывала всё нутро девушки изнутри. Пять даже не захотел ничего выслушивать, и надежда на то, что всё наладится, развеивалась с каждой слезой, которые потоком катились по её лицу. С каждым судорожным вздохом, становилось всё больнее и не осталось сил ни на что. Но Кейт пришла сюда не за одобрением и пониманием Пятого, которого тоже можно в какой-то степени понять. Она пришла сюда чтобы убедиться, что он не помешает ей в том, что она затеяла. Не смотря на неимоверную горечь в носу, стук сердца в висках и ветер, колющий влажные руки и лицо своими потоками, в голове осталась лишь одна мысль. «Я не допущу чтобы кто-то из них погиб, несмотря на выходки Пятого, они будут жить, все они этого заслуживают. И я добьюсь того чтобы они жили, несмотря ни на что…»

12:45. Заброшка

— … я не верю тебе, ты несёшь какой-то бред! — Бред — это то, что ты не веришь в абсолютно понятные вещи! Она — предатель, тебе следовало это сразу понять! — Пять резко подскочил к Диего, схватив за шиворот. — Не смей так о ней говорить, пока я не увижу доказательств ты не посмеешь о ней даже такого подумать! — Парень, как бы брезгливо, отпустил брата, сев обратно на кресло. — Пятый, мне кажется ты погорячился… — Нет, Ваня, я не погорячился! Я не позволю чтобы кто-то говорил о дорогом мне человеке в таком ключе! — Дорогом?! — Эллисон вскинула бровь, — Ты знаешь её меньше месяца! — А вас всю свою жизнь и никто из вас в меня не верил, кроме неё!.. — Диего достал небольшую чёрную коробочку, — Что это? — Диктофон, сейчас сам всё услышишь…       Недолго покрутив его в руках, Диего нажал на кнопку и после недолгого шипения послышался гудок, а затем приглушённые голоса. «-… тебе от меня нужно? — Мне? Абсолютно ничего, кроме того, что ты должна убить членов Академии Амбрелла. — Заткнись! Я помню… — Удивительно. Так вот… Реджи говорил, что ты должна привести их в одно место — Да, говорил. — Видимо он сомневается в том, что ты сможешь всё сделать сама, забавно… — Это просто меры предосторожности, только и всего. Ты так и не ответила на мой вопрос. — То, что ты делаешь, точнее сделаешь, так же выгодно и для меня. Так что, если всё пройдёт гладко, то ты можешь ждать повышения…»       Вновь послышался гудок. Никто не посмел пошевелиться и белый шум, прерывался лишь тяжёлым дыханием Пятого. — Мне нужно проветриться… — Хрустнув костяшками пальцев, он встал и быстро зашагал к выходу из комнаты. — Пятый, подожди! — Эллисон метнулась за ним, — А вы что сидите?! — После этих слов вся семья последовала её примеру. На диване остался лежать лишь диктофон, беспрерывно шипящий, иногда издающий тихие голоса. Буквально через несколько секунд в центре комнаты из неоткуда появилась разъярённая девушка…

21 апреля, 2:40. Академия Спэрроу

      Решения. Некоторые из них принимаются спонтанно, но для некоторых требуется время, которого может катастрофически не хватать, особенно если стоит вопрос о жизни или смерти. За решениями следуют действия, а за ними и последствия. И в зависимости от того, насколько точно ты всё рассчитал, может зависеть всё. Всегда нас преследует чувство тревоги, тревоги за последствия. На первый взгляд может показаться, что всё хорошо, но потом… потом всё идёт через жопу. Опять-таки, одно неправильное решение, одно лишь слово и всё, к чему ты стремился, бывает даже годами, летит в пропасть. Бездонную, тёмную пропасть. Многие пытаются ухватиться за край правильного действия которое, набирая обороты, летит всё дальше. У некоторых получается, и они живут дальше, другие же рискуют многим, чуть ли не падая в пропасть, чтобы исправить то, что сделали, третьим надоедает гоняться за решением, им уже ни на что не хватает сил, и они летят в пропасть, вслед за последствиями, уже не способные сделать ещё хоть что-то.       Для себя я уже всё решила, даже если это будет стоить рокового падения, я сделаю всё, что в моих силах. И никто, кем бы он ни был, не заставит меня прыгнуть самой. Но сейчас, похоже, есть этот «кто-то». Пятый своими действиями может подкопать подо мной яму или отколоть кусок породы, на которой я стою. Но даже тогда, раздирая пальцы в кровь, сдирая кожу на ладонях, я буду хвататься за спасительный край, пока не удостоверюсь, что хотя бы кончиком пальца я смогу ухватиться за решение, которое спасёт жизни людей…       Кейт вложила карандаш между страниц и закрыв дневник, спрятала его в столешницу. Она начала вести его ещё давно, чаще всего записывая лишь пару предложений и прогрессе её умений, но сейчас ей потребовалось высказаться. Возможно лишь слов, которые со временем смажутся так, что не возможно будет их прочесть, ей не хватит. Может найдётся человек, который её выслушает, но с каждым днём претендентов всё меньше. Среди членов её семьи, в полной мере она доверяет лишь Люку.       С самого первого дня, как она появилась на пороге Академии, этот парень привязался к ней. С ним легко было найти общий язык, он был более общительный, чем сейчас. Вдвоём, ночами, они часто убегали из дома. Просто гуляли по ночному городу, любовались бесконечностью ночного неба. Сейчас всего этого уже нет.       Когда Люк узнал правду о его появлении на свет, о его родителях, он возненавидел Реджинальда Харгривза. И Кейт, разделила его ненависть, хоть и забрали её уже от своей тёти. Тогда, ночью, они долго сидели и разговаривали. Хотя как разговаривали, Люк не в силах больше сдерживаться, беззвучно плакал в плечо Кейт, та лишь мягко его обнимала, гладя по волосам, говоря что «В какой-то мере ему нужно быть благодарным, ведь он раскрыл наш потенциал.» Но та благодарность была настолько мизерной, по сравнению с тем чувством, которое поселилось у обоих в душе, ранее неизведанное, гораздо более сильное и жгучее, чем ненависть. Позже ему найдётся определение — безысходность. Всех их когда-то ждала такая учесть, от которой скрыться было практически нереально. И два пятнадцатилетних подростка, просто молча сидели на кровати, готовые принять все тяготы безысходной жизни, вместе. — Мне нужно просто успокоиться, всего-то собраться с мыслями. Отцу говорить нельзя, да и в принципе кому-то из Академии, о том, что я возможно сюда больше не вернусь, но всё это завтра…       Девушка устало повернула голову в сторону будильника, тот показывал ровно два часа ночи. Зевнув, она встала и обессиленно рухнула на кровать, надеясь на то, что хотя бы сон сможет помочь ей отдохнуть и сконцентрироваться.