Преступник в метре от меня

— Юная ледиии, я так хочу кушать... — протянул Чайльд, нагло занявший место прямо на кровати у Люмин. Прошла уже неделя, как этот экс-преступник содержанец поселился в комнате у девочки. В первые дни блондинке было трудно привыкнуть к наличию у себя в комнате постороннего человека, но с каждым днём для неё стали привычными его ежедневные русские сказки на ночь из-под кровати, его приветливое лицо, встречающее Люмин после учёбы в школе. — А почему в ваших сказках постоянно фигурируют медведи? — спросила однажды девочка после очередной сказки. — Наверное для того, чтобы повзрослев, ребёнок пошел обниматься с медведем, встретив его в лесу. А после был разорван на мелкие кусочки. — Тарталья говорил такие ужасные вещи с ноткой забавы в голосе. — Ну и мысли у тебя, дурак. — пессимистично протянула Люмин, после чего почувствовала, как Чайльд начал шевелиться на своем футоне* под кроватью. А следом показалась его рыжеволосая голова с хитрой ухмылкой на лице. Блондинка сначала не поняла, для чего тот решил показаться и вопросительно взглянула на Тарталью, словно ожидая какого-то действия с его стороны. Но парень сделал кое-что совершенно неожиданное... Он приблизился к лицу Люмин так близко, что их носы чуть ли не соприкасались и внезапно... выхватил игрушечную Паймон прямо из рук блондинки, моментально отскочив в угол комнаты! Для девочки эта игрушка являлась очень важной вещью, поэтому её реакция была почти моментальной, но Тарталья решил использовать грязные трюки — подняв руку с игрушкой высоко вверх, Чайльд начал наблюдать за отчаянными попытками низенькой девушки достать Паймон. — Ну и кто из нас дурак? — нагло спросил Тарталья и вновь улыбнулся. Но и в рукаве Люмин был припасён свой туз, который был гораздо более жестоким, по отношению к парню. Все ведь знают про ахиллесову пяту парней? Не думаю, что стоит прописывать в подробностях это прекраснейшее действие, что столь часто грациозно исполняют девушки во многих аниме, но спустя несколько секунд вместо гордо насмехающегося над девочкой нахала, перед блондинкой стоял скрючившийся неудачник, забрать игрушку у которого было легче, чем отобрать конфетку у ребёнка. — Всё ещё ты. — пародируя наглую интонацию прошлой реплики Чайльда произнесла Люмин и с довольной лыбой улеглась обратно на кровать. — Этот бой... ты выиграла... но запомни, юная леди... слабое место есть у всех... и твоё я тоже отыщу... месть будет страшна, обещаю... — заикаясь от боли произнёс Тарталья. Тут послышались шаги за дверью. Хоть и прошла всего неделя, но за это время у парня уже успел выработаться рефлекс и чуть стоило кому-то постороннему шагнуть мимо комнаты, как Чайльд тут же нырял под кровать. Благо она была на достаточно высоких ножках — словно отец, при покупке, ожидал, что его дочь будет прятать под ней кого-то вроде Тартальи. Шаги становились все громче и вскоре дверь в комнату отворилась, однако рыжеволосый уже успел спрятаться, несмотря на свое состояние. — Что это был за шум, Люмин? Время двенадцать ночи... — Итэр выглядел так, словно его разбудили буквально только что. Сонно протирая глаза, он слегка прошёлся взглядом по комнате, но увидев, как сестра отрицательно помотала головой, но намекая на то, что ничего серьезного не произошло, блондин тихонько вышел из комнаты, напоследок широко зевнув. После того, как Итэр вышел из комнаты, Тарталья не проронил больше ни звука. Люмин наклонилась головою вниз и заглянула под кровать. Глаза Чайльда были прикрыты, а рот слегка приоткрывался во время вздоха. Во сне он был похож на маленького невинного ребёнка, да и в целом его обычное поведение больше походило на детское, отчего блондинка периодически забывала об истинной личности парня. Едва дотронувшись до спящей щеки Тартальи, девочка почувствовала приятное телу тепло. Сама того не замечая, Люмин с небольшим румянцем улыбалась, глядя на него. Почувствовав резкое головокружение, блондинка легла обратно на подушку. И, как назло, её сознание в очередной раз захлестнули тёмные мысли. В первые дни сожительства с этим «гостем», Люмин боялась того, что он может обокрасть её или сделать чего хуже. Но то, чего она боялась теперь... Девочка боялась того, что близился момент прощания. Чайльд изначально сказал, что покинет его временное укрытие в лице комнаты девушки, как только поиски его полицией слегка затихнут, чтобы он смог сбежать в другую страну. Другая страна... Значит ли это, что они никогда больше не увидятся? На глазах выступили слезинки, несмотря на то, что Люмин старалась подавлять их. — Не уходи... прошу... — прошептала про себя Люмин и почти сразу заснула в обнимку с мягкой игрушкой. *** — Вставай, ты в школу опаздываешь! — первое что увидела Люмин утром было обеспокоенное лицо Чайльда, пытающегося разбудить её. — Сегодня воскресенье, Чайльд. Дай поспать. — сонно ответила блондинка, накрывшись одеялом с головой. Частенько бывает такое, что очень хочется выспаться в выходные дни, однако кто-то или что-то внезапно будит вас, после чего уснуть становится просто невозможно. Девочка ворочалась минут 15, но за все это время лишь смогла понять, что сон ей больше не светит. Поднявшись с кровати, она тут же пошла на кухню за завтраком. — Ты стала есть больше, Люмин-чан. Неужели спортом заняться решила? — поинтересовался за утренним столом отец, наблюдающий за тем, как дочка приготовила целых 4 больших бутерброда. Люмин кивнула, чтобы не вызывать излишних подозрений, после чего отправилась обратно в комнату к голодному Чайльду, где застала очень напряженную сценку. Посреди комнаты стоял Тарталья, а рядом с ним шокированный Итэр. Девочка выронила из рук тарелку с завтраком, а в лице четко читалась паника. И ладно, если бы Чайльд был просто обычным парнем, но нет. Итэр прекрасно знал о нем, благодаря новостям. — Что... Что он тут, черт возьми, делает, Люмин!? — начал разбирательства блондин.