Потому что из-за тебя она мертва

Холодный бордовый свет восходящего ноябрьского солнца, едва успел упасть на шпили ратуши и собора Санта Доминго, а в доме губернатора уже во всю хлопотами слуги и хозяйва. Казалось весь дом словно ожил и в этом радостном выхре носилась каждая живая душа, окрыленная счастливым событием - свадьбой дочери губернатора Аделаиды с Диего де Очоа – адмиралом отдельной вест-индийской флотилии и Кавалером Ордена Испанской Короны. Комната невесты уже была наводнения служанками, что без конца носились возле юной госпожи, покрывая загоревшую кожу болезненно белой пудрой, затягивая до сдавленного крика девушки металический корсет, вплетая в причудливую прическу, пропитанные морским бризом, рыжие локоны. После возвращения Аделаиды, прошло чуть больше трех дней. Бегство закончилось полным провалом. Диего схватил Аделаиду едва ли не со всеми флибустьерами "Первой Ласточки". Последние секунды, что остались в памяти от её сводной, но такой короткой жизни, был пират. Свирепый и стойкий капитан, откидывающий одного за другим противников. Даже попав в окружение из которого ему не выйти он продолжал прорываться к ней, оставляя шлейф мертвых тел экипажа. Бросившись к своему капитану девушка не сразу заметила своего "жениха", что одним ударом заставил её осесть на деревянной палубе. В голове канонада боя резко обрывается, сменяясь глухим гулом, в глазах темнеет, но они всё так-же, сквозь затуманенное сознание устремлены к Себастьяну. Увидев Адель, он несся через всю палубу, пропуская всё больше ударов. Останавливая телом, едва ли не каждый удар острых лезвий. Её глаза звали его сквозь всю эту бурю. - Прошу... - Адель едва шевелит губами. Она знает что он слышит её. - Не отдавай меня ему... Слезы хлынули из глаз девушки, толи от безысходности, то ли от страха. Последнее что она помнила как крепкие руки подхватили её и поволокли в трюм, подальше от бойни. И крик. Крик, в котором смешались все чувства, такой отчетливый и до боли в груди знакомый: -АДЕЛАИДА! От внезапно нахлынувших воспоминаний, в глазах девушки застыли слезы, но сквозь опущенную вуаль никто из прислуг этого не заметил. Когда все они, наконец покинули комнату "счастливой невесты", Марго на секунду задержалась напротив Адель, и с горечью в глазах высвободила из прически один локон, прикрыв им ещё не зажившую рану, на скуле девушки. - Мне так жаль... -служанка поспешила опустить глаза и направилась к двери. Внезапно её перехватила бледная, дрожащая рука. - Как он? - хрипло произнесла девушка. Марго не решалась посмотреть ей в глаза. Несколько секунд она молчала. - Он ничего не сказал. Я рассказала ему о вашем положении, передала ваши слова. После чего он ушел в глубь камеры и больше не пожелал говорить. Только прошептал ваше имя... Слезы, что до этого Адель еще могла сдерживать хлынули горячим потоком по бледным щекам, укрывая глянцевую ткань подвеничного платья. - Его казнят завтра... - нерешительно добавила Марго. - Диего сказал что не стоит делать два праздника в один день, поэтому завтра вы будете почетной гостьей на... - Спасибо, можешь идти, Марго... - не поднимая глаз прошептала Адель. Служанка быстро скрылась. Аделаида продолжала сидеть в центре просторной, залитой утренним солнцем спальной. Надежды на побег или спасение она похоронила с последним провалившимся побегом. Магии, которой теперь обладал её супруг, хватило чтобы сорвать и пресечь любую попытку к бегству Адель. И теперь её жизнь была не больше не меньше, чем в их самую первую встречу, хотя даже тогда она смогла принести ему хлопот. Сейчас же, она не больше чем вещь. В ярости девушка ухватила стоящую на столе вазу, и со всей силы швырнула её в огромное зеркало. Позледовал пронзительный звон и осколки разлетелись по полу комнаты. Тонкие пальчики обхватили тонкий, но крайне острый фрагмент и быстро завернула под один из многочисленных каскадов роскошного наряда.