Ответы Сасагавы Рёхея

Становление короля на престол всегда сравнивалось с восходом солнца. Если небо с раннего зарева ясное, то и день должен был быть безоблачным вплоть до сумерек, во время которых старый правитель сменялся на нового. Превосходство короля считалось неоспоримым – высшая ступень человека, чьи мудрость и знания должны вести за собой целый народ, помогая тому процветать. Из Рёхея король получился бы плохим – он рыцарь, а не направляющий, и это понимали все. Сасагава тяжело дышал, рассматривая полуразрушенное здание. В стенах появились сквозные дыры, штукатурка продолжала обваливаться вместе с кусками обоев и плитки, а общий интерьер кардинально изменился. Рёхей ладонью крепко зажимал рану в боку, заставляя пламя Солнца циркулировать по пальцам, чтобы оно слабым потоком принялось залечивать повреждённое место. Тишина давила на уши, и хотелось из-за этого закричать. За десять лет Сасагава научился воспринимать различное пламя, классифицировать и даже понимать способности обладателей подобного дара. Это даже можно было назвать великим прорывом, если бы и характер боксёра тоже поменялся, став более взрослым. Рёхей, пожалуй, даже сейчас продолжал оставаться единственным хранителем, который ни разу не убивал. С ним не раз на эту тему общались друзья, но по итогу восприятие Солнца Вонголы продолжало оставаться для многих причудливым, если не наивным до глупости. Однако и сейчас Сасагава, зажимая рану и будучи в тупике, продолжал думать о том, чтобы победить без убийств. Звучало невыполнимо, но иначе мыслить не получалось. – Эй, ты! Экстремально покажись! – не выдержал хранитель Солнца. Слушать тишину было невыносимо, а скрывающийся противник вызывал неподдельную злость, потому что не выходил драться один на один. Сасагава, изучив досье, осознавал все известные ему слабые и сильные стороны объекта задания, понимал сложившуюся ситуацию и не хотел верить, что наёмник действительно готов убивать. Слишком наивное восприятие и полное отсутствие контроля извне – наушник уже как полчаса не работал, не реагируя на слова и не издавая каких-либо звуков. Рёхей на задании был не один, но напарники уже давно перестали отзываться, рассказывать своё положение, на что Солнце Вонголы уверенно думал: «Экстремально справились!». Только вот сам ещё не закончил своё дело. Рука отстранилась от покалывающего бока – рана затягивалась, продолжая напоминать о себе, а до ушей наконец-то дошли звуки тихих шагов. На восклицание, эхом прошедшееся вокруг, так никто и не ответил. Наверное, подобное невежество удивить смогло только Рёхея, который не привык скрываться – он всегда шёл напролом. Хранитель Солнца мгновенно рванул к предположительному источнику шума, концентрируя в руке пламя, чтобы им же проломить остатки стены. Мгновенно послышался треск, и по потолку опасливо пошли трещины. Сасагава вовремя отскочил, потому что через мгновение в ответ на его удар вместе с обвалом потолка в месте, где только что стоял Рёхей, обнаружилась небольшая взрывчатка. – Эй! Это экстремально некруто! – возмутился боксёр, однако его голос перекрыл взрыв рядом. В ушах мгновенно послышался противный писк. Рёхей невольно закрыл уши, теряя внимание, из-за чего подобраться врагу было куда проще, а учитывая и процент везения Сасагавы, звон в ушах не прекращался, когда противник рванул за спину боксёра. По пальцам снова прошлось пламя Солнца, залечивая новое повреждение. Рёхей заметил тень, промелькнувшей рядом всего на долю секунды, и этого вполне хватило, чтобы натренированному телу буквально на автомате резко развернуться и кулаком ударить в живот. Наёмник наконец-то рухнул на землю, тяжело хрипя. Такой же потрёпанный, как и хранитель Солнца, в крови и пыли – зачистка секретной базы противника вымотала всех. Сасагава не обращал внимания на свой очередной порванный костюм, учитывая, что цель наконец-то была схвачена. Противный писк в ушах постепенно начал утихать, а Рёхей первым делом присел на корточки, чтобы проверить чужое дыхание. Напряжение спало, когда оказалось, что лежащее тело было всего лишь без сознания, а задание наконец-то выполнено. Рёхей торопился, ловко на плечо опрокидывая тело, которое в размерах не особо было мельче боксёра. Чуть поправил, чтобы было нести удобно. Собственное тело сейчас не ощущалось ватным, но после точно навалится слабость и сонливость. – Киоко явно бы не одобрила, покажись я перед ней в таком виде, – вслух пронеслась мысль. Сасагава всё ещё старался держать сестру подальше от мафии, от Вонголы, а, порой, даже от Тсунаёши Савады, чтобы та точно не оказалась в центре перестрелки. Её надо было защищать, хоть осознание того, что сам же невольно и затащил Киоко во всё это не особо тяжелило совесть. Рёхей шёл достаточно быстро, мимолётно осматриваясь вокруг. Напарники замечены так и не были. Времени искать оставалось всё меньше – здание трещало, грозясь с минуты на минуту окончательно развалиться, оставив после себя обломки. Общественные деятели вряд ли не заметят, что посреди небольшого городка за считаные часы без плана на это был уничтожен двухэтажный особняк, пусть и давно брошенный. Впрочем, эти нюансы уже были не на совести Рёхея, хотя ущерб зданию он успел нанести немалый. Выход уже оказался совсем близко, когда обвал ускорился. Легко проскользнув наружу, Сасагава не уменьшал ход до самых ворот, стараясь дышать не так учащённо, потому что была большая вероятность вдохнуть слишком много пыли. Один из напарников, выдвинутый для задания, уже стоял там и придерживал платок у носа. Не менее потрёпанный, чем хранитель Солнца Вонголы. Рёхей, чуть встряхнув ношей, ярко улыбнулся – хоть один, но живой соратник внушал большие надежды на сохранность всего их небольшого отряда. Да и не хотелось возвращаться с трупами товарищей, за жизнь которых мафиози ручался. Рёхей достаточно сильно любил и ценил жизнь, чтобы пренебрегать ею даже у врагов. – Он что, живой? – нервно поинтересовался парень. – Экстремально живой! Можешь проверить дыхание! – резво ответил на вопрос Сасагава. Он выглядел так, будто никакой ноши и вовсе не было на плече, да и слишком яркая улыбка так и говорила – никакого боя не было. Ноги пошатнулись от сильной ударной волны, однако оборачиваться боксёр не спешил, зная причину этого. – Нет… спасибо, – буркнул напарник. – Вы не отвечали по наушнику, – всё же решился тот подметить, на что только пожали плечами. – А где второй? – Не отвечает. Сасагава нахмурился сильнее. Всё же не вышло обойтись без жертв. Очередной личный провал, из-за которого Рёхей недовольно помотал головой. Его бы найти, но уже вряд ли получится, и это прекрасно осознавали оба – тяжёлые кирпичи и куски бетона разгребать не так просто. Минутная тишина, и Рёхей всё же кладёт тело наёмника на землю. Стоило бы вернуться уже на базу и отдать на допрос – как, кому, зачем. Ему хотелось обезопасить всех, кто находился близко – друзей и семью. Хотелось сберечь Киоко так сильно, что добродетельность и мафия уже смешались в голове запутанным клубком нити. Боксёру уже сложно было понять различие, хотя прекрасно знал, что кровь и совершённые первые убийства других хранителей случились даже до того, как многие из них достигли совершеннолетия. Он понимал всё, о чём твердили они, видел мир со всех сторон, но всё же оставался верным своим принципам. Может, и по-своему, но личностный рост всё же происходил – совершенно не такой, как у многих. По крайней мере, Рёхей старательно шёл к тому, чтобы стать королём, и карта бы действительно могла перевернуться рубашкой к низу. Хранитель Солнца бы действительно мог стать не просто рыцарем, а королём, пусть и неважным, но… Сасагаву сейчас не особо волновали вопросы, касающиеся информационной безопасности Вонголы, он тяжело глянул на лежащее на земле тело, как в уши врезался очередной шум. – Простите, – чуть заикнувшись, нарушил недолгую тишину напарник. – Вы не отвечали по наушнику, и я сообщил другим хранителям. Глупый поступок новичка, но Рёхей только ярко улыбнулся и подошёл ближе, хлопнув по плечу. – Экстремальный молодец! – ярко подбодрил и даже засмеялся. – Правда, не стоило сомневаться во мне. Я экстремально сильный! Видишь? – Сасагава согнул руку в локте, что даже через лохмотья было видно мышцы. В ответ слабо улыбнулись и кивнули – Рёхей всё же умел время от времени подбадривать, хоть и по большей части подобные моменты пугали. Вот и напарник решил, что ему откровенно принялись угрожать. В это же время дверца только что взвизгнувшей от резкого торможения машины открылась. Из неё показалась Киоко. Боксёр опустил руку и растерянно смотрел на прибывших. Тем не менее улыбаться он не переставал, уже рванув на встречу сестре. После Киоко из машины вышли и Дино с парой хранителей Вонголы, оказавшихся поблизости – видимо решивших рвануться на помощь. Каваллоне виновато посмотрел на Сасагаву, потому что заставшую разговор Киоко переубедить так и не удалось. Наверное, странно уже было держать очевидное в секрете, но Рёхей уверенно заготавливал речь про пожар и котят – сестра любила животных и должна была поверить в новую историю, вот только даже открыть рот Солнце Вонголы не успело. На мгновение мир оглох. Хватило секунды, чтобы всё вокруг навсегда утратило краски для Рёхея. Король так и не явил свою масть.