Булли

— Мхих. — жуткая кошачая мордашка показалась за стеклом школьного окна, снаружи. Из маленького отверстия на лице животного свисала тонкая мясная ниточка, на конце которой должен находиться глаз. Шёрстка кошки мокрая, местами она отсутствовала вообще. Видение будто бы смотрело только на того, кто может его заметить. И животное не пугало, а лишь веселило высокого старшеклассника, одиноко сидящего на последней парте, в углу класса, куда попадал не весь свет в комнате. Шуичи никогда не отличался особой шумностью, от него даже такие смешки, как сейчас, можно было услышать редко. Парню казалось, что оторванное глазное яблоко бедного создания трясётся очень забавно. Но его точки зрения на этот счёт не разделяли ни одноклассники, ни гадкая учительница. Учитель по математике обернулась от исписанной формулами доски и кинула на школьника неодобрительный взгляд. Её примеру последовали некоторые из присутствующих в классе. Много раз Шуичи замечал на себе подобный взор. Парень был твёрдо уверен, что он просто нравится окружающим его людям. Хоть все и говорят, что Сайхара странный и даже жуткий. Они просто не видят того, что видит Шуичи. Чаще всего он трактовал то, что с ним происходит, нетипичным образом. Вера в искреннее обожание со стороны окружающих крепла с каждым годом. Ведь, принебрежительное отношение, страх, боль — это же и есть любовь, не правда ли? Да и сам Сайхара чувствует примерно те же самые эмоции, что и ожидает от остальных — парень искренне положительно настроен по отношению ко всему миру. И у него даже есть самый любимый человек, который уделял ему больше всего внимания, одноклассник, который по росту на две головы ниже Сайхары — Кокичи Ома. Такой милый забавный человек, у которого всё время из-под красноватых глаз течёт чёрная липкая, густая субстанция. Шуичи успел потрогать эту жидкость тогда, когда возлюбленный снова не нашёл другого места для пепельницы, как тело Сайхары. Капельки нечто случайно попали на одежду старшеклассника. Чаще всего Шуичи было больно, но чертовски приятно помогать однокласснику. Можно потерпеть, лишь бы позже увидеть, вероятно, удовлетворённое, перекошенное от возбуждения жестокости выражение лица любимого. Кошка жалобно мяукнула, стукнувшись лбом о стекло, а потом снова, но с удвоенной силой. — Впустите её, — неслышно прошептал Шуичи, — впустите её, — не получив реакции на свои слова, громче проговорил школьник. В это время видение ещё раз ударилось об толстое стекло. В этот раз из головы животного пошла кровь. — Кого впустить, Шуичи? — раздражённо спросила учительница, нервно проведя мелом по доске. — К…котика. Там кошка за окном… — Сайхара снова услышал удар. В этот раз он даже не посмотрел в сторону окна, ибо он знал, что с животным точно всё не в порядке. Парень принялся нервно постукивать подушечками пальцев о парту, — она же ум…мрёт. — старшеклассника слегка затрясло от нервов. Такие приступы были нередкими. И учительница знала, что в подобных случаях стоит игнорировать и последствия забывчивости в приёме специальных таблеток больного ученика сойдут на нет до поры до времени. То же самое осознавали многие из одноклассников Сайхары. Преподаватель отвернулась обратно к доске. В это время Шуичи стало чуть хуже. Парень уткнулся в сложенные на парте предплечья. В этот, осознав, что никто не собирается помогать истекающей кровью кошке, школьник затих. Он продолжил лишь трястись, хаотично покачиваясь из стороны в сторону.