Ты - мое искусство

      Костя весь вечер безвылазно сидела за компьютером, обрабатывая кадры, которые и без того были потрясающими. Бэлла пыталась оттащить ее оттуда, но как бы не так. Костя собиралась ехать со своим портфолио в одно очень крутое издание и сильно нервничала, пытаясь довести до совершенства свои снимки. Бэлла то и дело через плечо заглядывала к ней в монитор, восхищаясь красотой, концептуальностью и необычностью фотографий. Ей казалось, что человеческий глаз просто не способен выхватить такое, но ее девочка смогла не просто это увидеть, но еще и запечатлеть на объектив своей камеры, которую ласково называла "Каспером". И сейчас она нещадно шлифовала каждый кадр.       Когда Бэлле стало совсем не хватать внимания, она вспылила: подошла к рабочему столу девушки и резко дернула ноутбук на себя, аккуратно, но настойчиво, показывая, что она больше не намерена мириться с ситуацией тотальной нехватки ласки: - Купер, оторвись хотя бы ненадолго! Сколько можно дрочиться с этими фотками?! Там и так все "огонь", понимаешь? Ты же сама мне говорила, что вылизанная картинка сейчас уже никому не нужна. - Бэлла, верни ноут, иначе мы поругаемся. - Ну, Костя, ну, пожалуйста. Услышь меня. Когда в зале я тренирую какой-то захват слишком долго, он перестает получаться. Это значит, что я перетренировалась, и пора отдыхать. Сечешь аналогию? - Ты забыла, куда я завтра иду? Там аналогия с боксом мне никак не поможет. - Если эти пидоры не поймут, что ты самый ахуенный фотограф, а фотки у тебя отвал всего, то пошли они все в жопу, я так считаю!       Костя в первый раз за несколько часов улыбнулась. Бэлла считала это маленькой победой: - Давай мы пойдем на кухню, я сделаю тебе чай, ты отдохнешь, а потом спокойно посмотришь фотки еще раз и наконец, блять, убедишься, что там все заебись.       Костя вздохнула, но согласилась, видимо признавая свое временное поражение в этой войне. Она и вправду устала: все затекло, болели глаза. Хотелось закрыть ноут, сходить в душ, завалиться со своей девочкой в кровать и никуда больше не ходить.

***

      Бэлла проснулась ночью, от того, что чуть не слетела с кровати на пол, хотя по идее там должно было оказаться спящее тело Кости, в которое она и была намерена уткнуться. Но его там не было. В ванной тоже. Бэлла завернулась в первую попавшуюся толстовку и поплелась на балкон растрепанная и сонная.       Костя ожидаемо стояла там с сигаретой, которая медленно тлела между изрисованных пальцев, то и дело попадая в плен губ девушки. - Дай мне тоже одну, - попросила Бэлла, нарушая молчание. - А как же "не ебаться, какая зожница, спортсменка и комсомолка"? - усмехнулась Костя, все же протягивая той полупустую пачку сигарет и освещая темноту ночного города огоньком из зажигалки. - Если очень хочется, то можно, - тихо ответила Бэлла, затягиваясь и выпуская серые клубы дыма, - нервничаешь? - скорее риторически спросила она, вглядываясь в профиль Кости. Та помолчала, потом потушила окурок в пепельницу, оборачиваясь к девушке и окидывая ее взглядом, который теплее самого лучшего одеяла. - Ты такая красивая, - наконец обронила она, заправляя Бэлле за ухо прядку пшеничных волос, - жаль, мое портфолио состоит не из тебя, тогда бы я точно не нервничала, что снимки не возьмут, - она помолчала еще немного, - это типа очень для меня важно. Если меня возьмут туда... Это будет знак для меня, что я реально чего-то стою, понимаешь? Что я типа реально что-то умею и делаю это хорошо. - Не понимаю. Нельзя свой профессионализм оценивать тем, возьмет ли тебя какой-то там журнал, будь он сто раз ахуенным. Если на ринге меня положит какой-то боец, это не перечеркнет моих прежних побед, это будет просто одно поражение. И я буду его расценивать, как подачку моим будущим соперникам. Ты - очень крутой проф, Костя. И я это говорю не потому, что ты ахуенно целуешься и спишь со мной, а потому что объективно смотрю на вещи. Нихуя себе я тираду выдала, - усмехнулась Бэлла, ежась от пробирающего ветерка и сминая стлевшую сигарету о пепельницу. - Спасибо, бэйбик. Я люблю тебя, - отозвалась Костя, приобнимая девушку. - А давай так, - внезапно оживилась та, - забьемся. Если тебя берут, то я исполняю твое желание или задание. Будет тебе двойная мотивация верить в успех. - А это интересно, - лукаво улыбнулась другая, определенно уже обдумывая, что она загадает, - я согласна. - А теперь спать! А то мне скоро на тренировку вставать, а если тренер будет мной недоволен, то пизды получим с тобой обе: я - от него, а ты - от меня.

***

      Угроза, к счастью, не должна была исполниться. Бэллой тренер был доволен, а крутой, агрессивный спарринг в конце тренировки стал жирной точкой. Бэлла, довольная от приятной после тренировки и душа боли в мышцах, уже садилась в машину, когда телефон издал звук входящего сообщения. Она достала его из широченных бежевых джоггеров и уставилась на экран, на котором высвечивалось всего два слова: "Все получилось!". И Бэлла уже не знала, радоваться ей или нет. Ведь спор она все-таки проиграла, а инициатива, как известно, ебет инициатора. Ну, или наоборот. Если вы понимаете, о чем я.

***

      Домой Бэлла ехала в смешанных чувствах: ее не покидала легкая тревога. Когда она поднялась на нужный этаж и открыла квартиру, ее встретила почти полная тишина, которую нарушал только стук пальцев по клавиатуре. Бэлла вошла в комнату, и на встречу ей тут же вскочила Костя, раскидывая руки для объятий. - Тебя можно поздравить? - спросила Бэлла. - Можно, - довольно кивнула другая, - надеюсь, ты не расстроена, что проиграла? - Шутишь, что ли? Я очень рада за тебя, я вообще не сомневалась, что ты там всех раскидаешь. А задание, судя по всему, ты уже придумала? - чуть настороженно уточнила блондинка. - Да. Но... если ты не захочешь, мы не будем. - Ты меня пугаешь. - Вот, - сказала Костя, протягивая Бэлле очень красивый бумажный пакет, - открой, это тебе.       Бэлла развязала ленточку, которой был перевязан пакет, развернула упаковочную бумагу и пришла в легкое замешательство. В пакете лежало винного цвета полностью кружевное белье. Она немного нерешительно огладила пальцами шелковые лямочки, а затем и само воздушное кружево. Она видела подобное только на витринах бутиков и уж точно не думала, что Костя захочет увидеть ее в таком. Ведь все ее бра и комплекты были спортивными, а этот уж точно что-то невероятное. - И в чем же задание? - немного отрешенно обронила девушка.       Костя, которая все это время внимательно за ней наблюдала, выдохнула, что его сразу не швырнули ей в лицо, и начала: - Я бы хотела пофотографировать тебя в нем и, если ты будешь не против, забрать один из кадров себе в портфолио, - закончила, все еще не спуская глаз с Бэллы, но потом поспешила добавить, - повторюсь, если ты не захочешь, мы не будем. - Проиграла, значит проиграла, - наконец сказала Бэлла, подцепила пакет и удалилась, оставляя Костю сидеть там.       Она залетела в ванную, буквально роняя на пол и себя, и этот пакет, из которого игриво выглядывало бордовое кружево. Бэлла посидела немного. Потом все же решила раздеться. Оглядела себя в зеркале. Не понравилось. Много синяков во всех стадиях расцветали по телу после очередной тренировки, виднелись бляшки от псориаза. Никуда не делись спортивные широкие плечи и маленькая грудь, которая создана для спортивного топа, но никак не для этого шедевра дизайнерского искусства, состоящего из 30 сантиметров невесомного прозрачного кружева и четырех шелковых лямок. Она решила все-таки примерить: любопытство взяло над ней верх.       Видимо, она слегка потеряла счет минутам, потому что послышался стук в дверь ванной и обеспокоенный голос Кости: - Бэлла, у тебя все в порядке? Ну, его нахуй, выходи, а? Давай просто закажем поесть и...- осеклась она, вмиг забывая все слова и языки на этой планете. За открывшейся дверью стояла Бэлла в одном лишь этом белье и как будто пыталась прикрыть то, что это белье прикрывать совсем не собиралось. Костя потянулась к ней, аккуртно цепляя ее за пальцы. Она притянула ее к себе, убирая руки от тела. Ошалело оглядела с ног до головы и все никак не могла вдохнуть, словно забрали весь воздух. - Ахуеть, - наконец-то выдавила она, - ты такая красивая...Пиздец. Ты же ебучее произведение искусства. - Пиздишь мне, да? - неверяще усмехнулась Бэлла. - Сейчас все, что я могу, это пиздец как хотеть тебя трахнуть. Но искусство требует жертв, поэтому я потерплю и все-таки сначала поснимаю тебя, - сказала она, - только давай распустим тебе волосы, - добавила и потянулась в шелковистому пучку на макушке, бережно его распуская и укладывая на одну сторону. Она подхватила одной рукой камеру, а второй взяла Бэллу за руку и повела за собой в спальню, укладывая ее на кровать и нависая сверху.       Бэлла очень сильно смущалась и утыкалась лицом в подушки. А Костя снимала. Снимала ее острые выступающие лопатки, снимала изгиб в пояснице, округлые формы самого желанного тела на свете, снимала разметавшиеся по подушке волосы и лицо, прикрытое ладонями. В какой-то момент Косте даже не поверилось, что она это видит. Девушка положила руку Бэлле на грудь и последние пару раз опустила затвор камеры, словно запечатлевая, что она тоже здесь была, а эта потрясающая девчонка - ее.       Она нетерплеливо отложила камеру в сторонку, опускаясь на кровать. Воздух был таким вязким, что его можно было резать ножом. Костя поцеловала Бэллу так жадно, словно та была единственным оазисом в огромной пустыне. Они целовались долго, с упоением, руками гуляя по телам друг друга. Костя гладила кружево, кожей ощущая, как намокла шелковая подкладка между ног Бэллы. А та просто плавилась в руках своей девушки. Она начинала забывать про свое смущение, когда ее целовали и гладили так, словно она действительно была чьим-то искусством. Нет. Не чьим-то. Кости. Только ее. На это Бэлла была согласна.       Костя же прервала поцелуй и перевернула девушку под собой на живот, открывая себе потрясающий вид на любимую спину и не менее любимые аккуратные и подтянутые ягодицы. Она языком спустилась вдоль по позвоночнику до двух впадинок у копчика, а затем принялась то невесомыми, то более настойчивыми поцелуями осыпать всю спину, лопатки, руки, шею. Носом зарылась в волосы, вдыхая любимый родной запах, который уносил ее похлеще сигарет и чего покрепче. Она гуляла руками по телу, то сплетая пальцы, то сминая спину в подобии массажа, то опускала их на ягодицы, сжимая. Она огладила упругие половинки и шлёпнула по левой, срывая с искусанных губ сладкие стоны.       Затем она развернула Бэллу к себе, своим едва фокусирующимся взглядом пытаясь поймать такие же ошалелые глаза напротив. Но ее тут же нетерпеливо завлекли в новый поцелуй.       Бэлла целовала сладко, кусала губы и тут же зализывала, крепко обнимая за шею, а этого все равно было недостаточно. Хотелось телом к телу, кожей к коже. Она принялась стаскивать с Кости футболку, да так яростно, что, кажется, даже слегка порвала ее. Но было так все равно, и она тут же подцепила топик, снимая и его.       Костя же принялась за уже ненужный кусок кружева на желаной груди, она растегнула лиф, откидывая его в сторону и тут же припадая губами к горошинам затвердевших сосков. Она цепляла их зубами, зализывала языком и дразняще оттягивала губами, рукой избавляясь от собственных брюк, а затем обхватила ее шею, слегка надавливая, от чего Бэлла запрокинула голову, прикрывая глаза, и утробно рыча. Эта же рука медленно съехала с шеи и двинулась вниз по животу, порхая пальцами и вырисовывая узоры. Затем она опустилась между ног, сквозь ткань оглаживая самую заветную часть тела на эту секунду. Костя стащила оставшийся кусочек ткани и наконец огладила девушку кожей к коже. Затем она спустилась ниже поцелуями и устроилась у Бэллы между ног. Сначала она широко лизнула промежность языком, а потом ритмично стала стимулировать им клитор.       Бэлла буквально захлебывалась собственными стонами, то зарываясь в короткий ежик волос руками, то кусала их от переизбытка эмоций, то нещадно комкала подушки и простыни. Она была уже почти на пределе, когда Костя вставила в нее два пальца, создавая чувство наполненности, а другой стала помогать себе самой. Бэлла не выдержала такого острого коктейля из ощущений и кончила, громко выстанывая Костино имя и сжимаясь вокруг ее пальцев. Костя тоже не заставила себя долго ждать и кончила почти следом, без сил заваливаясь к Бэлле в ноги, бездумно уставившись в потолок в попытках отдышаться. - Ахуеть, Купер, ты что сделала с нами? - первой пришла в себя Бэлла. - Показала тебе, как сильно я тебя...как сильно я тебя вообще все: хочу снимать, обнимать, целовать, как сильно люблю и хочу тебя всегда. Бэлла, ты просто пожар. Ты просто пиздец. Спасибо тебе. - За что? - За то, что не запустила в меня этим пакетом сразу же, что доверилась, что попробовала. Ты даже не представляешь, насколько ахуенная ты есть, и какой тебя вижу я.       Бэлле хотелось орать от переполняющих ее эмоций. Она никогда в жизни такого не слышала. К горлу даже подкатил ком, но она быстро взяла себя в руки: - Люблю тебя. Это было потрясающе, - поднялась и коротко чмокнула Костю в губы, - хочу курить очень сильно, пойдем?       Они накинули на себя то, что первым попалось под руки, и вышли на балкон, цепляя из пачки по сигарете. Бэлла пару раз затянулась и усмехнулась, вглядываясь вдаль: - На мне даже не было грима, и ты не выставляла никакого света. Эти фотки же не пойдут в твое портфолио? - Они пойдут в наш домашний архив. А с гримом и светом мы сделаем тебе новые, - улыбнулась Костя. - Окей, только потом я тоже выберу тебе такое же кружевное безобразие. - Забились.