Просто братья?

Весной ничего особенного не происходило. Один день повторял и сменял другой. Лишь пир в честь окончания учебного года хоть как-то запомнился. Слизерин обошел Гриффиндор на пару очков, что заметно расстроило гриффиндорцев, но Уизли безумно переживали, поэтому они даже не заметили, что над ними висят зелёные флаги, в честь победы Слизерина. Все слизеринцы ликовали, кроме Малфоя, он переживал из-за своих отношений с Гарри, ведь тот все время проводил даже не столько с Роном и Гермионой, сколько с близнецами. Но Драко не знал причины этого общения, из-за чего дико ревновал. Блондин замечал эти улыбки, взгляды, перешептывания. Он не знал, это обычная дружба или что-то большее, ведь у него не было ни того, ни другого. Не смотря на безнадёжные подкаты слизеринок к Драко, отношения с Гарри стали для него первыми. Поддержка, дружба, искренняя любовь — Малфой даже не мог мечтать об этом, но тем не менее, он это получил. Так как Гарри доверял Драко, и наоборот, сероглазый парень решил, что не стоит устраивать сцены ревности, стоит только поговорить. Но он не успел. Сразу после ужина Гарри и семейство Уизли побежали собираться в Нору. Гермиона должна была присоединиться к ним в середине лета, тогда было принято решение рассказать ей, выслушать ее точку зрения, а в конце лета поведать вроде бы страшную, а вроде и нет, тайну родителям. Фред разбудил всех, кроме родителей и Перси, он все равно бы не пошел. Фредди готовился к этому рассвету с самого вечера. Он собрал небольшую корзинку с парой свитеров, пледами и фруктами. Взяв все нужное с собой, Уизли и Поттер отправились в путь. Джинни и Гарри давно поговорили о Драко, поэтому между ними не было напряжённости. Они остались друзьями. Фред вел парней и Джинни на васильковое поле. То и дело слышались различные маты в сторону затейника этого веселья. — Мы уже почти пришли! Выкрикнул Фред и побежал вниз с небольшой горы. Джинни и Джордж очень хотели спать, но не отставали от брата. А вот Рон и Гарри плелись сзади всех, как улитки, им явно не нравились такие прогулки в четыре утра. Неверное движение, и вот, Поттер катится по траве вниз на пятой точке. — Скоро будет рассвет, нужно быстрее разложить вещи. Я вам обещаю, будет очень красиво! Фред радовался, словно ребенок, впервые увидевший, как пробуждается солнце, и начинается новый день. Джордж помог ему расстелить пледы, разложить фрукты и ягоды: персики, чернику, малину и вишню. Наконец, все улеглись, они наблюдали за красотой природы и ели дары этой природы. Она же наградила Уизли прекрасными рыжими волосами, веснушками по всему телу. Семья Уизли — это маленькое солнце среди других чистокровных семей. Поттер чувствовал себя своим среди них. Никто и не был против, поэтому Гарри спокойно мог прерывать молчание, как и в этот раз: — Это все очень красиво, но с отбитой жопой что делать? — Не знаю, у меня только голова отбита. Шутка Джорджа развеселила чуть не уснувшего Рона. Многие бы заснули, вдыхая свежайший воздух, лёгкий аромат васильков, и укрываясь свитером, который связала твоя мама. Было достаточно тепло, но Рон умудрился замёрзнуть, и даже будучи замёрзшим, он не захотел надевать свитер. Долгое время они просто болтали обо всём на свете, а когда уже совсем рассвело отправились обратно в Нору. Июнь стал месяцем пикников. А июль месяцем прогулок недалеко от дома, потому что июль был достаточно дождливым. В середине июля приехала Гермиона. Ей не пришлось рассказывать об отношениях близнецов, как-то она в шутку спросила не вместе ли Джордж и Фред, а затем увидела их смущённые взгляды и всё поняла. Она не стала допытываться до них с вопросами, просто приняла это как факт. Начало августа, не пора ли рассказать родителям? Нет. Ещё слишком рано. Нужно расположить их к себе. Хотя бы начать помогать по дому, а не только испытывать на них вредилки. Кажется Молли ещё не забыла ту тошнотную конфету… День за днём проходил август. Дождей было меньше, но уже было слишком холодно для пикников или прогулок вдали от дома. Близнецы задавали странные для родителей вопросы. Молли отвечала неоднозначно, а Артур категорично отказывался принимать, что такое вообще возможно. Раз в неделю супруги выслушивали какую-нибудь шутку или что-то ещё про инцест. Была неделя отдыха от этих шуток и вопросов, Молли и Артур уже решили, что ничего страшного не происходит, но в последнюю неделю августа шутки снова начались. Молли не могла этого терпеть, поэтому за ужином спросила: — Джордж и Фред. Что вы задумали? Мне надоели эти бесконечные вопросы про отношения между братьями или сестрами! Близнецы, не ожидавшие такого вопроса явно опешили, но решились ответить: — Мам, пап… Мы долгое время не знали, как правильно вам сказать, но.. Мы вместе. Голоса у обоих дрожали. Хоть никто не заставлял Фреда и Джорджа признаваться, и они в любой момент могли отказаться, сказать, что все это шутка, они решили идти до конца. Артур молча пережёвывал ужин. Казалось, будто он чаша, которая уже переполнена, и слова Фреда и Джорджа стали последней каплей. Чаша постепенно трескалась, но в этот раз она лопнула. — Что за бред вы несёте?! Это ненормально! Вы шутите, да? — Нет. Отец, это не шутка. Мы любим друг друга и хотим быть вместе. Даже если вы запретите. — Неужели вы все знали и не говорили? Джинни, Рон, Гарри и Гермиона молчали. Лишь Перси не хотел быть наказанным, поэтому начал оправдывать себя: — Я ничего не знал! Я вообще считаю, что это против природы! — Молчать. Я разговариваю не с тобой Перси. — А что ещё ты хочешь услышать от нас? Теперь из чаши Артур превратился в закипающий чайник. — Никакого вам Хогвартса! Отправлю вас на работу, куда-нибудь подальше. Одного к магглам, а второго ещё дальше! Чтобы вы в жизни больше не пересекались. Молли, почему ты молчишь? Кого ты воспитала?! — Достойных людей, вот кого. Будь они тру́сами, никогда бы не признались. Вы очень смелые, я горжусь вами. И знаете что? Я не против ваших отношений. И никуда они не поедут, Артур! Они закончат учебу, а дальше сами решат, что им делать. Голос Молли звучал настолько убедительно, что Артур перестал закипать. Он все ещё был зол, но не так сильно. Подумав, он решил, что грубить жене не стоит. Артур молча удалился из комнаты. Перси вышел за отцом. Молли не могла сдерживать эмоций, поэтому заплакала. Близнецы кинулись успокаивать ее, по лицам Фреда и Джорджа текли слезы. Это нельзя было считать одобрением, но и отказом тоже. Золотое трио также покинуло комнату, оставив близнецов и Молли наедине. На следующее утро Артур зашел в комнату к близнецам и начал с ними разговор. — Это правда не шутка? К тому моменту Фред был обижен на отца, поэтому с Артуром говорил Джордж. — Правда. Я понимаю, это сложно принять, но и ты пойми нас. — Понять вас я не смогу. Но если запретить вам быть вместе, неужели вы и правда прекратите свои отношения? Конечно нет. Глупо было с моей стороны устраивать скандал, ещё и при гостях… Так, я пришел не к Гермионе и Гарри, а к своим сыновьям. И пришел я извиниться. Джордж молча выслушал отца, кивнул и обнял Артура. Они оба понимали, что все это было на эмоциях. Слова извинения были произнесены шепотом, почти не слышно. Фред все ещё был обижен, но все же улыбался, глядя на Джорджа и Артура. Ему хотелось присоединиться к ним, хотелось понежиться в объятиях отца, но чувство собственного достоинства было выше. Артур вышел из комнаты, оставив возлюбленных вдвоем.