Золотой буйвол

      Михаила и Люцифера посадили за стол напротив друг друга. Мать убалтывала Люцифера, рассказывая ему повсеместный бред, отец старался занять и Михаила разговорами, но тот враждебно уставился на Люцифера, который демонстративно делал вид, что ему все равно и совсем не страшно от этого вдгляда. Он смеялся невпопад серьезным замечаниям Бейкер старшей о немногочисленных блюдах на столе и об упрямстве Алекс. — Нет, мам, нет, я не хочу выходить замуж! — не вытерпела Алекса, прижавшись к Михаилу на соседнем стуле, который сейчас не обратил внимания на ее передвижения, привлекшими и в глубине души разозлившими Люцифера, он не понимал, почему не он, почему не его она обнимает и почему не у него ищет защиты от матери. — Ну почему? Ты только представь… — Я и представить боюсь! — и синхронно со словами Алекс вспоминала, как вышла замуж в первый раз, о котором мама ни слухом ни духом. — Я понимаю, что ты хочешь внуков, но я не буду рожать детей, даже если выйду замуж! — Что у тебя, ни одного мальчика на примете нет?       Девушка осмотрелась вокруг покрасневшими глазами: Михаил скрывал непринятие ситуации отрывистыми и сухими разговорами с отцом, а Люцифер с ехидством и нескрываемой усмешкой подмигнул ей, как бы говоря: «Ну что, попала, да?». В ответ Алекс посмотрела на него с той же хитрецой и ухмыльнулась, на этом он и перестал скалиться. «Что ж, пришло время реализовать задуманное, неужели ты подумал, что семейный ужин испортит мой план, Люцифер?» — и она встала, быстро направляясь на выход. — Доча? Доча! — А? — наигранно отозвалась Алекса, остановившись рядом с Люцифером. — Я говорю, что тебе необходим муж! — Необходим? — Бейкер согнулась над столом, сложив руки в замок и с каким-то азартом посмотрела на нее. — Да. — Ага, ну хорошо! — Александра схватила Люцифера за руку, он же, опешив, не прекращал мысленно материться, ведь эта девчонка снова портит ему костюм. — Сам заварил это, сам и расхлебывай! Или думал, что я и сейчас буду нацеплять милое лицо и вежливо с тобой разговаривать, иди нахрен, — шепнула она ему, не отпуская. — Да встань ты!       Люцифер злобно косился на девушку, но упрямился и не спешил выполнять ее просьбу, пытаясь согнуть ее руку так, чтобы высвободить рукав. Михаил ошарашенно переглядывался, выбирая подходящую минуту, чтобы забрать девушку, понимая, что она хочет сделать и не знал, хочет ли он услышать это признание или нет. — Так вот он, мой бывший муж, — сказала девушка громко. — Как ты смеешь, отпусти меня, сумасшедшая! — Люцифер горделиво посмотрел на Бейкер, одергивая руку, словно от черни, она закатила глаза и отпустила его. — Зато ты король психбольниц!       Он злобно что-то пробурчал, но ничего не ответил. Что-то неоднозначное мелькнуло в его глазах и было до тех пор, пока не послышался дрожащий голос: — Господи, что это?! — сатана скривился, а Алекс поняла, что самое лучше определение Люцифера — это «что». — Что-что… Вот, ты спрашивала, мама, есть ли хоть кто-нибудь, кто позвал бы замуж. Держи. — А…доча, — она видела, как Люцифер раздражённо бродит красными глазами по комнате. — Это Люцифер. Мой бывший муж, хочешь, забирай, мне он и даром не нужен. Ещё вопросы есть? — Раз не хочешь выходить замуж, так и не надо! Зачем же торопиться? — мама старалась перекрестить комнату, Люцифер лишь хмыкнул и вышел вон, она бросилась на кухню за святой водой, а Алекс с Михаилом посмотрели друг на друга: Алекс ничего не выражала взглядом, было заметно, что все произошедшее, связанное с Люцифером, ее утомило, а Михаил спрашивал ее взглядом, зачем она это сделала, но та только пожала плачеми и потянулась к бокалу с вином. Только отец повел бровью и принялся доедать свой бифштекс так, как будто ничего особенного не произошло.

***

— Ты все же объяснишь, что это было? — если бы Михаил умел заикаться, то наверняка бы так и сделал, его огромные глаза смотрели будто на меня и сквозь меня.       Пока внизу царил переполох, мы перешли в мою комнату. Я лежала на кровати, уставившись в потолок своими обычными глазами, кажется, они даже стали еще более тусклыми. Михаил сел рядом на стул, заваленный одеждой, служивший шкафом. Я не хотела объяснять его любопытству, что все же произошло, ведь мне просто нужно было выгнать Люцифера с позором из моего дома, раз ему так хотелось испытывать мое терпение, то пусть теперь платит за это. Возможно, Михаил спрашивал о скандале, потому что знал, что Люцифер настолько же мстительный, насколько и я, если даже не больше, и так просто мои огрызательства он не забудет. Но мне плевать, радовало только одно: один из планов Люцифера я все же сорвала, и мать наконец оставит меня в покое, ведь по ее завету каждая уважающая себя девушка, чтобы стать женщиной, должна выйти замуж и развестись, а уж потом все остальное. — Да успокойся, моя маман очень уж хотела выдать меня замуж, что ж, а как только увидела его, так я сразу стала свободной! — Мне нужен Ново-пассит, — Михаил провел руками по лицу, — я с вами поседею. — Ну, не такой уж ты и старый, тебе больше двадцати семи и не дашь. — Очень смешно. Ты же за Люцифера замуж не выйдешь второй раз, я надеюсь? — Я что, дура, что ли? Нет, конечно! Поматерится и отойдет, не волнуйся, наверняка пошел демонов гонять. — Я бы не был так уверен на твоем месте. Но с тобой все в порядке? Ты пришла вместе с Люцифером, он ничего не делал?       Если бы не слова Михаила, о тех бесконечных минутах в подворотне я бы и не вспомнила. У меня от страха снова забилось сердце, снова перед глазами дьявол. Я вздрогнула, разозлилась, но виду не подала и сказала, что все в порядке. Ну, конечно, вот опять этот прищур, настороженный взгляд, сжатые губы. Все он понял. Ну, надеюсь, Михаил, ты его не убьешь хотя бы. — Алекс, в любом случае ты можешь со мной об этом поговорить.       Я бы поговорила, если бы не знала твоего отношения к брату. В любом случае промолчи я сейчас или скажи хоть что-нибудь, все равно в воздухе будет тянуть угрозой новых разборок. — Михаил, пообещай мне только, что ты не будешь делать глупостей, — архангел сначала удивился, но когда все понял, обиженно отвернулся, сложив руки на груди.       Я улыбнулась и старалась смеяться так, чтобы он не заметил. Но это не ускользнуло от него, он нахмурился, слегка повернул голову и замер. — Майк, ну, прости, — сдерживая смех, выдавила я, — ты так мило дуешься. — Я за тебя беспокоюсь, ты не осторожна. — Михаил, — я подошла к нему, чтобы обнять, он отталкивать не стал, его плечи опустились, когда я прикоснулась к ним, но руки он все также держал перед собой скрещенными, — ну, Михаил, я знаю, что для тебя важна моя безопасность, я знаю, что ты и без моего согласия защищать меня не можешь, тебе твой кодекс не позволит, но я люблю тебя, — некоторое время смотрел в сторону, но стоило мне его поцеловать в щеку, как он вздохнул и повернулся ко мне и крепко прижал к себе и уткнулся лбом в живот, как будто боялся, что я исчезну.       Я умиленно погладила его по голове, прижимая к себе, вспомния того Михаила из будущего, который оплакивал мою смерть, и ведь это дествительно возможный исход событий, и архангел прав в том, что я вечно рискую и такими выпадами злю Люцифера, а тот ведь со скамьи подозреваемых никогда не слезает. Убить меня мог и он. Возможно, что недавняя ссора и станет катализатором всех событий, которые привели к моей смерти. «Я буду осторожна, хотя бы ради тебя», — подумала я, вздохнув.

***

— Ладно, забудем про то, что случилось, — сказала Алекс, напоследок поцеловав его, словно ничего и не случилось серьезного. — Ну, или сделаем вид, — собирая с полок необходимые для дальнейшего разговора книги, хмуро заметил он, но всегда, когда Майкл хмурился или старался казаться строгим с ней хотя бы для очистки своей совести, в его глазах мелькала бездонная грусть, которую в минуту его хорошего настроения было не видно. — Тебе удалось что-нибудь выяснить о деле? — спросил архангел, разложив книги перед девушкой на небольшом столике. — Да… — Бейкер потупила глаза, по ее телу пробежался холодок и блеснула память о былом огне в глазах. — Эм, в общем. Как и предполагалось, все по книге: есть старая бильярдная с таким названием, только она заброшена. И выявлен общий критерий отбора жертв — все они буйволы, отступники дьявола. — Постой, как ты это узнала? Ты знакома была с теми демонами? — Догадалась. Смотри, по Беллю, охотится психопат должен был за агнцами, то есть последователями Бога, я думала, что, возможно, первый убитый был агнцем, если бы не узнала, что он демон. Вряд ли он подумал, что агнцами могут быть сами убийцы, значит, они буйволы. — Есть только одна несостыковка: буйволы стремились перевоспитывать агнцов, превратить их в себе подобных. А даже если и так, то зачем охотнику за отступниками пытаться убить самого Люцифера? — В этом весь вопрос и состоит. И в этом все несходство. На него, по его данным, напали в банке. Других убили при иных обстоятельствах, и все они демоны, кроме одного человека. И все они убиты, человек в этом плане не вызывает сомнений: он слабее и мог легко проиграть демону, душившему его, по силе, но сами демоны… Все они когда-то были приближенными Люцифера, сам он хвастался, что они отличаются силой Голиафа. А тут вдруг дали слабину? Не верю. И вопрос тогда к самому Люциферу, как он выжил, если этот силач передушил всех его самых сильных слуг? — Думаешь, он замешан в этом? — Я никогда его не убирала со скамьи подозреваемых, Михаил. Всегда, где он появляется, случается что-то такое. А тут вдруг он сам стал жертвой, подумай, насколько это в его духе?       И тут же сама Бейкер подумала: «Если бы не одно обстоятельство, Михаил, я бы сказала, что он сам убийца, но…он мог убить меня уже давно, а умерла я после нашей встречи сегодня, хотя подворотня та самая, где и нашли мое тело, да и не упустил бы он возможности подтрунить над тобой и похвастаться, что у него-таки получилось уничтожить твоего человека». — Хорошо, тогда я буду присматривать за ним. Возможно, ты права, я бы сам согласился хоть сейчас, потому что сам уже давно подозреваю его во всем, но, сама понимаешь, нет прямых доказательств. — Да, конечно… Конечно… — Михаил наклонил голову и с умильной улыбкой посмотрел на девушку, она заметила это не сразу, — что? — Если опустить все сегодняшние обстоятельства, как ты? Так быстро сбежала той ночью. — Да, прости, у меня…было очень срочное дело, — Михаил встал, собравшись убрать необходимую литературу обратно в шкаф, обходя Алекс, он погладил ее по плечу и поцеловал в лоб. — А если не о прошлом, — начал он снова, усевшись обратно на диван, — будешь чай? — Я от кофе лучше засыпаю, — улыбнулась она и невольно стала проводить параллели между ним и его братом, Михаил кивнул и заварил ей кофе, как она любит, черный без пенки с двумя ложками сахара, — а что дальше? Скоро эта жизнь кончится, нужно будет возвращаться назад…буду поступать на юридический.       В кофейных плавающих отражениях глаз Михаила отразился испуг, который он попытался скрыть, когда протягивал готовый напиток человеку. Его рука не дрогнула. Он был спокоен и доброжелателен, впрочем, как всегда. Алекс спрятала в бокале грустную усмешку над будущем. — Ты же…хотела писать книгу. — Кажется, я стала невольным участником этой будущей книги, которую напишет кто-то другой. Я буду просто ее героем. Преступность не даст мне спокойно жить, Михаил, и мы оба это знаем, потому что кто раз был спутан с криминалом, того он не отпускает и не прощает, потому что он знает его тайны. — Но никто тебя не тронет, я не позволю, — Бейкер вспомнила снова недавнюю встречу с Люцифером в подворотне, и она с болью в груди подумала: «Твоя защита не гарантия, что в один момент меня не убьют».       Они сидели напротив друг друга, минуту Алекс думала, какие слова подобрать, чтобы не обидеть Михаила, чтобы слова не прозвучали, как сомнение в его способности защитить ее. Она долго размешивала сахар, радуясь, что теперь она с ним, в этой тихой комнате, за окном все еще темно и спокойно, хотя снега все меньше. За окном стало заметно теплее, как будто тепло дома передалось и самой улице, через щели проникал сухой как будто весенний воздух. Алекс улыбалась устало, она только сейчас почувствовала необходимость сходить в душ и лечь спать. — И все равно в первую очередь я сама отвечаю за свою безопасность, — начала наконец она, Михаил, все это время расслабленный, навострил уши и посмотрел внимательно на нее. — Убежать я не могу, спрятаться — тоже, значит, остается занять позицию, противоположную атакующей стороне. Родители будут в шоке, особенно мама. Будет отговаривать меня всеми невозможными способами. — С ее…большим, — Михаил придумывал слова, как бы смягчить маниакальное стремление матери выдать замуж ее дочь. — Я поняла, ахах, не напрягайся так, Майк. Да, не в этом мире. Он слишком жесток. В этом мире никто, кроме меня, не обеспечит безопасность моим детям, но, благо, их не будет. Особенно, когда она узнала, что мой бывший муж…сам дьявол, она долго с этим вопросом ко мне не подойдет, — Алекс снова залилась смехом, в нем было что-то недоброе и в то же время что-то совершенно безобидное.       Она как будто била этим смехом и тут же мило извинялась за это, приказывая ее простить. Михаил промолчал, понимая, насколько домашние разговоры ее семьи утомили Алекс. Ей требовался отдых, суть которого он не совсем понимал, но тем не менее соглашался с его необходимостью. Убрав посуду, он оставил ее ненадолго, чтобы она могла привести себя в порядок. Когда человек уже мирно засыпал, он подошел в последний раз к самой кровати и, укрыв ее теплее, отправился искать Люцифера.