Рождество на двоих

В новогоднюю ночь мало кто захочет работать и пропускать всё веселье. Чаще всего этот день объявляют выходным, а те, кто должен работать, отпрашиваются у своего начальства и идут домой. Есть и те, кто готов работать в эту ночь за отдельную плату, либо им просто не хочется праздновать. А есть Эмма, которая не хочет работать и не хочет праздновать. Ей просто не с кем, а отдохнуть от постоянных съёмок и побыть наедине с собой бы не помешало. Её грандиозные планы на Рождественскую ночь разрушил один противный режиссёр, к которому она каким-то чудом попала на главную роль. За неделю до Рождества они со всей съёмочной группой уехали в самый холодный город в Калифорнии - Лоун Пайн, а всё ради съёмок очередного вестерна. Все просьбы Эммы о съёмках в павильоне режиссёр не хотел даже слушать, сразу меняя тему разговора и куда-то уходя, а после просто игнорировал её с этой просьбой. — Мне нужна натуральность, а не бестолковый монтаж! А актёрам нужно тепло и нормальные условия, о которых Тарино не хотелось даже думать, ведь ради красивой картинки он готов был на всё.

***

— Стоп! Снято! — прокричал Тарино в громкоговоритель, чтобы его было слышно в каждом углу огромной съёмочной площадки. Они решили снимать не просто в городе, а отправились на заснеженное ранчо. Такая идея не понравилась актёрам, но пришлась по душе оператору, который очень любил снимать такие атмосферные виды. — Эмма, как всегда плохо! — Что?! Почему? — злая актриса направляется в сторону режиссёра, в мыслях разбивая его голову об операторскую тележку. — Я сотню раз говорил тебе: надевай белые перчатки в этой сцене, — он со злостью кидает в девушку пару замшевых белых перчаток. — В сценарии есть пометка об отсылке на фильм 1966 года. Ты вообще читала сценарий? Эмма непонимающе смотрит на Тарино, поднимая с пола упавшие перчатки и медленно натягивая их. — В моей распечатке нет этой пометки. Скорее всего вы сделали её только у себя, — пытается не психовать, но у неё это получается плохо. — Да и вообще, вы назвали меня плохой актрисой не из-за моей игры, а из-за каких-то перчаток? Да никто даже не заметит вашу отсылку! — Из-за тебя мы будем переснимать эту сцену! — разочарованно вопит режиссёр, игнорируя её замечание по поводу отсылки. — Дэв, прости, но эта сцена получилась отличной. Может не стоит переснимать? Будет в перчатках в другой сцене, — подаёт голос Эрик, который всё это время стоял неподалёку и слышал весь разговор от начала до конца. — Чёрт с вами, — он отмахивается от надоевшей актрисульки и от оператора, который какого-то хрена встал на её сторону. — Ник, неси отрезанные уши рабов, они понадобятся нам в следующей сцене. Николас всё это время крутился около трейлеров с гримёрками, упрашивая гримёров подправить ему тон лица и закрепить шляпу под другим углом. — Что? Я вообще-то актёр, а не мальчик на побегушках! — А я тот, кто может переписать сценарий, и тогда нам понадобятся уши уже твоего персонажа. — Понял. Следующие несколько часов проходили в таком же темпе работы: Дэвид постоянно кричал и требовал ещё один дубль, а Эмме хотелось застрелиться, пусть даже и из бутафорского пистолета. К концу съёмочного дня все были уставшими и валились с ног, мечтая дойти до своего трейлера и завалиться спать прямо на пороге, про Рождество никто из них даже не помнил, ведь режиссёр умело уничтожил всю атмосферу. Никто кроме Эммы. — Не расслабляемся, ночью снимаем сцену нападения! — невозмутимо командовал Тарино, который ничуть не утомился за этот долгий и продуктивный день. — Что? Можно отдохнуть хоть в Рождество?! Я актриса, а не лошадь, — девушка упрямо топнула ногой и сложила руки на груди, надеясь, что это как-то ей поможет. — Согласен с Эммой, — вмешался Бёрд, который всё ещё пытался идеально разместить шляпу у себя на голове, да ещё и не испортив свою шикарную укладку. — Может вы тогда сразу соберёте свои вещи и свалите?! Мы совсем не укладываемся в график, — он демонстративно помахал сценарием около лица Эммы. — Ну Дэв, не будь таким злюкой, сегодня же Рождество, — Эмма попыталась сделать максимально печальное лицо и сложила руки в «замок». — Ладно. — Спасибо, спасибо, спасибо! — радостная девушка кинулась на шею режиссёра, почти что сбивая его с ног. — Все самые лучшие режиссёры находят под ёлочкой вкусный раф. — Идите уже, пока я не передумал. После этих слов всю съёмочную группу как ветром сдуло, на что Тарино лишь закатил глаза и лениво побрёл в сторону своего трейлера, на ходу придумывая изменения в сценарии.

***

Девушка сидела в своём большом трейлере и задумчиво смотрела в окно, наблюдая за тем, как небольшой поток ветра кружит крупные хлопья снега, блестящие из-за света фонарей. Спать ей не особо хотелось, поэтому она приготовила себе кружечку горячего шоколада и устроилась на диване за просмотром любимого сериала. Такая атмосфера ей нравилась куда больше, чем ночные съёмки, о которых Дэвид их даже не предупреждал. Внезапно эта атмосфера была прервана громким стуком в дверь. Вставать девушке не хотелось, так как всё тело ужасно ломило из-за перегрузки и времени, проведённого на ногах и без отдыха. — Кто там? — как можно громче крикнула Эмма, не желая вставать. Ответа не последовало, а стук в дверь повторился. Поддавшись своему любопытству, Эмма медленно встала со своего мягкого дивана и подошла к двери, пытаясь через небольшое отверстие разглядеть незваного гостя, но в темноте не было видно совершенно ничего. Подумав около пяти секунд, девушка решается открыть дверь. — Какого хрена ты так долго открывала? Надеюсь, что была увлечена перечитыванием сценария, — на пороге стоит Тарино, куртка которого уже неплохо так была усыпана снегом, и держит в руке небольшой термос. — А какого хрена вы вламываетесь ко мне посреди ночи? — Вообще-то я хотел извиниться, — он прочищает горло и смотрит на девушку, вдруг вспоминая про термос. — Это чай с лавандой, помогает расслабиться и заснуть, — он протягивает термос девушке, которая сразу же его принимает. — Спасибо, но не стоило. — И ещё кое-что, — он не привык вот так вот приходить к кому-то и признавать свою неправоту, но Эмма стала первым исключением. — Я сегодня погорячился, ты очень хорошая актриса. Да, прости. — Я вообще-то на Рождество просила собаку, а не доброго Тарино. — Заткнись и пей чай, у тебя завтра много работы. Спокойной ночи, — Дэвид разворачивается и собирается уйти, как вдруг чувствует чью-то ладонь на своём плече. — Не хотите остаться? Сегодня Рождество, вам будет одиноко наедине со сценариями, а я тут рождественских комедий скачала, — называет железобетонные причины, выслушав которые, мужчина точно согласиться. — Ты же прекрасно знаешь, что я такое не люблю. — Тогда посмотрим ваш фильм. — Упаси меня от этого, я согласен на комедии, только обещай не смеяться на весь трейлер. — Вот и замечательно, — она хлопает в ладоши и тянет режиссёра за руку, затягивая внутрь трейлера. Хлопья снега за окном начали падать всё быстрее и быстрее, а температура на улице падала всё ниже. Но Эмму мало волновала эта холодная погода, а ещё факт того, что она провела Рождество на работе. Главное, что в сердце режиссёра наконец-то настало тепло.