Часть 1
***
Провожая взглядом заходящее солнце, Чжун Ли стоял на террасе и думал, сколько же закатов он повидал за свою неимоверно долгую жизнь. Стоила ли она того, чтобы завершить ее вот так, в вечерних объятьях Ли Юэ, своего родного «детища»? Какие колоссальные события смогут наблюдать люди после ухода своего божества? На эти вопросы Архонт не находит ответов. Но в голове четко рисуется мысль. «Я не зря существовал в этом мире» Позади слышатся медленные тяжелые шаги, однако Чжун Ли не оборачивается поприветствовать свою смерть, а лишь с некой каплей тоски наблюдает последние моменты захода солнца. Еще немного, и оно полностью утонет в море. - Ты видел этот вид больше, чем кто-либо другой. Неужели он все еще цепляет тебя за душу? Архонт сильнее сжимает перекладину, чувствуя, как Он подходит к нему все ближе и ближе. Раньше уголки губ рефлекторно приподнимались, стоило лишь услышать Его голос, а сверкающие глаза выдавали заинтересованность и желание в их встречах. Все перевернулось с ног на голову без возможности возврата в один момент. Чжун Ли не был наивным дураком, что никогда не слышал о Фатуи. Поэтому в первую встречу с Тартальей он уже прекрасно понимал, кто на самом деле стоит за образом улыбчивого молодого мужчины. И все же подыгрывал ему, стараясь вникнуть в настоящие помыслы Чайлда, а не те, что ему открыто преподносят на блюдечке. Однако… Архонт старался держать его на расстоянии и не подпускать к своей душе, в коей хранится множество тайн и видений прошлого, ведь ничего хорошего из этого не выйдет. Ни для кого. И такому прагматичному божеству с успехом удавалось держать сердце на замке, удивляясь упорству нового «друга». Тарталья не вызывал никаких чувств, пока в один вечер не пришел окровавленный, с безумными глазами, все еще восстанавливая дыхание.« - Что произошло, почему ты в таком виде? -Хах, да так, одна компания нарвалась на драку, зато я так хорошо размялся. – голубые глаза пристально уставились в янтарные. – Нет нужды переживать, они остались живы. Правда, пока что. Мужчина ничего на это не ответил, лишь принес полотенце – не хорошо, если Чайлд зальет и так небольшую комнатку чьей-то кровью. - Зачем тогда пришел ко мне в таком виде? - Разве я могу пропустить встречу с дражайшим другом? - Ежедневную встречу. – Чжун Ли недоуменно посмотрел на Фатуи, не понимая, что с него убудет, если тот пропустит денек. А лучше все. Гость неторопливо сделал шаг в сторону Архонта, восстанавливая дыхание. - Для меня каждый день важен. Кто знает, может, уже завтра я погибну? Моракс не видит пользы с этих постоянных визитов, а постоянно возникающие догадки не находят ни единого подтверждения, снова обращаясь в бесформенный поток мыслей. - И чем же он важен? Тарталья сделал еще шаг. Безумие, трепыхающееся в синеве его глаз, сошло на нет. - Твоей компанией. – Тарталья мягко усмехнулся и потянулся к висящей на плече сумке, из которой достал небольшую белую шкатулку. – Люди в Ли Юэ относятся к Фатуи боязно и недоверчиво. Ты же довольно радушно принял меня в свою компанию, поэтому… - То, что ты нагло вторгся в мое личное пространство и решил остаться здесь не означает… - Поэтому! – Чайлд перебил Чжун Ли и поставил рядом с ним на стол шкатулку. – Хочу отблагодарить тебя презентом из Снежной. Открыв подарок, Архонт обнаружил крупную брошь, выполненную в строгом стиле из серебра и в которой был вставлен белоснежный нефрит. Такие драгоценности большая редкость в Ли Юэ, и, даже если кто-то из поставщиков ввозят их в регион, то позволить их себе могут немногие. - Диковинка нашей столицы, сотворенная в традициях Снежной. Но ты не носишь украшений, поэтому она будет как сувенир. Архонту уже доводилось видеть этот минерал и работать с ним, поэтому он с уверенностью может ответить – этот подарок действительно стоит огромных денег из-за своей редкости. Этот жест несколько сбил мужчину с толку. Зачем все это? Как он должен реагировать на подобное? Особенно зная, что особой популярностью белый нефрит пользуется у людей, что хотят показать другому человеку искренность своих чувств… Задумавшись на мгновение, Чжун Ли закрыл шкатулку и отложил ее в сторону. - Не думаешь, что такие подарки могут неправильно трактоваться? Твой поступок слишком нерационален. - Хахах, я просто потакаю своим прихотям, вот и все. – теперь Тарталья подошел почти вплотную к архонту. – Но я не лгал, говоря о твоей важности. Боюсь, я уже слишком привык распивать с тобой по вечерам.»
Возможно, именно этот момент стал для божества отправной точкой, после которого каждое ожидание Чайлда стало проходить более спокойно. После, Чжун Ли и вовсе стал периодически задумываться о рыжеволосом, все еще не понимая истинных помыслов. Спектакль о подставной смерти Гео Архонта начался, но Тарталья все еще шатается рядом с владельцем похоронного бюро. План идеален, и раскрыть настоящую личность Чжун Ли было пока невозможно. Сердце Бога все еще в безопасности, однако… «Я совсем тебя не понимаю» Но больше Чжун Ли не понимает себя, своих чувств, своих загорающихся при виде Тартальи глаз. Тот обволакивающий комфорт рядом с ним, неужели он всегда был? Неужели Архонт уже давно совершил то, чего избегал все эти тысячелетия?... Но он прекрасно осознавал – он не сможет принять эти чувства так, как это делают простые люди. Не сможет быть искренним и открытым по отношению к тому, что представляет с собой подставленное к горлу лезвие ножа. Чжун Ли думал правильно, но впервые его разум и чувства пошли врознь, отчего в душе возникал слишком большой диссонанс, приносящий лишь страдания. Нет никого, кто мог бы облегчить его ношу, и кто мог бы понять его. Уже нет тех дружеских отношений с Архонтами, что помогали много лет назад. И все, что остается делать сейчас – это полностью погружаться в работу, а ночью, после встреч с Тартальей, уверять себя в правильности отрицания своей любви, выпивая байцзю чуть больше, чем привык мужчина. Это не та любовь, которую он часто видел в людских судьбах. Эта любовь слишком болезненна для человека. Или же только для Чжун Ли?... ... Ухмыляясь, пришедший мужчина подошел совсем вплотную к Архонту и повернулся спиной к Ли Юэ, не обращая никакого внимания на прекрасный вид, открывающийся с террасы. Сейчас его интересовал лишь тот, кто одаривает его прохладным взглядом. И кто лишь недавно смотрел на Тарталью мягко, тепло, доверительно… - Ли Юэ всегда был дорог мне, разве могу я перестать его любить даже в такой момент? - Хэээ, ты никогда не изменяешь своим принципам. – рыжеволосый облокотился о перила и все-таки повернул голову в сторону моря. Ничего из этого пейзажа не смогло всколыхнуть сердце Тартальи. Чем дольше длилась повисшая в воздухе тишина, не нарушаемая даже дуновением ветра, тем яснее становилось для них обоих – они просто оттягивают этот момент, пытаясь наспех насладиться обществом друг друга, как это было раньше. Но погрузиться в невидимую эйфорию уже невозможно, ведь игры в маскарад закончились. Не выдержав собственных раздумий, Тарталья схватил Архонта за руку и завел в комнату. Пора с этим заканчивать. Чайлд всегда четко разграничивал чувства от миссий и поручений, серьезно подходил к тому, чтобы ни одна фальшивая эмоция не смешалась с настоящей. Потому искренне любить он мог лишь свою семью, что жила в Снежной, и выделять среди других людей кого-то особенного казалось Тарталье бесполезной глупостью. Ему нужны не любовь и нежные чувства, заключенные во взглядах, касаниях и завуалированных словах. И лишь со временем, получив приказ забрать сердце Моракса, Тарталья «открыл» свои глаза – чувства к Чжун Ли действительно являются теми, которые раздражают его больше всего из-за своей слабости и отчаяньем перед неизбежным. Времяпрепровождение с Гео Архонтом подвело его настолько, что при попытке понять самого себя, Тарталья почти мгновенно вскипал и отправлялся выплескивать пыл на монстрах и людей, без единого шанса выйти сухим из воды. Кого он ненавидит на самом деле? И почему не может усмирить свою боль, скрытую за пеленой равнодушия и ярости? - Наша история подошла к концу, и я должен поставить в ней точку. Гео Архонт отвел взгляд на террасу, откуда солнце дарило последние в его жизни теплые лучи. Янтарные глаза словно с жадностью впитывали их, отчего взгляд Чжун Ли ярко блестел и приковывал к себе Тарталью. «Он словно и сам драгоценный камень…» - Ты прав. – Чжун Ли сделал паузу и, повернувшись к «другу», продолжил. – Думаю, сейчас я могу сказать тебе, что лишь недавно осознал твои слова. Предвестник махнул рукой, вызвав несколько водных мечей. - Какие? - Твоя компания действительно важна. – лица Архонта коснулась мягкая улыбка, отчего по Тарталье пробежался табун ледяных мурашек. – И я не лгу. Все же я тоже… слишком привык к тебе. Предвестник метнул мечи в совершенно несопротивляющегося Архонта, что только прикрыл глаза. Руки рыжеволосого подрагивали то нахлынувшего на него урагана смешанных чувств. Чем дольше он с этим затягивает, тем тяжелее будет в итоге. Божество не чувствовало боли так, как ее чувствуют простые люди. Правда, в районе сердца ощущения были совершенно иными. Опустошенное раннее, оно так сильно прожигало, словно в нем все еще что-то осталось. Чжун Ли хотел, чтобы это не было правдой. Тарталья присел, чтобы быть на одном уровне с Архонтом и равнодушно взглянул в его глаза. Это единственное, что предвестник может сделать. Оставить его в живых, значит принять свою любовь к невозможному. Как бы сильно Чайлду не было больно, он не должен забывать о том, для чего живет на самом деле. - Почему ты так спокойно принимаешь смерть от предателя? Обессиленный мужчина ухмыльнулся и, с большим спокойствием посмотрев в глаза цвета водной глади, ответил: - Как ты говорил? Потакаю своим желаниям принять гибель от единственного, кого смог полюбить за все эти долгие года жизни. Тарталья не шелохнулся, но, услышав такое, он словно умер здесь же от собственных рук. Он замерзает. - Что ж… забирай его. Сердце Моракса Хрип, раздавшийся из самых глубин, отозвался в Тарталье болезненным уколом, однако он лишь сильнее погрузил руку в грудину Архонта, выискивая сердце. Еще мгновение, и свечение золотой фигурки отражалось в голубых глазах предвестника. Это сердце так напоминает об истинном свечении Ли, которое с каждой секундой гаснет все сильнее и сильнее… Напоминает о том самом прекрасном времени, когда они коротали вечера как несколько больше, чем просто друзья. Сжав сердце в кулаке, Чайльд снова взмахнул рукой. Остался последний удар. - На этом мы прощаемся, есть что сказать напоследок? Чжун Ли прикрыл глаза и ухмыльнулся. Такая избитая фраза… - Ты и правда невыносимый дурак. Не пожалей о своем решении. Стиснув зубы, рыжеволосый вонзил последний решающий меч в архонта и поспешно направился в сторону выхода. Этот день никогда не сможет раствориться в его памяти, как и самые противоречивые чувства к великому Гео Архонту. В окропленных кровью руках светилось сердце, вызывая в Тарталье странное умиротворение. То умиротворение, которое он больше никогда не сможет почувствовать. А Чжун Ли за последнее время понял любовь чуть больше, чем мог представить. И, к сожалению, лишь самый ее темный уголок.
