Тебе достаточно больно, братик?

Медленно идя по коридору, брюнет расстегивал свою рубашку. Распахнув ее, оголяя подтянутый торс, он невольно вздрогнул. Было действительно прохладно. Подойдя к массивной двери, Дима затормозил. Он тряхнул головой, после проводя рукой по волосам, и поправил рубашку. На устах появилась усмешка. Он легко толкнул дверь, тут же заходя в комнату. За столом, откинувшись на спинку кресла, сидел брюнет, читая газету. В чертах лица сразу можно было увидеть схожесть с парнем. Несомненно, их связывали родственные связи. - Папочка, - Дима прошел до середины комнаты и, убедившись, что отец его, наконец, заметил, подошел совсем близко, - я пришел поблагодарить тебя. Дима обогнул стол, заходя за стул мужчины и опустил руки ему на плечи. Брюнет устало вздохнул. Он сразу отложил газету и, сняв с переносицы очки, расслабился в кресле. Пару минут помассировав плечи, Дима погладил руками грудь отца и, отстранившись, тут же присел ему на колени. - И как тебе он? - отец устало посмотрел на паренька, выдохнув. Он положил руки ему на талию, поглаживая под рубашкой. - В целом, неплохо. Просто он какой-то уж слишком боязливый, - Дима поерзал на коленях мужчины и хищно усмехнулся, - но я это быстро исправлю. Снова поерзав на коленях отца, паренек провел руками по его груди, медленно расстегивая рубашку. - Не стоит. От тебя мне достаточно только поцелуев, - брюнет спокойно наблюдал за действиями сына. Тот же был явно недоволен реакцией отца. Расстегнув рубашку до конца, он тут же распахнул ее. На шее и груди показались засосы. Не свежие, но все же еще заметные. Почему-то, Диму это задевало. Каждый раз. Конечно, он чудесно знал про связи отца, никогда не был против. Да и сам постоянно развлекался со своими игрушками. И все же... доля ревности была. И эта доля была немаленькой. - Это так, ты же знаешь, - заметив, как пристально смотрит на засосы сын, поспешил успокоить его брюнет. Дима хмыкнул. Он не мог просто оставить все так. Склонившись, он закусил кожу на шее отца. После, спустился ниже, оставляя новые ярко-красные засосы. Мужчина наблюдал за действиями сына с легкой улыбкой. Его забавляла такая ревность сына. Не смотря на все, единственный, кого он любил, и был именно он. И никакая шлюха не сравнится с ним. Ни в чем. - Спасибо тебе, папочка, - шепчет Дима на ухо отцу, после издавая звук, чем-то похожий на мурлыканье кота. Его рука уже проходится по груди отца, задевая соски, ложиться на живот, проходясь пальцами по нему и касается паха. - Я рад, что тебе понравилось, милый, - мужчина совершенно не против. Он лишь закрывает глаза, поудобней устроившись в кресле и наслаждаясь ласками сына. Его руки уже давно блуждают под тканью джинс и белья брюнета, - мне пришлось отдать немаленькую сумму, чтобы забрать именно его. -Я знаю, папочка, - на весь кабинет раздается характерный звук молнии, и Дима уже стягивает с отца брюки. Рукой он проводит по немного затвердевшей плоти пару раз, отчего мужчина закусывает губу, и сжимает яички, начиная их ласкать. - Подержи его подольше, - брюнет до боли закусывает губы от каждого движения сына. Тот уже стянул белье и водит рукой по оголенному члену, сильно сжимая, отчего ему не удаться сдерживать обрывистых стонов, - бордели уже переполнены твоими игрушками. Да и возраст, как видишь, стал меньше. Ему четырнадцать. - Да, папочка, - Дима ели заметно кивает, сильно сжимая пальцами яички. С губ мужчины срывается хриплый стон. Приоткрыв глаза, он встречается со взглядом серых глаз. В них читается насмешка. Словно парнишка добился того, чего хотел. В ответ мужчина лишь усмехается. Резко поднявшись, он подхватывает сына за талию, тут же укладывая на стол. Тот не сопротивляется, послушно раздвигая ноги. Так он особенно прекрасен. Такое вытворять с собой Дима позволяет лишь отцу. Лишь потому, что это ему действительно нравится. Пару минут, брюнет осматривает тело парня, словно оценивая. Он поглаживает его грудь, живот, переходя на пах. Чудесен. Как обычно. Он легко сдёргивает с сына джинсы и белье, переворачивая на живот и придвигая вплотную к себе, так, что член упирается о задницу. Дима вцепляется пальцами в стол, разводя ноги шире. Его член трется между столом и животом, создавая неприятные ощущения. Но парень тут же забывает об этом, когда его ануса касаются влажные пальцы отца. От неожиданности, он немного сжимается. Брюнет, не желая ждать, вводит в паренька сразу два пальца, отчего тот выгибается вперед, постанывая от удовольствия. Вытащив пальцы, он снова несколько минут трется о задницу сына, задевая головкой дырочку. Дима постанывает, повиливая бедрами. После того, как в нем побывали пальцы отца, он готов был уже молить о том, чтобы тот, наконец, поимел его. Но он, словно мучая, медлил. Дима все чаще поворачивал голову, уже не в силах дожидаться. Еще немного, и с его уст срываются жалобные стоны. Усмехнувшись, мужчина до боли сжимает бедра сына и резко входит в него, закусывая губу. Узко. Безумно узко. Ни одна шлюха не могла сравниться с ним. Дима прогибается в пояснице, блаженно застонав и, оперившись о стол, тут же задает бешеный темп бедрами, насаживаясь на член до упора. Теперь уже, они постанывают почти в унисон. Мужчина царапает бедра паренька, резко вбиваясь в узкое тело, постанывая от блаженства. Дима кусает губы, сжимая кулаки и двигая бедрами в такт. Еле сдерживая крики, чтобы не закричать от удовольствия на весь дом, срывая голос. С его горла вырываются лишь обрывочные, сдержанные стоны. Пару минут грубых толчков, и брюнет с громким стоном кончает в парня. Дима, сжимаясь сильнее, кончает почти одновременно с отцом, пачкая спермой стол и живот. Выйдя из сына, мужчина обессиленно плюхается в кресло, пытаясь перевести дыхание. Притянув парня к себе, он усаживает его сверху, поглаживая по груди и животу. - Твои игрушки часто ломаются, - мужчина выдыхает, лаская пальцами сосок сынишки и прикрыв глаза, - все приходят такими невинными... - И становятся шлюхами, - Дима усмехается, немного прижимаясь к отцу и трудно дыша, - ты же знаешь... невозможно остаться со мной таким же невинными. - Знаю, - мужчина приоткрывает глаза, с усмешкой смотря на парня, - я ведь тебя всему этому научил.