А если 625...

Как только Ганту подошёл после неудачной ловли нового образца к главному компьютеру, то ему на голову свалился... Бутерброд. - Шесть-два-пять, что за?.. - пришелец запрокинул голову. - А что не так? На потолка стоял эксперимент с жёлтой шерстью, инструментами в двух лапах и тарелкой с сендвичами в третьей. Похоже, монстрик не удержал тарелку ровно, и с неё спикировала еда. А что на голову Ганту, так это он сам виноват. Нечего было проходить тут. - Что ты делаешь? - удивлённо, забыв о несчастном сендвиче, спросил пришелец. - Да так. Просто когда Хомяксвилль звонит, то телевидение вырубается. Его вызов каждый раз сбрасывать лень, поэтому и решил подрезать провода... - заметив перекосившееся лицо Ганту, эксперимент поспешил его "успокоить": - Да не так уж и много он звонил. Может, раз десять... Инопланетянин чуть не сел мимо кресла. Потом вытащил бластер из кобуры и направил в шесть-два-пять. - Хэй, ты чего? Я ж пошу... - не успел монстрик закончить фразу, как ему пришлось ловить заряд. Откинув его куда-то в стену, шесть-два-пять продолжил: - Я ведь пошутил, Ганту! - А мне это откуда знать? - спросил пришелец более умиротворённо. - Что ты там делаешь, всё-таки? - Ну, про телевидение правда. Вырубается. Но не от Хомяка, по другим причинам... - сосредоточенно пробурчал эксперимент, продолжая возиться с проводами. - Ганту! - залился злобным криком Хомяксвилля экран главного компьютера. Шесть-два-пять от неожиданности не удержал равновесие и упустил инструменты с тарелкой. Инструменты благополучно ударили несчастного пришельца по голове, а вот сэндвичи монстрик спас. Уже стоя на полу, эксперимент встретился невинным взглядом со злым Ганту. Хомяксвилль загоготал, а потом выдавил: - Даже этот никчёмный эксперимент может надрать тебе задницу... Кстати, о экспериментах! Пришелец горестно вздохнул, разводя руками. - Ты что, снова проиграл образец девчонке?! Ты издеваешься?! - чем больше шло времени, тем больше тушканчик распинался и орал. Чем больше он орал, тем больше хмурился Ганту и пытался вставить хоть слово. Шесть-два-пять наблюдал за этим, молча жуя сендвич и искренне сочувствуя товарищу. Закончив сыпать оскорблениями по поводу некомпетентности Ганту, Хомяксвилль внезапно посмотрел на эксперимент, который от этого взгляда чуть не подавился. - Ты ведь умеешь делать всё, что и шесть-два-шесть... Эксперимент не стал дослушивать план и перебил: - Я не нанимался, так что ничего не будет. А сейчас начинается моё любимое шоу, поэтому пока-пока, - он помахал лапкой в экран и закончил вызов. Затем недовольно скривился: - Каждый раз одно и то же. И зачем я только повод дал... Сейчас сидел бы, сэндвичи делал... Ганту встал с кресла и, не желая слушать бубнёж, неожиданно выстрелил из бластера в жёлтый образец. Тот такого поворота событий не предвидел, поэтому отлетел к стене. Встал, недовольно кривясь, и приготовился. Эту "игру" Ганту называл "Разрядка". Шесть-два-пять, имея в арсенале шуточки ниже пояса, не раз и не два шутил про это. Эксперимент схватил следующий заряд, резко увернулся от второго, по стене ушёл от третьего и четвёртого. Бросил заряд с третьей лапы в Ганту, перепрыгнул на другое место (всё это время не переставая бубнить про "рыбоголового придурка"). Затем вспорол когтями металл и влез внутрь стены, в систему вентиляции, при этом едва не застряв и лишившись клока шерсти. Было абсолютно точно понятно, что эксперимент оттуда выйдет не раньше, чем пришелец успокоится и перестанет беситься... Как же Ганту ненавидел это. С тех пор, как шесть-два-пять показал, что свои силы он использует в быту на постоянной основе, житья не стало. Хомяксвилль старался утащить образец на свою сторону, а когда это не получалось, то срывался на Ганту. А ещё образец теперь открыто демонстрирует, что ему абсолютно плевать на все угрозы. Бесит! Как же бесит! Когда шесть-два-пять услышал, что Ганту положил бластер и куда-то ушел, то сполз по стенке вниз. Как же он ненавидел это. С тех пор, как образец раскрыл способности на полную, каждый день был полон самокопаний. Подливали масла в огонь и слова хомяка, и презрительный взгляд пришельца, и пренебрежение других образцов. "Ты же можешь! Почему ты другой?!"