Большая маленькая жизнь. От «А» до «Я»

       21.1. М — Мальчик — Послезавтра Рождество, — сказал Кларк и пристально посмотрел на Брюса, который сидел на пассажирском сидении. — Нгх, — ответил тот и уткнулся в смартфон. — Послезавтра Рождество, — с нажимом повторил Кларк. — Я и в первый раз тебя понял. — Послезавтра Рождество, — в третий раз произнёс Кларк и добавил: — Джон подхватил ротавирус, и Лоис не собирается отмечать праздник, так что Рождество мы можем встретить вместе. Дик меня уже пригласил. Как, мгм, друга семьи. — Зелёный горит, — буркнул Брюс, не отрывая взгляда от телефона. — Ты задерживаешь транспортный поток. — Я что?.. Мы на парковке, — укоризненно отозвался Кларк. — Я сказал, что хочу поговорить. Ты сказал, что хочешь жрать. Поэтому мы решили совместить одно с другим и приехали сюда перекусить. Кстати, ты в курсе, что средняя сумма чека в этом стейк-хаусе с одного человека — двести пятьдесят долларов? — У них обалденный стейк рибай. Для меня всегда зарезервирован столик. И я — мультимиллиардер, — процедил Брюс и, так и не посмотрев на Кларка, начал открывать дверцу машины. — Ты опять уходишь от разговора, — неожиданно рассердился Кларк и сгрёб его за плечо. Они ни за что не поговорят за ужином. Они зайдут в ресторан, и Брюс сначала притворится, что полностью занят изучением меню, затем прикинется, что поглощён едой, а после соврёт, что у него срочное дело, и сбежит как мальчишка. — Я уже купил тебе подарок на Рождество, но могу поменять его на сертификат на зубные импланты, — повернув голову, рыкнул Брюс. — Ты купил мне подарок на Рождество? — обалдел Кларк и убрал руку. — «Патек Филипп», сделанные по индивидуальному заказу, в корпусе из розового золота, свитер с оленем и двенадцатидюймовый серебряный дилдо, отлитый по слепку моего члена, — раздражённо сверкнув глазами, ответил Брюс. — По слепку твоего что-о-о… — Кларк тряхнул головой. — Так. Ты не должен был рассказывать, что собираешься мне подари… Стой. Постой. «Патек Филипп» в корпусе из розового золота?! — Мультимиллиардер. Мультимиллиардер Брюс Уэйн. — Брюс даже стукнул себя по груди и нахмурился. — Почему мне нельзя было рассказывать, что я собираюсь тебе подарить? Ты же не Хелена, не Джек с Мэри, не Тим, не Дэмиен или Дик. Ты не ребёнок, и ты не мой ребёнок. Ты взрослый. — Сюрприз всё равно интереснее, — пояснил Кларк и быстро добавил: — Но я уже приятно удивлён, что ты не забыл о подарке для меня, если, конечно, тебе не напомнил Дик. Брюс быстро стрельнул глазами в сторону и снова посмотрел на Кларка. Довольно сердито. — Двенадцатидюймовый дилдо? — фыркнул тот. — Явно не по слепку твоего члена. Даже не по слепку моего. — Слегка увеличенная идеальная копия, — проворчал Брюс. — Серебряный, но на батарейках. С голубой подсветкой в головке. Есть вибрация. Кларк покусал губы и расхохотался. Желудок у Брюса громко заурчал. — Ты сказал — «семья может знать», — уже серьёзно продолжил Кларк, — но мы до сих пор скрываемся. Я готов подождать ещё, но мне хотелось бы большей определённости. — Жрать хочу, — сквозь зубы выдавил Брюс и бросился прочь из машины. Кларк только вздохнул ему вслед.

***

Брюс внимательным взглядом окинул всю свою семью, расположившуюся за огромным столом. Повернул голову, словно хотел удостовериться, что огромная ёлка никуда не делась, и взял бокал. Встал. — У меня есть объявление, — негромко сказал он, но его не услышал никто, кроме Кларка. Все были заняты: едой и разговорами. — У меня есть объявление, — повысил он голос и постучал ложечкой по бокалу. — Пам-пам-пам-пам-пам, — весело запела Хелена. Джек с Мэри тут же весело подхватили её незамысловатую песенку. Брюс уже собирался укоризненно посмотреть, но Барбара и Дик, между которыми сидели дети, вмиг их угомонили. — У меня есть объявление, — в третий раз сказал Брюс и глянул на Кларка, расположившегося слева от него, в начале стола. — Кхр. М. Мргр. — Отец, у тебя есть объявление, — полувопросительно произнёс Дэмиен, который сидел в торце с другой стороны. Брюс ослабил узел галстука и машинально отхлебнул из бокала. — Ну… Э-э-э, — он шумно сглотнул. Он привлёк всё возможное внимание. На него смотрели все, включая малышей, Коннера Кента, Лесли, Роя, Кори, девушек Дэмиена и Кассандры и даже приглашённого на рождественский ужин Джеймса Гордона. — Мскркмвстрся. — Б, это всего лишь второй бокал, — хмыкнул Дик. — Старость не радость? Брюс ужалил его взглядом и потёр кулаком вспотевший лоб. Чёрт. Он и не думал, что будет так сложно. — Может быть, попробуете говорить по слогам, сэр? — подал голос Альфред, и Брюсу почему-то очень захотелось его… стукнуть. — Папа, тебе надо проверить, насколько хороша твоя артикуляция, — вмешался Тим. — Для хорошей артикуляции очень важна подвижность языка. Для начала сверни его трубочкой. Если не получится, это связано со слабостью мышц или врождённой особенностью. Так же важно хорошо открывать рот. Чтобы это проверить, максимально широко открой рот и просунь внутрь четыре пальца без большого. Если тебе удалось это сделать, то рот открыва… — Спасибо, сынок, я обязательно воспользуюсь твоими советами позже, — быстро перебил его Брюс, заметив, что Дик с Джейсоном еле сдерживают смех. Он покосился на Кларка. Тот сидел спокойный, преувеличенно серьёзный, и всем видом говорил: «Я точно знаю, что у Б невероятно подвижный язык, и он профессионально умеет открывать рот». Ублюдок. Брюс надерёт ему задницу потом, после того, как сделает объявление. Он откашлялся. — Итак, у меня есть объявление. Мсклркмвстрчмся. Хрн. — Он буквально чувствовал, как наливаются краской щёки. Пульс бился так часто, будто он пробежал несколько миль. С грузом. Раненый. Под градом пуль. Он сможет. Он не какой-то там трусливый заяц. Он зрелый, взрослый, уверенный в себе мужчина. — Мыскларкомвстречаемся. Кхм. Мы с Кларком, нгх, встречаемся! — практически выпалил Брюс и напряжённо умолк. — Это всё? — зевнул Грейсон, а Барбара заявила: — А мы уже решили, что ты собрался объявить о вашей помолвке. — Вы с Кларком встречаетесь почти полгода, отец, — заметил Дэмиен. — Вероятно, Грейсон прав. Старость — не радость. Столь замедленная реакция может являться следствием возрастного угасания мозговых функций. Брюс выпучил глаза. Кларк слева старательно таращился в собственную тарелку и наверняка улыбался. Точно. Его затылок выглядел как затылок улыбающегося человека. — Аллилуйя! — провозгласил Джейсон и вяло похлопал. — Ты — би, Б. Я всегда знал. — Дядя Джей, что такое «би»? — тут же в один голос спросили Джек и Мэри. Брюс морально умер. Из-за стола поднялся Коннер, посмотрел на Брюса, на Тима, опять на Брюса и громко пробасил: — Я не знаю, что такое «би», би-би-би, но мы с Тимми тоже встречаемся. Вы все знаете, что мы встречаемся, но раз мистер Б рассказывает очевидные вещи, то мне тоже захотелось это сделать. — И сел на место. Кори простонала что-то восхищённое на испанском и помахала Брюсу рукой. Он без энтузиазма ответил ей тем же. Вся семья, все дети, все взрослые, все приглашённые гости вернулись к еде и разговорам. Брюс ещё ослабил галстук. Какого чёрта? Какого чёрта?! Что это вообще значило? Он сделал самое важное — самое страшное — в своей жизни объявление, а они отреагировали так… так… так. — Папа, папочка, — донеслось снизу. Он неловко плюхнулся на стул и посмотрел на подкравшуюся к нему Хелену. Кларк так и изучал собственную тарелку. Его уши были малиновыми. — Папочка, что такое «встречаемся»? — спросил Хелена и, похлопав ресницами, протянула к нему руки. — Нет, нет, нет, я сама скажу. Сама скажу! Брюс усадил её себе на колено. Кларк, до чёртиков смущённый и не менее довольный, уже поднял голову от тарелки. Брюс решил, что применит свой рождественский подарок сегодня же. Свой главный подарок. Он применит его так, что Кларк неделю сидеть не сможет. — Это значит… — высоким, тонким голосом произнесла Хелена. — Это значит, Кларк — твой мальчик! Да, папочка? По столовой разнеслось несколько смешков. Брюс посчитал всех. — Папочка. — Хелена настойчиво подёргала его за галстук. — Кларк — твой мальчик? — Д-да, — слабо-слабо выдавил Брюс. Хелена захихикала и прижала ладонь ко рту. Её глаза весело сияли. — Кларк — папин мальчик! — насмеявшись, провозгласила она. На этот раз смешков раздалось намного больше. Брюс добавил пару человек в свой расстрельный список. Роя он вообще четвертует, потому что у Роя не было сыновнего иммунитета. Кларк кусал губы и явно пытался не хохотать. Сукин сын. Две недели сидеть не сможет. — А ты тогда кто? — удивлённо воскликнула Хелена. Брюс прерывисто вздохнул. Лицо у него горело так, словно его подвесили над гигантским костром. Но что он мог сделать? Это ведь его маленькая дочь. — Ты… тоже его мальчик? Да? Папа, скажи. Ты — мальчик Кларка? Да? Да, папа? Ну, па-а-апочка, скажи, скажи, скажи, — заканючила она. — Я — мальчик Кларка, — пробормотал он и мысленно выстрелил себе в висок.