Губительные воспоминания.

В этой альтернативе находится противнее всего. Красное небо и чёрное подобие солнца, что охватило небо и давало неяркое освещение на всё. Голое место, на котором редко доживали свою жизнь гниющие деревья. Листва, которая раньше радовала взор исчезла с деревьев. Из всего этого выделялся голый пень. Пень, что в прошлом являлся деревом с яблоками чувств, теперь был забыт и никому не нужен. Трава, шуршавшая под ногами раньше проходивших здесь монстров, превратилась во что-то чёрное. На ней виднелся прах, что не поддавался порывам ветер. Где-то были засохшие лужи крови. Разрушенные дома, чьи обломки валялись там и тут, как будто после стихийного бедствия. Аура этого места, вгоняла в ужас и ели пробегающие по спине мурашки. Ни единой души… Нету пения птиц, галдёж, что был каждый день. Всё будто бы замерло. Боится снова начать жить, пережитое тут, уже не даст встать этому месту на ноги. Это уже все поняли… И хранитель, его друзья и даже разрушитель миров. Большой сгусток негативной ауры, подавляющий решимость отдавался от внушительных размеров замка. Словно в злодейском логове. Где-то раздался крик о помощи одной из несчастных душ, что оказались в ловушке этого места. Живая душа, появившаяся здесь, обречена на мучительную смерть. Внутри было ещё страшнее. Каждый звук эхом доносился до каждой комнаты. Сильный холод пробирал кости или кожу до дрожи. Где-то слышался скрип дверей. Игра тени и света, словно монстры, что приковали взгляды к тем кто внутри. Обитатели этого замка разошлись выполнять порученные им задания. И только владелец сего замка сидел у себя в кабинете. Комната королевских размеров была наполнена мебелью. Потолок серого цвета в малом освещении казался чёрным. Стены чёрного цвета еле переливались от света из немалого окна. Панорама окна чёрного цвета, стекло в несколько слоёв не давало проникнуть холоду. Занавесок или чего-либо для прикрытия одного из источников света не было, так как ночь никогда не сменяется днём из-за чего смысла в них не было. За окном бесконечное, навевающее тоску чёрное небо. Большой стол из красного дерева и массивный стул с высокой спинкой. Цвет был темнее бардового. По краям этих вещей выводились узоры ярким красным цветом, что напоминали лозы охватившие стул. На столе была аккуратно по стопкам разложена бумажная волокита и предметы для письма. Перед ним находился не маленький диван чёрного цвета, с деревянными подлокотниками, туалетный столик, что был прозрачным и с деревянными ножками, покрашенными в чёрный. Шкаф занимал две свободные стены сзади и справа от стола, набитый книгами, что иногда от скуки перебирались и раскладывались по алфавиту. Владелец комнаты мог пересказать содержимое каждой находящейся книги в данном помещение. Хрустальная люстра висела на потолке. Темнота и мрак окутывал и только красный цвет, чуть окрасил комнату, что была во мраке. Подобие Санса, покрытое слизью, сидело за столом. Жижа закрывала правую глазницы делая её, слепой зоной. За спиной медленно покачивались тентакли, что в любой момент могли убить того, кто потревожит их хозяина. Королевская осанка говорила о том, что скелет явно аристократ. Синий магический зрачок, внимательно скользил по строкам пытаясь сосредоточиться на содержимом книги, что лежала в правой руке. Указательный палец придерживался листы так, чтобы не шатались при каких-либо обстоятельствах. Левая рука аккуратно придерживала голову, работая подставкой. Челюсть напряжённо сжималась, как будто у того в голове очень неприятные мысли. Вроде книга была интересной, но мысли в голове на столько интереснее её, что даже понять происходящее на листах невозможно. Со злости резкий хлопок книгой раздался по комнате разрушая тишину. Отложив источник знаний на край стола, потирая свои виски уже освободившейся рукой. Как же болела голова… В ней как будто стихийное бедствие, что разбросало все мысли, в неё словно иголки втыкают. Проводя свой взгляд до окна, всматриваясь в красное небо ища то, что сможет забрать его внимание. Но ничего кроме чёрного солнца не было. Гадкая улыбка расплылась на лице. Поднимаясь из-за стола хранитель негативных яблок направился к окну. Размеренными шагами, что стуком отдавали по комнате. Облокотившись рукой об окно осматривал открывшийся ему вид. Всё так гибло выглядит… А ведь эта Ау была самой позитивной. И именно в этой альтернативе он стал таким. Улыбка уже не напоминала блаженную, а скорее нервную. О как же он ненавидел то время. То время когда был настолько беззащитным и невинным, на столько, что не мог заставить прекратить жителей измываться над ним. Как сейчас помнит тот день, когда по телу прошлась разрывающая на части боль. Прижатый к дереву скелет был буквально окружён со всех сторон. Монстры держащие в руках предметы, что могут навредить выливали на принца негатива словесную грязь, матеря и оскорбляя его. Небо постепенно меняло свой оттенок с чисто голубого на красный. Звери взбушевались и побегали от места происшествия. Порывы ветра уж через чур сильно шевелили листву деревьев. Как будто пытаясь убежать или предупредить о грядущем бедствии. Глаза жителей деревни, что встали в круг были налиты ненавистью и презрением. Как же их бесил этот недо-хранитель. Для чего тот вообще существует? Как такое отродье, является хранителем? И чего, червивых чёрных яблок, смотря на которые хотелось только блевать. Почему их просто нельзя уничтожить? Для чего эти чёртовые негативные эмоции существуют, почему нельзя быть всегда счастливым? Ауры Негатива туманил разум не давая рассуждать логично, не давая собрать кусочки пазла в ответ на их вопрос. Да и никто не пытался. Для чего? Объект их ненависти и всех проблем прямо перед ними. Безоружный и слабый. От него надо просто избавиться и все будут счастливы, а уже о содеянном не надо будет беспокоиться. Ведь уже не будет совести, что является отрицательной вещью которая поедает разум изнутри. Найтмер, что дрожащими зрачками смотрел на зажженные факела и представлял как его разорвут, убьют. Представил как он, еле живой будет гореть в огне и мучиться в агонии. Зрачки сузились, от страха тот не смог издать и звука. Пусть рот делал нужные движения, но из него ничего не звучало. В горле был через чур большой комок. Хотелось кричать, позвать на помощь. Хотелось, чтобы его вытащили из этого проклятого места, обняли, вытерли слёзы и сказали, что всё это кошмар. По скулами медленно текли слёзы, что потом стали словно град. Как рана, задевающая глаза и лицо. Те приближались. Пелена животного страха охватила его. В попытке найти спасение или своего брата, что наверное смог бы спасти, но ничего не было. Не было спасение или даже шанса на него. Ноги подкашивались из-за усталости. Вдруг глаза наткнулись на яблоко… То самое золотое яблоко. Его цвет так и манил откусить, идеальное, никем не тронутое. Казалось, что одно прикосновение к нему путь в рай. А может… По всей деревне давно распространилось действие золотых яблок. А вдруг они и в правду помогут… Помогут перестать чувствовать страх, что сковал ноги. Протянув руку к яблоку, как к спасательному кругу. Лёгкое прикосновение, но и его хватило. Резко плод начало темнеть. Отдёрнув руку как от огня тот прислонил её ко рту в немом шоке. И минуты не прошло как яблоня начала умирать. Все яблоки вмиг почернели. Листва, что стала опадать открывая взору уже начавший гнить ствол. Все жители вмиг перестали двигаться. Не дыша, словно только усугубят ситуацию. Но стоило только хранитель негатива перевести взгляд в толпу, как он заметил своего брата… Дрим был схвачен под локти и казалось, что его пытались увести отсюда. Хотя почему казалось, его и в правду пытались силой увести. Тот пытался через толпу пробраться к брату, понять, что происходит, как его схватили и начали насильно вести в противоположную сторону. Но он бы всё равно не успел… Дерево гнило, а под ним стоял Найтмер, что плакал. Тот дрожащей рукой держал другую, что недавно коснулось плода. Вмиг к Солнечному в горло пробрался в ком. На глазах наворачивались слёзы. Шокированные монстры забыли о Позитиве  — Брат? — Его голос дрожал. От брата исходили очень негативные эмоции. У Найтмера была готова начаться истерика.  — Чёрт, что ты натворил?! — Из толпы послышался разъярённый крик одного из монстров. Резко за ним последовали другая ругань и обвинения. Дрима снова начали оттаскивать.  — Дрим! — Крик, хранитель негатива не знал, что делать. Он правда не хотел этого. Он не хотел портить золотые плоды! Не зная, что делать, поднёс руку к чёрному плоду, сорвав и поднеся ко рту, заметил, жители начали наступление. Уже не мешкая откусил яблоко. Укус, ещё-ещё. Гнилой вкус заполнил рот. Хотелось тут же выблевать все внутренности, выплюнуть, запить чем-нибудь. Не прошло минуты как от яблока остался огрызок. Кашель, прикрыв рукой челюсть в попытке скрыть содержимое кашля. Чёрная субстанция, склизкая и мерзко стекала с руки прикрывающей рот. Ещё кашель и замер. Тело сказала разрывающая боль. Даже крикнуть нельзя. То, что происходит вокруг уже было не важно. Всё внимание нацелились на боль. Упав на колени, закричал. Схватившись за голову в попытке заткнуть голоса, что кричали в голове. Зрачок треснул, из него потекла жидкость. Резко активировав синий зрачок Негатив вскочил, теряя на секунду точку опоры. Он ушёл в себя и чуть ли не сидя на подоконнике. Щупальца были готовы разрушить всё в кабинете в поисках того, что могло напугать их носителя. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, успокоился. Как он умудрился настолько уйти в мир воспоминаний? Зрение не могло сфокусироваться, чуть потирая пальцами переносицу, возвращая себе самообладание. Облокотившись о стену скрестив руки начал прислушиваться к местным звукам. Опустив взгляд на свои руки, задрал рукав толстовки. Взору представилась тонкая кисть покрытая не толстым слоем омерзительный жидкости. Большим палец он огладил предположительно место вен у людей. Это так смешно, каждый раз так и тянет взглянуть на руку, сняв при этом чёртову чёрную субстанцию. Как по приказу та начала стекать оголив только запястье. На нём виднелись не слабые шрамы. Проведя по запястью пальцем, почувствовал как те выпирают.  — Смешно.